ГЛАВА 7. ДА ЧТОБ ТЫ ПРОВАЛИЛСЯ

– Что тут произошло? – строгий голос Элая вывел меня из раздумий.

Инквизитор нагрянул очень не вовремя.

– Ничего особенного, – вздохнула и отняла от лица Матиаса кусок замороженного мяса. – Просто парни не поделили девушку.

Наверное, идея брать с собой в деревню Матиаса была не самой лучшей, но кому-то нужно тащить тяжелую сумку. И пока я лечила нескольких больных, местные красотки решили соблазнить парнишку, только их мужикам его поведение не понравилось, и они решили проучить наглеца, пристающего к их девушкам. Я подоспела в тот момент, когда Матиас получал в глаз. Но надо отдать должное, ему и самому удалось уложить одного соперника на спину.

Пришлось мне доходчиво объяснять всем, что трогать моего ученика категорически запрещено, в противном случае лечиться будут сами. Да, я представила его своим учеником, иных вариантов не было. Не женихом же звать. И уж тем более не любовником – засмеют.

И вот сейчас, когда синяки практически спали, явился дядя. Словно чувствовал.

– Велена, я оставил вам племянника, а вы…

– А я учу его жизни. Не убили же? Пара синяков еще никого на тот свет не отправила, пусть учится стоять за себя.

– Дядя, все в порядке. Это было небольшое недопонимание, – встали на мою защиту.

Элайджа сжал кулаки, но сдержался. Его взгляд метался между мной и Матиасом, словно он пытался прочесть правду в наших лицах.

– «Небольшое недопонимание», – повторил он глухо. – Матиас, ты мог пострадать серьёзно. Это не шутки.

– Я в порядке, – парень выпрямился, стараясь выглядеть уверенно. – Велена права: нужно уметь постоять за себя. И… я понял, как не надо себя вести.

Я едва заметно приподняла бровь. Не ожидала от него такой лояльности. Видимо, урок пошёл на пользу.

Баламут, до этого дремавший в углу, приоткрыл один глаз и пробурчал:

– Ну вот. Теперь у нас тут школа жизни. Сначала метла, потом зелья, теперь – уличные бои. Чего дальше? Турниры?

Я проигнорировала его сарказм и повернулась к Элайдже:

– Он жив, цел, и даже кое—чему научился. Что ещё вы хотели бы услышать? Что я должна была сделать? Запереть его в доме и не выпускать? Так он бы только озлобился. А так – опыт.

Инквизитор медленно выдохнул, явно пытаясь взять себя в руки:

– Я просил вас беречь его. Не учить драться с деревенскими.

– А кто сказал, что это я учила? – я скрестила руки на груди. – Это жизнь научила. Я лишь вмешалась, когда стало ясно, что дело заходит слишком далеко. И да, я защитила его. Как и обещала.

Матиас кивнул:

– Дядя, правда. Велена не виновата. Я сам… не подумал. Но теперь знаю, как быть осторожнее.

Элайджа провёл рукой по лицу, словно стирая усталость:

– Хорошо. Допустим. Но впредь – без таких «уроков».

– Как скажете, – я пожала плечами. – Но если хотите, чтобы он выжил в этом мире, придётся смириться, иногда жизнь бьёт. И лучше, если это происходит под моим присмотром, чем где-то в столице, где некому будет даже рану обработать.

Он замолчал, явно не зная, что ответить. Потом бросил взгляд на синяк, который уже начинал желтеть:

– Хоть бы лечили его нормально.

– Уже, – я кивнула на замороженное мясо, лежащее на столе. – Через пару дней и следа не останется.

Баламут потянулся, зевая:

– Вот и славно. А то я уж думал, придётся устраивать похороны или свадьбу. Судя по количеству местных красавиц, это было бы неизбежно.

Я фыркнула:

– Кот, не усугубляй.

Элайджа наконец расслабился – чуть-чуть, но достаточно, чтобы понять: буря миновала.

– И вообще, вы с какой целью явились? – поинтересовалась я, уперев руки в бока.

– Почувствовал, что требуется моя помощь, – ехидно ответили мне.

– Требуется. У меня в одном месте крыша протекает, как раз поможете заделать дырку, – огорошила его.

Элай явно не такого ожидал и на секунду впал в ступор.

– Все необходимое у меня имеется, – продолжила я, выталкивая обоих мужчин на улицу. – Вон там, видите, доски разошлись, – указала на нужное место. – Вперед, а то на днях дождь обещают.

На меня посмотрели так, словно я предложила какое-то непотребство на троих.

– Нет, ну если вы не способны это сделать, позову деревенских, – как бы невзначай заметила я, глядя на них невинными глазами.

– Инструменты-то имеются? – Элай взял себя в руки и кажется даже слегка улыбнулся.

Я вытащила ему все, что требуется, в том числе и материал. Он позвал племянника, и они вдвоем полезли на крышу. Я стояла внизу, скрестив руки на груди, и с нескрываемым удовольствием наблюдала за работой. Элайджа ловко управлялся с инструментом, а Матиас, хоть и не без ошибок, но старательно помогал – подавал доски, придерживал, где нужно.

– Ну что, – не удержалась я, – ожидали, что придётся крышу латать?

Элайджа, не отрываясь от дела, усмехнулся:

– Признаться, нет. Но… почему-то не удивлён. Вы всегда находите способ вовлечь людей в свои затеи.

– Это не затея, – парировала я. – Это необходимость. И потом, разве не лучше сделать что-то полезное, чем сидеть и рассуждать о высоком?

Матиас, балансируя на краю, осторожно прибил очередную доску:

– Честно говоря, мне даже… нравится. Чувствуешь результат сразу, а не через неделю ожидания.

– Вот—вот, – кивнула я. – Практическая магия. Без заклинаний, но с реальным эффектом.

Баламут, до этого вальяжно развалившийся в тени, приподнял голову:

– А меня почему не позвали? Я тоже мог бы… наблюдать.

– Ты и так наблюдаешь, – рассмеялась я. – Тебе и этого хватит.

Через час работа была завершена. Элайджа спустился первым, вытер руки о тряпку и окинул взглядом результат:

– Не идеально, конечно, но протечек не будет.

– Более чем достаточно, – согласилась я. – Спасибо. Честно говоря, не думала, что у вас так хорошо получится.

Он приподнял бровь:

– Считаете, аристократы только и умеют, что сидеть в креслах?

– Скажем так, – я улыбнулась, – у меня были сомнения. Но вы их развеяли.

Матиас спустился следом, слегка запыхавшись, но с явным удовлетворением:

– Теперь я знаю, как выглядит настоящая работа. И… это даже приятно.

– Вот и отлично, – подытожила я. – Значит, в следующий раз попрошу вас помочь с огородом.

Элайджа рассмеялся:

– Давайте не забегать вперёд. Хотя… если это снова будет что-то столь же полезное, почему бы и нет?

Я кивнула, глядя, как солнце начинает клониться к закату. В воздухе пахло свежей древесиной и землёй – запах труда, который всегда казался мне особенно уютным.

– Чай? – предложила я, направляясь к дому. – Заслужили.

– С удовольствием, – ответил Элайджа.

– И мне! – тут же встрял Баламут, поднимаясь и труся за нами. – А то я тут один страдал от безделья.

Мы вошли в дом, где уже пахло травами и свежезаваренным чаем. На столе появились чашки, мёд и печенье. Инквизитор, ещё недавно выглядевший как воплощение строгости и порядка, теперь сидел напротив меня, слегка взъерошенный, с пятнами смолы на рукаве – и это делало его… почти обычным человеком.

– Знаете, – сказала я, разливая чай, – иногда полезно вспомнить, что мир – это не только бумаги, законы и ритуалы. Иногда он – вот такой. С крышей, досками и запахом дерева.

Элайджа поднял чашку, словно в молчаливом согласии, и мы выпили чай в тишине, нарушаемой лишь мурлыканьем Баламута и шумом ветра за окном.

– Надеюсь, меня за это хотя бы ужином угостят? – Элай довольно потянулся, разминая плечи.

На время работы он частично расстегнул рубашку и закатал рукава. Красив, зараза.

– За столь прекрасную работу могу и завтраком, – ляпнула я, не подумав.

– Отлично. Не придется открывать очередной портал, хоть передохну.

Услышав это, присмотрелась к нему повнимательнее. Мда, похоже, он действительно устал. Под глазами виднелись круги, да и сам взгляд был несколько печален.

Пришлось идти готовить ужин. Картошечка с солеными огурчиками и капустой зашла очень хорошо. Не ожидала, что аристократы такое едят, а эти двое уплетали за обе щеки и даже добавки попросили. Возмутился лишь Баламут, который видел, что запасы его любимого лакомства таят. Пообещала засолить еще. Впрочем, мне из одной деревни постоянно банки с закрутками присылали. В подвале точно осталось еще штук шесть, а этому толстяку вредно есть много соленого. Ночевали мужчины на улице, погода была теплой, так что я порадовалась, что никто не храпит над ухом. Был у Матиаса такой грешок.

Утром мне пришлось оставить их вдвоем – пришел вызов из самой дальней деревни, находившейся на границе с оборотнями. Оборотни болели редко и ездила я туда примерно раз в год, отдать зелья и взять заказы, если таковые имелись. Но раз пришел вызов, то дело серьезное, поэтому откладывать поездку в долгий ящик не стала. Собрав сумку, села на метлу и полетела. Самое любопытное, что Элай обещал меня дождаться.

Меня встретил Теренс, местный староста и оборотень. Не знаю, сколько ему лет, но явно перевалило за сотню.

– Велена, очень рад вас видеть, – его грубоватый голос первое время резал мне слух, но ко всему привыкаешь.

– Что у вас произошло? Кто-то пострадал?

– Пойдем в дом и поговорим.

Прежде чем войти, невольно отметила, что в деревне как-то тихо. Обычно тут всегда бегают малыши, создавая шум и гам. Родившиеся оборотнями чаще передвигаются в обличии животных, поэтому тишина сейчас меня сильно напрягала. Что-то тут не чисто.

– А где малыши? – спросила я, садясь за накрытый стол.

– В том-то и проблема, по домам сидят.

– Так, что случилось? Рассказывайте, не тяните!

Оказалось, уже около недели никто не может обернуться, все дети-оборотни потеряли такую способность. Их осматривали лекари с той стороны границы, но никаких отклонений не нашли. Все здоровы, полны сил, но обернуться не могут. И касалось это тех, кому не исполнилось десяти лет. Старшее поколение такими проблемами не страдало. Никто не знал, что делать, и старались не выпускать малышей лишний раз на улицу. Некоторые считали – это какая-то болезнь. Надежда только на меня.

– Мне нужно осмотреть хотя бы пару малышей, чтобы лучше разобраться в проблеме.

Спустя минуту ко мне подвели двоих малышей пяти и семи лет. Если учесть, что первый оборот у оборотней происходит в три года, то у этих все должно быть в порядке. Я проверила ауру – вторая ипостась имелась, но она словно сидела в клетке и не могла выбраться, ее окружал кокон. И у меня не было ни одной мысли о том, как его снять, никогда с таким не сталкивалась. По словам малышей – у них ничего не болело, только по ночам снились кошмары. Началось все это практически одновременно по всей деревне. Незнакомцев не было, никто мимо не проезжал, все как обычно, и тут…

Да, все очень запутанно и странно, нужно в этом обязательно разобраться. На всякий случай проверила еще парочку ребят. Все здоровы и бодры, но сильно напуганы ситуацией. Одна девочка никак не могла остановиться и плакала, разрывая мне сердце. Я пообещала написать в Ковен и знакомым магам. Может кто и сталкивался с этим. Больше вариантов у меня не имелось.

Улетала из деревни с тяжелым сердцем. Впервые ничем не могла помочь, и это огорчало. А дома меня ждал сюрприз, да такой, что я едва с метлы не рухнула.

На месте моего дома стоял другой – больше и новее.

– Какого лешего тут происходит? – возмущенно произнесла я, глядя на довольных мужчин.

– Сюрприз, – воскликнул Матиас, но заметив мой дергающийся глаз, замолчал.

– Мне повторить вопрос?

– Я решил вас отблагодарить, – взял слово Элайджа. – И построил новый дом.

– За столь короткое время?

– У меня много знакомых, – пожал плечами он. – Поэтому не составило особого труда все сделать. Не переживайте, все ваши вещи сохранены.

Цензурных слов не находилось, пришлось несколько раз глубоко вдохнуть, чтобы взглянуть на ситуацию под иным углом. Мой дом действительно требовал ремонта. Не знаю, сколько лет ему было, но некоторые балки шатались. Я как могла, укрепила их и сделала ремонт самого необходимого. И вот теперь передо мной стоял новый дом, раза в два больше предыдущего. Одноэтажный, с черепичной крышей, большими окнами и прочной дверью. Внутри просторно, хоть танцуй. Теперь тут было три отдельных комнаты с кроватями и прочим необходимым для проживания, новенькая печка, на которой так же можно спать в случае необходимости. Большой обеденный стол со стульями, несколько шкафов, и спуск в подвал. Меня заверили, что туда не совались, Баламут не дал. И правильно. Это священное место для меня. Там я храню запасы зелий и материалов для их изготовления. Надо будет коту сметаны за смелость дать.

Вообще, новый дом мне понравился: тепло, сухо и уютно. Единственный минус – много уборки теперь мне предстоит.

– Спасибо, – обдумав ситуацию с иной стороны, поблагодарила я. – Сюрприз все же приятный, хоть и неожиданный.

– Понимаю, – согласился Элай. – Но я подумал, что нам еще долго сосуществовать вместе, и лучше пусть это будет происходить в комфорте.

Мда, оказывается, этот зазнайка везде найдет выгоду.

– Велена, ты чем-то расстроена? – подметил Матиас, пристально глядя на меня.

– Немного, – присела на стул.

– Что произошло?

Сначала мне не хотелось рассказывать об оборотнях и их проблемах, а потом передумала. У инквизитора больше опыта в подобных делах. Поэтому, выпив стакан воды, поведала о произошедшем. Элайджа хмурился от моих слов.

– Хм… очень странная ситуация, – пробормотал он, когда я закончила рассказ. – Никогда о таком не слышал.

– Я тоже, – вздохнула. – Но в любом случае буду узнавать, нельзя оставлять их в такой ситуации.

– Согласен. Я тоже подниму свои связи, может кто-то поможет.

За это я была ему весьма признательна.

Вечером Элай сообщил, что должен покинуть нас, и вернется через несколько дней. Если найдется решение моего вопроса, обязательно сообщит. Мы вновь остались вдвоем с Матиасом. И не скажу, что я была этому сильно рада. Его поведение просто невозможно было предсказать. Каждый раз кидало в разные стороны, то как маленький ребенок, то взрослый мужчина. Не уверена, что смогу выдержать эти два месяца, пока действует приворот. Нужно что-нибудь придумать, я все—таки ведьма.

– Можно попросить немного твоей крови? – огорошила парня поздним вечером.

– Зачем? – он даже отодвинулся от меня.

– Хочу попробовать сделать противоядие.

– Не выйдет. Лучшие умы столицы пытались понять, что там намешано и как помочь, и не смогли до конца решить эту задачу! Думаешь, у тебя выйдет?

Стало обидно, я не считала себя сильной ведьмой, но знания имелись, и почему бы не попробовать. К тому же, иногда всезнающие снобы попросту не видят элементарных решений. Ну, не хотят помощи, и не надо, настаивать точно не буду.

Пожелав ему спокойной ночи, отправилась к себе. Моя комната была хоть и небольшой, но с большим окном, мягкой кроватью и шкафом для одежды. Еще я хотела поставить здесь комод, надо поговорить с плотником в деревне. Ну и повесить новые занавески, старые сюда совершенно не подходили. Эх, знала бы о планах Элая, купила бы на ярмарке, а так нужно ехать в город. На это у меня никакого желания нет. Ладно, поживем пока так.

Кстати, у Баламута появилась своя кровать. Ему смастерили под его размеры и оставили недалеко от печи. Кот был рад и не слезал с нее без необходимости. Как мало ему для счастья надо-то оказывается.

Ночью меня разбудила сигналка, расставленная около дома на всякий случай. Все же жить одной в лесу не так уж и безопасно. Вскочив с кровати, припала к окну. На небосклоне взошла луна и видимость была довольно неплохой. Именно в свете луны я и увидела чей-то силуэт, крадущийся к дому. Хм, кто это может быть? Гостей я не ждала, а остальные идут смело, зная, что у меня около калитки зажигается светильник, как только гость встает на специальную плитку. Обычно там они и остаются до тех пор, пока я не подойду. А тут явно крались, значит, что-то хотели.

Накинув халат, осторожно пошла в сторону двери, активировав защитные заклинания. Магии во мне мало, но ее хватило на самое необходимое в плане защиты. Я уже практически подошла к двери, как раздался вой одной из ловушек. Практически тут же из своей комнаты выскочил Матиас в одном нижнем белье и с шаром магии в руке.

Вот это реакция и скорость.

– Что происходит? – прохрипел он, не до конца отойдя ото сна.

– Кто-то ходит около дома, сработала одна из ловушек.

– Сейчас выясним, – меня отодвинули в сторону и рывком открыли дверь, запуская какое-то заклинание. – Тут никого поблизости.

– Уверен?

– Да. Заклинание поиска не дало результатов. Может тебе приснилось?

– А сигналка? – второй раз за день меня пытаются выставить дурой. Обидно так-то.

Матиас глянул на меня, вздохнул и пошел одеваться. После этого мы обследовали то место, где я видела силуэт. На земле отчетливо виднелись чьи-то следы. Судя по размеру – мужские.

Победно взглянула на Матиаса, сосредоточенно изучавшего что-то рядом.

– Порталом ушел. Чувствую остаточную магию. Видимо, твоя сигналка его спугнула. Или…

– Что или?

– Может кто-то из знакомых приходил?

– Ты сейчас на что намекаешь? – уперев руки в бока, глянула на него. – Я никого не жду в столь поздний час. И вообще, все мои проблемы начались с твоим появлением.

Сказав это, развернулась и пошла в дом. Нет, ну что за несправедливость? Почему я должна страдать за свою доброту? Больше никогда не буду помогать незнакомым мужчинам, пусть мрут. Нервы точно спокойнее будут.

Матиас поспешил за мной, на ходу пытаясь подобрать слова:

– Велена, я не хотел тебя обидеть. Просто… пытаюсь понять, кто это мог быть.

Я резко остановилась у крыльца и обернулась:

– А что тут понимать? Кто-то шастает по моему лесу, использует порталы, путает следы. И явно не с добрыми намерениями.

Кот, до этого дремавший на ступеньках, приоткрыл один глаз:

– Ну вот. Опять заговоры, тайны… Можно я хоть сегодня отдохну?

– Нельзя, – отрезала я. – Ты тоже в деле.

Матиас осторожно присел на край крыльца:

– Может, это… связанный с приворотом? Кто-то проверяет, как идёт дело?

Я задумалась. Мысль была неприятной, но логичной.

– Возможно. Но тогда почему не вышел на контакт? Зачем прятаться?

– Боится, – предположил парень. – Или не уверен в своих силах. А может, ждёт, когда ты сама проявишь интерес.

– Проявлять интерес к тайным гостям, которые шныряют по ночам? – фыркнула я. – Нет уж, спасибо. Я предпочитаю знать, с кем имею дело.

Баламут потянулся, зевая:

– Хозяйка, а может просто поставить капкан? Ну, на всякий случай. Чтобы следующий раз не убежал.

– Капканы – не наш метод, – покачала я головой. – Но кое—что придумать можно.

Я опустилась на ступеньку рядом с Матиасом, разглядывая следы на земле. Остаточная магия портала ещё витала в воздухе – тонкая, едва уловимая, но определённо чужая.

– Знаешь, что самое странное? – тихо сказала я. – Он пришёл именно тогда, когда я поставила сигнальные чары. Словно ждал этого момента.

Матиас нахмурился:

– То есть… кто-то знал, что ты их поставишь?

– Или знал, когда именно я это сделаю, – поправила я. – А это значит, у нас есть утечка. Кто-то следит за моими действиями.

В воздухе повисла тяжёлая тишина. Даже Баламут перестал мурлыкать, настороженно прислушиваясь.

– И что теперь? – спросил Матиас.

– Теперь мы меняем правила игры, – я поднялась, чувствуя, как внутри закипает решимость. – Раз кто-то хочет играть в прятки – пусть. Но на моих условиях.

– Какие условия? – насторожился кот.

– Во-первых, усиливаем защиту. Во-вторых, ставим ложные сигнальные чары – пусть думает, что мы ничего не заметили. В-третьих… – я посмотрела на Матиаса, – ты будешь моей «приманкой».

Он вздрогнул:

– Приманкой?!

– Не в прямом смысле, – успокоила я. – Просто будешь делать вид, что изучаешь следы, расставляешь ловушки. Пусть думают, что ты главный наблюдатель, а я буду работать в тени.

– Звучит… опасно, – пробормотал он.

– Зато эффективно. И потом, – я подмигнула, – тебе же нужно учиться. Вот и будет практика.

Баламут вздохнул:

– Ну конечно. Теперь я – наблюдатель, он – приманка, а ты – тень. Весело живём.

– Именно, – улыбнулась я. – И чем быстрее разберёмся с этим, тем скорее вернёмся к обычным делам. Ну, почти обычным.

Солнце уже клонилось к закату, отбрасывая длинные тени на землю. Где-то в глубине леса снова раздался едва уловимый шорох – словно кто-то наблюдал за нами, ждал, готовился к следующему шагу.

Но теперь и мы были готовы.

Утром же первым делом занялась улучшением защиты. Гость наконец-то вспомнил, что он маг, и решил помочь, добавив несколько ловушек, которые можно активировать из дома. За это я была ему немного благодарна. Должна же быть от него какая-то польза, а не только перевод продуктов.

– Госпожа ведьма, – послышался надрывный мужской голос. – Помогите!

– Что случилось? – вышла на порог и взглянула на парнишку из ближайшей деревни. Выглядел он взъерошенным и едва ли не на грани истерики.

– Манишка на болота сбежала.

– Ой дура, – простонала я, возводя глаза к небу. – Больше никто не сунулся?

– Нет. Боязно.

– Сейчас соберусь. Беги, скажи, чтоб дары готовили.

Он кивнул и исчез с поля зрения. Я же, мысленно прокляв эту несносную девицу, пошла переодеваться.

– Что случилось? – поинтересовался Матиас, вставая с кровати, на которой читал какую-то книгу по магии.

– На болота придется идти, выручать нерадивую девицу с куриным мозгами.

– Там настолько опасно? – он окинул взглядом сумку с моими приготовлениями.

– Там кикимора живет, характер у нее – врагам не пожелаешь. Надо быть смертником, чтоб вообще туда сунуться.

Я не шутила. Кикимора появилась лет восемь назад и не давала нормальной жизни никому, кто забредал на болота. Раньше жители там постоянно клюкву собирали, а как она поселилась, ходить перестали. Первое время еще пробовали, а потом махнули рукой, когда эта гадина пять жизней сгубила. Два раза мне удавалось с ней договориться, когда дети на ее территорию заходили, а сейчас… Манишка не ребенок, ей семнадцать, а вот ума не набралась. Девка красивая, да и только. Ходили слухи, что родители решили замуж ее выдать за купца приезжего. Тот старше, да намного, но хорошие деньги давал. Видимо, слухи оказались правдивыми, и Манишке новость не по нраву пришлась. Но на болота-то зачем бежать?

У меня все больше складывалось мнение, что это не кикимора, а что-то иное, но знаний не хватало, как и опыта. Пришлось исходить из того, что есть. Я как-то писала прошение о помощи в Ковен и стражам, но ответа не получила. Точнее, Ковен написал, что территория моя и разбираться нужно самой, а коль не получается – почитать книжки умные. Я тогда чуть метлу свою от злости не сломала.

– Я с тобой, – заявил Матиас.

– Плохая идея. Кикиморы на дух не переносят мужчин, так что при виде тебя она может разозлиться еще больше.

– Я в стороне постою, но одну не отпущу!

Времени на споры у меня не было, поэтому, махнув рукой, поспешила в сторону деревни, где уже успело собраться приличное количество народу.

– Госпожа ведьма, спасите кровиночку, – кинулась в ноги мать Манишки.

– Что случилось? Почему она туда побежала?

Мои догадки оказались правильными. Купец приехал свататься, невеста новости не обрадовалась и, послав всех в лес, махнула на болота, заявив, что лучше уж кикиморой станет, чем замуж за этого страшилу. Мда, действительно девка без мозгов, мужик-то вполне себе нормальный. Старше, да, но в деревнях такое не редкость.

Пришлось едва ли не в приказном порядке запретить идти за мной. Конечно, порывались немногие, болот опасались, но отчаянных тоже хватало. Обещала наслать проклятье чесотки на тех, кто посмеет пойти следом. Мне б девку спасти, а не думать, как другим во власть кикиморы не попасть.

До болот пешком минут двадцать ходу, и чем ближе мы подходили, тем темнее и мрачнее становилась атмосфера вокруг. Когда впереди показались черные деревья без листвы, с кривыми стволами и практически выжженная земля, я остановилась.

– Дальше тебе нельзя, – повернулась к Матиасу. – Тут начинаются болота и власть кикиморы. Мужчин она на дух не переносит, и если не хочешь остаться там навсегда, за мной не ходи.

– Но кто-то должен тебя защитить!

– Я могу за себя постоять и знаю, как обращаться с нежитью. Жила до этого без чьей либо помощи как-то.

Дальше слушать не стала. Времени и так мало, чтобы разговоры разводить.

Стоило переступить невидимую границу, как по коже поползли мурашки, на душе стало тоскливо, захотелось развернуться и побежать обратно. Ужасное место. Но мне необходимо пройти, поэтому, засунув все чувства поглубже, продолжила свое путешествие. Когда подошла к деревьям, стала оглядываться. Земля под ногами проминалась, намекая, что любой шаг может стать последним. Интересно, как далеко она ушла?

На болоте всегда царила гнетущая атмосфера. Местами виднелись островки с водой и поляны с клюквой, сочной и так и манившей к себе. На секунду прям жаль стало, что нет возможности ее собрать. Ладно, отвлеклась.

Повертев головой, попыталась понять, в какую сторону идти. Болота еще плохи тем, что тут очень легко заплутать и пропасть. Неожиданно справа послышался тихий плач. Похоже, мне туда. Приходилось внимательно смотреть под ноги, а порой и вверх. Тут иногда встречались вороны, напитанные злом и нападавшие лишь на людей, стараясь выклевать глаза. Мне один раз не посчастливилось с ними столкнуться, раны потом долго залечивала.

Спустя минут пять наконец-то увидела Манишку, сидевшую на кочке, обняв колени, и тихо плакавшую. Ее светлые волосы потускнели, одежда испачкалась, и было видно, что девушка замерзла. Услышав мои шаги, она перестала плакать и подняла голову.

– Велена! – крик вышел тихим. – Помоги!

– Кто без спросу ходит по моим землям? – меж нами возникла кикимора. – Кому жить надоело?

Невысокая тощая девица с длинными черными волосами, серой кожей, темными глазами и очень острыми зубами. Обычно кикиморы вредные, но с ними можно договориться, а эта вся пропитана злобой и ненавистью. Не могу даже представить, что с ней произошло.

– Я прощу прощения за вторжение, – приходилось контролировать голос, чтобы он звучал глухо и тихо. – Моя подруга заплутала, поэтому я пришла за ней.

– Заплутала? – усмешка едва коснулась ее губ. – Скорей уж сбежала от ненавистного жениха.

– Глупая она, счастья своего не понимает.

– Замужество глупость! – рыкнула кикимора. – Мужчины не способны на любовь! Им нужно лишь одно. А твоя подруга может стать моей. Скучно тут одной.

Манишка побледнела еще больше, но хотя бы молчала. Неужто мозги проснулись?

Я медленно шагнула вперёд, стараясь не делать резких движений. Кикимора напряглась, её пальцы сжались в кулаки, а глаза сверкнули недобрым огнём.

– Ты права, – мягко сказала я, стараясь удержать спокойный тон. – Многие мужчины – эгоисты и глупцы. Но не все. И моя подруга… она не из тех, кто станет тебе хорошей спутницей.

Кикимора прищурилась:

– С чего бы это?

– Она болтлива, – я позволила себе лёгкую усмешку. – И упряма. Будет спорить с тобой по каждому поводу, ворчать, жаловаться. Ты же хочешь тишины и покоя? А она не даст тебе ни того, ни другого.

Манишка за моей спиной едва слышно ахнула, но промолчала. Умница.

– А ты? – кикимора склонила голову набок. – Ты тоже болтлива?

– Я – ведьма, – ответила я, глядя ей прямо в глаза. – И знаю цену словам. Если пообещаю молчать – значит, буду молчать. Если скажу, что помогу – сделаю это.

Она задумалась, медленно проводя языком по острым зубам. В воздухе витал запах сырой земли и гниющих листьев – её запах, запах леса, который давно забыл тепло солнца.

– Поможешь? – наконец спросила она. – Чем?

Я сделала ещё шаг, теперь между нами оставалось всего несколько локтей:

– Расскажи, что с тобой случилось. Может я смогу исправить. Или хотя бы облегчить твою боль.

Её лицо исказилось, словно от удара.

– Исправить? – прошипела она. – Никто не может исправить то, что сделано. Он предал меня. Бросил. А я… я стала такой.

В её голосе звучала такая глубокая, выжженная горечью боль, что даже у меня внутри что-то сжалось.

– Предательство ранит, – тихо сказала я. – Но оно не должно определять всю твою жизнь. Ты всё ещё можешь выбрать, кем быть.

– Выбрать? – она рассмеялась, и смех её был похож на скрежет когтей по камню. – Я уже выбрала. Ненавидеть. Мстить. Останавливаться не собираюсь.

Я глубоко вдохнула, собирая волю в кулак:

– Тогда давай заключим сделку. Ты отпускаешь мою подругу, а я…, – протянула кикиморе мешок, заранее приготовленный родственниками.

Да, от нечисти можно откупиться. Не всегда. Тут как повезет, ибо не понятно, что той по нраву будет.

Кикимора заинтересованно повела головой, и я сделала пару шагов назад, чтобы она забрала мешок. Эта тварь была осторожной и близко к себе не подпускала, опасалась, что уничтожат. Правда, для этого нужен инквизитор, а не ведьма. Я максимум способна обездвижить ее на время, но только в самом крайнем случае, ибо после такого на болота мне путь будет заказан. Нечисть злопамятна и мстительна.

Тем временем кикимора стала доставать подарки. Родные не поскупились и на свет появились красные бусы, золотые серьги и атласные ленты. Последнее вряд ли подойдет, но собирали впопыхах, так что не особо задумывались. Еще положили еду и напитки. Нечисть придирчиво рассматривала каждый предмет, чем немного злила меня. Находиться тут не самое приятное.

– Хорошие подарки, – наконец-то сказала она. – Так и быть, отпущу, но в последний раз. Предупреди жителей, следующий, кто сунется, останется тут навсегда!

– Передам.

Нечисть кивнула и махнула рукой. Перед Манишкой возникла тропинка. Та вскочила и побежала ко мне так быстро, что я на секунду испугалась, что она упадет в воду и поминай как звали. Однако все обошлось. Схватив ее за дрожащую руку, потянула к выходу.

– Ты чем думала? – первое, что спросила я, когда мы оказались в безопасности.

– Не хочу замуж за старика! – завыла она, растирая слезы по грязному лицу.

– Ну тогда возвращайся обратно, – махнула рукой в сторону болота. – Будет тебе компания в виде нечисти, раз такая умная. И вообще, не старик он. Да, постарше тебя будет, зато при деньгах и связях. Или ты хочешь всю жизнь провести тут? В компании пастуха?

О ее влюбленности знали многие, в том числе и родители. Только парнишка был тем еще бабником и ни одной юбки не пропускал. Мало кто захочет себе такого в родственники.

Мои слова заставили девушку задумчиво замолчать.

– А ты оказывается меркантильная, – заявил Матиас, идя рядом. – Не ожидал.

– Что?! – зашипела я, повернувшись к нему. – Меркантильная? И с чего ты сделал такой вывод? С моих слов о богатом муже? – парень слегка опешил от моих слов и напора. – А что в этом плохого? И вообще, будь я такой, как ты говоришь, то за твое спасение затребовала бы дом в столице. Это как минимум. Но я этого не сделала, да еще и помогаю вам с дядей.

Мне стало так обидно, словами не передать. Не став больше ничего говорить, развернулась и пошла в сторону деревни.

– Велена…, – растерянно произнес Матиас. – Я…

– Иди ты лесом! – в сердцах послала я, не став дожидаться продолжения.

До Матиаса дошло, что сейчас меня лучше не трогать, поэтому до деревни мы шли молча. Манишка так же была в думах о своей судьбе. Да, выбор сложный, но решать только ей. Главное, чтоб опять на болота не махнула. Эта может.

Встречали нас всей деревней. Отец Манишки явно хотел пройтись ремнем по филейной части, но при народе не решился и лишь недовольно поджал губы. Мать же разрыдалась и, обняв дочку, повела домой. Там проще устроить ей головомойку.

– Благодарю вас, госпожа, – ко мне подошел отец и протянул корзину, полную еды. – Примите в знак нашей признательности.

– Приму, – отказываться нельзя. За услуги плата обязательна, иначе уважать не будут. – Мой вам совет – выдавайте замуж как можно быстрее.

– Через пять дней и выдадим, – пообещали мне. – Приходите на праздник.

Пообещав заглянуть, взяла корзину и поспешила домой. Матиас догнал, молча отобрал груз и отстал на пару шагов. Говорить с ним у меня не было ни сил, ни желания. Обида так и тлела в груди, не желая уходить на второй план.