Глава 14

Утром, в день первого испытания «Игры» Тайншар пришел в кабинет Императора в весьма неплохом настроении. Он довольно жмурился, словно пригревшийся на солнце сытый хищник. Энергичной походкой он прошел к камину, но садиться в кресло не стал, только облокотился на его высокую спинку.

— Смотрю, ты прямо светишься от предвкушения? — Ксай, недовольный предстоящим событием и своей невозможностью его предотвратить, таким оптимизмом не отличался.

— Ты же знаешь, не я устанавливаю правила, — безумная улыбка появилась на тонких губах, чтобы уже через мгновение смениться обычным безразличием. Император, несмотря на это, знал, что друг был не так спокоен, как пытался показать, — в серых обычно глазах мужчины плескалась тьма.

— Знаю, — кивнул Ксай, недовольно хмурясь. Нездоровая реакция друга ему не нравилась, но изменить что-то правитель был бессилен, — но ты не пытаешься ничего изменить.

— Я — темный. А это — мой дар. Почему я должен пытаться его изменить? — пожал плечами Советник, не понимающий, чем именно недоволен его друг. Тьма, давно уютно угнездившаяся внутри, одобрительно заурчала.

— Твой дар делает тебя безумным, — покачал головой Император, понимая, что его пояснения Советнику, в общем-то, и не нужны.

— Все мы чем-то платим за свои способности, — философски отметил Тайншар, поднимая на друга абсолютно черные в этот момент глаза, — всё закономерно.

Ксайштар, до этого явно нервничающий, вдруг совершенно расслабившись, откинулся на спинку кресла. Взгляд его холодных синих глаз стал абсолютно безразличным:

— Хорошо, я тебя понял, — произнес он спокойно, даже отстраненно, а потом, переводя тему, спросил, — думаю, желать тебе удачи не стоит?

— Ты же знаешь, я не верю в удачу, — криво ухмыльнулся Советник, который успел за это время отойти к двери. Обернулся от порога, — увидимся позже…

* * *

К первому из трех назначенных для испытаний дней Малика обзавелась легкой головной болью от напряженных размышлений и повышенной, что в последнее время для девушки было характерно, раздражительностью.

Утро в день первого этапа «Игры» радовало удивительно хорошей погодой. Ярко светило солнце, лучи которого, проникая в распахнутое окно, весело плясали на мебели, щебетали ранние птички, соревнующиеся в сложности и красоте собственных песен, а поднимающийся временами небольшой ветер был на удивление теплым.

Проснувшись, Малика довольно долго просто лежала на кровати, бездумно разглядывая украшенный лепниной потолок и наслаждаясь спокойствием. Двигаться не хотелось. И, хоть она и понимала, что подниматься все равно придется, делать это девушка не спешила. Видимо, именно поэтому сейчас принцесса со странным энтузиазмом пыталась отыскать что-то новое в уже знакомом узоре.

Наконец, когда медлить дальше было уже просто неприлично, Малика отбросила одеяло и соскользнула с постели. Она методично, как и всегда, умылась, переплела волосы, закрепив их так, чтобы длинная коса не мешала в движении, и, натянув приготовленный с вечера костюм, вышла за дверь.

Коридор радовал своей пустотой, что, впрочем, было совсем не удивительно — это крыло замка никогда не отличалось особой оживленностью.

На лестнице, ведущей в холл, к девушке присоединилась Лиа. Зная о нелюбви сестры ко всякого рода наставлениям и напутственным речам, она просто кивнула и, не говоря ни слова, пошла рядом. На пути к выходу им так никто и не встретился. В любой другой день это выглядело бы весьма подозрительно, но только не сегодня, и принцессы прекрасно это понимали.

— Нарэ Малика, — тихий удивительно приятный голос остановил девушек прямо у входной двери, изрядно при этом напугав.

— Я должна была давно уже привыкнуть к вашим внезапным появлениям, — Малика немного замялась, осознав, что до сих пор не знает имени этого мужчины, каждый раз своевременно приходящего им с сестрой на помощь.

— Таен, нарэ. Меня зовут Таен, но ваш супруг предпочитает называть меня Тенью, — догадавшись о причине заминки, подсказал управляющий, и, в ответ на удивленные взгляды девушек, поспешил объяснить, — моя способность. Я ощущаю тени, отголоски чужих мыслей, если они как-то связаны с дворцом или Императорской семьей.

— Благодарю за пояснение, — Малика кивнула в знак признательности и, тепло улыбнувшись, спросила, — что-то случилось?

— Нет-нет. Мы всего лишь хотели пожелать вам удачи, — управляющий, а это был именно он, отступил в сторону, открывая обзор на замершую за его спиной Ириду.

— Нарэ Малика, — служанка несмело выступила вперед, теребя в руках накрахмаленный передник, — разрешите пожелать вам удачи. Мы надеемся, что вы справитесь.

— Я постараюсь, — Мали кивнула, с улыбкой наблюдая за тем, как Ирида отступила в сторону мужчины, поспешно прячась за его плечом, а он, совершенно неосознанно в защитном жесте прикрыл ее собой, улыбнувшись, когда маленькая ладошка легла на его предплечье, — благодарю вас. Мне очень приятна ваша поддержка.

— Не стоит, — управляющий улыбнулся и отступил в тени, увлекая за собой подругу.

Сестры переглянулись и, синхронно улыбнувшись, шагнули в услужливо распахнутые перед ними двери.

Во внутреннем дворе Малику ожидало подтверждение ее предположений — практически все обитатели дворца уже собрались в предвкушении зрелища.

— Так и должно было быть, — усмехнулась в ответ на недовольное фырканье Лиалин и двинулась в сторону площадки, где уже в нетерпении расхаживал Советник. Там же находился и Император, который вел себя намного сдержаннее — всего лишь с равнодушием наблюдал за метаниями друга.

Кроме, естественно, хорошо знакомых девушкам Ксайштара и Тайншара на самой площадке, подготовленной к испытанию, находилось еще пятеро, пожилых даже по меркам темных, мужчин. Все остальные зрители расположились в стороне от этого участка двора, практически по всему его периметру.

— Доброе утро, Ваше Величество, нар Рагшесс, — подходя к мужчинам, приветливо улыбнулась Малика. Лиа практически незаметно в какой-то момент отступила в сторону, поэтому на площадку младшая из сестер зашла в одиночестве.

— Вы вовремя, нарэ, — шагнул навстречу Император, — думаю, не стоит медлить дальше. Эти уважаемые темные будут судьями вашей с Тайншаром «Игры». Их Семьи на протяжении нескольких столетий занимаются решением подобных вопросов, так что на профессионализм этих Лордов можно рассчитывать.

Малика склонила голову в приветствии, но в ответ получила лишь ничего не выражающие взгляды, да отсутствие даже намека на появление улыбки на скупо поджатых губах. Очевидно, несмотря на весь свой профессионализм, судьи довольно предвзято относились к любой женщине, решавшейся бросить вызов собственному супругу.

Стараясь не обращать внимания на такое пренебрежение к собственной персоне, девушка подошла ближе к продолжающему нервно нарезать круги супругу — мужчине явно не нравилось ждать.

При приближении принцессы Тайншар остановился, будто наткнувшись на стену. Крылья его тонкого, аристократически изящного носа, раздулись, как у хищника, почуявшего добычу. Сделав несколько глубоких вдохов, он расслабил напряженные до этого момента плечи и поднял на девушку глаза.

Мали вздрогнула, встретившись с его взглядом, диким и пугающим. На мгновение ей показалось, что из глаз мужчины на нее смотрит что-то темное и жуткое. Но стоило ему лишь моргнуть, и странное наваждение рассеялось.

— Думаю, пора начинать? — Тайншар, растянув губы в кривой улыбке, повернулся к Императору и его холодный голос резанул слух девушки.

— Согласен, — кивнул Ксай и обернулся к судьям, а после утвердительного кивка одного из них продолжил, — правила вам объяснят, а мне пора удалиться. Сегодня я присутствую здесь только в качестве зрителя.

С этими словами Император покинул площадку, чтобы через некоторое время присоединиться к стоящей в толпе придворных супруге. Стоило ему только встать рядом с ней, как вокруг очень быстро образовалось свободное пространство — никто из стоящих в непосредственной близости тёмных не хотел мешать правящей чете.

Лиа очень переживала за сестру и словами Ксая о том, что он всего лишь зритель, была удивлена, если не сказать — расстроена. Ей казалось, что непосредственное участие Императора в судействе может как-то помочь Малике. Однако спрашивать о причинах поступка Ксайштара девушка не стала, просто улыбнувшись подошедшему к ней мужчине.

Тем временем, от группы судей отделился мужчина и двинулся в сторону Советника.

— Я объясню вам правила испытания, — не назвав своего имени, обратился он к игрокам. Если для Тайншара это не было проблемой — он прекрасно знал этого темного, то Малике подобное нарушение этикета доставляло некоторые неудобства — ей было непонятно, как она должна обращаться к мужчине при возникновении каких–то вопросов. Хотя на нее, в принципе, практически не обращали внимания, так что, по всей видимости, ей не стоило волноваться по этому поводу.

Судья же тем временем продолжил:

— Это испытание Игры будет проходить в несколько этапов: Первый — стрельба из лука. Каждому из вас будет дано по пять стрел. Ваша задача — попасть в центр мишени, соответственно, пять раз с расстояния в пятьдесят, семьдесят, девяносто, сто и сто двадцать метров. Победителем этапа признается тот, кто правильно поразит больше мишеней, — прервавшись на несколько секунд, мужчина произнес, — думаю, мы уже можем приступать к проведению этого этапа.

Действительно, пока тёмный говорил, расторопные слуги успели установить с одной из сторон площадки пару ростовых мишеней, а оставшиеся судьи лично проконтролировали разметку линий, с которых игрокам нужно было стрелять.

Повинуясь знаку главного, как его мысленно назвала Малика, судьи, двое молоденьких темных, исполняющих, по всей видимости, обязанности посыльных, поднесли участникам Игры луки и стрелы.

Увидев оружие, из которого ей предстояло стрелять, Мали едва не озвучила услышанное на одной из тренировок с Каримом ругательство. Лук, предложенный ей, был больше того, которым она привыкла пользоваться, а, следовательно, тяжелее и туже. Выстрелить она, конечно, могла и из него, но тетива травмировала тонкие пальцы даже через защитные перчатки.

Впрочем, выбора у нее всё равно не было, поэтому пришлось брать, что дают. Лук оказался действительно тяжеловатым, но не настолько, чтобы при стрельбе это стало критичным. А вот стрелы, несмотря на опасения девушки, были просто замечательные — идеально ровные, легкие, с равномерным оперением, что позволяло стрелять ими по прямой траектории на довольно большие расстояния. Так что, в общем и целом, Мали посчитала выданное оружие приемлемым и, расслабившись наконец, обратила внимание на супруга.

Тайншар был удовлетворен осмотром: лук оказался тугим, тетива достаточно упругой, а стрелы — легкими. Всего этого было вполне достаточно, чтобы показать отличный результат. Губы сами расползлись в довольную усмешку. Именно ее и увидела Малика, которая именно в этот момент посмотрела на Советника.

Император, стоявший достаточно близко, видел и довольную улыбку, скользнувшую по губам друга, и тень раздражения, промелькнувшую на лице младшей принцессы. Ксайштар прекрасно знал, чем недовольна девушка, как знал и то, что с этим ничего нельзя сделать. Попросить другой лук было невозможно — все по тем же правилам участники Игры должны были быть поставлены в равные условия, что подразумевало под собой максимально возможную идентичность их оружия, если в правилах испытания не оговаривалось другое.

Женщинам, участвующим в этом испытании Игры, необходимо было превзойти мужчину во владении именно таким луком, каким он пользовался постоянно. Естественно, в таких условиях, добиваться какого бы то ни было послабления Ксай считал бессмысленным. Поэтому же Император отказался и от участия в судействе — единственное, что он смог бы сделать в таких условиях — показать свою явную симпатию к бунтующей, по мнению большинства темных, девчонке.

— Ну что же, — через некоторое время вновь обратил на себя внимание судья, — коль скоро вы убедились в пригодности оружия, прошу вас…

Одновременно с этим он сделал приглашающий жест в направлении первой, самой близкой к мишеням, линии. Игроки без возражений заняли свои места.

— Стрелять по команде, — отходя в сторону, чтобы не оказаться на линии стрельбы, добавил мужчина и через пару секунд скомандовал, — пли!

Два лука взлетели в воздух, а спустя мгновение была натянута тетива, и стрелы с легким свистом полетели в цель. Что удивительно, обе, пусть и пущенные разными руками, легли точно в центр. А стрелки, не успев даже посмотреть на результат, спешно переместились к следующей линии. И снова прозвучала короткая команда, за которой последовал быстрый полет стрелы…

На четвертом выстреле слаженность стрельбы нарушилась. Одна из стрел, вместо движения по прямой, полетела вверх, заставив напряженно следившую за сестрой Лиалин испуганно вздрогнуть. Испуг, к счастью, оказался совершенно напрасным — очертив дуговую траекторию, стрела, выпущенная из лука Малики, вонзилась точно в центр мишени. Впрочем, как и та, что была пущена Советником.

Результат последнего выстрела тоже не стал ни для кого сюрпризом. И Малика и Тайншар явно знали, что делают — все стрелы красовались точно в центрах мишеней.

Даже непрофессионалам было видно, что победителя в такой ситуации выбрать невозможно. Смысла тянуть с объявлением результатов не было никакого, поэтому всё тот же темный, единственный из всех судей пожелавший общаться с игроками, объявил:

— Итог первого этапа — ничья. Мы не будем делать перерыв, перейдем сразу ко второму этапу — метание ножей. Условия практически те же: выданными вам клинками нужно попасть в мишень. Чем ближе к центру, тем лучше для вас. Ножей, как и стрел, всего пять. Мы полагаем, этого вполне достаточно, чтобы показать мастерство.

Тем временем из мишеней вынули стрелы и, вместе с луками, унесли в неизвестном направлении. Зато на площадку вынесли ножи из легкой стали, с прямыми, хорошо заточенными лезвиями, практически невыраженными рукоятками, обмотанными простым черным шнуром.

Несмотря на видимую простоту клинков Малика осталась довольна качеством их балансировки. Тайншар же в глубокой задумчивости покачивал тонкое лезвие на ладони. По его лицу невозможно было определить отношение мужчины к качеству ножей.

— Расстояние до мишеней будет сравнительно небольшим: восемь, десять, одиннадцать, двенадцать и тринадцать метров, — продолжил свои объяснения судья, — сейчас прошу вас занять свои места у линии. Начинать метать ножи строго по моей команде.

Как и в первый раз, мужчина поспешил отойти в сторону, а игроки уже привычно подошли к первой, ближайшей к мишеням линии. Короткая команда прозвучала, и через доли секунд два ножа, сделав половину оборота, врезались каждый в предназначенное ему место. Так же легко нашла свою цель и вторая пара ножей. А вот для того, чтобы все последующие клинки легли в цель, на изготовке пришлось вставать полубоком — это облегчало процесс метания.

Только вот результат получился разным… Последний нож, брошенный Советником со слишком большой силой, провернулся в полете на лишние пол оборота и, ткнувшись в мишень рукояткой, упал на землю. Черты лица Тайншара на мгновение искривило бешенство, тут же спрятанное за показным безразличием. У Малики от удивления перехватило дыхание, а стоящие вокруг площадки зрители разочарованно выдохнули.

В то время как все приходили в себя от произошедшего, Император находился в странной задумчивости. Он прекрасно увидел то, что не смогли заметить сами игроки — как одинаково быстро поднимались в воздух луки, синхронно натягивалась тетива, и стрелы одновременно вонзались в мишени. Его поразили похожие стойки, одинаково поднятые локти, а особенно то, что ножи и Мали и Тайншар держали абсолютно одинаково — за лезвие, а кинув их, оба игрока одновременно отступали на шаг назад.

— Результат данного этапа прекрасно виден, — объявил судья после короткого совещания с коллегами, — победила нарэ Малика, счет на данный момент 2:1 в ее пользу. Третий этап будет проходить после обеда, на опушке леса. Через два часа после полудня мы будем ждать вас там. С собой игрокам можно взять луки, стрелы и ножи.

Пока темные, недовольные тем, что их на некоторое время лишили довольно любопытного зрелища, расходились по своим делам, Малика продолжала в растерянности стоять на площадке. Она все никак не могла поверить, что Советник допустил такую глупую ошибку, лишившую его победы на данном этапе Игры.

Лиалин, очень переживавшая за сестру, возвращаться во дворец не торопилась. Вместо этого она поспешила подойти к Малике.

— Ты молодец. Поздравляю, — искренне улыбнувшись, она мягко сжала ладони сестры в своих.

— Не знаю — не знаю, у меня сложилось впечатление, что нар Рагшесс просто позволил мне победить, — недоверчиво пожала плечами младшая из девушек, — идём. Мне нужно еще успеть собрать всё необходимое.