Глава 13

Захожу в прохладное помещение. Захлопываю за спиной дверь и замираю.  Все происходящее кажется каким-то бредом. Впрочем, вся моя жизнь со смерти Дара удивительно бредовая. Сегодняшний день не исключение. Ответов нет, вопросов с каждым часом все больше.

Я не знаю, куда попала. Возможно, это административное здание, или просто мы вошли с черного хода. Пустой коридор, лестница в несколько ступенек и никого. Дерек двигается за мной. Он материализуется из воздуха за спиной и, ухватив за руку, залетает на лестницу, чтобы нырнуть за дверь. Я даже пикнуть не успеваю.

— Быстрее. — Он произносит твердо, но едва слышным голосом. Видимо, преследователи близко, и законник не хочет привлекать их внимание.  Мы поворачиваем направо, и Дерек распахивает неприметную дверцу в углу. Прежде чем я успеваю пикнуть, он запихивает меня туда и, заскочив сам, закрывает дверь. Остается лишь небольшая щелка, сквозь которую проникает свет.

— Где мы? — шиплю я.

— Тс-с-с, — отзывается он и приникает ухом к двери. Я подныриваю под его руку и тоже прислушиваюсь. Дверь прилегает неплотно. Обзор плохой, но можно, приглядевшись, что-то  рассмотреть, если это что-то находится напротив.

— Где она? — голоса раздаются из коридора, и я подпрыгиваю. Вот вроде ожидала, но все равно пугаюсь. Дерек резко разворачивается и заключает меня в объятия. Хотя, о чем я? Какие к демонам объятия,  он просто держит меня в своей медвежьей хватке, чтобы я не шумела. Послушно не дергаюсь, пытаясь уловить шаги, и услышать разговоры.

— Представления не имею где! Только сюда зашла. Что она вообще тут забыла? Место какое-то странное, не подходит богатой бездельнице на дорогущей платформе!

— Не знаю. Кто этих мажоров разберет!

— Засекла нас и прячется? — Кажется, все голоса разные. Преследователей трое?

— Она же идиотка! Она не могла нас засечь! —  Или четверо? Как же раздражают! От возмущения начинаю громко пыхтеть и слышу усмешку Дерека. Ставлю в голове зарубочку двинуть ему локтем, как только  опасность минует. Пока не стоит привлекать внимание преследователей возней.

— Нам нужно найти девчонку, желательно в ближайшие два дня. Ты в курсе, что это важно. Если она такая тупая, как у нее получается постоянно уходить?

А вот я не в курсе, что меня нужно поймать в ближайшие два дня, и Дерек тоже. Я вообще до недавнего времени не знала, что меня ловят. И это злит. Преследователи, переговариваясь, удаляются. Видимо, решили проверить другую часть коридора. С одной стороны — удачно. С другой — мы так и не разглядели их лиц. Но, сдается мне, это просто исполнители.

— Выходим? — спрашиваю я.

— Рано, — тихо отвечает Дерек, плотнее прикрывает дверь и втрамбовывает меня вглубь тесного помещения, заваленного какими-то рулонами с тканью. Хорошо хоть, не швабрами и ведрами. Хоть и тесно, но мягко.

— Где мы вообще?

— Нигде, — безразлично отвечает Дерек. — Небольшое здание, каких по городу сотни. Пара швейных цехов, два магазинчика. Вход в них с другой стороны. Несколько офисов. Есть даже тату-салон на третьем этаже.

— Это что за микс? — удивляюсь я.

— Это рынок, Клэр, — с тихим смехом отвечает Дерек. — Я понимаю, что  для тебя все это в диковинку.

— То есть ты меня привел сюда на экскурсию? — недовольно спрашиваю я, чувствуя себя на складе швейного цеха несколько неуютно. А если меня тут найдут? И сейчас я не о преследователях! Как мы объясним, почему сидели в чужих тряпках?

— Я тебя привел сюда, потому что тут просто затеряться. Сейчас мы посидим здесь часик и выйдем через другой вход. Преследователи физически не смогут  обыскать все здание. Какие-то двери закрыты, где-то работают люди. Они походят по этажам и, скорее всего, засядут ждать у твоей платформы.

— Думаешь, нас тут не найдут? — скептически спрашиваю я.

— У них был шанс, если бы они сразу сюда сунулись, но  они его упустили, я запер дверь. Я зря пошел у тебя на поводу. Не стоило никого провоцировать.

— Мы их выманили, может быть, попытаемся поймать? — предлагаю я.

— Нет, Клэр, мы не будем пытаться их ловить. Ты же слышала, им нужно поймать тебя в ближайшие два дня. Нам необходимо еще раз поговорить с твоим отцом и узнать, что будет через два дня. Я уверен, предстоит что-то серьезное, и, узнав что именно, мы сможем двигаться дальше.

— Ладно, — надув губы соглашаюсь я, смотрю на силуэт Дерека в темноте и спрашиваю. — Ну и что мы будем делать в ближайший час?

Тишина давит на уши. Она вязкая и темнота ее только усугубляет, делая висящее напряжение в воздухе более сильным. Дерек так и не ответил на мой вопрос, что мы будем делать целый час в темноте, и мне скучно, неловко и я не нахожу себе места. С местом, правда, проще. Кладовка тесная, и здесь особо не повыбираешь, где приткнуться, поэтому Дерек в непосредственной близости.

Можно сколько угодно убеждать себя в том, что мы забыли прошлую ночь. Но это не так. Лично у меня не думать не получается. Он стоит передо мной, и пусть я вижу в темноте лишь силуэт — это неважно. Слишком хорошо я все запомнила. Вчера мне не нужны были глаза,  чтобы узнать его лучше, чем следовало.

Теперь меня сбивает с толку запах Дерека — свежий бриз и жесткие хвойные нотки. Я чувствую тепло его тела и слышу дыхание совсем рядом. Сейчас тихое и ровное, но я знаю, каким оно может быть в момент страсти. Я помню его руки… нет, как бы я ни старалась я не смогу относиться к нему так же, как и раньше, просто потому что мое знание о Дереке перешло на другой уровень. И понимание этого заставляет мысленно застонать.

— Это самое кошмарное, что сегодня могло случиться со мной! — ною я и слышу в ответ хриплый смешок, от которого по спине пробегают мурашки.

— Мне кажется, ты преувеличиваешь, — отзывается Дерек.

— Это просто ты не в курсе, какие мысли бродят у меня в голове, и каких усилий мне стоит, чтобы не озвучивать их.

— И какие же? — спрашивает он, а мой пульс ускоряется. — Может быть, стоит озвучить?

В красках представляю его губы на своей груди, влажный язык  ласкающий ореол соска. Видение такое яркое, что пробивает дрожь.

— Нет. Все же не стоит…

Я вздыхаю и приваливаюсь к рулонам ткани. Достаточно удобно, а то ноги на каблуке устали. Хочется перенести вес.

— Разуйся, — тихо говорит Дерек, понимая, видимо, как мне неудобно. — Никто тебя не видит. Ты ведь знаешь, что демонически упряма Клэр? — спрашивает он, понимая, что я не спешу следовать его совету.

— Это не упрямство, — признаюсь я, испытывая неловкость. Я не привыкла быть откровенной.

— А что же это такое?

— Меня учили быть идеальной. А растрепанная босая девица в кладовке, увы, не идеальна. Поэтому мне немножечко неудобно, немножечко стыдно и совсем чуть-чуть хочется провалиться под землю.

— Ну… — тянет Дерек. — Ты же понимаешь, что туфли не сильно меняют ситуацию. Ты по-прежнему заперта в кладовке с тканями, где не место идеальной представительнице высшего света. А без обуви тебе будет, по крайней мере, удобно.

Я признаю и скидываю неудобную обувь, сразу становясь ниже.

— Да, в последнее время с идеальностью проблемы.

— Может, и ну ее эту идеальность? — спрашивает он и делает шаг навстречу.  — Неидеальной ты мне нравишься значительно больше.

— А я тебе нравлюсь? — с удивлением спрашиваю я и замираю в ожидании ответа.

Чувствую теплую ладонь на щеке. Подушечка большого пальца скользит по губам, заставляя их приоткрыться, и сердце совершает кульбит.

Дерек наклоняется ко мне. В темноте поблескивают глаза, и на губы опускается поцелуй со вкусом мяты. Нежный и волнующий. Сейчас в нем нет отчаяния и болезненного желания. Мы впервые целуемся не со злости и не в порыве страсти, вызванной зельем. И мне снова нравится. Стыдно признаться, но меня приводят в восторг абсолютно все его поцелуи. Они, как  сильный наркотик, в зависимость от которого впадаешь с первой дозы.

Качаюсь навстречу мужчине, обнимаю за плечи и прижимаюсь к широкой груди. Сминаю рубашку, вцепляясь в нее, и слышу, как ускоряет бег сердце мужчины. Поцелуй кружит голову и заставляет летать. Я не хочу возвращаться в реальность, где мы решили, что не нужны друг другу. Мне хорошо в темноте и в тесных объятиях, ощущая тепло сильного тела.

Дыхания не хватает, и нам приходится прерваться.

— Как тебе такой ответ? — хрипло шепчет он, и я окончательно таю. Такой ответ мне определенно нравится, но мне категорически мало. Я хочу его руки на своем теле, его губы, и снова почувствовать себя одним целым.

— Что мы творим? — спрашивает Дерек, уткнувшись своим лбом мне в лоб.

— Совершаем ошибку? — едва слышно спрашиваю я

— Еще одну?

— Ну… — Я провожу ладонями по его груди и расстёгиваю верхнюю пуговицу на  рубашке Дерека. — Одной ошибкой больше, одной меньше… какая разница?

Не место и не время. Но ведь ошибка на то и ошибка, чтобы совершать ее вопреки обстоятельствам и здравому смыслу. Я настолько сильно хочу этого мужчину, что меня не смущает ничего. Ни тесный закуток, ни то, что нас могут обнаружить хозяева этой укромной кладовки или преследователи. Мне нужен он, как вода и воздух.

Возможно, эта странная зависимость не от  Дерека, а от секса? Только вот проверять свою теорию ни с кем другим не хочется. Меня ведь целовали и раньше, меня пытались соблазнить и иногда очень умело, но я никогда не хотела переступить грань, а с ним все грани стерлись.

Мы стоим какое-то время молча, между нами лишь немного наэлектризованного от страсти пространства и тяжелое дыхание, а потом одновременно срываемся в жадный поцелуй. С укусами и влажными медленными движениями языка. Сладко порочными, еще сильнее распаляющими желание.

— Ведьма, — на выдохе шепчет Дерек, а я тихо смеюсь ему в губы и обнимаю за шею. Мужчина делает шаг вместе со мной, и я оказываюсь прижата спиной к стене. Очень кстати, мне нужна опора, чтобы не упасть к его ногам.

Горячие руки жадно блуждают по моему телу, тянут по ноге подол платья и скользят под него по бедру к ягодице. Всхлипываю, когда ее сжимает горячая ладонь.

Лихорадочно расстёгиваю пуговицы на его рубашке. Кажется, парочка пала в неравном бою, зато я добираюсь до своего фетиша —  гладкого рельефного торса.

Я всегда любила мужчин с хорошей фигурой, но Дерек… Дерек даст фору кому угодно. Высокий, подтянутый, мощный. Рядом с ним я чувствую себя маленькой и хрупкой, и мне нравится это ощущение.

Дерек стаскивает по плечам бретельки моего платья и отводит в сторону кружевную чашечку бюстгальтера. Склоняется и воплощает мою фантазию — ласкает губами ореол соска, обводит его языком и чувствительно прикусывает, заставив всхлипнуть и выгнуться навстречу. Исследую руками его мускулы, глажу теплую кожу и спускаюсь пальцами по дорожке волос к ремню брюк, с которым не получается справиться сразу. Ругаюсь и слышу тихий смех Дерека. Мужчина чуть отстраняется и перехватывает инициативу.

— Уверена? — интересуется он, замерев в паре шагов от меня.

Глаза привыкли к темноте, я вижу его силуэт перед собой, вижу руку, накрывающую пряжку ремня, слышу хриплое дыхание.

Я сама не лучше — платье задрано до пояса, грудь обнажена и поэтому единственное, что я могу сказать ему — это совершенно искренне:

— Ты идиот?

Он смеется и, расстёгивая штаны, делает уверенный шаг вперед, чтобы подхватить меня под ягодицы, прижимаясь ко мне бедрами. Обнимаю Дерека ногами за талию и чувствую его горячее возбуждение. От предвкушения перехватывает дыхание.

Больше нет слов и глупых вопросов. Только уверенные движения и страсть. Он отодвигает в сторону тонкую полоску моих кружевных трусиков и проводит сверху вниз большим пальцем, вызывая вихрь ощущений. Дергаюсь ему навстречу, вцепляясь руками в плечи, и зло шепчу:

— Ну же! Не тормози!

— А ты нетерпеливая, девочка? — усмехается он, поддразнивая, скользит между моих ног, провоцируя, и я луплю его по плечу со злостью.

— Сама напросилась! — рычит Дерек и врывается в меня мощно и резко. Жестко, заставляя всхлипнуть от звезд перед глазами.

Я улетаю почти сразу. От его мощных, рваных движений, от сбивающегося дыхания и темноты. Это настолько порочно, страстно и сладко, что сейчас я даже не пытаюсь пообещать себе, что забуду. Нет. Я слишком подсела на наркотик по имени Дерек.

Я не знаю, куда заведет наше с ним сумасшествие. Он никогда не влюбится в такую, как я, но секс, очевидно, нас устраивает обоих.

Я никогда в жизни не испытывала ничего более опустошающего.

Я вцепляюсь в его плечи и утыкаюсь лбом во влажный от пота лоб, когда Дерек начинает снова медленно во мне двигаться, хрипло шепнув в губы.

— Ну что? Ты выдержишь второй заход?

Как будто я способна сказать ему «нет».

— Боги, что мы творим? — обессиленно шепчу я, хватаясь за плечи Дерека, чтобы не упасть. Я без сил. В голове розовая вата. Ноги дрожат, глаза закрываются, а в животе все еще порхают бабочки. Чувствую себя невероятно глупой, потому что витаю в беззаботном и совершенно неуместном счастье.

Мы наспех поправляем одежду и стоим, обнявшись, в темноте кладовки, пытаясь выровнять дыхание.

— Уже жалеешь, идеальная девочка? Я думал, угрызения совести тебя настигнут позже, когда отступит темнота, — произносит Дерек шепотом. Он пытается обернуть наш разговор в шутку, но в голосе мелькает нечто, отдаленно напоминающее обиду.

— Ты неправ, — отвечаю я задумчиво. — Никогда не жалею о своих ошибках. Предпочитаю ими наслаждаться.

— То есть все же ошибка?

— А ты сам считаешь иначе? — усмехаюсь я. — Мы разные, даже не встречаемся, и у нас нет ничего общего, кроме страсти и проблем. Секс в такой ситуации однозначно ошибка, но такая волнующая…

— Ты на редкость разумна…

Я чувствую, что разговор Дереку неприятен, но мужчина все равно не отстраняется. Его подбородок лежит на моей макушке, а ладони нежно поглаживают спину. Все же Дерек — самая сладкая моя ошибка, о которой я буду вспоминать с наслаждением.

— Если бы я была разумна, не стала бы спать с тем, с кем меня связывают такие неоднозначные отношения, — усмехаюсь я.

— Ты понимаешь, что ничего другого у нас не будет. В этом заключается твоя разумность.

Его слова неожиданно задевают. Они такие логичные и в то же время болезненные, что Дереку хочется треснуть. Но я бью не кулаками, а словами, как и всегда.

— И этого у нас не будет, Дерек. Сегодня был последний раз.

Его ответ меня удивляет.

— Ты сама в это веришь? — тихо смеётся он, и я осознаю, что он, демоны его забери, прав. Это неприятно. Даже от тихого голоса мне сносит крышу. Может быть, у меня получится не подходить к нему самой, а может, и нет… я пропала, а ведь он даже не проявлял инициативу. Никогда. Что случится, если Дерек поманит? Я глупая, слабовольная и не умею отказываться от удовольствий.

— Не знаю… я привыкла получать в этой жизни все, что хочу. Игрушки в детстве, драгоценности и платформы, когда выросла…я всегда окружаю себя красивыми вещами, которые приносят удовольствие…

— То есть… вот кто я для тебя? — Руки на талии сначала сжимаются, а потом Дерек их опускает и отходит на шаг. — Игрушка? Вещь, которая приносит удовольствие?

— Ну а кто? — Я пожимаю плечами  — Скажи мне, Дерек?  — но он молчит. — Видишь, ты не знаешь ответ. Я, по крайней мере, честна. И с тобой, и с собой. Значит, будем пользоваться моим. Ты же вряд ли можешь сказать, кто я для тебя? Мы оба играем, и нам это нравится. Только я отдаю себе в этом отчет, а ты пытаешься, просто не думать о том, что происходит.