Глава 10

Славин

Весь день, как на иголках. Кажется, я давно так не мотался по городу, с целью налаживания связей. Подобные вопросы не решаются по телефону, потому я рассчитывал только на собственные ноги, которые, как говорят, волка кормят.

В какой момент я упустил свои дела? Сердечные всегда сносят крышу, я это знал, но никогда не думал, что всё может быть настолько серьёзно. Работа с парнями с момента становления бизнеса стала моей жизнью и всего одна девчонка разрушила этот уклад.

Кого я обманываю? Она всегда была центром моей вселенной. Моим костяком, вокруг которого я вертелся. Даже, когда ненавидел и желал придушить. Когда смотрела сквозь меня, словно никогда не было дней, когда всё чего я желал – держать её за руку.

Всё строилось для неё, из-за неё и под неё. Я даже свой дом купил за пару дней до её приезда. С двумя спальнями и большим холлом, как она когда-то мечтала.

Парни говорили, что я тронулся. Загора отговаривал. Боялся, что Грохов попытается со мной разобраться без участия Зубова и тогда все планы коту под хвост или того хуже.

Но всё, о чем я мог думать – мне нужно вернуть её. Отобрать у мучителей по-хорошему… или решить проблему радикально. Раз и навсегда.

Мне страшно думать о том, что она пережила за эти три года в руках тирана и психа. Ради того, чтобы защитить меня, пока я испытываю всю гамму чувств от ненависти до отвращения. Всю, кроме благодарности и любви.

И это бесит.

Бесит чувство вины.

Бесит, что хочется стоять на коленях и вымаливать прощения.

Бесит, что она не понимает, что это не она должна была защищать, а я.

– Ещё бы чуть-чуть и всё, – не то удивлённо, не то удрученно произносит один из моих соратников.

Я выбрасываю все мысли из головы, смотрю на Геру и никак в толк взять не могу, какой сволочи так не улыбнулось в жизни. Сложно даже представить, как он возьмётся мстить не то, что заказчику, исполнителям.

– Если бы не подарочная зажигалка, лежал бы сейчас вместе с пацанами, – невесело констатирует парень, сжимая в руке упомянутую вещь.

Честно говоря, я никогда не видел, чтобы он курил, поэтому наличие Зиппо меня немало удивило. До недавнего времени смолил в команде только я, на что парни неодобрительно качали головами. Добравшись до Вороны мне удалось бросить. Она не любит запах сигарет. Знаю, потому что когда-то уже бросал эту мерзкую привычку.

– Док что говорит? – я толкаю купюру в автомат и выбираю американо, чтобы немного усмирить гнев, который не удаётся погасить с самого утра. В груди огнём полыхает от желания раскурочить морду некоторым уродам.

Расстрелянное авто меня окончательно из себя вывело, но пока мы не знаем, кто такой смелый нашелся.

– Говорит, нормально всё будет. Несколько ранений, но по сути ничего критического. Операция прошла хорошо. У тебя есть уже какая-нибудь инфа?

Усмехаюсь в ответ и кошусь на друга. Обычно вся инфа от Геры поступает, и он прекрасно об этом знает.

Поняв, что ляпнул что-то не то, парень вздыхает и качает головой. Я понимаю, что ему сейчас тяжело, но нужно собраться и вычислить подонка, что посмел напасть на мой дом.

– Думаю, вчерашняя волна паники была показушной. Ожидали, что вы вернетесь к ночи, поэтому нападение было организованно перед рассветом, чтобы застать вас в доме наверняка.

Киваю и проглатываю полстакана горячего кофе залпом, особо не думая о том, что могу обжечь пищевод. Кажется, тот и так уже обожжен сочащимся изнутри ядом, поток которого, я не в силах остановить.

– Ёж уже вернулся? – спрашиваю, неосознанно отмечая, что врачи начали суету в реанимационном отделении. Должно быть опять привезли какого-то бедолагу.

– Возможно. Пока на связь не выходил.

Пытаюсь припомнить, когда вообще в последний раз с ним нормально разговаривал и был ли от того намёк на проблемы. Но нет, ничего подобного.

– А что по Сомову?

Гера хмыкает и трёт костяшки пальцев, будто те заныли в ожидании хорошей драки.

– Саня звонил недавно. Говорит, они здорово Карася подрезали на бабки с этой новой сделкой. Все припевалы ржут в голос. Зато у нас всё сладко да гладко. Дёмов аккуратный договор подсунул холдингу. Тебе осталось только сделку с Гроховым сорвать, и рыба наша на дно пойдет.

Киваю, ставлю стакан с кофе на подоконник и задумчиво тянусь к карману, где обычно были сигареты. Но вовремя вспоминаю, кто я и где нахожусь. Арсений Славин не так давно бросил отраву и не намерен к ней возвращаться.

– А что Грохов?

Гера качает головой и кривит губы. Этот тип никогда не был нам приятен. Столько дерьма разного выползло, когда вскрыли род его занятий, что первым делом хотелось просто раздавить гниду. Но не всё так просто, мы может и ублюдки, но на убийства идти не готовы, даже если у нас на пути отъявленные негодяи, заслуживающие смертной казни.

– Цветёт и пахнет. Чё ему сделается-то?

Хочу в красках ответить на риторический вопрос, но оживает мобильный. На экране высвечивается имя Дана, потому я спокойно принимаю вызов.

– Есть новости? – спрашиваю сходу.

– Сомов вернулся.

– И? – протягиаю удивлённо. – Мне не он нужен, ты же знаешь.

– Да, но я подумал, что ты захочешь спасти от рукоприкладства мать своей невесты.

Сжимаю зубы и хмурюсь, не понимая мотивов этого придурка.

Когда он на Олю руку поднял, я едва сдержался, чтобы не оставить ему культяпки вместо полноценных конечностей, кои он до сих пор не бережет. Стоит только вспомнить, как она выходит с огромным фингалом, меня мгновенно перекрывает. Как можно тронуть такую хрупкую девочку? Один удар и сотрясение, которое нужно лечить неделями.

А главное, за что? За то, что послала Грохова в зад? Туда ему и дорога.

– Мы с Герой скоро будем. Зови ребят. Сдаётся мне, старшая Ворона добегалась налево, и Карась это понял, – я сбрасываю вызов и обращаюсь к Гере: – Найди Ежа, он мне нужен.

Мне очень не хочется, чтобы будущую тёщу кто-то обижал. Да и врач этот мне понравился. Глупость совершил, конечно, когда моей Вороне машину свою отдал, но он же по доброте душевной.

Пока мы ехали Гера вышел на Ежа через пятое колено. Тот ещё несколько дней назад должен был вернуться из Благовещенска, куда ездил по семейным делам. Но что-то его задержало, и друг не спешил делиться своими переживаниями со мной.

У дома Вороны мы паркуемся и сразу замечаем нашу машину сопровождения. Дан не выходит, чтоб не раскрыть себя, а я не спешу подходить к минивэну, поскольку каждый охранник Сомова знает меня в лицо. Несмотря на то, что уже достаточно темно, меня узнают мгновенно. По татуировкам. Чертовы приметы, о которых я уже не раз пожалел.

– Какой план? – интересуется Гера.

Но плана у меня не было, как не было и желания вообще терять время на его продумывание. Взяв из бардачка первое, что попалось, а это была железная трубка, поворачиваюсь к парню.

– Пушка с собой? – спрашиваю, хватаясь за ручку авто.

– Обижаешь, – с укором отвечает он, оттягивая полы джинсовой куртки и демонстрируя наличие огнестрельного оружия.

Ну, я вовсе не сомневался в том, что он без ствола в гости не ходит. Хмыкнул и кивнул на машину охраны.

– Тогда вы с ребятами их на себя берите. Пусть меня Витёк догоняет у лифта.

Мы оба вышли из тачки, подавая парням сигнал. И пока Гера со стволом наголо шел к охране, я нырнул в подъезд и набрал технический код, который обесточил на несколько мгновений электронный замок, чем обеспечил доступ внутрь.

Я вставляю железную трубку в дверь, чтобы та не закрылась и бросаюсь к лифту. Нажав кнопку вызова подъёмника, жду Витька и тот появляется ровно в тот момент, как открываются двери.

Мы заходим внутрь и поднимаемся на нужный этаж. Я слышу женский крик и у меня сводит зубы от бешенства. Витёк принимается за вскрытие замка и у него уходит меньше минуты, но мне каждая секунда казалась сейчас адом.

Врываюсь в квартиру и валю единственного охранника, который никак не успевает отреагировать на наше появление. Следующим действием, отдергиваю Сомова от избитой будущей тещи, лежавшей на полу и закрывавшей голову руками, чтобы ублюдочный муж не попадал по голове, пока пинал её.

Я не нахожу в себе сил остановиться, нет. Методично и ритмично вколачиваю в ублюдка кулаки, вспоминая собственное бессилие и ярость, когда увидел с фингалом свою Ворону. Меня накрывает приятным горячим ощущением восстановленной справедливости, и каждый удар в эту тупую рожу звучит песней.

– Не надо! Не надо! – кричит мразь, пытаясь достучаться до меня.

Я останавливаюсь, хватаю его за грудки впечатываю в стену.

– Когда жену и падчерицу бил, не думал, что не надо этого делать?! – я снова поднимаю кулак, чтобы ещё раз впечатать его в свёрнутый на бок нос, из которого обильно хлещет кровь.

– Прости! Не надо! – поднимает руки, словно сдаётся.

И меня то бесит, потому что бить лежачего или сдавшегося это низко, как ни глянь.

– Сука! – сплёвываю под ноги и швыряю ублюдка на пол.

Слишком короткий выход агрессии. Адреналин кипит в крови, и я не сразу слышу, что мне орёт с порога квартиры Дан. А когда слышу, внутри всё леденеет от ужаса. Я срываюсь с места и бегу уже ничего перед собой не видя.

– Воронову старшую вывезите отсюда куда-нибудь в безопасное место!

Дан вылетает на улицу вместе со мной. Я только краем глаза отмечаю Ежа на байке и машу ему рукой, чтобы следовал за нами.

Машина кажется слишком медленной и выжимаю из неё максимум, но проблема в том, что Нива не предназначена для скоростных поездок по ночным пустынным улицам.

– Что там случилось? – нахожу в себе наконец силы для важного вопроса. – Как её увезли?

– Наших положили. Парни говорят, от них сигнал поступил о нападении, а затем тишина. Минаев поехал на проверку, те уже в доме были. Сообщение передал, а вот сделать ничего не мог. Положили вместе с охраной, – зло проговаривает Дан. – Двое раненых, один погибший. Среди охраны Зайцевых, четверо погибшими. Воронову вывезли на чёрном джипе, Минаев сказал, что не сопротивлялась.

Я мысленно похвалил Ворону, но понимал, что это было продиктовано страхом за свою жизнь.

– Чьи это люди были? Зубов, Грохов, Сомов младший?

– Да откуда знать, Арс? Ни номеров, ни опознавательных знаков. Приехали, расстреляли, забрали. Зайцевы до сих пор в ужасе от произошедшего.

– Они целы? – спрашиваю с ноткой беспокойства.

– Без понятия, брат.

Когда мы приехали, вся чета как раз находилась на улице. Несколько патрульных машин стояло у ворот, а по дому бродили полицейские. Первым делом, я направился к Жанне, она должна была быть рядом, когда похитили Олю.

– Это всё из-за тебя! – сходу начала она кричать, когда увидела меня. – Во что ты её втянул, мерзавец?!

Я приобнял девушку за плечи, понимая, что у неё шок и стресс. Чтобы вытащить из неё хоть что-то, необходимо сначала успокоить, чем заниматься сейчас абсолютно не хотелось, потому что мои руки нужны другой девушке.

– Поверь, это не я. Я её от этого берёг, – заверяю я. – Потому к тебе отправил, чтобы под защитой была. И людей своих выделил, чтобы наверняка, – отодвинув немного девушку, заглядываю ей в глаза и очень вкрадчиво спрашиваю: – Что было, Жан?

Она сначала сомнением смотрит на меня, будто желая хуже сделать, не посвящая в подробности, но там её подруга, которая каждую минуту рискует проститься с жизнью.

– Мы фильм смотрели. Из-за пальбы в кино, не поняли, что происходит снаружи. Олька только потом поняла, что не так что-то. Поставила на паузу и пошла к двери. Когда эти ворвались я вжалась в диван и видела, как три здоровяка заставляют её пить какие-то таблетки. Оля сначала кричала, а потом… Ей запихнули их в рот и вытащили из комнаты. Один пригрозил её вырубить, и она затихла. Я только в окно видела, что она сама с ними идёт к машине.

Я делаю глубокий вдох, стараясь держать себя в руках. Похлопываю девушку по плечу и благодарю. Сам уже мыслями расправляюсь с Гроховым. Ноги несут к машине, но меня останавливает Ёж.

– Кто? – спрашивает коротко.

– Грохов. Седативными опять накачали, как в прошлый раз в участке.

Оля не знает, что в ту ночь, увидев её слёзы, я не смог уехать. Мы бросили байки и пошли за ней, чтобы понять, что произошло. Сказать, что я был ошеломлен, когда увидел, как она заходит в отделение полиции – не сказать ничего.

Когда её без сознания выносили из здания амбалы Сомова, я не принялся бить им морды только потому, что Ёж пообещал всё выяснить. Он и выяснил, что моя Ворона вовсе не по собственной воле замуж собиралась выходить. Уже на следующий день после того, как Олю увезли на скорой помощи, я продумал план, который и принялся воплощать немногим позднее.

Я даже представить себе не мог, сколько глупостей совершила эта дурочка, чтобы оградить меня от Грохова. От Грохова и от себя.

Брат кивает на байк, надевает шлем и садится за руль железного коня. Я же смотрю на Дана и командую:

– На базу всех. Разборки будут.

Парень понимающе хмыкает, достаёт смартфон и делает смс-рассылку с шифром о сборе. Плевать, что такие вещи должны занимать минимум несколько часов. Обстоятельства не терпят отлагательств. Мне нужны все мои бойцы прямо сейчас.

Я сажусь на байк и сжимаю зубы, когда мы набираем скорость. Адреналин щедро впрыскивается в кровь и тело требует активности. Скорость только немного утоляет эту жажду, но в висках бьётся только одна мысль, которую я даже боюсь озвучивать.

Если он что-то сделает с моей Вороной, я его убью.