Глава 30

Пир среди драгов оказался делом шумным, ярким и сытным. Гостей усадили рядом с главой клана и его супругой. Тут же сидел Олстаг. Драг даже не сменил одежду, потому что на его руках спал ребенок, прислонившись синей щечкой к плечу отца. Рядом сидела жрица, с любопытством разглядывая команду. Особенного внимания удостоилась Лена, и девушка поняла, что драг уже поделился с родными информацией о ее необычном статусе. Впрочем, на нее многие поглядывали с любопытством. Мэгги и Лариссу в клане Олстага знали, и новое лицо привлекало внимание. Еду к столу подносили молодые мужчины. Огромные блюда с жареным, печеным и вареным мясом ставили в центр длинного стола. Каждый драг имел на поясе нож и ловко отхватывал себе желаемый кусок. Овощей было мало, а хлеб заменяли тонкие серые лепешки. Лирам пояснил Лене, что на Дилее лето слишком короткое, поэтому из зерновых культур здесь выращивают только ячмень, а хлеб пекут из перетертых семян, корней и орехов растений, которые выращивают только здесь. – Каждая семья имеет свой рецепт, – рассказывал альфинеанин, отламывая кусочек лепешки и обмакивая его в соус, – поэтому хлеб в каждом доме разный. На других планетах хлеб с Дилеи считается редким, полезным диетическим блюдом, доступным лишь за большие деньги. Лена осторожно попробовала лепешку и нашла, что больше всего этот странный хлеб похож на козинак, только не сладкий, а солоноватый. – Главная прелесть этого хлеба в том, что он может долго храниться. Тэрх всегда закупает его в огромных количествах всякий раз, как мы попадаем на Дилею. – Я смотрю, Тэрх вообще ценитель местных деликатесов, – улыбнулась Лена, показывая на довольного кока, активно обсуждающего способы приготовления мяса с немолодой синекожей дамой. – Это так, – улыбнулся в ответ Лирам. Как только угроза приобретения еще одного мужа миновала, мужья расслабились и принялись делиться с девушкой собственными знаниями и наблюдениями. Да и сама эгги перестала пугаться каждой тени и с интересом разглядывала родичей Олстага, радуясь тому, что они не станут ее родичами. У столов крутились крупные косматые собаки – им кидали кости, с ними играли дети, порой звери добродушно зевали, демонстрируя огромные клыки. Лене вскоре наскучило сидеть за столом, и она, видя, что соплеменники драга легко встают, уходят и вновь возвращаются, встала, чтобы пройтись вдоль стен, полюбоваться великолепными ткаными коврами и даже специальным станком, за которым в углу притулилась синекожая старушка. Вокруг станка стояли короба и корзины с мотками цветной шерсти. Девушка присела рядом и завела разговор о том, чем красят шерсть в такие интересные цвета, и какие узоры берут для каймы ковра, и чем заполняют середину. Разговор девушку увлек, поэтому она совершенно не обратила внимания на глухое ворчание, которое раздалось где-то рядом. А потом ей на колени плюхнулся щенок – совсем мелкий, едва открывший глазки. Вот тогда девушка подняла глаза от ковра и увидела перед собой здоровенную худущую собаку с длинной свалявшейся шерстью. В зубах она держала еще одного щенка и тоже плюхнула его на колени девушки. Потом развернулась и ушла за следующим. Ровным счетом пять толстощеких собачьих младенцев оттягивали Лене колени, когда псина, пошатываясь, двинулась к столу и положила голову на колени отцу Олстага. – Бинна! – воскликнул он. – Ты вышла! На, моя дорогая девочка, поешь! – глава клана поставил на пол миску с кабаньей головой, и собака немедля впилась в мясо. Лена между тем воевала с щенками – они так и норовили скатиться с колен, обтянутых комбинезоном. – Держи! – старуха протянула ей большой платок. – Завяжи вокруг пояса и сложи в него кутят, Бинна сейчас поест, попьет и спать ляжет. Умаялась, бедная. Лена выполнила инструкции старухи, а та послала пробегающую мимо девчонку за теплым молоком: – Окуни в миску пальцы и дай щенкам пососать. Мы все долго ждали, кому Бинна доверит помет, вот и дождались, слава Грому! Боялись уж, помрет, бедная. – Умрет? Почему? – заволновалась девушка. – Наши псы – порождение самой зимы, – улыбнулась старуха. – Они сильны и свирепы, но при этом добродушны. Любят детей, берегут стада, охраняют дома от хищников. Но нет на Дилее страшнее зверя, чем ощенившаяся сука. Она устраивает гнездо в самом безопасном, с ее точки зрения, месте. Щенится и не выходит из логова, пока не найдет того, кому может доверить кутят. Кобеля не подпускает и даже хозяина задрать может, если тот сунется без дела. Лена покачала головой и снова окунула пальцы в молоко – щенки активно копошились в узле, им было явно мало нескольких капель молока. – Как собаки выбирают, кому доверить щенка, никому неизвестно, – продолжала рассказывать старуха, – на этот раз Бинна долго не выходила. Мы ставили еду и питье возле логова, но она почти ничего не ела. Видно, помет будет особенно сильным. Пока девушка и старушка болтали, щенки наконец наелись и уснули. Их мамаша догрызла голову, выхлебала миску воды, сбегала на улицу и вернулась к станку. Сунула морду в узел на коленях у Лены и, пошатываясь, двинулась в угол, заваленный потрепанными шкурами. – Спать пошла, – понимающе пробормотала старуха. – Ты смотри, щенков никому не отдавай и от себя не отпускай! Они только тобой пахнуть должны, а то Бинна порвет! Если на мороз пошла, или еще куда – их с собой носи! – Поняла! – покивала девушка. Она сообразила, что «на мороз» здесь означало «в уборную», и порадовалась тому, что платок привязан к поясу. Пять щенков оказались весомым грузом! Пир продолжался, вскоре начались игры, песни, даже танцы – очень необычные, ведь драги обвивали друг друга хвостами, чтобы показать близость в паре. Лену не трогали. Уже все знали, что Бинна отдала ей щенков. К девушке подходили только мужья, подносили еду и питье, Лирам дважды провожал в уголок уединения, и только глубокой ночью, когда уже самые стойкие пировальщики расползлись по своим спальным нишам, а старушки, страдающие бессонницей, принялись убирать со стола, из угла выбралась Бинна и, покачиваясь, подошла к Лене. Девушка сразу отогнула угол платка, предъявляя мамаше детей. Та понюхала их и поплелась к столам – собирать кости. Другие псы легко ей уступали, а одна из уборщиц поставила на пол ведерко с водой. – Эгги, – Лена так увлеклась наблюдением за собакой, что не заметила, как к ней подошел Олстаг, – отец просит о разговоре. – Щенки… – Их можно взять с собой, – сказал драг, – Бинна придет сама. Девушка осторожно встала и двинулась за мужчиной. К ней присоединились мужья. Все вместе дошли до небольшой комнаты, которая служила кабинетом местного владыки. Помещение было необычным – в нем не было окон. Письменный стол и большой шкаф-сейф располагались в дальнем углу, а ближе к боку теплой печи стоял диван и несколько кресел вокруг деревянного столика. Лене предложили кресло. Едва она села, в приоткрытую дверь просунулся собачий нос, а за ним появилась вся Бинна. Сука подошла, легла на ноги девушки и обвела всех мужчин, включая главу клана, подозрительным взглядом. – Удивительное дело, – с легкой улыбкой сказал отец Олстага, – впервые собака из нашей стаи доверила щенков чужаку. Об этом событии будут складываться легенды! Лена смущенно улыбнулась. Ей это казалось пустяком. Шуткой природы. Бывает же, что животным нравится запах человека просто так? – Владыка, – кашлянул Элурэн, – нашей жене пора отдыхать… – Да, простите, я увлекся. Думаю, вы все уже поняли, что мой сын Олстаг нашел себе старшую жену. – Мы поняли, – коротко ответил Элурэн. – Сын объяснил мне, что ваше побратимство можно разорвать… – Можно. На это требуется лишь его желание. – Тогда я бы хотел, чтобы вы провели церемонию как можно скорее. – Олстаг? – Мэгги повернулась к синекожему великану. Драг обвел друзей тоскливым взглядом, а его улыбка стала грустной, когда он уставился на Лену, однако драги беззаветно любят детей, а в браке с эгги у него было маловато шансов получить ребенка. Вспомнив тепло детского тельца на своих руках, Олстаг решительно дернул хвостом: – Да, Мэгги, я хочу получить антидот. Сейчас. Медичка молча сняла с пояса стерильный бокс, извлекла шприц и спиртовую салфетку: – Закатывай рукав! Через минуту шприц полетел в печь. – Как скоро подействует? – осведомился глава клана. – На всех по-разному, от одного до трех дней, – ответила медичка. – Прошу вас, будьте нашими гостями! – сказал драг. Он явно не собирался пускать дело на самотек и желал убедиться, что связь его сына с командой «Парящей стрекозы» разорвана. Спорить никто не стал – спать хотелось нестерпимо. Просто разошлись по нишам и легли спать. Правда, Лене пришлось сначала отнести щенков к логову Бинны, чтобы собака перетаскала их туда.