Часть 23

Конрад молча отстранился, будто намеренно пропустил мой вопрос мимо ушей. Я услышала, как он застегнул ширинку, заправил рубашку и разровнял брюки. Все это время мое тело возлегало на капоте, словно бездыханный мертвец, глаза уставились в холодную каменную стену. Иногда мышцы между бедер сокращалось мощными спазмами, напоминая о недавнем оргазме. Клитор сжимался, тянул, требовал продолжения этой невероятной феерии, о которой раньше и не подозревал. Мозг же стыдил меня, сравнивал с грязью.

— Мы можем никогда больше не встречаться? — опустошенно прошептала я, на что получила краткий, четкий ответ.

— Нет.

— А можем больше не заниматься сексом? — голос был полон пустых надежд, словно у наивного ребенка.

— Нет, Эмми, — все так же бескомпромиссно заявил он. Натягивая на меня снятые ранее трусики, Шульц удостоил еще парочкой фраз: — Тебе это нравится.

— Но… Я не хочу, — едва заметно пожав плечами, выдохнула. Конрад поднял меня и усадил на капот, отряхивая платье. Затем открыл дверь машины, залез в бардачок и вытянул салфетки. Я протянула руку, желая со всем справиться самостоятельно, но он недовольно покачал головой, раздвинул мои ноги и сам принялся аккуратно вытирать сперму. Лишь те участки кожи, которые могли попасть во внимание посторонних. Внимательно наблюдая за действиями мужчины, я поморщилась. — Никогда так больше не делай.

Он замер, подняв на меня убийственный взгляд.

— Это приказ? — голос был холоден, как айсберг, надменный и самоуверенный. — Так вот, Эмс, — он сквозь стиснутые зубы выплюнул кличку, которую дал мне когда-то Ронни. — Я буду кончать в тебя столько раз, сколько захочу. И тогда, когда захочу.

Вопросов в голове было так же много, как и возмущений, но мне удалось выбрать среди них самый колкий по моему скромному мнению:

— Тогда… Я хочу видеть справку о твоем здоровье, — равнодушно пожав плечами, отвела взгляд. — Мало ли с кем ты еще спишь без презерватива.

Он напыщенно хмыкнул и вопросительно поднял бровь, наверняка приняв это за ревность. Прокрутив сказанное у себя в голове, я раздраженно поджала губу. Если сильно захотеть, можно было найти в моих словах скрытый смысл.

— Тебя это не касается, — бесчувственно отчеканил по слогам Шульц, будто подводя в разговоре финальную черту. Но и я больше не собиралась позволять ему указывать мне, соглашаясь на все «от» и «до», отчаянно хотела поставить босса на место.

— Тогда тебя тоже не касается, с кем сплю я…

Не успела договорить, потому что ладони Шульца сжали мои предплечья так сильно, что я зашипела от боли. Встряхнув меня, Конрад медленно втянул кислород полной грудью, после чего, не скрывая угрозы, проговорил:

— О, Эмми. Мы можем проверить, касается это меня или нет. И в следующий раз я не буду таким милосердным. Ясно? — он замолчал, давая понять, что ждет ответ. Я лишь нашла в себе силы активно закивать, хмурясь. Тогда хватка на плечах ослабла, а голос стал более ровным и нейтральным. — Сейчас поедем в пентхаус. Я хочу трахнуть тебя еще пару раз.

Проглотив оскорбление, из последних сил старательно держала себя в руках, заставляя не проронить и слезинки.

— Мне нужна противозачаточная таблетка, — сдавлено выдавила из себя я. И на секунду показалось, словно лицо Конрада стало более черствым, чем обычно, а губы изогнулись в зверином оскале. — И… Я не поеду ни в какой пентхаус. Никогда больше не позволю тебе переспать со мной. На этом все, Конрад. Это конец твоей странной игры.

***

Конрад Шульц привычно и, не задумываясь, пластиковой картой открыл дверь петхауса, а затем отбросил карту на стеклянный стол при входе. Голова мужчины разрывалась от мыслей, но одна из них непривычно съедала мозг заживо — поцелуй Эмми Браун.

Он не собирался потакать ей, и уж тем более — быть нежным. Должен был приучить к себе, заставить самой прийти в его дом. Признать власть Конрада, нуждаться в нем до тех пор, пока мужчина сам не решит с ней распрощаться.

— Босс? — новый глава охраны Стив, перенявший должность Джеймса, уже встал на новый пост, получив долгожданное повышение. Отвечал по звонку после первого же гудка, как того требовал протокол.

— Вы позаботились о телах? — голос Шульца был холодным, но сдержанным. Сегодня мужчина потерял своих людей. Бойцов, долгие годы стоявших у него в тылу. Он знал, что это их работа и их вина. Не заметили чертового психопата, какого-то дьявола решившего привязать к себе домашнюю взрывчатку. Для Нью-Йорка подобные теракты — не новость. Промахи личной охраны всегда карались смертью. И, все же… Шульц не мог сбросить с себя тяжелое, давящее грудь ощущение, напоминающее о его прямой вине.

— Так точно, — краткий, короткий ответ.

— Что их семьи? — Конрад оглянулся. В доме его было чисто, пусто, тихо. Он так редко бывал в нем, что даже не знал, где находится бар с алкоголем. Затем вспомнил, что вчера ночью не допил откупоренную бутылку, подаренную другом месяц назад. — Вы позаботились о выплатах?

— Да, годичная зарплата переведена на счет одноразово, а также выдали карточки компании на содержание жен и детей.

Конрад кивнул, соглашаясь с условиями, прописанными в договоре. Его люди рисковали жизнью, зная, что в случае смерти их семья не будет бедствовать.

— Если у кого-то возникнут дополнительные проблемы, позаботьтесь об их решении, — внезапно протянул мужчина, наконец, найдя бутылку. Он поспешно открутил маленькую золотую крышку, инкрустированную огромным бриллиантом, и поднес спиртное к губам. Вкус виски по-прежнему казался Шульцу омерзительным. Какой смысл в дорогой упаковке, если содержимое его не стоит и гроша?

— Будет сделано, — моментально отрапортовал Стив, и в этом отлаженном тоне Конрад узнал бывалого военного.

— Само собой позаботьтесь о похоронах, — добавил босс, подходя к витражному окну и пройдясь усталым взглядом по Нью-Йорку. Редко Шульц видел этот город при свете, максимум — на рассвете. — Еще… Доложите мне обстановку по отцу Эмми Браун?

— Все это время он пил в баре за городом и не предпринимал никаких попыток навестить мисс Браун или отправить ей весточку, — внезапно удивил Конрада парень. — Хотите, мы заставим его это сделать?

На мгновение Шульц замер в изумлении. Его идеальный план рушился на корню, так и не вступив в действие. Затем он раздраженно поставил бутылку на стол, оставив на старинном деревянном узоре внушительную вмятину.

— Нет, не нужно, — отряхнулся, приводя себя в чувство, — Верните его обратно «домой». Уладьте все возникшие проблемы.

— Конечно, сейчас же дам распоряжения, — Стив не смог скрыть изумления в своем голосе, но почти взял себя в руки на последнем слове. Босс не был тем человеком, который отрекается от своих же планов или пускает все на самотек.

— Затем, — внезапно оживился Шульц, чем привел в боевую готовность охранника, — найдите мать Эмми Браун. Будем «играть» с ней. Возможно, она хочется встретиться с дочуркой?

Конрад криво усмехнулся, на том конце провода послышался нервный глоток.

— Оформим все так быстро, как только сможем. С ней будет проще, это ведь не тюрьма… — на вдохе выдал Стив. Затем откашлялся, взял себя в руки и сдержанно спросил: — Это все, босс?

Конрад хотел было дать отбой, но затем недовольно рявкнул:

— Нет… Что делает Эмми Браун?

Мужчина не должен был узнавать, как ее дела. Случись с ней что-то из ряда вон — охрана доложила бы в тот же миг. И все же слова сорвались с губ сами, преодолевая выстроенный годами самоконтроль.

— С тех пор, как вы привезли ее домой, приняла душ и лежит на постели, сёрфит в Интернете, — Стив задумчиво протянул последнее слово, будто проверяя данные. В эти крохотные мгновения Шульц шумно выдохнул, вспоминая упругое тело Эмми. То, как томно закатывались ее глаза, когда он вбивался в нее своим членом. То, как громко она стонала, стоило пальцам коснуться клитора… Член тут же напрягся, штаны резко стали малы. — Она ищет опорный костыль. Видимо, чтобы было удобнее передвигаться с ушибленной ногой.

— Отлично, — ледяным разъярённым тоном протянул Шульц, а затем сбросил вызов.

Эмми Браун была, как все. Абсолютно ничем не отличающаяся среди других миленьких миниатюрных дам, окружающих Конрада повсеместно. Она не казалась умнее, красивее и не имела особенной изюминки. Шульц поставил себе за цель бросить ее сразу же, как получит свое, сломает, подчинит. Если будет хорошей и послушной — оставит ей внушительное приданное. Если же нет — исход будет более печальным.

Но пока… Эмми Браун в зоне прямой ответственности. В его «стае».

Шульц отряхнулся, сбрасывая с плеч «лишние» мысли, и снова поднес телефон к уху, набирая новый номер. Девушка на том конце провода долго не брала трубку, будто уже зная, чем закончится этот разговор. Но игнорировать Конрада было еще хуже, чем встать на его пути или пытаться вставить палки в колеса.

— Да?.. — голос Авроры был напуган, насторожен, растерян. Она задыхалась от слез, жалобно сопя в трубку.

— Ты нарушила договор, — голос Шульца разрезал пространство, словно самая острая бритва. — Без моего ведома.

— Знаю, прости, просто… — Аврора застонала в голос, больше не пытаясь сдерживать чувств. Но на Конрада это не имело никакого влияния, только больше раздражало. — Ты вынудил меня своим поведением, Конрад! Я так больше не могу… Ты ведь знаешь, что я к тебе чувствую, верно, дорогой?

— Ты. Нарушила. Договор, — отчеканил каждое слово мужчина, будто заставляя девушку сконцентрироваться именно на этом, а не на бессмысленном нытье. Ее чувства Конрада совершенно не касались. — Помнишь, что за этим следует?

Аврора запнулась и, закашлявшись, не сразу нашла в себе силы глухо выдавить:

— Помню, но… Ты ведь не поступишь так, верно?.. Мы ведь… Послушай… Давай решим все мирно…

— Я бы наказал тебя в любом случае, — перебил ее Шульц, устав от неискренней, наигранной истерики. Лишь глупым людям свойственно делать, а после думать о последствиях. Ранее он не причислял Аврору к подобному контингенту общества, сейчас явно видел свою ошибку. — То, какое шоу ты устроила у себя в социальных сетях, достойно порки. По твоей вине в толпе папарацци у корпорации возник смертник, два моих человека погибли. Я мог бы просто забрать все, что дал, а теперь заберу просто все. Включая репутацию.

— НЕТ! — голос девушки оглушил его, заставил поморщиться и отвести телефон подальше. — Это все из-за нее, верно? Этой гребаной шлюхи, да?! Я убью ее, ей конец!

— Это из-за тебя, — Шульц поднес палец к кнопке сброса связи, но в последний момент замешкался неожиданно для себя самого. — Если не хочешь еще больших проблем, веди себя смирно. Прими наказание с достоинством.

Аврора пыталась сказать что-то еще, но Шульц оборвал связь, а затем удалил этот номер из числа зарегистрированных в базе данных, ведь оформлен он был на «Шульц Индастрис».