24. Сила

Матильда проснулась от бормотания визора в соседней комнате. Она надела футболку и трусики и заглянула в гостиную. Натаниэль сидел на полу, прислонившись к дивану, и внимательно наблюдал за трансляцией боев без правил, которые были настолько подпольными, что их можно было даже посмотреть по визору! Ах да, Ваня вроде говорил, что устроители собираются перевести бои на легальное и даже поддерживаемое государством положение.

Матильде очень хотелось узнать, что там, но усилием воли она удержала свое любопытство. Вот так спросишь, потом сядешь смотреть, потом не оторвешься до вечера, а потом получишь в распоряжение прекрасные, яркие кошмары.

Да и разговаривать с Натаниэлем не хотелось. Матильда вовсе не ругала себя за то, что переспала с самым серьезным членом команды, но как теперь вести себя, совершенно не знала. И Натаниэль, и Шель настроены более чем серьезно. Пока она держалась в стороне от черноволосого, можно было делать вид, что она ничего не замечает. Но теперь… Каждый из мужчин будет перетягивать ее в свою сторону.

К тому же нельзя забывать — впрочем, такое и не забудешь! — что с Натаниэлем она пережила самый потрясающий оргазм в своей жизни. И теперь Матильде было страшно. Потому что всю свою жизнь она бежала от любой зависимости, и попасть под власть секса, будь он трижды прекрасным, ей хотелось меньше всего.

Стоило Матильде отвлечься от своих мыслей, наслаждаясь завтраком, как личностной браслет завибрировал, перенаправляя письмо с терминала. Увидев отправителя, Матильда сначала изумилась, а потом нахмурилась. Уже много лет родители писали ей раз в год, и внеочередное письмо означало только внеочередные неприятности.

Продравшись сквозь многословные упреки, Матильда поняла, что ненавистному Беральду Ренко никак не сидится спокойно. Потому что, получив жалобу сыночка, он не воспринял всерьез предупреждение Матильды и решил надавить на ее родителей. Конечно, не напрямую, потому что это подставило бы под удар его кристально-чистую (не считая внебрачного сыночка) репутацию, но и нескольких намеков хватило, чтобы вся семья всполошилась.

Все мысли о любовных переживаниях вылетели у Матильды из головы. Она помчалась одеваться, бросив на бегу:

— Натан, ты со мной на корабль, или остаешься смотреть?

Естественно, Натаниэль тоже отправился на корабль, по лицу капитана поняв, что что-то стряслось.

У Матильды был код официального вызова Беральда, который он не скрывал и держал специально для связи с торговцами или главами других кланов. Но звонка от блудной дочери клана он явно не ожидал. На лице Беральда столь явно отразилось удивление, что Матильда ощутила злорадство. Что, не думал, что она так быстро отреагирует? А вот на тебе!

— Матильда! — воскликнул Беральд. — Надо же, после стольких лет! Что случилось?

— А то ты не знаешь! — прошипела Матильда. — Зачем было в наши отношения вовлекать моих родителей?

— В какие отношения? О чем ты говоришь?

— О твоем сыне!

— Котором?

— Бернаре.

— Матильда, Бернар даже не на Ситечко! Расскажи мне, пожалуйста, все сначала.

Матильда задумчиво потерла подбородок. Беральд в своем удивлении действительно выглядел искренним. Переглянувшись с Натаниэлем, она все же рассказала главе клана обо всем произошедшем, не утаив и сцену избиения.

— Замечательно, — процедил Беральд. — Просто замечательно. Молодые идиоты. Матильда, не знаю, поверишь ли ты мне, но я здесь не при чем. Это инициатива самого Бернара и, скорее всего, моего старшенького, который спит и видит, как бы меня подсидеть. А еще один корабль — это очень весомый плюс. Мне же устраивать с тобой вражду просто не выгодно. Да и недальновидно. Я подозревал, что ты заведешь себе знакомства из… как бы это сказать… тех слоев общества, с которыми простым фермерам лучше не сталкиваться.

— Значит, я смогу вернуться на Ситечко? — поинтересовалась Матильда. Нет, ностальгия ее не замучила, просто стало интересно.

— Возвращайся, — пожал плечами Беральд. — Не обещаю этим не воспользоваться. Но, как бы я ни хотел получить опытного капитана со своим кораблем, вмешивать твоих родителей или других родственников я не буду. Соклановцы такого не простят. А с сыновьями я поговорю.

— Спасибо, — кивнула Матильда и замялась. Как заканчивать разговор с Беральдом, который оказался вовсе не таким чудовищем, как ей запомнился? Помог Натаниэль, все это время стоявший за ее креслом:

— Мы с женой очень благодарны вам за разумный подход к делу. Очень надеюсь, что клан Ренко больше не будет мешать нашей спокойной жизни.

Беральд внимательно рассмотрел Натаниэля.

— Признаю, у Бернара не было ни одного шанса, — сказал он. — Теперь, Матильда, я еще больше жалею, что умудрился выпустить тебя из рук. Такой шикарный генофонд нашему клану не помешал бы. Где ты его нашла?

— Очень невежливо разговаривать так, будто меня нет рядом, — заметил Натаниэль.

— Хм… Я-то был уверен, что ты просто ее подстилка, — Беральд скривил губы в насмешливой ухмылке.

— Не стоит провоцировать конфликт, — спокойно ответил Натаниэль. — Меня на такое не возьмешь, я же не ваш бестолковый сын, не способный видеть дальше собственного носа. Или мне стоит сказать — члена? Увидел Матильду, и сразу вся кровь от мозга отлилась.

Беральд покраснел от ярости, но удержался от ругательств. Попрощался сквозь зубы и отключился, демонстративно не удостоив Натаниэля больше ни одним взглядом.

— Круто ты, — сказала Матильда Натаниэлю. — С виду такой тихий, а сам главе клана хамишь.

Парень пожал плечами.

— А почему бы и нет.

— Действительно, почему бы и нет, — пробормотала Матильда. — Жаль, что он так быстро отключился, опять буду думать, как там наши там наши бойцы…

— Там и Иван, и Кирилл, — напомнил Натаниэль. — Если бы что-то серьезное случилось, нам бы позвонили.

Матильда покрутилась на кресле, повздыхала. Потянулась рукой к браслету… и не позвонила, а приняла звонок и перевела его на терминал.

На экране появился разъяренный Зейн.

— Ты выставила эльфа! — прорычал он. — Как ты могла?!

— Не понимаю, — удивилась Матильда. — А почему я не могу выставить своего бойца?

— Ти-ти, это же эльф! А ты его на бои без правил! Это же расточительство! Если он тебе настолько не нужен, то продала бы его мне! Да кому угодно бы продала, но такое… Не ожидал от тебя.

— Ну вот такая я неожиданная! — ответила Матильда. — Чего ты злишься? Это же мой эльф, если его там как-то испортят, то это мои проблемы, верно?

— Он злится потому, что его боец не устоит перед Шелем, — сказал Натаниэль.

Матильда вопросительно посмотрела на Зейна. Судя по его лицу, Натаниэль угадал, но признаваться в этом Карат не собирался.

— Я волнуюсь об имуществе моей будущей жены, — выкрутился он.

— Шель не мое имущество, — напомнила Матильда. — И он выставился сам, это его решение. И ответственность за него пусть несет сам.

Зейн так тяжело вздохнул, что Матильде на мгновение стало его жалко.

— Не знаю, что еще сделать, — сказал он. — Ти-ти, когда ты перестанешь на меня злиться, а? Давай начнем все сначала! Хочешь, я на свидание тебя приглашу, цветы подарю… Я люблю тебя, и хочу, чтобы ты стала моей женой.

— Извини, но я уже тебе ответила, Зейн. Мое решение неизменно.

— Даже если я подарю тебе корабль?

— Даже если ты подаришь мне корабль, я, во-первых, его не приму, а во-вторых, не продамся.

— А на свидание пойдешь?

— Нет.

— Ти-ти, я предлагаю тебе последний раз.

— Я все равно отказываюсь.

— Ты пожалеешь, — пригрозил Зейн и отключился.

Не успела Матильда обдумать разговор, как позвонил Рик.

— Капитан, спасите меня, — прошептал он.

— Ты прячешься? — заволновалась Матильда. — Что случилось? Тебя опять похитили?

— Нет, но… Мэм, меня тут домогаются!

— О, Господи! — воскликнула Матильда. — Кто?

— Старший механик ангара!

— Скажи ей…

— Это он!

— Так скажи ему…

— Мэм, он размером с Бу! Я боюсь ему хоть что-то против сказать!

— Так пожалуйся Григорию!

— Я пожаловался, капитан, а он сказал, что личные проблемы нужно уметь решать самому.

— Узнаю наставника, — сказала себе под нос Матильда. — Рик, не переживай. Сейчас я приду и разберусь.

— Ну вот, — подытожил Натаниэль. — А ты переживала, что весь день будешь волноваться о Шеле и Бу. Как видишь, и других причин для волнения хватает.

— Лучше бы их не было! — кипела от ярости Матильда. — Как этот старший механик посмел домогаться Рика!

— Сердцу не прикажешь!

— Так не домогаться же! Конфет бы ему подарил, или… я не знаю, как положено за молоденькими мальчиками ухаживать!

— Может быть, он и дарил конфеты, — заметил Натаниэль. — Мы же не знаем всей подоплеки.

— Ты защищаешь этого механика? — возмутилась Матильда.

— Я просто прошу подойти к решению вопроса взвешенно, — сказал черноволосый. — Или ты осуждаешь однополую любовь?

— Я никакую любовь не осуждаю. Но вот насилие — очень даже, — рычала Матильда, несясь к мастерской Григория.

— Рику стоит учиться самому решать такие проблемы.

— На то я и капитан! Разве ты не понимаешь — я несу за вас ответственность!

Натаниэль хотел что-то ответить, но промолчал под пристальным взглядом Матильды. Видимо, верно оценил ее боевой настрой и решил не нарываться.

Рик ждал капитана у дверей. При виде Матильды его лицо просияло такой радостью, что ее сердце дрогнуло.

— Веди, показывай, кто тебя обижает, — велела Матильда, обнимая Рика за плечи.

Старший механик по имени Егор обладал действительно внушительной фигурой, недотягивающей, конечно, до размеров Бу, но совсем немного. Увидев Матильду, обнимающую Рика, он бросил работу и набычился.

— Я — капитан Матильда Ренко, — представилась девушка. — Нам нужно поговорить наедине.

— Не нужно, — буркнул Егор. — Этот гаденыш малолетний вам пожаловался, да? И вы, небось, примчались его защищать, да? А то, что он специально провоцирует, Рик забыл упомянуть?

— В смысле — провоцирует? — нахмурилась Матильда.

— В прямом! Вертит тут своей попкой, прям напрашивается!

— Я ничем не вертел! — заявил Рик.

— А в одном полотенце кто по коридору ходил?

— Я из душа вышел! Что я, виноват, что одежду в комнате забыл?

— А…

— Послушайте, Егор! — вмешалась в перепалку Матильда. — Конкретно вам Рик что-нибудь говорил? Он конкретно перед вами… как вы говорите — попкой вертел?

— Да!

— Нет! — возмутился Рик, и его голос сорвался. — Я залез в двигатель с головой, он же сам меня попросил, потому что я самый худой и могу достать, там отвертка упала! А он пристроился сзади и давай оглаживать!

На ресницах паренька повисли слезы. Этого Матильда уже выдержать не смогла. Размахнувшись, она отвесила Егору пощечину.

— Как вы смеете! — прошипела она. — Насильник!

— Да я не сделал ничего! — заревел он. От того, чтобы кинуться на Матильду, его удержала только толпа зрителей, побросавших работу и с интересом наблюдающих за перепалкой. Судя по лицу, Егор уже пожалел, что отказался от приватного разговора. — Что, я не имею права продемонстрировать свое восхищение?

Матильду затрясло от ярости. Через скольких таких главных механиков, показывающих свое «восхищение», ей пришлось пройти в свое время! И не откажешь же — сразу вылетишь из мастерской!

— Это… это… — задыхаясь, произнесла она. — Это же…

Натаниэль обхватил ее за талию и прошептал в ухо:

— Успокойся, Матильда. Ты капитан.

Матильда несколько раз глубоко вздохнула.

— Рик, ты говорил Егору, что тебе неприятны его знаки внимания?

— Да, мэм.

— Егор все равно продолжал лапать твое тело?

— Да, мэм.

— Есть свидетели? — спросила Матильда.

Рабочие ангара переглядывались, но молчали.

— Боитесь, да? — горько спросила она. — Конечно, ведь это старший механик, как же, ведь у него власть, а Григорий не вмешивается в личные отношения. Кто был его последней жертвой? Ты? — она указала на миловидного парня чуть старше Рика. — Или ты? — Рыжеволосая девушка испуганно помотала головой и поспешила спрятаться за чьей-то спиной. — Или ты?

— Это действительно их личное дело, Матильда, — произнес хозяин мастерской. Он протолкался через зрителей и встал напротив Матильды. — Как ты помнишь, я в такие дела никогда не вмешиваюсь. Не можешь себя защитить — это только твоя проблема, и ничья другая. Твой мальчишка два дня рыдал, но только на третий осмелился хоть что-то сделать. Разве с таким подходом он сможет чего-то добиться в жизни?

— Почему вы считаете, что просьба о помощи — это слабость? — спросила Матильда. — Рик — не один. Он должен просить помощи, если не справляется! Для этого у него есть капитан и друзья. Вы понимаете? Он сможет добиться всего, чего хочет, потому что у него есть те, кто поддержит! Господи, да я бы полжизни отдала, чтобы мне в такой ситуации кто-то помог!

— Когда ты пришла ко мне, то могла набить морду любому, кто не так на тебя взглянет, — заметил Григорий. — И тебя совершенно не смущала разница в весе!

— Но до этого… До этого… Вы даже не подозреваете, через что мне пришлось пройти?

— Почему не подозреваю? Ты думаешь, что одна такая? Матильда, это нормально! Зато посмотри, чего ты добилась! Ты прошла путь от нищей девчонки до владелицы собственного корабля.

— Да, я — прошла. А сколько тех, кто сломался?

— Значит, они не стоили своей мечты.

— Вы не правы, — сказала Матильда. — Вы не правы. Рик — гениальный механик. От того, что он попросил меня помочь пресечь насилие, он не перестанет быть гениальным механиком.

— Матильда, а ты бы вступилась за него, если бы он не был гениальным механиком? Если бы он не был тебе нужен? — спросил Григорий.

— Конечно, — без капли сомнения ответила Матильда. — Ведь он член моей команды.

— А был бы он членом твоей команды, если бы не был гениальным механиком?

— Ох, Григорий, как мало вы знаете о членах моей команды… Если я беру на себя ответственность за человека, то несу ее.

— Зря. В этом мире каждый сам за себя. Иначе не выжить.

— Мы не дикие звери, — возразила Матильда. — Забирай вещи, Рик. Мы уходим.

— Нет, капитан, — вдруг сказал Рик. — Я остаюсь… я не могу вас подвести и сбежать с середины обучения… Я был неправ, когда позвонил вам. Я должен был справиться сам.

— Нет! Не должен был! Рик, послушай…

— Господин Григорий прав, мэм. Это раб может бежать к хозяину прятаться, а свободный человек…

— Свободный человек не должен поступаться своим достоинством, — рассердилась Матильда. — Полученный сертификат не стоит насилия. Ничего не стоит этого, поверь мне.

— Если… Григорий говорит, что везде так. Я…

— Так не везде! Не везде! Везде так только там, где мелкие душонки пользуются своей мелкой властью, чтобы поиздеваться над более слабыми.

— Но я хочу стать сильным.

Матильде хотелось схватить Рика за руку и утащить за собой. Хотелось рассказать, что она ложилась под кого-то исключительно по собственному решению, а если не хотела — дралась до крови, до потери сознания, уходила из мастерских и курсов. Она сознательно меняла свое тело на знания, но никогда не ложилась под насильников добровольно.

— Я принял решение, мэм, — сказал Рик, и его голос почти не дрожал. — Я стану сильным.

— Но не так же! — воскликнула она с отчаянием в голосе. — Не так же!

— Да не буду я трогать вашего мальчишку, — сказал Егор. — Оно мне надо — проблемы лишние.

— Матильда, тебе пора идти, — тронул ее за плечо Григорий. — Тебе здесь больше нечего делать.

Матильда окинула отводящих взгляды механиков презрительным взглядом и пошла к выходу, боясь, что разрыдается прямо у них на глазах.