Глава 9

Проснувшись, мы неспеша завтракаем, сворачиваем лагерь и сделав перевязку, отправляемся в город на выделенной мне машине. Арс за рулём и я, мягко говоря, беспокоюсь, когда он превышает скорость.

Скам это отмечает и коварно улыбается, демонстративно вдавливая педаль газа в пол. И как только я хватаюсь за ручку, сбрасывает скорость. Ведёт себя словно ребенок, честное слово!

Но как только мы подъезжаем к дому, он теряет всё веселье. У ворот стоит машина Дана, вся изрешечённая пулевыми отверстиями. Арс паркуется чуть дальше и внимательно смотрит в салон авто, после чего берет телефон и набирает кому-то.

– Почему не доложили? – пауза и: – Все живы?

Я понимаю, что случилось что-то ужасное, но мне всё равно очень сложно представить, что кто-то в двадцать первом веке способен применять огнестрел среди белого дня.

Арс сбрасывает вызов и поворачивается:

– Где живёт твоя подруга?

Вопрос мне непонятен, как и его цель.

– Зачем тебе Жанна?

– Несколько дней побудешь с ней. Я выделю пару человек на охрану, но ты всё равно глупостей не делай, ладно?

Что он имеет ввиду под многозначительным словом «глупости» я понимаю без пояснений, а вот то, что он решил меня сбагрить, мне не нравится.

– Я не хочу проводить время с подругой, пока ты в опасности! Давай просто уедем отсюда вместе, – прошу, не скрывая переживаний.

Но Скам меня не слушает, прихватывает пальцами мой подбородок и тянет на себя, чтобы жадно поцеловать в губы. Я мгновенно теряю контроль над собой, чувствуя приятное головокружение и, похоже, именно этого он и добивался.

– Я разберусь с проблемами и заберу тебя. Сейчас тебе опасно быть рядом.

Вздыхаю, но киваю, называя адрес Зайцевой.

Из-за отсутствия у меня телефона, я не могу ей позвонить, а потому приезжаем мы без предупреждения. Нажимаю кнопку вызова у ворот и прошу охранника сообщить о моём визите однокурснице.

Сеня обнимает меня за плечи, когда Жанна выходит за ворота. Она с ужасом смотрит на нас, но молчит.

– Привет, – усмехается Славин в мою макушку.

Я задираю голову, и он целует меня.

– Приеду за тобой уже через пару дней. Будь умницей, Ворона.

Грустно улыбаюсь в ответ, потому что понимаю – через пару дней всё может кардинально измениться, как для меня, так и для него. Мы молча провожаем взглядом машину, на которой приехали и когда та, сворачивает за угол, Жанна не сдерживает своих эмоций.

– Охренеть!

Я улыбаюсь в ответ и беру подругу под руку, ничего не говоря. Я даже удивилась её реакции. Слишком мягкой она оказалась. Думала, будет куда хуже, но Зайцева удивила.

– Я жду подробностей. Я вот знаешь, чего угодно ожидала от тебя, но не того, что ты свяжешься с таким, как он…

Жму плечами и тяну её к воротам, не особо желая делиться подробностями, но понимаю, что это будет неизбежно.

– А что с твоими руками?

Улыбаюсь, понимая, что информация вызовет у неё удивление и негодование, но ничего не могу с собой поделать.

– Поранилась об забор, когда сбегала от него.

Жанна действительно удивилась. Но никак не высказывала своего мнения, а только требовала подробностей. Поэтому, когда мы оказались в её комнате, я принялась неспешно рассказывать обо всём, что между нами произошло за последние несколько недель. Поняв, что прошло довольно много времени с того дня, как я оказалась в больнице, я задумалась о том, что изменилось в моих чувствах.

А по сути-то, ничего не изменилось. Только страх получить в ответ отмщение превратился в страх потерять того, кем очень долго дорожила, и от кого скрывала свои чувства.

Мы с Зайцевой много разговаривали, и я узнала, что Дерябин, который по собственной глупости попал под тяжелый кулак Арса, пришел в себя и уже пару дней как готовится к выписке. Как он будет смотреть мне в глаза, когда начнутся занятия, я не знала. Да и знать, честно говоря, не очень хотела.

С каждой минутой переживания об Арсе нарастают. Жанна замечает, что я нервничаю и предлагает мне позвонить ему. Но проблема в том, что номера я не знаю. Но все равно пользуюсь советом и звоню с домашнего телефона маме, чтобы узнать, как у той дела.

– А ты где? – спрашивает она. – Что за номер?

– Не пугайся, мам. Я у Жанны. Сеня привёз к ней, сказал, чтобы я у нее пока побыла.

– Сеня? – переспрашивает она с улыбкой. – Я рада, что вы помирились. Он хороший парень, Оля.

– Наверное, – я не знаю, что ответить.

В Скаме я никогда не видела негодяя. Хотя нет, случай с Валерой Сомовым заставил меня в этом убедиться, но как оказалось, не настолько он подонок, чтобы убить беспринципную тварь.

– Кхм, мне пора, – вдруг резко роняет мама и сбрасывает вызов.

Я успеваю услышать злой голос Сомова. В груди ёкает, но я понимаю, что, если перезвоню могу только хуже сделать. Поэтому кладу трубку на базу и возвращаюсь к Жанне, которая увлеченно смотрит какую-то блогершу по здоровому питанию. На предложение присоединится, я только закатываю глаза и занимаю кровать, размышляя над тем, как медленно тают минуты.

Кажется, что несколько дней превратятся в вечность.

Вечером мне удаётся уболтать подругу на пиццу, правда и та диетическая, но не имея лучшего радуемся тому, что есть. К тому же, я очень люблю креветки, которых на тонком «правильном» тесте оказалось в избытке.

В итоге, мы смотрим после полуночи и даже не трясемся от страха, когда в фильме объявляется чудовище. Иногда только вздрагиваем, ни на что не обращая внимания и чувсивуем себя семнадцатилетними подростками до тех пор пока достаточно громкие звуки из фильма не перебываются хлопками за дверью комнаты.

Я ставлю на киноленту на паузу и подхожу к двери, чтобы разобраться в происходящем. Но услышав громкие мужские голоса, отшатываюсь в сторону. Дверь мгновенно вышибается, а внутрь вбегают три здоровяка, котрые хватают меня за руки и за ноги.

Мой крик разносится по всему дому, пока мне не заталкивают в рот уже давно знакомые таблетки.

– Жри, стерва, или я тебя так вырублю! – кричат на меня, вынося из комнаты на руках.

Я понимаю, что сопротивлением могу сделать себе хуже, а встреча с Гроховым неизбежна. Поэтому послушно принимаю и таблетки, и протянутую воду, а после позволяю вынести себя из дома, надеясь, что от моего присутствия здесь никто не пострадал. Но я ошибалась. У ворот я отчётливо видела несколько лежащих на земле охранников. Кто знает, сколько человек они отправили на тот свет.

Славин считал, что охрана дома Зайцевых меня спасёт в случае неприятностей, но вышло совершенно иначе.

Я сажусь в машину и несколько минут размышляю о том, что смогу сделать, когда Грохов окажется утром у моей постели. Меня ещё долго не отпустит состояние нездоровой слабости и апатии, а это значит, что лучше деда не провоцировать и послушно говорить всё, что он захочет услышать. Если, конечно, он захочет вообще меня слушать.

Ещё через несколько минут я отключаюсь от реальности, видя перед глазами только улыбку Славина, которой он щедро делился со мной вчера.

***

Сознание штука весьма неприятная. Особенно, когда тебя пичкают всякой дрянью, а потом ты приходишь в себя и лежа в мягкой посели чувствуешь вес собственного тела, который в этот момент кажется непосильной ношей.

– Доброе утро, моя милая, – слышу ненавистный голос Грохова.

Морщусь, когда яркий свет бьет в глаза. Рассвет. Только рассвет. Ублюдок никогда не изменяет свои привычкам.

– Хочешь воды? – спрашивает меня, но не дожидаясь ответа, заталкивает руку под мою голову и подтягивает, чтобы прислонить к губам стакан.

Мне и впрямь очень хочется пить, потому я даже не пытаюсь сопротивляться. Думаю только о том, сколько времени понадобиться прежде, чем меня найдет Скам.

– Что ж, милая, – Грохов занял кресло у кровати и сложил руки. – Вот ты и дома.

Взгляд неосознанно метнулся по стерильно белым стенам и потолку. Такие же белые занавески колыхал легкий ветерок, а с улицы не доносилось ничего, кроме пения птиц.

Я пытаюсь выдавить из сухого горла вопрос о том, что ждет меня дальше, но уже знакомые препараты всё ещё действуют. У меня ничего не выходит.

– Пока ты отдыхаешь, мы с твоим отцом решим финансовый вопрос. А через пару дней ты будешь достаточно крепка, чтобы справить с нами завершение удачной сделки, которую мы так долго готовили.

Не совсем понимаю, о чем он, но что-то подсказывает, что речь идет не только о бизнесе. Мне не впервой слышать о желаниях старика и странных просьбах, но вот находится в нормальном состоянии рядом с ним ещё не доводилось. Не боится, что я закачу скандал? Так я могу. Правда, наверное, не буду. Лучше найти способ ускользнуть отсюда и потеряться в ночи.

– Сегодня ты немногословна, милая, – улыбается ублюдок. – Что ж, отдыхай.

Он поднимается из кресла и покидает комнату, оставляя меня варится в собственном соку. Ведь я даже руками толком пошевелить не могу.

Мне нужно найти способ удрать отсюда. И чем раньше, тем лучше.