Глава 7. Ярослава

«Куратор по стратегическому развитию».

Мой мозг на несколько секунд завис, пытаясь обработать этот абсурдный набор слов. Девушка, чей главный жизненный навык заключался в умении идеально подбирать оттенки помады под цвет бриллиантов, собиралась курировать сложнейшие математические модели и финансовые прогнозы моего отдела. Это была не просто некомпетентность руководства. Это была диверсия, направленная прямо в центр моей отлаженной системы.

Но внешне я не позволила себе ни единого лишнего мимического сокращения. Моя система охлаждения заработала на полную мощность. Я заставила свои лицевые мышцы растянуться в дежурной, идеально вежливой улыбке.

— Это... неожиданное кадровое решение, — ровным тоном произнесла я. — Добро пожаловать в команду, Элеонора Сергеевна. Я распоряжусь, чтобы системный администратор подготовил для вас рабочее место, а мои помощники соберут базовые вводные данные по текущим проектам.

— Ой, Яся, давай на «ты»! — Элеонора радостно всплеснула руками. — Мы же теперь будем так много времени проводить вместе. Я уверена, мы станем отличными подругами! Кирилл сказал, что я смогу многому у тебя научиться.

— Корпоративная этика требует соблюдения субординации. Если позволите, мне нужно уладить один срочный вопрос с генеральным директором, — я обошла её по идеальной дуге, не давая шанса на тактильный контакт или продолжение бессмысленной светской беседы. — Мой заместитель покажет вам офис.

Я развернулась и стремительным шагом направилась к лифтам. Внутри меня всё кипело, превращая ледяную кровь в обжигающий пар.

Поднявшись на этаж руководства, я холодным кивком миновала растерянную секретаршу и, коротко постучав для проформы, толкнула тяжелую дубовую дверь кабинета генерального директора.

Кирилл сидел за массивным столом, погруженный в изучение каких-то графиков на мониторе. Услышав звук открывающейся двери, он медленно поднял голову. В его серых глазах мелькнуло раздражение от того, что его прервали.

Никакого узнавания. Никакой вины. Я смотрела на человека, который семь лет назад разбил мою жизнь на осколки, а он смотрел на меня как на назойливую муху, нарушившую его покой.

— Госпожа Белозерова, — его голос резанул тишину кабинета ледяным металлом. — Насколько мне известно, ваша должность не дает вам права врываться ко мне без предварительной записи.

Я остановилась в нескольких шагах от его стола, выпрямив спину до хруста в позвонках.

— Кирилл Артемьевич, я здесь по срочному рабочему вопросу, — чеканя каждое слово, начала я. — Я только что узнала о назначении Элеоноры Сергеевны куратором в мой отдел. При всем уважении к вашим кадровым решениям, аналитический отдел — это закрытая экосистема, требующая профильного математического или экономического образования. Присутствие человека без соответствующих компетенций на руководящей позиции нарушит все рабочие процессы и приведет к критическим ошибкам в расчетах корпорации. Я категорически против этого назначения.

На несколько секунд в кабинете повисла тяжелая, давящая тишина. Лицо Кирилла неуловимо изменилось. Снисходительное равнодушие сменилось жестким, авторитарным гневом. Он откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы в замок, и посмотрел на меня так, что у нормального человека подкосились бы ноги.

— Вы, кажется, забываетесь, Ярослава Алексеевна, — его тон стал тихим, но от этого еще более угрожающим. — Вы — наемный сотрудник. Инструмент. Ваша задача — выполнять свои функции и предоставлять мне цифры, а не указывать, кого и на какие должности я должен назначать в своей компании.

Он смерил меня презрительным взглядом с головы до ног, абсолютно чужим, незнакомым взглядом босса, отчитывающего зарвавшуюся подчиненную.

— Элеонора Сергеевна — будущая часть семьи Воскресенских. Ей необходимо понимание структуры бизнеса изнутри. И если вы считаете, что какая-то сотрудница смеет диктовать мне условия и саботировать мои распоряжения, вы глубоко заблуждаетесь.

Он подался вперед, опираясь руками о стол.

— Если вас не устраивает политика моего руководства или новые коллеги, отдел кадров находится на третьем этаже. Пишите заявление по собственному желанию. Я никого не держу. А теперь — свободны.

Мои пальцы сжались в кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони, оставляя глубокие полумесяцы. Меня душила жгучая, токсичная смесь обиды и ярости. Он не просто стер наше прошлое. Он унижал меня здесь и сейчас, демонстрируя свою абсолютную власть и мою ничтожность. Я была для него просто строчкой в зарплатной ведомости.

— Я вас поняла, Кирилл Артемьевич. Отчеты будут у вас на столе до конца дня, — мой голос был мертвым.

Я развернулась на каблуках и вышла из кабинета, аккуратно, без хлопка прикрыв за собой дверь.

Оказавшись в пустом коридоре, я прислонилась спиной к прохладной стене. Мои глаза зажмурились сами собой, а пальцы сжали переносицу до боли. Дышать было тяжело. Система выдавала оповещения о перегрузке.

«Успокойся. Соберись», — приказала я себе, делая глубокий, прерывистый вдох.

Пусть играет в босса. Пусть приводит сюда свою невесту. Куратор или не куратор — плевать. Никто в этом здании не указ моему интеллекту. Я буду работать точно так же, как работала раньше. Я выстрою вокруг себя глухую стену из цифр и алгоритмов, через которую не пробьется ни одна эмоция. Я не доставлю ему удовольствия увидеть, как я ломаюсь.

Открыв глаза, я почувствовала острую необходимость выпить воды. Во рту пересохло от адреналина. Я направилась к кулеру, расположенному в небольшой нише неподалеку от лифтов.

Налив в пластиковый стаканчик ледяной воды, я сделала жадный глоток, глядя в окно на панораму серого Петербурга.

И в этот момент чьи-то мужские руки неожиданно, по-хозяйски уверенно скользнули по моей спине и крепко обняли меня за талию.

Пластиковый стаканчик в моих руках жалобно хрустнул. Ледяная вода выплеснулась мне на пальцы и манжеты шелковой блузки, когда я резко, словно от удара током, дернулась в сторону и обернулась.

Мои внутренние предохранители сгорели в ту же секунду.

Передо мной стоял Матвей. В дорогом, сшитом на заказ костюме, с той же самой издевательской, сальной улыбкой, которой он «наградил» меня на фуд-корте.

— Какая нервная, — протянул он, ничуть не смутившись тем, что я вырвалась. Он сделал шаг ко мне, загоняя меня в узкое пространство между кулером и стеной. — А ведь я просто хотел поздороваться с нашей незаменимой сотрудницей. Не ожидала меня здесь увидеть, Яся?

Мое дыхание перехватило. Грузная, липкая паника начала заполнять легкие.

— Убери от меня свои руки, — прошипела я, глядя на него с абсолютной, кристальной ненавистью. Мой голос дрожал, выдавая сбой в системе, который я отчаянно пыталась скрыть. — Что ты здесь делаешь?

— Работаю, Белозерова. Курирую инвестиционный портфель, — Матвей облизнул губы, и его взгляд снова прошелся по моей фигуре, словно сканируя скрытое под строгим костюмом тело. — Кир подтянул своих. Как видишь, от нас так просто не избавиться.

— О, какие страсти в коридорах власти.

Этот второй, насмешливый голос ударил меня в спину. Я резко повернула голову. К нам неспешно приближался Игорь. Еще один призрак из моего персонального ада. Он подошел вплотную, перекрывая мне последний путь к отступлению, и встал рядом с Матвеем.

— Надо же, наша «Ветошь» превратилась в железную леди, — Игорь театрально цокнул языком, разглядывая меня с нескрываемым, грязным интересом. — А костюмчик-то какой строгий. Пытаешься скрыть свой темперамент? А мы ведь помним, какая ты бываешь... горячая.

Они зажали меня в углу. Никого из сотрудников поблизости не было — все находились на своих рабочих местах. Мой пульс зашкаливал, отбивая в висках ритм тревоги.

Матвей протянул руку и нагло, уверенно провел пальцем по моему плечу, спускаясь к ключице.

— И правда, Игорек. Строит из себя недотрогу. А мы ведь знаем, что ей нравятся жесткие игры. Да, Яся?

— Не прикасайся ко мне! — я с силой ударила Матвея по руке, отталкивая его кисть. Моя логика кричала о необходимости позвать охрану, но голосовые связки свело спазмом.

Игорь рассмеялся, подавшись вперед, и грубо ухватил меня за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

— Какая агрессия. А может, ты просто соскучилась? Хочешь вспомнить университетские времена? Мы ведь можем устроить тебе частную вечеринку...

Я с отвращением вырвала лицо из его захвата и обеими руками с силой толкнула Игоря в грудь.

— Отойдите от меня, оба! Иначе я прямо сейчас вызову службу безопасности! — мой голос сорвался на крик, лишенный всякого аналитического холода. Это был крик загнанной в угол жертвы.

Но они только усмехнулись. Для них это была игра. Очередная забава. Игорь снова потянулся к моей талии, когда за их спинами раздался щелчок открываемой двери.

Тяжелая дверь кабинета генерального директора распахнулась.

Кирилл шагнул в коридор. На ходу он невозмутимо застегивал пуговицу своего темно-синего пиджака. Его взгляд мгновенно сфокусировался на нашей «мизансцене» в нише у кулера.

Я замерла, тяжело дыша. Мои волосы слегка растрепались, вода с манжет капала на пол, а на лице, должно быть, застыл абсолютный ужас. Я посмотрела на Кирилла, подсознательно, вопреки всякой логике, ожидая, что он вмешается. Что он остановит этот кошмар.

Кирилл остановился. Его лицо превратилось в каменную маску. Он окинул взглядом Матвея, Игоря, а затем посмотрел на меня.

И в этом взгляде не было ни капли защиты. Там было лишь концентрированное, брезгливое презрение. Он смотрел на меня так, словно я была грязной уличной девкой, которая сама затащила его топ-менеджеров в угол.

— Господа, — голос Кирилла разрезал воздух, как скальпель. — Я настоятельно рекомендую вам не устраивать похабщину на рабочем месте. Для подобных развлечений существует личное время и специализированные заведения.

Он снова перевел взгляд на меня, и его глаза сузились. В них читалось откровенное осуждение.

— А вам, Ярослава Алексеевна, я бы посоветовал сосредоточиться на цифрах, а не на попытках наладить... неформальные контакты с руководством. В моем филиале борделя не будет.

Мой мозг отказался обрабатывать эту информацию. Система рухнула. Я растерянно моргнула, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Он... он обвинил меня? Он сделал вид, что это я вешаюсь на его друзей? Степень этой несправедливости и жестокости была настолько абсурдной, что я даже не нашла в себе сил открыть рот для оправдания. Я просто стояла, раздавленная его ледяным, уничижительным взглядом.

Матвей и Игорь переглянулись и синхронно ухмыльнулись.

— Извини, Кир. Просто встретили старую знакомую, — бросил Игорь, поправляя галстук.

Они отступили от меня, освобождая проход. Кирилл, не удостоив меня больше ни единым взглядом, развернулся и направился по коридору к лифтам. Игорь пошел следом.

Матвей задержался на секунду. Он наклонился к моему лицу, обдав меня запахом своего парфюма, и тихо, ядовито шепнул прямо в ухо:

— Я так рад, что мы теперь все вместе, Яся. Прямо как в старые добрые времена.

Он подмигнул мне, рассмеялся и уверенным шагом направился вслед за Кириллом, оставив меня стоять в пустом коридоре с растоптанной душой и задыхающейся от бессилия логикой.