глава двадцать первая

Закончив выяснять отношения с начальством, я сразу отправилась предъявлять свои свеженькие вверительные грамоты гномаэ – Балайту, как их главе. Поначалу мастер обрадовался мне как родной, но как только я заговорила о планах нижних уровней, резко поменял тон:

– Да помню я, что тебе обещал, не дави. Но не могу же я бросить остальные дела и заниматься только твоими бумажками? Не могу! На мне цех, между прочим. Поэтому потерпишь. Вот доделаем заказ солнечным… Ах да, потом еще оружейникам надо будет…

Я поняла, что пришло время идти с козырей, иначе просто ничего не добьюсь. Ну и зашла:

– Балайет, хочу тебя спросить еще кое о чем. А не было у вас такого, чтобы после нападения оркаэ вы недосчитались своих? Ни среди живых, ни среди мертвых?

– Бывало, – насупился гном, – Они же, сволочи, трупы жрут, вот и утаскивают. Иногда отбить не успевали, да.

– А живых?

– И такое бывало, раненых тоже утягивали. К чему спрашиваешь? – разговор его явно не радовал. – Что за любопытство?

– Мастер, оркэ начали копать тоннели. Подозреваю, что не сами.

– Это ж они что? – до него явно дошло, к чему я клоню. – Наших?..

– Эти твари приходят к вам как на работу каждые два – три месяца. Возможно затем, чтобы нахватать новых рабов, взамен тех, что уже… Ну ты понял.

– Так, говоришь, планы тебе нужны? – мастер вскочил так, что под ним с грохотом опрокинулся стул. Он даже не заметил. – Я сейчас весь цех подниму их искать. Нахрен работу! Сейчас книги притащим, будешь заклятья снимать…

– Успокойся, мастер! Успокойся! И подумай, – я подняла ему стул, и чуть ли не силой усадила на место. – Зачем здесь весь твой цех? Зачем им вообще сейчас такое знать? Подумай!

– А как же… – начал он приходить в себя, – Что делать то?

– Искать, конечно. Но не всеми же? Сам ищи. Ну, может, еще пару помощников возьми. Только и им тоже об этом не говори, ни к чему. Возможно, все совсем не так, как я себе вообразила. Вот когда прояснится, тогда и скажешь. А прояснять все равно придется нам.

– И не думай даже! – возмутился он. – С вами пойдем. Там, где тоннели знакомые – проводниками, а потом как разведка, вместе с вашими.

– А вот за это спасибо, мастер. Очень и очень большое. Но сначала все-таки карты или планы. И знаешь, есть у меня еще одна идея… Помнишь Овестига?

– Это которого ты для своих ушастых выпрашивала?

– Его, – согласилась я, – не знаешь, где он сейчас?

– Так даны его после допроса опять нам спровадили.

– Я в курсе, иначе бы спрашивала не тебя. Здесь он у вас где? Что делает?

– Говно гребет!

– В смысле? – не сразу сообразила я.

– В прямом, – ощерился гном. – Говно разгребает. Нашу канализацию постоянно чистить надо, вот такие, как он и стараются.

– Поняла. А можно ему перерыв устроить? Поговорить хочу.

– Устроим. Сюда его?

– Нет, лучше я к нему схожу. Нечего время терять.

– Ну пошли, раз так. Провожу.

– Сам проводишь? – удивилась я.

– Сам. Нечего время терять, – в тон мне ответил мастер.

В той части тоннелей, где в компании десятка таких же бедолаг сейчас старался бывший гворс, я не была никогда. Делать там было нечего. Из всех достопримечательностей только жуткая вонища. Столь же вонючего Овестига мы все-таки отвели в коридоры чуть подальше, где смердело не так сильно, и я тут же приступила к допросу:

– Помнишь, ты говорил, что по наводке стальных вы искали комнату, где много книг.

– Помню, – согласился он, – мы их потом сюда притащили.

– Четыре стопки это по-твоему «много книг»?

– Н-не знаю, – замялся тот, – про другие я не слышал.

– А где она была, та комната?

Он пожал плечами и повторился:

– Не знаю. Мне не говорили.

– А если хорошо подумать? Хочешь, помогу, – предложила я, – поколдую, как тогда?

– Нет! – бывший гворс отскочил от меня, уперся в стену и сполз по ней на пол, – Не надо! Нет!

– Не буду, не кричи! – меньше всего я ожидала такого ответа на свое предложение. – Не буду, сказала! Успокойся. Но тогда вспоминай сам.

– Да, я сам, сам… я постараюсь… – он смотрел на меня снизу и, казалось, вот-вот расплачется.

Черт! Не зря, видать, даны запрещают подобные заклинания. Реакция Овестига меня потрясла.

– Значит так, сейчас тебя покормят и отведут туда, где вы спите. – Я посмотрела на мастера, и дождавшись подтверждающего кивка, продолжила, – Считай, на сегодня твоя работа закончена. Будешь вспоминать. Но если не вспомнишь, придется поколдовать.

Гворс все-таки заплакал.

Я молча развернулась, и чуть ли не бегом кинулась по коридору обратно. Так мерзко мне еще никогда не было. Причем воротило от себя же. И даже больше, чем от вони, которой мы надышались. Мастер догнал меня и зашагал рядом, слава все богам, без комментариев.

И только когда мы вернулись в его кабинет, я куском сырого теста рухнула на лавку и выдохнула.

– Вот и все, мастер. Вот и все. – Я с силой провела ладонями по лицу, словно пытаясь содрать с него прилипшую неподвижную маску. – Вот и закончилась маленькая смешная человечка. Теперь, мастер, я дана. Очень злая и очень продуманная. Как тебе? Видна ли разница?

– Видна, – согласился он, – но не настолько, как ты думаешь. Уверен, если поковырять твою корочку, там, внутри, и человечка найдется.

– Не надо, мастер. Ковырять, в смысле. Эта корочка дорого мне досталась. Не порть.

– Ну смотри, если передумаешь – приходи. Мы тебе эту окалину быстро собьем.

– Нет, мастер, не нужно. Спасибо, конечно, но нет.

– Сволочь ушастая! – не выдержал все-таки Балайет. – До чего девку довел!

– И ты тоже знал, – озвучила я очевидное спустя минуту тяжелой тишины, – все вы всё знали. Умные, м-мать. Теперь дошло, что ты имел ввиду, когда заворачивал это свое: «им хочется, а тебе надо». Тогда догадался?

И дождавшись подтверждающего кивка, встала:

– Ладно, мастер, до завтра. Пойду я.

А уже закрывая за собой дверь, услышала очень грязное ругательство, выданное шепотом и сквозь зубы.

Вернувшись в сиды, я первым делом решила все-таки озаботиться вселением. Поэтому подхватила в караулке сумку, брошенную там еще утром, и пошла разыскивать комнаты, отведенные под казармы внешнего охранения. Пока шла, успела окончательно привести нервы в порядок и начала замечать окружающее. Переходы, где мы когда-то кружили с Шиконом, пытаясь удрать от гворсов, преобразились до неузнаваемости. Они не только внешне изменились, что было естественно после грандиозной уборки, устроенной гномами, но в них еще и атмосфера полностью поменялась. И это я не только про запахи.

Коридоры выглядели обжитыми, несмотря на то, что даны появились здесь лишь неделю назад. Домашними они выглядели. Уютными. И хисстэ активно и целеустремленно носились по ним, явно не страдая от безделья. Вот эта атмосфера деловитого уюта меня и удивляла. И еще. Уж не знаю, что там имел ввиду Дарэль, когда говорил о претензиях ко мне у половины своих людей, но я, похоже, видела сейчас как раз другую половину. Мне здесь были рады, и охотно это демонстрировали. Хлопали по плечу, смачно, но не зло подкалывали, показывали дорогу и подробно объясняли, куда сворачивать. Даже золотые отмахивали слегка небрежный салют, обозначая узнавание. И эта атмосфера мне нравилась – хорошо, что я сюда вернулась.

– М-мать! – застыла я на пороге, едва открыв дверь комнаты, превращенной в казарму нашего «листа». – Ну нихрена себе совпадение.

Трое хисстэ, сидевшие в креслах, не удивились ни моему тут появлению, ни столь занятному варианту «здравствуйте». Только непосредственное начальство слегка изогнуло бровь, обозначая заинтересованность.

– Меня в этой комнате чуть не изнасиловали, – прояснила я ситуацию. – Особо цинично.

– Понятно, – кивнул Каисси.

– Что понятно? – не сообразила я.

– Почему здесь ничего живого не осталось, – Натэссиль, наш лучник, как всегда отличался обстоятельностью суждений. – А то мы всё гадали, кто отсюда пеньков повыкуривал.

Итиэль, следопыт, коротко кивнула, соглашаясь.

Я задумчиво оглядела эту кодлу и прямо-таки растрогалась:

– Черт, а ведь я скучала по всему этому.

На их лицах отразилась разная степень улыбчивости – мне тоже были рады.

– Ладно, – Каисси показал на одну из кроватей, стоявших возле стены, – сумку сгружай туда.

И проследив, куда я бросила вещи, одобрил:

– Да, эта как раз свободна.

– Вон там, на столе, яблоки – отмахнула в другую сторону следопыт. – Я в кухне прихватила. Уверена, пожрать тебе не дали.

– Не дали, – согласилась я, тут же вгрызаясь в красный бочок. – Не хочешь сменить специализацию? На пророка?

– Подумаю, – Итиэль сделала рукой затейливый жест. – Потом как-нибудь.

– Иди сюда, – Натэссиль похлопал по соседнему креслу. – И колись, что там для нас начальство задумало? Должна же нам быть хоть какая-то польза от твоей близости к высшим сферам.

– А откуда мне знать, что…

– Не придуривайся, – пресек мои попытки тораи. – Все давно в курсе: там, где ты появляешься, резко перестает быть скучно.

– Ага. Так вот как вы к этому относитесь, – задумчиво протянула я в ответ, продолжая грызть яблоко. – То-то смотрю, народ оживился, когда меня увидел.

– Празднуют уже, небось, – согласился Нэт.

– Что, за половину декады заскучать успели?

– Не успели, но это дело пары дней, – откликнулся тораи.

Из дальнейшего разговора выяснилось, что, действительно, тоска стремительно и неотвратимо надвигается на старые сиды. Пару дней от нее спасали хлопоты по вселению, но вот потом… Как оказалось, Дарэль не стал менять привычное разделение патрулей на внешнее и внутреннее охранение. И если золотые начинали уже потихоньку контролировать дальние коридоры, то синим, внешним, патрулям, занятие нашлось только дно – стеречь причал.

Долгое время он был заброшен, потому что находился рядом с обвалившимся выходом и был никому нужен. Но когда коридор расчистили – пристань укрепили, подновили заклятия и сейчас даны пользовались только ей, чтобы поменьше пересекаться с гномаэ.

– Вот эти мостки с будкой мы и пасем в четыре листа посуточно. То есть сутки там, а потом три дня делать вообще нехрен, – темпераментно возмущался тораи. – Какое внешнее охранение на Пикте? От кого? От пеньков, что ли?

– Закончим заселяться, так только и останется, что с остальными синими драться за право хотя бы там постоять, – поддержал его лучник.

– А вас разве не здоровье поправлять сюда определили? – осторожно уточнила я и тут же наткнулась на три очень злых взгляда. – Что?

– Мозгами мы тут тронемся, – пояснил за всех Каисси. – От безделья.

– И от него же друг друга на дуэлях порешим, – добавил Натэссиль.

– Так что придётся тебе озаботиться нашим спасением, – подвел итог тораи, – а пока колись, что там начальство затевает.

И я раскололась. Действительно, должна же и от меня быть хоть какая-то польза, кроме вреда.

– Значит, разведка нижних уровней, – хмыкнул Каисси. – Что ж, логично. Надеюсь, ты не забудешь и за нас словечко замолвить?

– Ладно, – сдалась я. – Постараюсь озаботиться вашим спасением от стрррашной тоски.

– Раз так, спать давайте, – зевнула Итиэль. – Чую, завтра тот еще денёк будет.

– Нет, ты все же подумай о смене специальности, – напомнила я ей. – Но сначала покажи, где здесь у вас моются.