Глава 2

Коллеги косились то на меня, то на букет в красивой коробке. Я уткнулась в компьютер. Похожий букет был у меня и дома. На выходных, когда курьер принес цветы, недоумевала от кого, но прочитав карточку, тут же хотела все выкинуть, но стало жалко растений. Они-то не виноваты в том, что человек, который их посылал, жутко меня раздражал и злил, и манил! Марк… боже, не о таком мужчине я мечтала, но он просто сносил все на своем пути, упорно двигаясь к своей цели. Только сейчас не понимала его мотивы. Он хочет отношений? Легких? Но я не хотела! И запуталась…Мысли о нем то бесили, то дарили какое-то тепло, то возбуждали, то вновь вгоняли в депрессию.

Дверь в кабинет резко распахнулась и на пороге возник объект моих дум. Орлиный взгляд карих глаз, упрямо выдвинутый подборок, плотно сжатые губы. Не смотря на прохладную погоду за окном, апрель был далеко не весенним, на нем был всего лишь костюм темно-синего цвета. Марк с грацией пантеры направился к моему столу.

— Привет! — его глаза, поймав мой взгляд, не отпускали. Мне хотелось отвернуться, но не зря ходили легенды о его магическом удерживающем взгляде, который проникал тебе в душу и выведывал все самое сокровенное против твоей же воли. Ты уже не замечал, как сам выкладывал все, что нужно и не нужно. Поэтому виновные люди не любили с ним работать, если только не они платили за его услуги.

— Привет! — шепотом ответила, он позволил мне отвести глаза. Марк сел на стул, посмотрел уже на притихших, заинтересованных коллег, но, увидев его пронзительный властный взгляд, уткнулись в свои работы.

— Ты обедала? — его внимание было вновь устремлено на меня, покачала в отрицании головой. — Тогда я приглашаю на обед! — губы растянулись в обворожительную улыбку, от которой сердце пропустило удар. Мне хотелось возразить, но иронично вздернутая бровь заставила проглотить слова протеста. Надо было поговорить с ним и расставить все точки, сказать, что ничего не случилось, что никакого значения эпизоду в клубе не придала. Взяла сумочку, накинула легкое пальто и в его сопровождении покинула кабинет. На парковке возле главного входа стоял уже знакомый мне джип. Мы молчали, каждый погрузился в свои мысли, не торопился первым заговорить. Даже в ресторане, куда меня привез Марк, нас до столика проводил администратор, мы так и не обменялись и словом. Отсутствие цен в меню напрягло, но под его внимательным взглядом заказала обед. Когда официант, приняв заказ, оставил нас, он откинулся на стуле, расстегнув пиджак.

— Как ты себя чувствуешь? — его забота заставила пристально всмотреться ему в лицо, недоверчиво вздернуть бровь. С чего это он интересуется моим самочувствием? Я, конечно, посетила врача. Милая женщина выписала мне мазь от трещин и посоветовала воздержать две недели от секса, на что я чуть не рассмеялась. Но ему об этом знать не имело смысла.

— Хорошо, — он недоверчиво хмыкнул, но настаивать на подробном ответе не стал. Воспоминания возбуждали, прикосновения вызывали неприятные ощущения между ног, но навязчивые похотливые мысли меня не покидали. Принесли нашу еду, каждый уткнулся в свою тарелку. Марк еще что-то просматривал в своем телефоне. Из-под ресниц наблюдала за ним. Красивый, но не глянцевой красотой этаких брутальных мачо на журналах, а мужской. Чувствовалось в нем стержень, уверенность в себе и своем завтрашнем дне. Если он и сомневался когда-то в чем-то, то вряд ли это увидят окружающие. Я, отойдя от шока веселой субботы, воскресенье провела за ноутбуком, ища в сети любую информацию, относящую к Александрову Марку Максимовичу. И еле подобрала свою челюсть со стола. Марк был известным адвокатом, работал как на «хороших», так и на «плохих» людей. Брал дела громкие, скандальные, брал те, где другие юристы отказывались, уверяя в проигрыше еще на старте. Его персона вызывала у всех эмоции: и положительные, и отрицательные. Равнодушным мог быть только труп. Единственная тема, оказавшая вне доступа общества, это личная. Женат. Детей нет. Даже фотографии с женой не нашла. Про любовниц тем более ничего не было известно.

— Марк! — позвала его. Сытая, довольная, осмелилась теперь заговорить с ним. Он поднял на меня глаза, и все мысли, хоть капельку логичные, испарились под этим волшебным взглядом. Он ласкал меня, гладил по лицу, нежно скользя от виска к щеке, очертил губы, вызывал тихий вздох, трепет в груди. Его ласка перевернула весь мой мир. Я не ожидала от него таких чувств. Похоть — да, власть — да, принуждение — да.

— Почему ты преследуешь меня?

— Я? — он рассмеялся, качая головой. — Даже не начинал тебя преследовать. Так, знаки внимания, чтобы ты поняла, я намерен с тобой сблизиться.

— Почему? Потому что ты внезапно стал первым?

— Это тоже сыграло роль. Но я хотел тебя еще с первой встречи, когда ты облегченно выдохнула, поняв, что не буду предъявлять тебе претензии. В тот момент мне захотелось, чтобы ты выдыхала подо мною. Я буду откровенен, Вер, ты меня зацепила. Хорошо зацепила.

— В смысле?

— Кроме тебя, мне никто не нужен.

— А жена? — я задала вопрос, не подумав, просто по инерции, по логике беседы, но радушное настроение Марка моментально испарилось, он сжал губы в тонкую линию.

— Вера, — он покрутил стакан с водой. Я напряглась, выпрямляя спину. — Ты все равно станешь моей любовницей, не сегодня, так завтра, или через месяц. Я если чего-то хочу, то добиваюсь своего. Но заруби себе на носу, что кроме постели, пару ужинов в неделю и некоторых выходных, от меня ничего не дождешься. Как и развода с женой.

— Была б я на ее месте, то послала тебя далеко и подальше, кобель! — гневно прошипела. Рассудок кричал мне об опасности, а тело предательски дрогнуло от перспектив. Он будет меня трахать, не любовью заниматься, а иметь, когда захочет. С ужасом откинулась на спинку стула. Я хотела этого! Я думала об этом все часы, когда была не поглощена работой, я думала об этом, рассматривая себя в зеркале, словно быстрый секс изменил мое тело. Внешне ничего не изменилось, а внутренне я менялась. И в моем воображении Марк вытворял такие вещи, о которых стыдно было признаться самому себе.

— Но ты не на ее месте, поэтому не забивай свою прекрасную голову глупостями!

— А если я не соглашусь быть твоей любовнице, что тогда?

— Согласишься, поверь моему опыту… — мурашки побежали по телу от его приглушенного голоса с легкой хрипотцой, внезапно его нога оказалась между моими ногами. Я вспыхнула, медленно втянув воздух через зубы, распахнув широко глаза. Его губы растянулись в довольную улыбку. Отвернулась и замерла. На меня в упор смотрела яркая брюнетка с ироничной улыбкой на губах.

— А это кто? — спросила Марка, смотря на женщину. Он повернулся и от чувственного любовника не осталось и следа. Не сказав мне и слова, встал и уверенно направился к незнакомке. Она сидела с подругой. Они его встретили с улыбками во все зубы, демонстрируя неестественную белизну. На первый взгляд поздоровался со всеми одинаково, только вот на брюнетке задержал взгляд дольше, она по-хозяйски сняла невидимую пылинку с рукава его пиджака. Перекинувшись пару фразами, одарил их фирменной улыбкой милашки и вернулся ко мне. Ревность змеей зашипела во мне. Кто бы не была эта брюнетка, она явно чувствовала себя хозяйкой жизни Марка и это взбесило, это подействовало, как красная тряпка на быка. Повернувшись к Марку, сладко улыбнулась. Он удивленно вскинул брови, пристально меня рассматривая.

— Я согласна. Быть. Твоей. Любовницей.

Официант принес заказанный чай, я улыбалась, пока Марина жаловалась на своего мужа. Можно было ее не слушать, лишь кивать местами головой. Скользила взглядом по посетителям, пока не остановилась на парочке возле окна. Девушка смотрела на своего собеседника насуплено, внимательно слушала, а мужчина улыбался. Вот она что-то у него спросила, вмиг его лицо застыло в вежливом внимании. Его рука крутила стакан. Девушка рассердилась, откинулась на стуле, потом ее глаза сделались огромными, щеки порозовели. Мужчина улыбался. О, я знала эту улыбку победителя, когда бой еще не начался, победа была уже за ним. Она отвернулась, и наши глаза столкнулись. Девушка на вид моложе меня лет на пять, вся такая весенняя, каштановые волосы, собранные в конский хвост, большие глаза. Мужчина…Я не раз видела его с другими женщинами, видела даже, как он кого-то держал под руку. Знала, что у него бывают ланчи с клиентами и среди них тоже могут быть особы противоположного пола. И мне было как-то все равно. Но в этот миг поняла, что ревность раньше просто покалывала, а сейчас обожгла, оставляя после себя ожоги. Растянула губы в иронической улыбке, но за ней прятала панику и страх. На меня устремились карие глаза. Марк встал и направился к нам.

— Марк? — недоверчиво прошептала Марина, а я следила за его приближением. Вот он оказался возле нашего столика, улыбнулся. Кивая Марине и мне головой. На мне задержал взгляд. Ощущая на себе взгляд оставленной им девушки, протянула руку к его руке и смахнула типа пылинку с рукава, продолжая радостно улыбаться. Я всем своим видом показывала окружающим, что этот мужчина мой, никому его не отдам.

— Обедаете? — задал ненужный вопрос Марк, переводя взгляд на Марину. Та растаяла от его улыбки, превратившись в лужицу.

— Просто болтаем, у Даши образовалось свободное окно, а у меня закончились приемные часы. А ты, я смотрю, не один.

— Да, — коротко ответил Марк, не вдаваясь в подробности, я не спускала с него глаз и поэтому заметила, как напряглись мускулы на лице. Значит не клиентка, любовница. Хотелось еще раз на нее посмотреть, понять, чем она его привлекла, но сдержалась. Он посмотрел на меня, мы улыбнулись друг другу. — До вечера! — на какую-то секунду видимо хотел нагнуться ко мне и чмокнуть, но передумал.

— А девушка прям сверлила тебя взглядом, пока вы улыбались друг другу! — заметила Марина, наблюдая, как Марк сел на свое место. Я краем глаза тоже за ними наблюдала. Девушка повернулась к нему и что-то сказала, от чего его губы изогнулись в победной улыбке. Сжала зубы, пряча свою боль на дне души. Значит вновь будут поздние звонки, поздние приходы домой, раздельные выходные.

Я задыхалась. Его губы не давали возможности вздохнуть и выдохнуть. Я задыхалась. Он не давал возможности дышать без него, только с ним, только рядом с ним. Руки в хаотичном движение двигались по всему телу, отбирая у меня последние крупицы рассудки. Попыталась его от себя оттолкнуть, чтобы потом с силой притянуть к себе, вжаться, слиться с ним в единстве, даже сквозь одежду почувствовать всю его мощь, всю его страсть, которая сжигала двоих. Торопливо стянула с его плеч пиджак, вытащила с брюк рубашку, запуская руки под нее, скользя ладонями по напряженной спине. Марк, наконец-то, отстранился, но только для того, чтобы расстегнуть на мне блузку. Его пальцы привычные к маленьким пуговкам ловко справлялись с кропотливой работой, это немного злило, напрягало, но желание отдаться ему было сильнее, чем мысли о прошлом его опыте. Вжалась в стену, опираясь на его плечи, задержала дыхание, когда его губы сомкнулись на соске правой груди. Покусывая, заигрывая языком — все остро отдавалась во мне мощными импульсами возбуждения. Еще не начав с ним встречаться, на форумах вычитала, что лучше вместо привычных капроновых колготок носить чулки. С ними удобно и для мужчин это приятный сюрприз. Однако Марк не удивился наличию такой детали на моих ногах. Опять задело. Сколько же мне потребуется времени свыкнуться с мыслью, что я у него не первая женщина со стороны. Я ревновала его к прошлому, к настоящему, пока вне доступа оставалось будущее, но не было гарантии, что я сумею сдержаться и не строить планы. Марк задрал юбку вверх, присел на корточки и быстро стянул трусики. Поднимаясь, его пальцы самые первые ворвались в меня. Я охнула от неожиданности, он ухмыльнулся, совершая во мне какие-то ритуальные движения, заставляя постанывать, поскуливать и во вздохах просить о большем. Пожар распространялся по всему телу, его остудить мог только он. Он прижал меня своим телом к стене, поднимая за бедра. Мои ноги обвились вокруг его талии, его ремень и брюки были расстегнуты. Откинула голову, запуская пальцы в его волосы на затылке, его член заполнил меня без остатка, совершая мощные выпады. С губ слетала стоны, тяжелое дыхание, пикантная ситуация. Мы занимались сексом в туалете. И это была моя идея. Марк смеялся, но поддержал. С ним реализовывались мои смелые фантазии. Как только получила статус любовницы, я словно с цепи сорвалась. Мне хотелось все испробовать, во всех позах, местах. Пока за глаза хватало традиционного секса, но интерес к другим ласкам пробуждался со скоростью света.

— Да, быстрее… — шептала ему на ухо, сжимая рубашку на плечах. Марк обнял крепче и выполнил просьбу, вознося меня к небесам, откуда не очень хотелось возвращаться. Он держал меня на весу, целуя кожу шеи, давал время успокоиться нашим сердцам, нашему дыханию.

— Ты неповторима! Ты сносишь мне башку! — его поцелуи вновь стали настойчивы, а слова, как бальзам на душу. — Я хочу тебя все двадцать четыре часа в сутки. Даже во сне я с тобой занимаюсь сексом!

— Я твоя зависимость! — довольно рассмеялась, отворачиваясь от поцелуя в губы. Марк улыбнулся. Карие глаза обволакивали, ласкали, проникали под кожу, заставляя вскипать кровь.

— Я бы тебе показал, какая ты моя зависимость, но, к сожалению, наше время вышло!

— Покажешь позже! — стала опускать ноги, он с неохотой отпустил. Некоторое время приводили одежду в порядок, перед тем, как выйти в люди, мы вновь слились в поцелуе. Но действительно времени у Марка было в обрез, ему нужно было бежать на встречу с клиентом, потом…потом он возвращается к жене. Наши отношения длились месяц, но ни разу Марк у меня не оставался ночевать. Он вторгался в мою жизнь, как торнадо, внезапно, быстро, снося и руша все вокруг. Его не интересовали мои планы, мои дела. Главное то, что хотел он. Марк был эгоистом во всем его блеске. И я не могла найти в себе силы ему противостоять. Оставаясь наедине с собой, смотря в ночную темноту, злилась, готова была разорвать эти бесполезные, бесперспективные отношения. Все это длилось до тех пор, пока не попадала в плен карих глаз. И все переставало иметь значение. Был только он, его губы, его тело. По которым я сходила с ума. С каждым днем его становилась много. Он был в мыслях, он был в телефоне, он был запахом на моей одежде. Я думала о нем все время, даже занимаясь работой, мысли на краю были о нем. С удивлением осознала, что уже не могу уснуть без его смс «Доброй ночи». Никаких «чмоки», «хочу», «мечтаю», «скучаю», не было. Но эта лаконичная вежливая фраза согревала меня одинокими ночами. Я растворялась в нем, теряя связь с реальностью. Подруги звонили, вытаскивали меня то в кино, то в кафе, то на шопинг, к родителям я не приходила. Потому что мне было стыдно посмотреть им в глаза, признаться даже мысленно, что согрешила и об этом не жалею.

— Вер! — услышала возмущенный голос Ольги. Мы сидели в кафе. — Хватить летать в облаках!

— Она вся в Александрове! — ехидно заметила Ленка. — Но, по-моему, эйфория немного затянулась!

— В смысле? — вяло отреагировала я, сонно крутя чашку. Марк сегодня пришел ко мне утром, часы едва отбили пять. Он был несколько дней в командировке. С одной стороны, меня обрадовал его приход, ведь он пришел сначала ко мне, а не к жене, но с другой стороны, он не поинтересовался хочу ли я сейчас с ним близости. Он вернул меня на диван, шепнув: «Спи», и жадно трахнул, не забыв с собою прихватить на вершину.

— Ты же прекрасно знаешь, кто такой Александров!!! — Лена иронично изогнула бровь, кривя губы. Ей не нравились наши с ним отношения. Она сразу сказала, что ловить там нечего.

— Да. Блестящий адвокат, который будоражит умы не только своих клиентов, но и прокуроров и судей! — улыбнулась, мои девочки одновременно хмыкнули, качая головами.

— Ну, какой он адвокат, можешь не рассказывать, а вот какой он любовник… — глаза Ольки заблестели, губы облизнула. Прищурилась. Реакция подруги мне не особо понравилась. Я большая собственница, делиться не с кем не собиралась. Марк был моим с ног до головы.

— Хорош! — лаконично ответила, сдерживая улыбку от воспоминаний.

— И все? — светлые брови Ольги удивленно взлетели. — А где охи, ахи, восторги?

— Предпочитаю все сладкое держать при себе!

— Ты кажется стала забывать, что он женат! И не первый день! — Лена строго на меня посмотрела. — Вер! Таких, как ты, поверь, было у него полно! Но ни одна не сумела увести его от жены!

— Откуда ты знаешь, сколько у него было любовниц? Информации об этом нигде нет! — демонстративно уткнулась в чашку чая, внутренне вся напряглась. Марк не делился личной жизнью. Мы с ним никогда по душам не разговаривали, было слишком мало времени для нас двоих. Только секс. Иногда ужины, но я изнывала от нетерпения, когда он прикоснется ко мне, поэтому разговоры были формальными. А Ленка одной своей фразой задела, растеребила душу. Ведь я гнала от себя мысли, желания узнавать Марка близко, чтобы не привыкать, чтобы не влюбляться. Но я уже любила его тело, его запах, его глаза. Я уже без этого с трудом представляла свое существование.

— Зато слухов полно! О нем стараются не говорить громко, засудит же, не успев глазом моргнуть, но шушукаться по углам не воспрещалось. Вер, не знаю, какие у него отношения с женой, но последние пять лет он изменяется с регулярным постоянством. Но ни одна не сумела его увести от жены и сменить свою фамилию на его! А это о чем-то говорит. Либо он просто сам по себе кобель, но при этом душевно верен жене, либо там извращенцы в полной мере.

— Лен, я думаю, ты не в том месте драматизируешь, мне от него нужен только секс. И он прекрасный любовник, о таком можно только мечтать, а тащить его в ЗАГС, требовать развода, кольцо — это не мой сценарий! — улыбнулась, надеясь, что выгляжу уверенной в своих словах. Судя по взглядам подруг, они вроде поверили, расслабились и перестали трогать тему отношений с Марком. Но семечко было посажено в мою душу. Если бы мне кто-то предсказал, что я свяжу себя с женатым, рассмеялась б лицо. Но Марк… от одного его имени замирала, каждую буковку лаская языком. За короткое время он стал мне всем: рассветом-закатом, радостью-болью, любовью-ненавистью. Мои чувства были противоречивы, и будет ли там когда-нибудь ясность, это сложно предсказать.

Раздражение расплескивалось через край. Поэтому я даже не отреагировала, когда секретарша Марка попыталась что-то сказать, просто распахнула дверь и, вскинув голову, зашла в кабинет. Он удивленно поднял голову, прищурился.

— Даша?

— Не Вася же! — достала из сумки папку и небрежно швырнула ему на стол. — Подпиши!

— Чаю? — предложил Марк, открывая папку, поглядывая на меня искоса.

— Лучше водки! — усмехнулась, села на стул возле его стола, закинув ногу на ногу. — Давай побыстрее, у меня времени в обрез! — поторопила мужа, но добилась того, что Марк вообще отложил документы в сторону и устремил на меня немигающий взгляд. Я выдержала его, не дрогнула, не раскрылась.

— Ты какая-та дерганная последнее время! Проблемы?

— Я просто устала и хочу на море, а работы вагон и маленькая тележка!

— Вырваться на пару дней никто не запрещает.

— Я не хочу одна! — отвела глаза. Марк вздохнул, встал. Обойдя стол, положил ладони на плечи и помассировал их. Я расслабилась, наслаждаясь его прикосновениями.

— Хорошо. Мы поедем вдвоем! — его слова имели эффект, взорвавшийся бомбы. Я посмотрела на него и утонула в ласковом взгляде. Он улыбнулся, провел пальцем по щеке, нагнулся ко мне и чмокнул в лоб. Совсем растерявшись, повернулась к нему, когда Марк вернулся на свое место.

— Ты шутишь?

— Нет.

— А дела?

— Подождут. У меня есть неделька, чтобы мы провели ее вдвоем.

Я хотела спросить про любовницу, но прикусила язык. Если Марк сам предложил поехать вдвоем в отпуск, может те отношения уже изжили себя, все вернулось на круги своя. Он вновь со мною. Надежда робко заполнила меня, не удержавшись, схватила его руку через стол и сжала. У меня есть несколько дней, чтобы полностью завладеть мыслями Марка, стать ему той самой звездой, о которой он когда-то мечтал. Его ответное пожатие меня ободрило. Документы были подписаны и, словно за спиной выросли крылья, выпорхнула из кабинета, не в силах сдерживать счастливую улыбку.

Марк сидел на столе и пил кофе, смотря на меня лукавым взглядом. Я мыла чашку, периодами бросая на него серьезные взгляды. Мне хотелось сейчас поговорить с ним. Последнее время наши отношения перестали меня устраивать, перестали давать ощущение полета, я стала тяготиться тем, что приходится его провожать, отпускать, молчать, не требовать. Мне надоело исполнять роль молчаливой любовницы, я хотела большего, а все потому, что просто влюбилась в него.

— Марк! — повернулась к нему лицом. Он снисходительно улыбнулся, услышав в моем тоне решительность. — Нам надо поговорить! — было сложно подобрать слова, учитывая, что передо мною на столе сидел почти обнаженный мужчина. Боксеры только возбуждали фантазию. Карие глаза смеялись. — Почему ты изменяешь жене? — игривое выражение медленно уступало место глухому раздражению. Он поставил чашку, слез со стола, подошел вплотную, заставив откинуть голову назад. Обхватил меня за шею, удерживая мои глаза тяжелым взглядом.

— Вера! — его голос приобрел холодность северных широт, от которого стыла кровь, покрываясь ледяной коркой. — Давай мы никогда не будем поднимать данную тему! Давай мы будем наслаждаться друг другом, не интересуясь ничем, кроме наших отношений!

— Но скоро я тебе надоем!

— О нет, это вряд ли случится, а учитывая, что ты очень хочешь воплотить все сцены своей любимой книги, уходить мне не хочется. Я, конечно, не такой извращенец, как твой Грей, но отшлепать за чрезмерное любопытство могу! И с удовольствием! Вера… Ты просто не понимаешь, какую власть имеешь надо мною! Ты просто до конца не осознаешь, что своей жадностью до секса, до новых горизонтов привязываешь меня намного сильнее, чем какие-то официальные бумажки!

— Но не единым сексом жив человек… — я погладила его по плечам, прижимаясь к телу. — Я хочу тебя знать не только, как мужчину в своей постели, мне интересно, чем ты дышишь, о чем думаешь, я хочу проводить с тобой свободное время, ездить в отпуск, быть рядом с тобою….

— Вера…Ты требуешь невозможного от меня! Ты разрываешь мне сердце своим «хочу»! Все, что могу дать, я даю, поверь, без остатка! Ты стала моей зависимостью!

— Какие глупости говоришь, какая я твоя зависимость, так лёгкая простуда! — рассмеялась, скрывая, что все же мне приятно знать, в какой-то степени он зависим от меня. Оказывается, мы подсели на один и тот же наркотик.

— Вера, ты все шутишь, — он приподнял, усадил перед собой на столешнице. — Я все хотел тебе сказать, что никогда так долго не встречался с одной женщиной. Мои связи носили бурный, короткий срок… С тобою мне спокойно, уютно, и знаешь, где-то в глубине души чувствую, что люблю тебя.

Дыхание мое потерялось где-то на пути выдоха. Старалась уверить себя, чтоб не воспринимала его слова серьезно, но это было невозможно. Его глаза цвета плавленого шоколада сейчас не скрывались. В них было столько нежности, столько не растраченной любви, словно он все копил для меня одной. Я не верила своему счастью, не верила его словам, но сердце билось слишком быстро.

— Марк, — было заметно, как он напрягся, насторожился, глаза сразу приобрели взор адвоката, которому нужному было понять не только прямой смысл, но и потайной. — Я не хочу верить твоим словам. Если им поверю, то потом, когда ты уйдешь, мне будет больно. Очень больно. А знаешь, почему мне будет не все равно, потому что мое сердце, моя душа, мысли, все принадлежит тебе.

— Вера, — Марк притянул меня к себе, впился в губы. Я задыхалась, не успевала вздохнуть и выдохнуть, но если умирать от его поцелуев, то это лучшее, что может случиться. — Девочка моя! — поцелуи сыпались по всему лицу. Счастье имеет цвет шоколада.

Часы отбили полночь. Бутылка была уже почти пуста. Я закурила сигарету. Вновь включила свой мобильник, рассматривала фотографию. На ней мой муж довольно страстно целовал девушку. Девушку из ресторана. Боже, я так надеялась, что все изменилось. Семь дней пролетели быстро. Марк был рядом, улыбался, много шутил. Он стал тем парнем, которого я впервые увидела в университете и полюбила с первого взгляда. Сразу же решив для себя, что стану для него самой идеальной девушкой, потом женой!

Вылила все вино в бокал. С кем бы он ни спал… — в замке повернулся ключ, торжествующая улыбка растянула губы, — всегда возвращает домой. Слегка покачиваясь, вышла в холл, прислонилась к стене. Карие глаза удивленно на меня вскинулись. Он улыбнулся, разулся и, проходя мимо, чмокнул в щечку, направился в спальню.

— Чего ты не спишь?

Я последовала за ним, вопрос остался без ответа, наблюдая, как он стянул галстук, скинул пиджак, рубашку, направился в ванну. Расстегивая ремень, вскинул брови, увидев меня в отражении зеркала.

— Ты хочешь присоединиться? — в голосе прозвучали манящие нотки. Я вскинула подбородок. В Испании мы занимались любовью через день, он был внимательным, нежным, он всегда был чутким любовником, я старалась себя не обманывать. Шестое чувство заставляло всматриваться в него. Но он был слишком хорошим юристом, никогда не показывал свое истинное лицо, даже в минуты страсти, его глаза смотрели на меня трезво и расчетливо. По возращению мы вновь отдалились. Каждого закружил водоворот дел, работа, суета. У него еще любовница, которая так же требовала внимания.

Поставила бокал на столешницу раковины, скинула халат на пол, оставаясь перед ним в трусиках. Глаза его потемнели, но былой страсти не увидела, не видела безумия, сносившее все преграды, все условности. Марк снял брюки, врубил душ на полную мощность, шагнул ко мне. Его губы заученно завладели моими. Прикрыла глаза, чувствуя, как ладони скользнули по спине, замерли на талии. Я соскучилась по его телу. Жадно, торопливо ласкала, словно боялась, что отберут в самый неожиданный момент. Марк подцепил резинку трусов и, оторвавшись от меня, потянул их вниз, дыша на кожу бедер, ног. Мурашки побежали по всему телу, положила руки на его плечи, чувствуя, как его пальцы ласково скользнули внутрь, массируя, вызывая сотни электрических зарядов. Довольно резко поднялся на ноги, развернул лицом к стене и, обхватив за талию, вошел в меня, заставив охнуть и дрогнуть под его весом. Его движения были медлительны, давая возможность насладиться его мощностью, его силой, его сдерживаемой страстью. В воздухе повисло напряжение, наше тяжелое дыхание, молчание. Молчание, которое уже длится больше пяти лет, в котором мы спрятались и не собирались нарушать. В этот момент осознала, что не хочу его терять, не хочу оставаться ему женой на бумагах. Хочу быть любимой, хочу, чтобы от меня у него загорались глаза диким огнем, хочу засыпать в его объятиях и просыпаться от его поцелуев! Тело вздрогнуло, волна накрыла с головой, руки подогнулись и уперлась грудью в кафель. Марк притянул к себе, уткнувшись в изгиб шеи и мощными рывками достиг своей вершины, изливая в меня семя. Его быстрые поцелуи покрывали шею, прижался ко мне. На мгновение показалось, что он таким образом говорит, что всегда со мною, что душой и телом со мною. Отстранился, потянул за собой в душ. Руки скользили по его спине вместе с водой, целовала его кожу, вспоминая наше счастливое время, когда еще боль и разочарование друг в друге не встало между нами. Мы просто целовались, гладя друг друга. Затем Марк немного прибавил градуса в воде и вымыл меня. Тоже самое сделала я. И не веря своему счастью, заглянула ему в глаза. Рука замерла над его грудью с мочалкой. Карие глаза смотрели пристально, внимательно, словно сравнивали меня с кем-то. И поняла, что сравнение не в мою пользу. Заставила себя улыбнуться через силу, нежно намылила его тело, стараясь подавить в себе боль, разрывающую на части душу.

Он стоял передо мной в одном полотенце на талии, вытирая другим волосы. Я, замотавшись в большое полотенце, взяла бокал в руки.

— А где ты был? — на мой вопрос Марк повернулся ко мне. Ни один мускул не дрогнул на его прекрасном лице, лишь глаза слегка прищурились.

— Я тебе говорил, что у меня поздний ужин с клиентом.

— Или в постели с клиенткой? — с ехидством спросила, приподнимая губы в усмешке. Он раздраженно швырнул полотенце и вышел, я за ним. — Почему ты не отвечаешь на мой вопрос?

— Не вижу смысла! — Марк вытащил из комода штаны от пижамы, натянул, зафиксировав их на бедрах шнурками. Алкоголь все же придает храбрости, ушла в ванну, где на полу все так же небрежно валялся халат. Вернулась в спальню с телефоном и швырнула его на кровать с фотографией. Он не спешил его брать в руки, сосредоточенно смотрел мне в лицо.

— Что это?

— Вчерашнее фото. Когда ты якобы был занят! — поднесла бокал к губам. Марк нагнулся к мобильнику, я следила за его выражением, но меня ждало разочарование. Он прекрасно владел своими чувствами. А вот я хотела разбить что-то тяжелое, чтобы звон от осколков стоял по всей квартире.

— И что? — хотелось его ударить за ироническую улыбку, за спокойствие. Его глаза с легким сожалением смотрели на меня. — Даш, как — будто первый раз! С каких пор тебя стало интересовать, с кем я развлекаюсь, кроме тебя? Насколько помню, ты сама мне дала зеленый цвет, попросив тебя не трогать.

— Потому что до нее, — я выразительно глянула на фото в телефоне, — у тебя были короткие интрижки. Ты просто трахался, без души, не тратя себя на те отношения! А с ней ты другой! Ты не видишь себя со стороны, но твоя улыбка настолько блаженная, отрешенная, что задаешься вопросом: кто является причиной! Ты словно нашел то, что искал! — мы смотрели друг другу в глаза. Что я хотела увидеть? Не знала. Что я хотела услышать? Не знала!

— У тебя проблемы? — спросил вкрадчиво Марк, как психиатр у больного. Я не выдержала, швырнула в него бокал, он увернулся. Бокал разбился, звон стекла заставил его вскочить на кровать, я с испугом стала убегать из комнаты. Испугалась, потому что его выражение лица ничего хорошего не предвещало. Испугалась, потому что высказала ему в лицо свои претензии. Ведь все время молчала! Нагнал в гостиной, повалил на диван, придавав меня сверху, не давая толком дышать.

— Послушай меня! — он сжал ладонью мое лицо, довольно больно, впиваясь в мои глаза злым взглядом, другой рукой держал мои руки, за переживала, что останутся синяки. — Мне порядком стали надоедать твои истерики! Да, у меня есть любовница, не просто связь. Это что-то большее, не объяснимое! Только обещание, общая боль держит меня возле тебя. Признайся Даш, мы друг друга уже не любим, просто тебе удобно со мной. Я же не лезу в твою жизнь, всегда помогаю в бизнесе, если ты просишь помощи, идеальный муж. Как и ты, идеальная жена до недавнего времени. А сейчас стала типичной женщиной, качающая свои права! Или все остается, как прежде! Или мы расходимся! В разные стороны, без права пересмотра дела!

Я похолодела. Почувствовала, как паника закралась в душу, путая мысли, сбивая с ритма сердце. Расходимся? Даже в страшном сне не думала, что услышу эту фразу! Я была уверена, что мне это никогда не грозит. Марк всегда держит свое слово. Мозг активно начал работать в поисках выхода из этой ситуации. Мне сложно было представить свою жизнь без мужа. Я не знаю, где начинается мое Я отдельно от его Я.

— Слезь с меня! — прошипела, стала извиваться под ним, мне нужно было побыть одной, подумать.

— Ты меня слышала? — процедил он, еще крепче сжимая меня. Глаза его полыхали огнем ярости. Пришлось кивнуть, чтобы, в конце концов, дал просто нормально дышать. Марк встал, не оглянулся, вернулся в спальню. Мысли были в хаотичном состоянии, наблюдала, как он вынес осколки. Как прошел в свой кабинет с бутылкой виски, хлопнув громко дверью. А, значит мы не такие каменные, как кажемся. Потихоньку в голове зрел план. Понимала, что если он провалится, я потеряю Марка навсегда, но в любви, как и на войне, все средства хороши!

Я замерла возле двери ванной, прислушиваясь, как льется вода. И это так нормально, так естественно, знать, что за этой дверью стоит твой человек! Самый любимый! Самый дорогой! Самый лучший! Сжала кружку с кофем, сейчас он выйдет и улыбнется мне. Действительно, через пару минут вышел Марк, обжег меня своим темным взглядом, заставляя вспыхнуть, как спичка, взял кружку. У него появилась странная привычка, приходить ко мне ранним утром, перед работой. Словно я самый бодрящий напиток, который заставляет его проснуться и наполнится энергией. Я гнала мысли о том, как относится к этому его жена. Какое мне дело, главное, что просыпаюсь я от его жадных поцелуев, от его требовательных рук. Мы стояли друг напротив друга в узком коридоре между кухней и прихожей и смотрели друг на друга. На его обнаженной груди все еще была влага от воды. Протянула руку, пальцем раздавила пару капель, водя по ключнице, спускаясь ниже, пока не очертила пупок. Марк отпил кофе и усмехнулся, позволяя мне играть с ним. Дверной звонок застал нас врасплох. Черные брови удивленно взметнулись вверх, в глазах застал вопрос: «Мы кого-то ждем?». И его можно было понять, часы показывали лишь восемь утра. Сама, гадая, кто мы это мог быть, открыла дверь и сглотнула. На меня строго смотрели серые отцовские глаза. Вот уже несколько месяцев я избегала находиться у родителей дольше получаса, прикрываясь делами, заботами. Я жутко боялась, что мой сладкий позор прочитают по глазам. И фигня, что мне скоро будет двадцать девять, перед отцом по сей день испытывала внутренний страх. Он всегда соблюдал правила во всех сферах жизни, был сух, ни мама, ни я никогда от него не получали ласкового слова, взгляда.

— Доброе утро, папа! — жизнерадостно воскликнула, придерживая дверь, чтобы он не увидел Марка. Но у отца видно уже давно были какие-то подозрения, ибо отодвинул меня в сторону и вошел. Марк натягивал рубашку и со спокойным выражением застегивал пуговицы, поднимая на нас невозмутимый взгляд. Я сгорала со стыда, говорить теперь о том, что это коллега, забежавший за документами, было бессмысленно. Вид Марка говорил о близком нашем знакомстве.

— Марк! — мой любимый не растерялся, протянул правую руку. Отец уставился на обручальное кольцо, метнул на меня быстрый взгляд, конкретно на мои пальцы, и нахмурился. В ответ руку не протянул и продолжал молчать. Марк изменился в лице, в миг превратился в хладнокровного адвоката, на скулах заходили желваки, карие глаза утратили тепло шоколада, превратившись в черные обжигающие угольки. Мужчины скрестились взглядами, каждый хотел показать свое превосходство, свою выдержку. Первый сдался отец, отвел глаза. Марк презрительно скривил губы, взял со стула на кухне пиджак, без единого слова ушел, даже не взглянув на меня.

— Ты меня разочаровала! — холодно бросил отец, проходя в комнату, где все еще был разобран диван, лежали скомканные простыни. Он брезгливо на это посмотрел и отвернулся к окну. Я лихорадочно стала убирать постель. Время намекало, что пора бы и самой собираться на работу, бросая на прямую спину отца острожные взгляды, взяла свою одежду, направилась в ванну. Наспех приведя себя в порядок, вернулась в комнату.

— Мне надо на работу! — упрямо вскинула голову, готовая к встречи глазами отца. Но он все так же стоял спиной ко мне. Я подошла ближе. Внезапно он развернулся и со всего размаху залепил пощечину, потом ударил по другой щеке. От шока я онемела, чувствуя, как на глаза наворачивают слезы. Он бил по лицу, гневно на меня смотря.

— Какой позор! Вырастил шлюху, которая ложится под женатого! Не зря говорят, яблоко от яблони не далеко падает! Хотя я думал, что ты другая!!! Но ты взяла все самое худшее от своей матери! — на миг его рука перестала бить меня, сощурился. — Вера!!! Как ты могла? Я столько лет тебе твердил, что надо беречь себя для мужа!!!

— Я люблю его! — слабо оправдалась, не сдерживая слезы, которые текли по горящим щекам.

— Любишь? Дура ты! Он никогда не женится на тебе! Запомни раз и навсегда, женатые не уходят от жен, даже сильно гулящие! — он вновь замахнулся, но рука застыла, глаза были устремлены за мою спину.

— Еще раз ударишь, засужу так, что мало не покажется и не посмотрю ни на возраст, ни на родство! — прошипел голос Марка. Я вздрогнула, сколько было в нем гнева, сдерживаемой ярости, желания защитить. Совсем забыла, что когда-то сама протянула ему ключи от своей квартиры. Отец опустил руку, прошел мимо меня, небрежно задев плечом. Я не оборачивалась, лишь услышала, как щелкнул замок. Наступила тишина, играющая по нервам. Марк стоял за спиной, но он не спешил подойти ко мне, утешить, обнять, сказать нежные слова, поцеловать.

— За что он так?

— За то, что не уберегла себя.

— В наше время еще берегут что-то? — в его голосе проскользнуло удивление, я впилась ногтями в ладонь, смотря перед собой. Сейчас сдерживалась. Кусала губу, чтобы не закричать на него, не схватить за пиджак и не требовать финала нашей истории. Обняла себя за плечи, словно пыталась скрыться от всех, пыталась унять ноющую боль, заполнить пустоту собой, после ухода Марка. Он хоть и со мною в одном помещении, но с каждым днем, смотря в его глаза, любя бесконечно, понимала, как далеко от меня мой человек. И как больно порой царапает его обручальное кольцо нежную кожу. Изнутри. И его слова о любви не греют. Они красивы, но холодны, как бриллианты на кольце, которое он недавно подарил. Моя любовь задыхалась, ей мало было того, что давали, он требовала большего, она хотела испить себя до дна и кружится в пьяном танце, счастливо хохоча. Зажмурила глаза. Сколько времени я смогу себя обманывать и довольствоваться крупицами? Сколько времени смогу разрываться между любовью и тихой ненавистью?

— Вера! — Марк дышал мне в затылок, коснулся ладонью спины, проведя вдоль позвоночника. Этот жест был лишним. Он был последней каплей моего терпения.

— Скажи, — посмотрела ему в глаза, пытаясь увидеть ответы на мои молчаливые вопросы. Но кроме внимания там ничего не было, даже понимания, даже нежности. В этот момент я его ненавидела. Когда требовалось всего лишь одно ласковое прикосновение, любящий взгляд, трепетный поцелуй, он смотрел на меня, как на своего подсудимого, прикидывая в уме, как оправдать такое ничтожество и дать ему жить на свободе. — Ты любишь меня?

— Я тебе говорил, показать еще раз? — его губы чувственно изогнулись, в глазах блеснул предсказуемый похотливый огонек. Но мне этого было недостаточно.

— Не телом, а душой! — ткнула пальцем в область сердца. Марк нахмурился, поджал губы, стал чужим. Чужим мужем. Он при мне не натягивал эту маску, но я подозревала о ее наличии. Горько усмехнулась. — Это предел! Марк, всему есть предел и конец! И нашей связи тоже пришел конец! Это ведь рано или поздно случилось бы!

— Почему? Почему ты вдруг за час поменяла курс наших отношений? — спокойно, словно находился в зале суда, поинтересовался, рассматривая меня сканирующим взглядом. Передернула плечами.

— Потому что. Потому что я хочу большего! Мне надоело быть твоей любовницей без перспектив! Да, я банальна, я типичная, как и миллионы других, которые ложатся в постель с женатыми. Каждый преследует свою цель! И я хочу знать, что в конце меня ждет счастливое будущее любимой и любящей женщины, а не одинокой, никому не нужной проститутки!

— Ты сама себе такой статус определила или помогли?

— Какая разница! Сама или помогли, но истина остается истиной! Я шлюха! Отец прав! Ты не женишься на мне… — голос дрогнул, и я разрыдалась. Отвернулась от Марка, подошла к дивану и рухнула на него.

— Вера! — он присел рядом, погладил по волосам. — Ты хочешь, чтобы я развелся и тут же женился на тебе?

— Да.

— Если я разведусь, у меня кроме машины и работы ничего не останется.

— В смысле? — сразу же мелочно отреагировала я, перевернувшись на спину. В своих мечтах у нас был большой дом, стабильный высокий достаток, счастливый брак. Даже дети. Марк почесал бровь.

— В прямом. Мы с Дашей юристы. Зная, какие бывают разборки при разводе, когда супруги делят ложку с вилкой, мы подписали брачный договор. Если инициатором развода становлюсь я, дом, квартира, сбережения, машины, бизнес — все остается ей.

— Как-то щедро! — завистливо прошептала. Он улыбнулся, погладил по щеке. Теперь можно было объяснить его нежелание разводиться, видно своими изменами пытается спровоцировать жену первой подать на развод. — А если она подаст?

— Квартира и бизнес остаются мне.

— Поэтому ты с нею? — я улыбнулась и замерла. В карих глазах мелькнула боль, как комета, оставляя после себя след. Марк продолжал улыбаться, а боль рассасывалась по всей радужке, разбегалась в разные стороны, не давая себя поймать и развернуть. Он быстро моргнул, было впечатление, что мне все привиделось.

— Поэтому! — слишком бодро и наигранно ответил, поспешно вставая с дивана. — Тебя подвезти?

— Да, конечно! — быстро ответила, торопливо вскакивая на ноги. Все время пока мы ехали в его машине, пыталась увидеть хоть тень того, что было некоторое время назад. Но Марк, встречаясь с моими глазами, качал головой, словно запрещал мне даже пытаться понять, что же это было. И откуда эта внутренняя боль.

Нервно постукивала по рулю. Мимо проходили люди, в основном женщины с животами. Лето не требовало кутаться в куртки, поэтом просторные платья обрисовывали явную выпуклость. Вздрогнула. Прикусила губу, медленно выдохнула сквозь зубы. Накрасив губы ярко-красной помадой, вылезла из машины. Женская консультация меня всегда бросала в дрожь. Толпа растолстевших девушек, женщин, демонстрирующие свой пуз с какой-то гордостью, нервировала и пугала. Я чувствовала на себе их презрительный взгляд, гордо цокая по белому кафелю с надменным выражением лица. Да, сейчас я выглядела как сто процентная стерва, которая явно по ошибке зашла сюда. Если бы не Марк, никогда — никогда бы не сунула свой нос в это место. Личный гинеколог был у меня в частной клинике, но сейчас мне нужна была моя подруга, которая именно в госучреждении трудилась на благо общества.

— Даша?! — Марина вышла из ординаторской и удивленно на меня уставилась, даже заглянула за спину. Кого она там хотела увидеть, не поняла. Мимо нас прошли девушки и поздоровалась с подругой.

— Я к тебе с этим вопросом! — выразительно посмотрела на проходящие беременные пузы. Марина хмыкнула и покачала головой.

— У меня сейчас как раз свободное время, пойдем в кабинет, расскажешь, — она взяла меня под руку. В кабинете каждый занял свое место, подруга в окружении карточек, я напротив, как пациентка. — Можешь мне не повествовать, что чудесным образом залетела. Я в чудеса не верю. Что ты хочешь? — на меня устремились умные зеленые глаза. Маринке шла медицинская форма. Я улыбнулась, нервно теребя ремешки сумки. Это не укрылось от ее глаз.

— Мне нужна справка о беременности на малых сроках, — нервы были натянуты, как струны. — Марк же не знает про аборт.

— Не знает? — Марина скептически улыбнулась. Неприятное чувство заскребло на душе, но я упорно верила, что все получится. — Он же юрист, если не знает, то скорей всего подозревает.

— Вряд ли. Его тогда даже в городе не было.

— Смотри сама. Но не особо поняла, зачем тебе весь этот маскарад?

— Понимаешь, у него сейчас любовница.

— Ну, то, что он у тебя блудливый кот, это ни для кого не секрет.

— Это не просто секс, похоже, он влюбился в нее. Перестал скрывать отношения, ведет себя, как мальчишка!

— Марк, как мальчишка? — Марина рассмеялась, прикрывая рот рукой. — Это маловероятно.

— Ты мне не веришь? — я полезла в сумку за телефоном. Когда подруга увидела фотографию, улыбка замерла на губах, пристально рассматривала парочку. — Их сфотографировала моя знакомая. И это первая фотография с поличным за все время его измен!

— Эта же та самая девушка, что была с ним в ресторане.

— Да. И похоже, она нашла ключик к его сердцу!

— Ладно, что не сделаешь для сохранения семьи. Справку я тебе нарисую. Но как ты потом будешь имитировать свою беременность, до 16 неделек можешь спокойно щеголять без живота, а потом что?

— У меня будет выкидыш. Мне нужно время, чтобы его удержать. Он будет рядом со мною, будет заботиться и любовница забудется, уйдет на второй план, а потом вообще.

— Ты с ума сошла? — Марина явно не поддерживала мой план, глаза ее сощурились. — Тебе мало того, что он пережил? Он тогда постарел лет на десять за одну ночь!

— А я как будто тогда была сторонним наблюдателем??? Мне хуже всех было! — повысила голос от несправедливости, но подруга иронично изогнула бровь.

— Даш, из той истории, если меня память не подводит, довольна осталась именно ты! Ты не хотела его ребенка, он реально ждал его рождения!!! Я помню его счастливые, гордые глаза, как он смотрел на тебя!!! Он обожал тебя!

— Он не меня обожал, он обожал этого ребенка, готов был весь мир подарить ему! А я как приложение, без которого никак!

— Ты никогда не скрывала, что роль идеальной жены тебе больше по вкусу! Красива, умна, закрывающая глаза на измены, всегда в хорошем настроении, не выносящая мозг! Но никогда ты не хотела быть матерью, мамой ваших детей, которых он хотел от тебя! Зачем такие манипуляция для управления душой человека? Хочешь убедиться в том, что он все помнит? Что не забыта ни одна минута?

— Он заговорил о разводе! — дрожащим голосом призналась, поджимая губы. Марина задумалась, что-то рисовала на листах. Потом вздохнула.

— Хорошо, я сделаю тебе справку. Но если вдруг история выйдет из-под контроля, я не буду ничего от него скрывать, ибо Марк в гневе может лишить меня работы! — она взяла бланк и стала заполнять. Чувство эйфории охватило меня, не верила, что все складывается в мою пользу.

— А полосатых тестиков у тебя случайно нет? — с надеждой посмотрела на подругу, та промолчала, недовольно поджала губы. Мне вручили справку, коробку с чьим-то положительным результатом. — А снимков с узи?

— Даша! — Марина возмущенно хлопнула по столу ладонью. Я улыбнулась, ну да, это было слишком. Вскочила счастливая на ноги, соображая, как любящие, счастливые от новости, жены сообщают об этом мужьям.

— Надеюсь, после этого вы заведете собаку! — пробурчали мне вслед. Я усмехнулась, помахала подружке. О собаке можно позже подумать. Мне захотелось сразу же поехать к Марку и «обрадовать» его. Бабочки порхали в животе, от предвкушения счастливых глаз моего мужчины!

Он смотрел долгим, тяжелым взглядом. Откинувшись в кресле, крутил подарочную коробочку. Перед визитом к Марку, заскочила в магазин, где купила малюсенькие белые носочки и коробочку, куда торжественно все сложила. Он молчал. Молчание — это меньше всего ожидала. И глаза счастьем не горели, а подозрительно рассматривали меня. Побарабанил по столешнице пальцами, выпрямляясь.

— Как это возможно? — голос его был тих. Наверное, так он разговаривает со своими клиентами, дабы те напрягали слух и не галдели без умолку.

— Случайно! — приходилось играть, очень хорошо играть, ибо поняла, он не верил. Контролировать свой голос, говорить естественно, без надрыва. И главное, под его пристальным взглядом, не давать тут же признательные показания.

— Случайно? Это маловероятно!

— Не забывай, ты иногда со мной спишь! — голос истерично повысился. Замолчала, Марк прищурился. — Я перестала пить таблетки. Врач порекомендовал сделать перерыв. А тут отпуск, ну как-то было не до предохранения!

— Меня в известность поставить ты не посчитала нужным! — прошипел Марк, сжимая зубы.

— Ты не рад? — шокировано спросила, удивленно уставившись на мужа. Он ведь так хотел ребенка, бредил! Правда, это было давно.

— Рад? — брови нахмурились, глаза потемнели от боли. От боли, которая рвала его на части по сей день. — Да я в ужасе! — голос дрогнул, Марк отвернулся от меня к окну, пряча глаза.

— Все будет хорошо! — мягко улыбнулась, захотелось обнять его. Он резко встал, зашагал по кабинету, словно тигр в клетке.

— Я, конечно, не особо верю. Кажется, немного подозрительным! — Марк остановился напротив, сел на соседний стул, устремляя на меня напряженный взгляд. — Ты у врача была?

— Да! — вытащила из сумки справку, протянула ему. Диагноз: пять недель.

— Ты рассказала о прошлой беременности? Показывала свою карту? Анализы назначили? На учет поставили? Когда узи?

— Марк! — воскликнула, испугавшись его напора, его активной деятельности. Пока в плане вопросов! А если начнет все выяснять, обман сразу же раскроется! Следовало его успокоить. — Все хорошо! Не паникуй! В этот раз все будет хорошо!

— Я не выдержу девять месяцев! — он встал, вновь заметался по кабинету. — Может, ты сразу ляжешь на сохранение?

— Ты предлагаешь мне все девять месяцев провести в стенах больницы? — от возмущения, было сложно говорить, словно реально нависла такая перспектива.

— Во всяком случае, я хоть работать смогу, а не дергаться, думать, где ты, что с тобой! — вновь вернулся ко мне, сел. Взяв за руку, бездонными глазами заглянул мне в глаза. — Подумай, может не в больницу, а поискать санаторий, где за тобой будут присматривать?

— Марк! Я беременная, а не больная!!!

— Для меня это одинаково! Спасибо, но прошлый опыт научил паниковать.

— Прошу тебя, не лезь!

— На следующей неделе я лично с тобой пойду к твоему врачу, хочу увериться в его квалифицированности! — собиралась запротестовать, он предупреждающе поднял палец. — Это не обсуждается!

Пришлось прикусить губу, согласно кивнуть. Все оказалось сложнее, чем казалось в голове. Как мне дальше играть роль беременной? И где найти врача, который согласится подыгрывать мне? Вопросов было множество, а ответов пока не было.