Часть 75

— Конрад… — сонно пробормотала я, поерзавши на месте.

— Ммм?.. — шепнул на ухо он хрипло, явно не от сна, потому как, чуть приоткрыв глаза, я увидела на настенной приборной панели — почти полдень! Шульц никогда не спал так долго, даже если переговоры затягивались на сутки.

— Ты меня сейчас задушишь, — мое тело находилось в полном и безоговорочном капкане его рук и ног, скрепленное так тесно, что кожа к коже буквально приклеилась. Более того, теплое толстое одеяло опоясывало нас по типу кокона.

— Не дождешься, — губы Шульца коснулись моей щеки, медленно скользя вниз, заставляя мое тело предательски таять. Одна его ладонь крепко сжала мою грудь, покручивая между пальцев сосок, пока вторая спустилась между ног, скользя по пульсирующему клитору.

— Ах… — я задохнулась, проваливаясь куда-то в самую глубь своих чувств, когда тяжелый напряженный член скользнул между складочек, дразня все больше и больше. — Дьявол… Это когда-нибудь кончится? Все, о чем я думаю — о сексе с тобой.

— Никогда, — один резкий толчок — и мужчина наполнил меня, растягивая и массируя изнутри. Тело затряслось в предвкушении очередной порции наслаждения, но мужчина не двигался, заставляя меня сокращаться снова и снова. — Я не дам тебе забыть.

— Звучит как угроза, — хмыкнула я, откидывая голову назад и прогибая спину, желая сделать наш контакт еще теснее, что и так было чем-то уже на грани фантастики. — Надеюсь, ты ее исполнишь…

Мурашки ползли по телу неумолимо, когда он сделал первый толчок, вырывая из груди едва слышный стон. Мое тело было так чертовски расслаблено, так раскрыто перед ним… Каждое движение ладони на груди отзывалось новыми и новыми спазмами. Я была первой, кто не выдержал этой пытки, а мужчина кончил вслед за мной, с глухим рыком и сдержанным, приглушенным моими волосами, стоном.

— Тебя надо покормить, — разрывая наши объятия, он впустил под одеяло холодный воздух, а затем о вовсе спустился с постели. — Ты слишком исхудала, детка.

Конрад отправился в душ первым, оставляя меня одну в огромной и, казалось, бескрайней комнате. Я запустила руки под подушку и уткнулась в нее носом, пытаясь снова заснуть, но после такого невероятного будильника вернуть розовую дымку было невозможно. Так что, плотнее закутавшись в одеяло, я спустила ноги на белый ковер и уставилась на Нью-Йорк с высоты птичьего полета.

Моя рука неосознанно скользнула по постели, ища опоры, пока вдруг случайно не заползла под подушку Конрада. Только спустя целые пять минут, я вдруг поняла, что там ничего нет. Он убрал пистолет.

«Он мог сделать это, чтобы не поранить тебя во время секса!» — шептала одна часть меня, пока вторая, более прагматичная и реалистичная, выдвинула свою теорию: «Он военный, Браун. Военные не меняют своих привычек. Это как почистить зубы или сходить в туалет — записано на подкорку. Тем более, пистолет на предохранителе не мог тебя ранить». А значит, вывод напрашивал один и был он совершенно не утешительным.

Подорвавшись с места, я быстро направилась в ванную, где все еще была включена горячая вода, а стеклянные створки полностью запотели. Когда я вошла в кабину, Конрад не обернулся, будто только и ждал моего прибытия.

— Ты больше мне не доверяешь, — как можно спокойнее протянула я, но голос предательски дрогнул, сорвался на едва слышный писк. Конрад напрягся и повернулся в пол-оборота. Его точеное лицо выглядело еще более хищно с каплями воды, стекающим по острым линиям лица. — Прости меня, Конрад. Я больше никогда не выстрелю в тебя, что бы ни случилось.

— Я бы поступил так же на твоем месте, — твердо заявил мужчина то, что я уже однажды слышала. Он полностью повернулся ко мне, представляя натренированное тело. Сейчас его мышцы были прорисованы еще более четко, чем в прошлый раз. Видимо, исхудала не одна я.

— Ты это уже говорил, — закивала я, аккуратно положив ладонь ему на щеку, будто он мог ее сбросить. — Но это не отменяет того, что ты спрятал от меня пистолет.

— Я просто не хочу потерять тебя еще раз, — твердо заявил он, чеканя каждое слово.

Я смотрела в его глубокие глаза и пыталась распознать обман, но с Шульцем мои дедуктивные способности не имели никакого веса. Мечтая заглянуть в его голову, мне хотелось понять: действительно ли он не держит обиды? Или просто закрыл от меня эту тему, пряча эмоции под замком глубоко в душе.

«Доверие приходит только со временем», — шепнул мне внутренний голос, и сейчас я была готова это принять.

— Как насчет секса в ванне? — от кривой ухмылки мужчины мои колени мгновенно обмякли, а тревожные мысли отошли на задний план. Взгляд непроизвольно опустился на налитый кровью мужской орган, и щеки вновь побагровели. «Ты никогда к этому не привыкнешь!» — застонал внутренний голос.

— Мне нужна небольшая передышка, — деланно прикусила губу я, и, прежде чем Конрад успел сказать хоть слово, толкнула его к мраморной плитке, заставляя упереться в нее спиной.

— Эмми, — Конрад проследил за тем, как я медленно спустилась вниз с широко распахнутыми глазами. Он нервно сглотнул, когда я усмехнулась, и облизал пересохшие губы. — Что ты делаешь?

— А на что это похоже? — пальцы крепко обхватили член, язык медленно очертил головку. Показалась небольшая белая капля, и я демонстративно ее слизала, не отводя от мужчины взгляда. — Это ведь ты у нас гений, не так ли?

Он хотел что-то сказать, но тут же закашлялся, когда мои губы полностью поглотили член, а язык очертил каждую набухшую от возбуждения венку. Каждое касание отзывалось сокращением мышц у мужчины на теле, пока его руки вдруг не намотали мои волосы себе на кулак, ускоряя движения, направляя.

— Дьявол, детка… — зашептал он невнятно, толкаясь бедрами вперед, вколачивая в меня член снова и снова. — Вот так… Только не останавливайся…

Ощущение власти над Шульцем возбуждало так же сильно, как и прелюдия. Каждое его шипение отзывалось между ног сильным спазмом, делая мои же движения агрессивнее и резче. Конрад взорвался, когда кончик моего языка очертил контур головки, а обе руки скользнули по члену. Горячая как лава сперма потекла по моему горлу, обжигая внутренности, но я даже не думала избавиться от нее. Чего ждал Конрад, судя по его цепкому взгляду.

— Тебе понравилось? — робко спросила я, пока он вглядывался в меня как-то по-новому. В самое сердце.

— Как и в первый раз, — кратно ответил он, поднимая меня на руки и впечатываясь в губы сумасшедшим поцелуем. Таким диким, будто хотел вложить в него все те чувства, что кипели внутри. — Как и всегда. Но это было… Просто охренеть.

— Кстати… Видео у Майера… — выпалила я, когда мужчина оторвался от моих губ, усаживая на небольшую скамью.

— Его больше нет, — без капли сомнений пообещал мне Шульц, и я закрыла для себя эту тему. Если об этом позаботился Он, значит, так и есть. — Как насчет…

Шульц внезапно сжал мои бедра, потянув на себя. Я неожиданно для себя самой вскрикнула, только тогда поняв, что Конрад стоит передо мной на коленях. Его язык очертил ровную линию между влажных складок, из груди мужчины вырвался рычащий звук довольного животного, получившего свою законную добычу. Ему понадобилось лишь пару раз очертить мой пульсирующий клитор, чтобы лавина наслаждения заставила меня задрожать в его руках, как осиновый лист.

— Нам нужно выбираться отсюда! — взмолилась я, когда эмоции немного поутихли. — Иначе мы так и не выйдем из комнаты. И умрем здесь от голода…

— Определенно нужно, — деловито кивнул Шульц, а потом поднялся на ноги, поднял меня и снова вошел внутрь, начиная все заново.

***

Единственное, что могло вытурить нас из душа — это если закончится горячая вода. Но в доме Конрада Шульца ничего не могло закончиться, поэтому причиной бегства к реальности стал мой безумно бурчащий желудок.

— Черт! — впервые за сутки взглянув на себя в зеркало, я увидела девушку с поплывшим взглядом и с не сходящей блаженной улыбкой. Более того, всю шею украшали темные засосы, не заметить которые мог только слепой.

— Вчера тебе нравилось, — проходящий мимо Конрад шлепнул меня по ягодице, послав многозначительный взгляд. Радовало лишь одно — он выглядел так же глупо.

Учитывая, что мои вещи находились в пентхаусе на этаж ниже, я без спроса натянула серый с высокий ворсом свитер Конрада, а так же его домашние штаны. Все это было слишком большим для меня, но достаточно уютным. И, судя по горящим глазами мужчины, он оценил.

— Я думала, вы уже не проснетесь! — Сабина встретила нас около огромной ели, стоящей у камина в гостиной. Они с Артуром были по шею завалены подарками и, кажется, наше с Конрадом присутствие особой роли не играло. — Представляете, у Барбары появился ухажер!

— Никакой это не ухажёр, мисс Эмми! — отмахнулась красная как помидор Барбара и тут же криво улыбнулась. — Патрик просто пригласил меня выпить кофе… То-то и всего.

— Он очень милый мужчина, — подмигнула я ей, пока Конрад беззастенчиво затянул меня к себе на колени. — Думаю, вам будет, о чем поговорить. Разве нет?

— Возможно, — пожала плечами та и тут же перевела тему. Явно, женщине было неловко обсуждать свои все еще подвешенные отношения с шофером. — Мисс Эмми, Мистер Конрад, остались лишь ваши подарки!

— Спасибо за древние письмена! — отсалютовал мне Артур старинной книгой, стоящей, как половина моей старой квартиры. Деньги Конрада, выплаченные с учетом повышенной зарплаты, очень пригодились.

— И за это, — Сабина покрутилась передо мной в розовом платье принцессы, с короной и волшебной палочкой, выполненных руками одного очень известного французского мастера.

— Когда ты только успела? — шепнул мне на ухо Конрад, явно имея в виду, что я слишком поздно вспомнила про праздник. К тому же, всегда была на виду.

Самодовольно хмыкнув, выдала убийственный аргумент:

— У меня было пять лет тренировки. Теперь я могу сделать все, что угодно, пока горит спичка.

— Хм… Все, что угодно? — бархатно низко шепнул мне на ухо Конрад, заставляя тут же покраснеть, как рядом стоящий горшок с пролесками. — Принимаю твой вызов, Эмми.

Я нервно вобрала кислород и натянула спокойную улыбку, когда Сабина всучила мне огромную запакованную коробку.

— Это вам с папой, — многозначительно протянула, сдерживая улыбку. — Общий подарок. Один на двоих.

Я настороженно развязала бантик, потому как точно не видела этого подарка среди остальных. В подарок для Конрада мы заворачивали галстуки… Видимо, Сабина с Артуром готовили его заранее, что только подтверждает мою теорию о всеобщем заговоре.

— Эм… — глаза ошарашено округлились, когда я увидела нечто, чего совершенно не ожидала. Огромную кучу детских вещей, а также литературу для беременных. Слова застряли где-то в глотке, и я бросила испепеляющий взгляд на Шульца.

— Я не имею к этому никакого отношения, — развел руками тут, бросая вопросительный взгляд на Сабину. Не оставалось сомнений, что «заводилой» данной операции была именно она, а не побелевший от ожидания взбучки Артур.

— Неужели вам не нравится?! — наивно поморгав глазками, девочка демонстративно пустила слезу, приложив руку к сердцу. «Манипуляция высшего уровня!» — догадалась я. — Мы ведь так старались… Эх, ну ничего страшного.

— Понравилось, — как можно спокойнее выдала я. — Но я не беременна.

— Вы ведь с папой поженитесь, да? — прокричала девушка, и в комнате повисло гробовое молчание. Няня с поваром уставились на нас с Конрадом во все глаза, даже Артур прикрыл лицо ладонями от смелости сестры. — А это только вопрос времени! Пусть первый подарок братику или сестричке будет от нас с Артуром!

— Мисс Эмми, — кинула мне спасательный круг Барбара. — Спасибо огромное за холодильник. Право, не стоило! Это ведь так дорого… Но как вы только догадались?

— Интуиция, — пожала плечами я, хотя на самом деле интуиция тут была не нужна. Повар так жадно разглядывала холодильник Конрада, что вопросов не оставалось.

— И мне пришло оповещение со школы, — подала голос Шали, робко отведя взгляд к полу. — Не стоило, право. Это ведь целое состояние!

Я робко улыбнулась, чувствуя себя неловко под прицелом всеобщего внимания. Вчера я подслушала, как няня жалуется кому-то по телефону, что за ремонт школы дочери придется выложить две месячные зарплаты, потому как та в ходе драки с каким-то парнем разнесла полкласса.

— Ты потратила все деньги с зарплатной карты? — хмыкнул Конрад мне на ухо вальяжно и расслаблено. Я послала ему многозначительный взгляд.

— Даже не десять процентов.

После затяжного праздничного обеда, в который каждый успел оценить какие-то никакие мои кулинарные навыки, дети оправились изучать подробнее горы подарков, пока мы с Конрадом устроились в малой гостиной на узком, но от того не менее мягком диване. За окном шел снег, в камине трещали дрова, а мужчина накручивал мои волосы на свой палец.

— У меня ведь есть для тебя подарок, Конрад, — прошептала я спокойно.

— Только не говори, что галстуки, — хмыкнул он, и грудь его завибрировала.

— Нет, — покачала головой я, внимательно следя за танцем снежинки и повторяя его пальцем на груди мужчины. — Этот подарок намного более ценный.

— Пара галстуков? — предположил Шульц, и я пнула мужчину в бок, заставляя заткнуться. Он ойкнул и засмеялся уже в голос. — Что, целый набор?

— Просто… — рядом завибрировал телефон, и я настороженно перевела на Конрада взгляд. Всем своим видом мужчина демонстрировал, что трубку брать не собирается. — Мистер Шульц, это несерьезно! — перегнувшись через Конрада, я смело достала его телефон, нажала на «ответить» и поднесла к уху Шульца. Мужчина послал мне такой убийственный взгляд, что на мгновение стало не по себе, но затем он шлепнул меня по ягодице, и все встало на свои места.

— Шульц, — леденящим душу тоном отчеканил мужчина, и я придвинулась ближе, чтобы было лучше слышно разговор. Если кто-то мог звонить Шульцу в выходной, то только по причине экстренной важности.

— Босс, сегодня назначена ежегодная премия «Человек года». Вы не подтвердили свое участие, но организаторы очень настаивают. Очень. Что им ответить?

Я уже знала, что мужчина скажет, видела, словно в замедленной съемке, как открывается его рот и произносится отрицательный ответ, потому сделала нечто совершенно опрометчивое и отчаянное — выхватила телефон, отскочила назад и спокойно ответила:

— Добрый день! Мистер Шульц обязательно будет. Скиньте всю необходимую информацию в сообщении.