Глава 10. Новая жертва

В «Белый тюльпан» я прибыла одна. Квентин не соизволил ответить на три вызова, чем заслужил ворох мысленных ругательств. И парочку вслух. Оставалось надеяться, что он не «общается» с Сибил в горизонтальном положении. Умом я понимала, что сама провела ночь с подозреваемым в убийстве, и не вправе осуждать Квентина. Но мысль, что в этот самый момент дражайший напарник ублажает блондинку-домработницу, почему-то бесила для скрежета на зубах.

Но вся злость на свете растворилась, едва я вошла в вестибюль. В воздухе витало ощущение трагедии. Его улавливаешь четко, даже не имея богатого «криминального» опыта, как у меня. И дело вовсе не в сотрудниках в форме, сующих туда-сюда или в затравленном взгляде консьержа. Сама атмосфера меняется, насквозь пропитывается чужими эмоциями. Или смертью. Как сегодня.

Наверху кого-то убили. Это я поняла сразу.

— Госпожа Георгин? — уточнил сотрудник Службы безопасности, дежуривший у лифта и, получив утвердительный ответ, передал сообщение начальства. — Инспектор Тим ждет вас на семнадцатом этаже.

«Бежать!» — панически закричал кто-то в голове, но я отринула глупые страхи и шагнула в кабину. Кто бы ни стал новой жертвой, я тут никаким боком. Если только… Колени задрожали, и я схватилась за поручень. Нет, ну в самом деле, не драгоценный же Эйван почил мучительной смертью. Вот уж точно придется доказывать инспектору, что гибель моих любовников — чистой воды случайность!

Самое странное, мысль о возможной кончине бывшего жениха почти не вызвала горечи. Только легкую грусть. Сие означает, что я переболела прошлым?

Двери лифта распахнулись, и я едва не столкнулась с Лайлой Сиренью, крепко держащей за локоть юношу, поразительно похожего на Роэна.

— Ничего не хочу слышать! — кричала она сотруднику Службы безопасности. — Мой сын не останется в этом дурдоме! Так и передайте вашему инспектору! С дороги!

На помощь коллеге примчались другие бравые господа в форме, перехватили упирающую Лайлу, аккуратно взяли под руки Саймона и доставили обоих восвояси. Я проводила процессию хмурым взглядом. Та-а-ак, эти двое живы. Значит, остаются квартиры 17б и 17 в. Эйван или Васильки? Не укокошили же на этаже кого-то постороннего?

— Госпожа Георгин, — навстречу вышел инспектор Тим. — Где напарник?

— Понятия не имею, — буркнула я вместо приветствия. — Развлекается, наверное. Сегодня же выходной.

— А вы где и с кем провели утро?

Это был не дежурный вопрос. А, скорее, проверка алиби.

Неужели, Лучистый?!

В висках застучало. Не от страха. От безысходности. Я не собиралась повторять наш с бывшим женихом «опыт». Но смерть — это навсегда. Там, где побывала она, не остается места никому. Ни любимым женщинам, ни случайным подругам на одну ночь.

— Мы… мы ездили в гипермаркет одежды, — проговорила я, прогоняя образ мертвого Эйвана на полу и широко распахнутые глаза, взирающие в вечность. Или в бездонную пропасть — кому как больше нравится. — Мы — в смысле, я и Квентин Аквамарин. Потом разделились. Я поехала в парк исчезнувших цветов. Меня туда пригласил знакомый.

— Какой знакомый? — спросил инспектор требовательно.

— Роэн Сирень. Я была с ним, когда пришло ваше сообщение.

Тим удивился, но постарался спрятать эмоции за сарказмом.

— Вы с ним теперь друзья?

— Не совсем. Я общалась с Роэном по делу Надин. Потом он пригласил нас Квентином на премьеру. Сегодня мы встречались, чтобы обсудить спектакль. Вот и всё.

— А куда отправился господин Аквамарин, когда вы разделились в гипермаркете?

Я снова выругалась про себя, вспомнив игнор робота.

— Понятия не имею, где сейчас напарник. Я ему не нянька.

А ведь не солгала. Куда бы паразит ни отправился с Сибил, их местонахождение мне неведомо.

— Что за допрос, инспектор? — вспомнила я, наконец, о Релии. Вздорная девчонка не позволила бы вытягивать из себя личную информацию. Давно бы взбрыкнула. Значит, и мне пора встать на дыбы. — Объясните, что тут творится? Или идите к черту!

Тим смерил меня строгим взглядом и взмахнул рукой.

— Ступайте за мной. Полюбуетесь.

Я качнулась. Трупом Эйвана?! Нет уж, увольте! Чтоб потом являлся по ночам и напоминал, что продинамила тайное свидание?

Однако ноги послушно зашагали за Тимом по коридору. Словно жили собственной жизнью и принимали решения без моего одобрения. Открытую дверь квартиры 17в я заметила издалека. Плохой знак. Сердце зачастило, напоминая, насколько небезразличен ему был когда-то Луч. Но я вспомнила бродяжку Ингу Брир, выудила ее образ из глубины сознания и приказала завладеть моей душой. Эта женщина повидала много такого, отчего бы дурочку Релию наизнанку вывернуло. Подумаешь, труп бывшего жениха. Ерунда какая…

— Дальше, — бросил инспектор, уловив краем глаза, что я вознамерилась свернуть в квартиру Лучистого. — Нам к Василькам.

Ох… Я сама не поняла, что испытала: облегчение или нечто иное, больше смахивающее на разочарование, смешанное с тревогой. Эйван жив. Однако по соседству с ним произошло второе убийство подряд. В квартире, в которой он — частый гость.

Интересно, кто жертва: Виктор или Катарина?

Я уверенно переступила порог. Проследовала за инспектором на кухню, где несколько дней назад умерла Надин. Вошла в светлое помещение, готовая к чему удобно. Ко всему, кроме…

— Да чтоб вас всех!

Я в сердцах ударила кулаком об стену, разбив костяшки в кровь.

На полу, скрючившись, лежала Сибил.

На лице убитой домработницы застыла гримаса боли, а светлые глаза смотрели точно не в вечность. И даже не в пропасть. А, скорее, в лицо чудовищу, умело расставившему смертельную ловушку.

Память услужливо нарисовала эпизод, когда я в последний раз видела девушку живой. В гипермаркете считанные часы назад. Сибил деловито вышагивала вдоль магазинчиков с пакетами в руках, а следом несся мой драгоценный помощник, чтобы организовать приключения себе и смазливой девице.

Проклятье! Проклятье! Проклятье!

Куда ты подевался, Квентин?..

* * *

— Госпожа Георгин, сейчас самое время начать говорить правду.

Мы с инспектором Тимом сидели в знакомой гостиной с нарисованными васильками на стенах, а мне вспоминались настоящие цветы. Те, что я видела на поле «ассорти». Прошел всего час, а казалось, минула вечность. Тим смотрел требовательно, а я медлила с ответом. Не потому, что не желала сотрудничать. Я плохо соображала. Не вписывался труп Сибил в мое представление об этом деле.

— Правду? — перепросила я.

— Релия, — инспектор назвал меня по имени, и я вздрогнула. Панибратством тут и не пахло. Скорее, это была попытка сократить дистанцию. — Мы проверили утренние передвижения Сибил Нил. Камеры гипермаркета записали, как ваш напарник уехал с ней.

— Куда уехал? — я подалась вперед и всплеснула руками. — Я, правда, не знаю, что произошло. Мы давно хотели пообщаться с Сибил. Она дружила с Надин. Насколько Лиса это позволяла. Увидели ее утром и воспользовались возможностью. Квентин пошел один потому… потому что у него лучше получается общаться с дамами. С тех пор я его не видела и не общалась через экран. Он не отвечает на вызовы. Я говорила.

Инспектор молчал, испытывая мои нервы на прочность. И я нервничала. Еще как! Допросы оживляли старых демонов. Да и исчезновение Квентина не добавляло стойкости. Вдруг с ним тоже что-то стряслось? Вдруг его повредили, и все узнают, что он… не человек?

Что тогда?! Стоит только потянуть ниточку и…

— Так куда поехали мой напарник и Сибил? — спросила я строго, уничтожая страх, разрывая его в клочья.

Нельзя показывать Тиму, как сильно я боюсь. Он — опытный охотник.

— Сначала они попили кофе в местном ресторанчике, потом взяли такси-лет и отправились в закрытую зону.

Я поморщилась, пока мысли лихорадочно перескакивали с одной на другую. В закрытой зоне, где запрещалась видеосъемка, располагались полулегальные развлекательные клубы и угодные дома. Неужели робот таки уединился с домработницей? Похоже на то. Но что, черт возьми, случилось дальше? Нет, я не допускала мысли, что Квентин причинил вред Сибил. Но что-то явно пошло не так. Иначе напарник бы мне ответил. Прежде он не игнорировал вызовы.

— Из закрытой зоны Сибил вернулась одна? Как именно ее убили? Кто нашел труп?

— Вы задаете слишком много вопросов, Релия, — осадил инспектор. — Вы не в том положении.

— Вообще-то я тоже участник расследования, — огрызнулась я в духе прежней обитательницы тела. — И у меня алиби. Или вы думаете, я — организатор убийства, а Квентин — исполнитель? Чем строить нелепые предположения, лучше внимательнее присмотритесь к Виктору Васильку. И с Роэном поговорите. Вчера он слышал подозрительный обрывок разговора соседа. Там дело точно не чисто.

— Какой обрывок? — насторожился Тим.

Я тяжело вздохнула и пересказала услышанное от режиссера. Инспектор никак не прокомментировал новые сведения, но они ему крайне не понравились. Я сделала вывод, что Василек и так у него на подозрении. С другой стороны, чему тут удивляться. Когда в твоей квартире дважды за неделю убивают домработниц, любая репутация затрещит по швам.

— Езжайте домой, Релия, — велел Тим тоном, не допускающим возражения.

— Но…

— Вы ничего от меня не услышите, пока я не получу исчерпывающих ответов от вашего напарника и не восстановлю полную картину его передвижений. Это понятно?

Мои щеки запылали от гнева. Разговаривают, как с преступницей. Опять! Но я не посмела спорить. Ни к чему провоцировать сотрудника Службы безопасности. Сначала надо найти Квентина. Сибил подождет. Ей теперь точно некуда торопиться.

Я покинула квартиру четы Васильков, не попрощавшись с инспектором. Понеслась, цокая каблуками, по коридору и чуть не рухнула в объятия бывшего жениха. Эйван вышел из квартиры 17в очень вовремя. Наверное, узнал, что я у Васильков, и поджидал в «засаде». Выглядел он сногсшибательно. По-домашнему, как я люблю. Потертые джинсы, облегающая мускулистый торс футболка. Волосы небрежно падали на лицо. По-мальчишески. На щеках — легкая небритость. Притягательная, манящая.

— Релия, нам надо… — он не посмел закончить фразу, встретившись со мной взглядом.

— Потом, — процедила я сквозь зубы. — Когда-нибудь. А сейчас просто… исчезни.

Голубые глаза вспыхнули огнем. Но лишь на миг.

— Хорошо, — проговорил Эйван мягко. Почти как раньше — в нашей прошлой жизни. — Только позвони мне позже. Ладно?

Я ничего не ответила. Сейчас меня волновал только Квентин.

По дороге, пока автопилот управлял гламурным розовым лётом, я еще дважды попыталась связаться с роботом. Но экран Квентина не реагировал. Может, напарник потерял его в закрытой зоне? А сам преспокойно сидит дома, гадая, куда я запропастилась? Впрочем, нет, не гадает. Он же может отслеживать передвижения транспортного средства. Угу, с того самого личного экрана, который… который не отвечает на звонки.

Я смотрела на разрисованные цветами небоскребы, ощущая странное покалывание в висках. Сквозь тревоги и страхи пыталась пробиться некая важная мысль, но мне не удавалась ее ухватить. Всё казалось — близко, еще чуть-чуть, и расшифруешь. Но нет. Она ускользала, словно горсть песка сквозь пальцы.

— Квентин! — я влетела в пентхаус, почти убедив себя, что сейчас увижу дражайшего сообщника на диване, где он успокаивал меня всего сутки назад.

Но вместо одного робота навстречу выкатился другой.

— Господин Аквамарин не возвращался, — доложил прислужник Сим механическим голосом. — А вам доставили покупки. Развесить одежду по шкафам?

Я увидела горы пакетов из гипермаркета и машинально кивнула.

— Да, развесь.

И чуть не разревелась. Дернуло меня согласиться на шопинг. Ничего бы не случилось, останься мы утром дома!

Я плюхнулась с ногами на диван. Попробовала проанализировать ситуацию, но быстро поняла, насколько это бесполезное занятие. Слишком мало данных, чтобы делать выводы. Я понятия не имела, покинула Сибил закрытую зону вместе с Квентином или одна. Труп я видела мельком, не знала ни времени смерти, ни ее причины. Впрочем, кровь там точно отсутствовала. Значит, домработницу не зарезали, как Надин Лису. Задушили? Следов на шее я тоже не заметила. Отравление? Возможно. Неслучайно инспектор привязался к Квентину. Робот сидел с Сибил в ресторанчике. А, значит, как минимум, пил вместе с ней кофе или иные напитки. По мнению Тима, мог подсыпать яд.

Ох… Я запустила пальцы в распущенные волосы, бесясь от ощущения беспомощности. Сижу тут, как глупая клуша, пока напарник в беде. Хоть бы его отсутствию нашлось невинное объяснение. Пусть даже развлекается в угодном доме с дюжиной дамочек, позабыв про личный экран. Я и это стерпеть готова, лишь бы вернулся целым и невредимым. Ради нашей общей безопасности.

И ради меня.

Я снова четко осознала простой и непреложный факт: кроме Квентина у меня нет никого на свете. Никого, перед кем не нужно притворяться и играть роль. Пусть и он не знает всей правды. Рядом с ним я — это я. Не Релия. Не Инга Брир. А тот собирательная личность, в которую превратилась после всех трагедий и метаморфоз.

— Где же ты, Квентин? — прошептала я горько.

И ведь не отследишь его передвижения. Закрытая зона тянется на кварталы.

Стоп!

Я подпрыгнула на диване, сообразив, что за мысль не давала покоя по дороге домой.

Еще как отследишь! Вот я бестолочь!

Я рванула в комнату Квентина, будто следом гнались все сотрудники Службы безопасности вместе взятые. Вытащила из тайного ящика зарядное устройство дражайшего напарника, отсоединила от коробочки с дисплеем провода за ненадобностью, и нажала кнопку «пуск». Устройства настраивались на каждого конкретного агрегата. Показывали на любом расстоянии степень зарядки и местонахождение роботов. Функция пользовалась популярностью у владельцев, отправляющих прислужников в магазины или выгуливать животных.

— Давай, показывай, — велела я устройству, выбирая в меню нужную команду.

На маленьком экране отобразилась карта Небесного Ириса. С крохотной красной точкой в районе закрытой зоны.

— Детализация, — велела я.

Зарядка откликнулась на голосовой приказ, и масштаб карты изменился, зона поиска сузилась сначала до района, потом квартала и конкретного здания — заброшенного клуба, переделанного некогда из завода. Не слишком обнадеживающая информация. Одно дело — угодный дом, другое — пустующее строение. Да еще в самой прогнившей части зоны, где торговали препаратами и предлагали дешевый секс со списанными агрегатами. Я бывала там пару раз в образе Инги. Но не задерживалась. Предпочитала места поспокойнее.

На рискованную вылазку я собралась быстро, но продуманно. Надела неприметные штаны цвета хаки и темно-серую толстовку с капюшоном. Спрятала в кармане дамское оружие — трубочку, стреляющую дротиками с нейропаралитиками. Завершающим штрихом стали перчатки-шокеры — вещица дорогостоящая, но полезная для девушек, отправляющихся на поиск «приключений» в неблагополучный район. На улице темнело, но это не пугало. В последние четыре года ночь и поздний вечер чаще бывали друзьями, нежели врагами.

Добралась до места на такси-лёте. Ни к чему привлекать внимание гламурным розовым транспортным средством. Вышла в квартале от нужного здания. Остаток пути прошла пешком, стараясь поменьше смотреть по сторонам. Чего я тут не видела? Улочка, как сотни других в подобных районах. Тусклый свет редких фонарей, пара входов в злачные заведения и заколоченные окна пустующих помещений. А еще безнадега, насквозь пропитавшая все вокруг.

Пару раз по мне придирчиво скользнули взгляды громил, охранявших уличных продавцов запрещенных товаров и услуг. Без телохранителей в рисковом бизнесе никак. К счастью, меня не сочли интересной персоной. Одной разбираться с парой-тройкой грудой мускул не с руки. Конечно, можно прикинуться клиенткой и заговорить зубы. Но лучше, чтобы меня вообще не запомнили.

На подходе к заброшенному клубу дорогу преградил парень с темными кругами под глазами и расширенными зрачками. Тощий и хорошо накачавшийся.

— Карты! Живо! — потребовал он. В руке заискрил шокер.

Но я ловко провела пальцами по небритой щеке. Левая перчатка, поставленная на режим «легкой дезориентации» сделала свое дело. Грабитель пошатнулся и поплелся прочь, перестав соображать, кто он и где находится. Ему повезло. Познакомься он с правой перчаткой, лежал бы на асфальте в той же позе, что и убитая Сибил. Но я предпочитала оставаться никому неинтересной невидимкой, а вырубленный «препаратчик» не вписывался в сценарий.

Войдя в темное здание, я еще раз проверила показания зарядного устройства. Красная точка никуда не делась, мерцала в глубине первого этажа. Я сделала пару глубоких вдохов, гоня прочь мысли о худшем развитии событий, и включила фонарик на личном экране, уменьшенном до карманного размера. Вперед! Что бы ни ожидало в конце пути.

Звук шагов в пустом здании отдавался гулким эхом. Будто не стройная девица ступает, а среднего размера слон. Под подошвами скрипели осколки стекла, пахло чем-то кислым и протухшим. Над головой раздался шорох, свет фонаря запрыгал по стенам и перекладинам, оставшихся от винтовой лестницы. Тьфу! По трубе, шустро перебирая лапами, бежала крыса. Девушка по фамилии Солнечная непременно бы рухнула в обморок, увидев эту живучую тварь. Но Инга Брир научилась не бояться очень многих вещей. И напрочь утратила брезгливость. Крысы очень даже ничего, если хорошо прожарить на огне. Когда самой хочется не сдохнуть с голода.

Зарядное устройство радостно запищало, почувствовав, что робот близко, а на меня накатила волна паники. Всю дорогу я гнала дурные мысли, но теперь воображение разыгралось ни на шутку. Рисовало то разобранного на запчасти агрегата, бывшего некогда моим напарником, то целого, но изрядно подкоптившегося и не подлежавшего восстановлению.

Увы, реальность недалеко ушла от жутких фантазий.

Я обнаружила Квентина в помещении, некогда служившим подсобкой. На первый взгляд невредимого, но в настораживающей позе. Он вытянулся струной: спина ровная, руки по швам. Как солдат на посту. Или… робот. В отключке.

— Квентин, — позвала я осторожно.

Но ответом стала мертвая тишина.