Глава 33
В общей сложности я здесь уже полтора месяца, но так и не нашла ничего. Никаких следов, никаких доказательств. Начинаю думать, что либо Карлос всё уничтожил, либо он и правда не причастен к этим убийствам, и Федэрико скоро всадит мне пулю в лоб.
Кстати, о нём. Он как хвост за мной таскается. Вот сейчас сидит напротив и учит меня играть в шахматы. Не так я хотела провести этот день.
– Ты снова продула, Нора.
– Почему ноутбук пустой?
– Что?
– Он пустой. Там вообще нет ничего. Только музыка. Где он держит документы или фотки? Где всё это?
– Так он мне и сказал. Дарио всё держал на жёстком диске. Точнее на двух. Один всегда был при мне. Карлос забрал их.
– И где они?
– Если б я знал, то не сидел бы здесь с тобой. Из тебя хреновый сыщик.
– Ты не лучше. Ты же можешь узнать у него и не вызвать подозрений.
– Нора, ты глухая? Карлос держит меня на расстоянии! Меня, своего подручного!
– Ты обижен на него, я поняла, – качаю головой. Ну и семейка. – А хоть кого-то он близко подпускает? Может, кто-то из ребят ему нравится больше, чем ты?
– Он не общается ни с кем из них. Все приказы передаёт через меня. Только на это и гожусь теперь. Я не подручный Босса, а сова.
– При чём тут совы?
– Ты не смотрела «Гарри Поттера»?
– Охренеть. Ты смотришь детские сказки?
– Сыну показывал. Он, конечно, маленький совсем был. Давно дело было. Вряд ли он что-то понял, зато я поржал от души. Мне б такую палочку, ох, я бы… Эх!
– У тебя есть сын?
– Был. Они с женой погибли. Авиакатастрофа.
– Сочувствую.
– Не стоит, я уже их оплакал. Расставляй фигуры.
– Федэрико, я больше не могу. Эта игра утомляет. У меня зад уже к стулу прилип.
– Да что ж ты за бесячая девка! Мы будем играть, пока я не скажу «хватит».
– А консильери? – не унимаюсь я. – С ним он общается?
– Не больше, чем со мной. Расставляй фигуры.
– Хорошо, – прищуриваюсь. – Если выиграю, ты отвезёшь меня к Дереку.
Федэрико хохочет.
– Хватит ржать! Мы с ним уже две недели не виделись. Не могу больше! Мне нужно его увидеть. Так ты согласен или нет?
– Конечно. Ты всё равно продуешь.
Усмехаюсь. Он же не в курсе, что меня обучали и этому. Я специально строила из себя дуру, чтобы его побесить. И заодно изучала его тактику. Даже не сомневаюсь, что выиграю.
Само собой, я оказалась права. Федэрико озадаченно смотрит на меня, я победно улыбаюсь и развожу руками. Его телефон вибрирует. Он отвечает на звонок.
– Да, Босс, конечно, – говорит он в трубку и нажимает «отбой». – Твой парень подождёт, Босс хочет тебя видеть. Сейчас же. Он в кабинете.
Что ж, придётся идти.
Карлос сидит за столом и пьёт виски. Ещё ведь даже не вечер! Обед прошёл всего два часа назад. Он кивает мне и показывает на кресло. Сажусь напротив него.
– Всегда целься в луну, Норабелль, – произносит он. – Так у тебя есть шанс остаться среди звёзд. Особенно когда кругом оружие, насилие и смерть.
– Что-то случилось? С какой радости ты цитируешь книжки?
– Да, я праздную. Не видишь?
– Что за праздник?
– Скоро я стану ещё богаче и влиятельнее. Несколько испанских Донов сделали мне превосходный подарок. Елена тоже не подкачала. Я в шоколаде, Норабелль. Наконец-то у меня получилось. В прошлый раз всё сорвалось, но теперь я почти довёл дело конца. Выпьешь со мной?
– У меня есть выбор?
– Нет.
Он наливает мне выпить, протягивает рокс и чокается со мной.
– До дна, – Карлос опустошает стакан, хмыкаю и следую его примеру. – Я король в грёбаном королевстве.
– Босс мафии, у которого есть территория, – я поджимаю губы.
– Называй, как хочешь. Всю мою жизнь меня растили как наследника. Ты считаешь нас монстрами, но мы воспитанные монстры, – он смеётся. – Мы должны уметь выживать, знать многое. Домашнее обучение – такая хрень, – Карлос кривится и наливает себе ещё. – Этикет, манеры, психология изучаются с малых лет. Подростком я уже умел читать людей. Знал все их слабости. Не только ментальные, но и физические. Стало так скучно. Пить меня учили с тринадцати лет, теперь даже напиться нормально не могу. То ли пьян, то ли трезв – сам понять не могу.
– Ну один раз тебе это всё же удалось.
– Это шоу было исключительно для тебя, Норабелль. Было бы нечестно, если б только я видел тебя голой.
– Ты придурок.
Он грозит мне пальцем, выпивает виски и наливает ещё. В том числе и мне.
– Меня пичкали всякой дрянью с детства. Наркотики, яды. Чтобы уменьшить эффект психотропных средств, чтобы яд не мог отравить меня моментально, и я успел найти антидот. Нюанс в том, что не ко всему можно выработать стойкость. Некоторые вещества просто накапливаются в организме. Так что страховки от отравления нет, хрень всё это. Не одним веществом траванут, так другим. Понимаешь, Норабелль?
Киваю.
– Пей, – он залпом осушает рокс, мне приходится сделать то же самое. – Я не супермен, но кое-что могу: умею делать яды и бомбы из подручных средств, могу оказывать первую медицинскую помощь, не пьянею быстро, не пускаю слюни на наркоту. Я продаю её.
– Это отвратительно, если честно. Мой брат был барыгой.
– Я играю по-крупному. Даже в нашем мире всё решает власть. У кого-то её больше, у кого-то меньше. Но грязное бельё есть у всех. Сколько бы ни было денег и власти, срём мы все одинаково.
Слышу, что его речь меняется, и кошусь на бутылку. Она пуста. Карлос встаёт, чуть пошатываясь, идёт к шкафу и достаёт вторую бутылку. Он протягивает её мне и садится обратно.
– Открой и налей мне. И себе тоже.
Делаю, что он сказал. Карлос выпивает и возвращает мне рокс. Наливаю ему ещё. Он опустошает стакан, приказывает мне выпить и налить ему ещё. Не нравится мне это. Он снова опрокидывает в себя алкоголь, встаёт, берёт со стола папку и флэшку и идёт в другой конец кабинета.
– Подойди.
Иду за ним. Он отдаёт мне папку с флэшкой и снимает со стены картину. У меня аж дыхание спирает. Там сейф, мать его! Отхожу чуть назад. Карлос вводит код и тянет за ручку. В сейфе ещё какие-то папки и два жёстких диска.
– Вот здесь, Норабелль, я храню все свои грязные секреты, – у него сильно заплетается язык.
Карлос подходит, забирает у меня папку с флэшкой, кладёт их туда, затем возвращается ко мне. Нужно срочно поменять тему, чтобы он не подумал, что я заинтересовалась.
– Почему ты называешь меня полным именем? Все зовут меня просто Нора.
– Норабелль… Красивый свет, – Карлос накручивает на палец прядь моих волос. – Мне жаль твоего отца. Классный был мужик.
– Что ты сказал?!
– Я навещал его за день до того, как он отбыл в мир иной. Хотелось познакомиться поближе. Кажется, мой приход его взволновал.
– Что ты сделал?! Карлос, что ты сделал?!
– Прости, я же не знал, что твой старик был не в курсе, что его сына убили, а дочь стала шлюхой.
Он отходит от меня. Смотрю в одну точку. Отцу стало хуже как раз после его визита. Когда я приехала к нему, он был словно в бреду. Спрашивал про Майкла. Я соврала ему, а он это знал. Он не запомнил меня хорошей.
– Ты убил его, – шепчу.
– О, нет, милая, вот не надо этого. Я убиваю людей, да. И мне это нравится. Но твоего старика я и пальцем не трогал. Мне просто захотелось пообщаться с кем-нибудь. Почему бы и не с ним?
– Как ты вообще туда попал? Это же территория Эдриана.
– Деньги и власть творят чудеса. Не плачь, Норабелль. Тебе не идёт.
– Не смей называть меня так!
– А ты не повышай на меня голос, – Карлос приближается и приставляет к моей голове пистолет. – Иначе я сделаю пиф-паф, – он ведёт дулом вниз и направляет его в моё декольте.
– Я сейчас же еду домой. Я не останусь с тобой под одной крышей. Ты псих! Больной!
– Чего это ты удумала? Ты моя. Никуда ты отсюда не уедешь. Ты можешь пойти в свою комнату, подумать над своим поведением. Ужин в восемь. И тебе придётся хорошо постараться после, я тобой недоволен, – он убирает пистолет.
– Да пошёл ты!
Хочу уйти, но Карлос со всей дури шарахает меня о стену. Стону от боли, аж звёздочки в глазах посыпались. Он прижимается ко мне и водит пистолетом по моей щеке.
– Я тебе не Дерек, – его голос ледяной, аж мурашки. – Я не отпущу тебя. Мне плевать, что ты там хочешь. Ты моя, понятно? Ты вообще никто для них, не принадлежишь их семье. Я могу сделать с тобой всё, что захочу. И сделаю, если ты меня вынудишь.
– Ты мне противен.
– Ой ли? Ты течёшь подо мной и на мне. Стонешь так сладко, – дуло утыкается промеж моих ног. – Тебе нравится? Он заряжен. Я могу оттрахать тебя им, а могу и выстрелить. Опасность тебе нравится, да? Адреналин? Этим он тебя зацепил? Чем он лучше меня? Отвечай мне.
– Убери пистолет, Карлос. Ты пьян.
– Отвечай мне! – орёт он. Пистолет скользит вверх, дуло упирается под подбородок. – Ты любишь его, так ведь? Что бы он ни делал, ты будешь его любить. Я готов дать тебе всё, но тебе плевать. Так ведь, принцесса? – он выплёвывает последнее слово с такой злостью, что мне становится страшно. – Ты его принцесса, а он твой принц. Он твой принц, так ведь? Я не слышу! Отвечай мне! – металл врезается в кожу, становится трудно дышать.
– Да, – хриплю я. – Карлос, мне больно.
– Ты же любишь боль. Я был слишком нежен с тобой? Поэтому ты трахалась с ним за моей спиной? Я сегодня посмотрел запись из машины. Всё никак руки не доходили, но теперь я знаю, что ты ездила к нему. Он учил тебя водить. Я думал, это только наше, – он поджимает губы и ведёт дулом вниз, оно снова упирается между моих ног. – Подними платье. Живо!
Стою и трясусь от страха.
– Я. Сказал. Подними. Это. Чёртово. Платье!
Хватаюсь за край и рывком тяну платье вверх. Меня бьёт крупная дрожь, не могу её унять.
– Неужто боишься? Чего трясёшься вся? Или ты уже возбудилась? – он касается моих складок. – Ты не хочешь меня, Норабелль? Я не возбуждаю тебя сейчас? А его ты всегда хочешь? Он же брал тебя силой, понравилось?
– Нет.
– Не слышу!
– Нет, мне не понравилось.
Он раскрывает пальцами мои половые губы, и дуло упирается прямо туда. Вздрагиваю от ощущения металла.
– Карлос! – визжу не своим голосом. – Пожалуйста! Убери его! Убери сейчас же!
– А что такое? Ты же любишь играть с пистолетами. Как большая девочка. Давай поиграем.
Он хочет засунуть его в меня, ору от боли и страха.
– Нет! Не надо, нет! Мне больно! Карлос, мне больно! Убери его! Мать твою, убери его!
Он убирает пистолет и влепляет мне такую пощёчину, что в ушах начинает звенеть. Она и близко не похожа на те пощёчины, которые отвешивает мне Дерек во время секса. Даже пощёчина Эдриана теперь кажется мне лёгким шлепком. Карлос ударил меня со всей силы, на какую только способен. Перед глазами всё фиолетовое. Ненавижу фиолетовый.
Следом летит ещё одна пощёчина, удар приходится на другую сторону лица. Дыхание спирает от боли, звон в ушах нарастает. Я оглушена и дезориентирована. Заваливаюсь на бок, теряю равновесие и падаю на пол. Он хватает меня за волосы и разворачивает к себе. Реву в голос. Мне больно и страшно. Боялась ли я вообще до этой минуты? Нет, я не знала, что такое настоящий страх. Теперь знаю.
– Иди в комнату и хорошо подумай над тем, что ты мне наговорила. Наверное, у тебя был шок. Я не убивал твоего старика, будь так любезна понять это. За ужином я хочу видеть улыбку, а не кислую мину. Иначе урок придётся повторить. Ты любишь боль, но мне жаль портить это милое личико. Поэтому впредь будь послушной, хорошо?
– Да.
Он с размаху бьёт меня по лицу. Вскрикиваю и прикрываю рот рукой. Губа разбита, из-под пальцев сочится кровь.
– Что нужно сказать? Кто я для тебя?!
– Босс. Ты Босс.
– Вот и помни об этом. Я твой Босс, ясно?! Не Эдриан! Я! Ты моя, понятно?! Моя ты! Никуда ты отсюда не уедешь! Не позволю! Ты моя! Я грёбаный король, а ты моя королева! Я твой Босс! Я! Любить нужно меня. Не его! Меня!
– Да, Босс.
– Нет, ты не поняла, – он смеётся.
Я уже слышала этот смех. Жуткий смех. У Карлоса сейчас один из приступов безумия. К тому же он пьян. Пьяный психопат. Думаю, хуже быть уже не может.
– Ты в любом случае будешь любить меня. Потому что только я останусь!
– Я не понимаю, Босс.
Карлос садится на корточки и за волосы притягивает меня к себе.
– Я убью его, – цедит он мне в лицо. – И принесу тебе его голову. А потом всё остальное. Буду приносить по маленькому кусочку. Всех их убью. Всех!
Мне очень страшно, но я понимаю, что это шанс узнать правду. Он безумен сейчас, у него крышу сорвало. Тормоза слетели, и его несёт. В таком состоянии Карлос может рассказать мне всё.
– Как Оливию?
Карлос встаёт и отходит от меня.
– Ооо, – снова безумный смех. – О, да. Эта сучка так кричала. Ты бы слышала, Норабелль, – он подмигивает мне. – Тебе бы понравилось.
– Что именно?
– Резать её. Сначала пальцы. У неё были такие красивые пальцы. Но она так кричала, что пришлось её прибить, а потом уже разделать окончательно. Мне понравилось её душить. Такая нежная шея. Прям как твоя. У тебя очень красивая шея.
– Карлос, но зачем? Зачем ты убил её?
– Эта тварь крутила роман с моим папашей. Он боготворил её. Боготворил какую-то шлюху, а собственную жену свёл в могилу. Насиловал дочь! Издевался надо мной, своим сыном! А её боготворил. Шлюха не заслужила этого. Плохой у Эдриана вкус. Вот я и решил подкинуть ему тухлятинки, чтоб он понял, кем была его драгоценная Оливия. Он мне спасибо сказать должен. Я избавил его от змеи, которую он пригрел на шее! Я! Я, понятно?! Меня нужно любить! Меня!
– Конечно, Босс. Ты так ненавидишь отца. Мне жаль, что всё так вышло. Он не должен был с тобой так обращаться. Ни с кем из вас.
– Плевать! Ублюдок сдох. Я лично за этим проследил. Если хочешь что-то сделать хорошо, сделай это сам.
– Ты молодец, Босс.
– Да, я Босс. А Дерек никто. Никто, понятно? Я убью его, если узнаю, что ты продолжаешь с ним видеться. И тебя тоже. Ясно?!
– Да, Босс.
Он вцепляется в мои волосы, рывком поднимает меня с пола и тащит к сейфу.
– И снова ты не поняла. Я покажу, чтоб до тебя наконец дошло. Тебе следует быть послушной, Норабелль, иначе ты станешь одним из моих секретов.
Карлос отпускает меня, достаёт одну из папок и швыряет мне в лицо. Вскрикиваю от вспышки боли. Кажется, папка оставила на щеке порез. Наклоняюсь, поднимаю её с пола и в ужасе смотрю на снимки. Мёртвые люди. Фотографии тех, кого он убил. Я листаю страницы. Ужасно… Меня же вырвет сейчас прямо на пол. Переворачиваю ещё одну страницу и зажимаю рот рукой. Увиденное вызывает странное чувство дежавю. Девушка на снимке так похожа на Карлоса: тёмные волосы, точёные черты лица. Только она мертва, а он жив. Она лежит в ванне, наполненной собственной кровью. Смотрю на подпись.
– Беатрис… – шепчу я. – Что здесь делает фото твоей сестры?
– Она мой самый любимый секрет, – Карлос улыбается, отходит к столу и наливает себе виски. – Я любил её. Любил! Сильно! – он опрокидывает в себя алкоголь. – Но тупая тварь не хотела меня! Она трахалась с нашим отцом! А потом ей стал нужен Дерек! Даже когда он отшил её, она не захотела меня! Меня! Тебе тоже нужен Дерек, принцесса? Тоже? Ты тоже выберешь его?!
Он надвигается на меня, держа пустой стакан в руке. Чем не орудие убийства? В умелых руках даже листок бумаги может стать таковым. Роняю папку на пол и пячусь к стене. Карлос прижимает меня к ней и орёт мне в лицо:
– Поцелуй своего Босса, Норабелль! Целуй! Докажи, что тебе нравлюсь я, а не он! Целуй!
Целую его в губы, чувствую его язык у себя во рту. Мне мерзко, еле сдерживаю себя. Карлос отпускает меня и кивает на дверь. Пулей несусь к себе и падаю на кровать. Меня всю трясёт. Он не стал убивать меня, но был к этому очень близок.
Телефон на прикроватной тумбочке вибрирует. Это Босс. Дрожащими руками беру гаджет и принимаю звонок.
– Нора! – кричит Эдриан. – Возьми себя в руки, чёрт возьми! Что ты творишь?! Зачем ты вывела его из себя? Зачем спросила про Оливию?! Он же мог убить тебя!
– Босс, твоих криков мне только не хватало, – морщусь от боли, губа всё ещё кровит. – Ты же всё слышал. Теперь ты знаешь. Я достану доказательства. И у тебя есть эта запись. Зачем ты вообще звонишь?
– Потому что Дерек сам меня убьёт, если с тобой что-то случится. Я еле остановил его сейчас, он уже рвался ехать к тебе.
– Не пускай его сюда. Я же в порядке.
– Ни хрена ты не в порядке! Карлос избил тебя, мать твою! Зачем ты разговариваешь с ним так?! Он же психопат! Жить надоело?!
– Ты тоже как-то раз ударил меня. И что? Он тебя просто слегка превзошёл.
Эдриан шумно дышит в трубку.
– Принцесса, ты сейчас бесишь меня, ты в курсе?
– Я всегда тебя бешу, ничего нового.
– Просто возьми себя в руки и включи голову, чтобы остаться живой! Это приказ, мать твою!
Босс сбрасывает звонок.