Глава 13

Агата. – Корсаков, нам надо привлекать к расследованию парней, ты не находишь? – вскидываю бровь, усаживаясь на переднее сидение. Уж не знаю, почему я предпочитаю его машину своей старушке? Иду за ним, как привязанная… Выполняю любую просьбу и смотрю в глаза, как голодная нищенка… – Согласен. Давай решим, какими сильными сторонами обладают наши коллеги. Вот, Гречка, например. Мы выезжали в квартиру родителей Лиды, и мне довелось понаблюдать за ним. Он аккуратный, деликатный, воспитанный. Мне кажется, такие парни хороши в сборе информации. Он мог бы опрашивать свидетелей. Степан Астахов был напрямую связан с Лидой. Давай и этим делом начнем заниматься? Без отрыва от производства. Ты как? – Корсаков виртуозно крутит руль, не забывая бросать в мою сторону небрежные взгляды. – Я не против. Давай закажем еду прямо в отдел и поедем туда? Пирогов – хороший аналитик. Пышкин может вскрывать переписку в социальных сетях. Я слышала, он неплохой программист, нам это сейчас как нельзя пригодится. Лида же вела страничку? – Римская, только не думай вскрывать мои старички. Спешу тебя разочаровать – у меня их нет, – Корсаков дарит мне обольстительную улыбку. – Я и не собиралась. Ты как заноза в заднице, Корсаков. И мне придется тебя терпеть, – бурчу, отвернувшись в окно. – Не злись. Погоди, Мышкин звонит. Сергей притормаживает и перестраивается в правый ряд, демонстрируя готовность изменить маршрут или припарковаться. – Да, Федор Михалыч, мы с Римской допрашивали свидетелей в университете, едем в отдел. Что-то случилось? Я поставлю на громкую связь с вашего позволения. – Римская-Корсаков, срочно все бросайте и поезжайте на Железнодорожный переулок, в лофт, где собирались студенты. Мне только что поступил вызов, там была драка, засветились фигуранты по нашему делу – однокурсники Лидии Красновой. Девушка, кажется, ее приятельница, наркоманка… И парень из футбольной команды. – Погодите, вы что-то путаете, Федор Михайлович. Все однокурсники Лиды уже окончили университет. Они не могут состоять в каких-либо командах. Это… Это ошибка, – выдыхает Корсаков. – Без сопливых знаю! Поступила жалоба от работников производственного цеха по соседству. И от владельцев магазинов в том же здании. Да, они не студенты, но притон остался, и эти отбросы общества там собираются. Поезжайте и разберитесь! – А почему мы? Есть участковый и… – Корсаков, ты меня достал! – ревет Мышкин. – Мы занимаемся исчезновением Лидии, это наше дело, а не участкового. – Поехали, Корсаков, – шепчу я. – Может, успеем кого-то перехватить? Все равно надо разговаривать с ее приятелями. Какая разница, когда это делать? – Есть, Федор Михалыч. Считайте, мы уже там, – сообщает он разъяренному Мышкину. Сергей совершает крутой разворот в неположенном месте. Водители гневно сигналят, а машина, визжа шинами, срывается с места. Я лишь успеваю схватиться за поручень и ахнуть. – Ты с ума сошел? Хочешь нас убить? Мы чуть не… – Ты права, Римская. Сейчас я мигалку поставлю. Мне ее Мышкин вчера торжественно вручил. – Тебе? А почему у меня ее нет? – Работать надо лучше, а не… – Только попробуй хоть что-то сказать, и я… – цежу сквозь зубы, пока Корсаков съезжает к обочине. – Молчу, молчу… Он тянется к бардачку и вынимает проблесковый маячок. Устанавливает его на крыше машины и возвращается за руль. Мы мчимся быстрее ветра… Сирена разрывает теплый апрельский воздух пронзительным звуком. Мимо проносятся дома и витрины магазинов, деревья, скверы, фонтаны, молодые парочки… И события в моей жизни летят так же стремительно. Сергей выключает сирену и паркуется недалеко от здания. Оно лишь с виду заброшенное – возле главного входа располагается магазин фейерверков и студия квестов, с торца – химчистка. Заброшенным кажется лишь второй подъезд кирпичного строения. Потертая от времени дверь покачивается на ржавых петлях, в ноздри ударяют запахи пыли и кислятины. Мышкин был прав – там притон, а запах характерен для синтетических наркотических веществ. – Там… – взмахиваю ладонью в сторону двери, наблюдая за Сергеем. Он намеревается идти в магазины и химчистку. Глупее поступка не придумаешь – пока мы будем болтать, все разбегутся. – Косраков, идем. Потом поговорим с ними. Эти точно никуда не денутся. – Ты опять что-то унюхала, Римская? – вкидывает он бровь, похлопывая по карману куртки. Я тоже инстинктивно тянусь к пистолету в кобуре и согласно киваю. – Да. Воняет свежим сигаретным дымом, дешевым пойлом и синтетикой. Неужели, ты ничего не чувствуешь? – Ну… Уже сейчас чувствую, когда мы подошли ближе. А до этого нет. Корсаков осторожно отворяет двери и прищуривается, пытаясь что-либо разглядеть в темноте. Под ногами хрустят битое стекло и потрескавшийся старый цемент. Воздух трещит от «ароматов» мочи, экскрементов, сигарет, запустения… Кажется, здесь давно никого не было… Включаю фонарик смартфона и освещаю изрисованные стены подъезда. – Не могут они собираться здесь, Римская. Это бутафория, – шепчет он. – Здесь есть другое помещение, а тут тусуются бомжи. Студенты не могут, уж точно… – Смотри, – лучи фонарика скользят по стенам, упираясь в коричневую дверь. – Вон туда они ходят. А здесь просто… Ты прав, нормальный человек дальше не пойдет. Умно придумали. Эдакий квест для таких идиотов, как мы. – Это просто старый подъезд. Давно ты не посещала обычные «хрущевки». Я, между прочим, живу в такой же, но это не значит, что моя квартира похожа на хлев… Идем туда? Дверь оказывается запертой. Корсаков вынимает из кармана набор отмычек и мастерки ее вскрывает. – Ты всегда носишь с собой… – произношу шепотом. – Тихо… Там кто-то есть. Дверь отворяется, открывая взору… Футбольное поле? Или бальный зал? Уж не знаю, как назвать это помещение, но оно мало походит на обоссанный подъезд, в который мы вошли. Высокие окна тянутся вдоль стен бывшего производственного цеха. Возле окон стоят ржавые неработающие машины и грузоподъемники, на бетонном полу поблескивают бутылочные осколки и темнеют изогнутые металлические детали. Корсаков вынимает пистолет из кобуры и осторожно ступает к концу помещения. Таинственный лофт именно там – за бархатной тяжелой шторой. Надо узнать, кому принадлежит помещение? И кто разрешил студентам там собираться и… Делать стильный ремонт. – Никого, Агата. Мы опоздали, – разочарованно вздыхает Корсаков, пряча оружие.