Глава 24

Я продолжала смотреть на снимки и не верила своим глазам. Как такое вообще могло произойти? Как эта запуганная хрупкая девушка, находящаяся на грани, вдруг стала звездой выставки известного фотографа? Как?

Мысли роились и гудели. Голоса, запахи – все смешалось в дикий коктейль, от которого разболелась голова. Можно было бы уйти… У меня появилась отличная причина для бегства, лишь бы избавиться от шума, но я не могла пошевелиться.

Зачарованная смотрела на фотоснимки и никак не могла понять – почему Лиза на них была так счастлива? Такая красивая, поразительно красивая. Само совершенство!

Словно солнечный лучик, пробивающийся через тяжелые черные тучи, или росинка на тоненькой зеленой веточке, или легкое дуновение ветерка. Я могла придумать сотни или тысячи эпитетов, которые восхваляли бы ее красоту и исключительность, но рука, державшая до этого момента мой локоть, вдруг исчезла.

– Натан?

Я обернулась и испуганно уставилась на него: Натан уходил. Без слов, без предупреждений. Словно меня и не было.

Что с ним такое?

Может быть, Натан что-то сказал, а я не услышала?

Шум нарастал и пугал.

Да, я его просто не услышала, потому что залипла на фотографиях Лизы. Она умела привлекать внимание, очаровывать и… Это пугало еще больше. Что же с ней случилось?!

Тронулась с места, намереваясь нагнать Натана, как неожиданно была окружена Никой и Рокси. Обе перегородили мне путь.

– Эмма, срочно нужно поговорить, – прошептала Ника, резко обернувшись и убедившись, что Натан не вернется и не отвоюет меня у решительно настроенных подруг.

Я прикусила губу, едва удержавшись от желания выругаться.

– Привет еще раз, Ник. Не думаю, что я готова отвечать на вопросы, которые ты хочешь задать.

Вероника скривилась. Рокси шумно выдохнула.

– Я же сказала. Она кусается, – проворчала подруга.

– И что? Я намерена спросить лишь одно, – пробурчала Ника, глянув на меня, – когда вы успели?

Я посмотрела на подруг, не зная, как мне ответить. Может быть, просто уйти? Найти Натана и не позволять ему отходить от себя ни на шаг.

Ника тем временем упрямо сверлила взглядом кристально голубых глаз дырку в моем лбу, а Рокси то и дело вертела головой и косилась в ту сторону, где скрылся Натан. Видимо, ждала, что он вернется и разгонит наш шабаш. Ника от нетерпения пританцовывала на месте и бросала на меня уничтожающий взгляд. Я выдохнула, тряхнула головой, – темные локоны, подкрученные щипцами, рассыпались по плечам.

– Ты же не отстанешь?

– Конечно же, нет! Давай отвечай. Иначе я тебя буду пытать.

Мои брови изогнулись, Рокси фыркнула.

– Спроси у нее, когда я познакомилась с Натаном. – Я кивнула на рокершу, та упрямо вертела головой.

Ника недоверчиво глянула на подругу.

– На твоем втором девичнике, когда я вернулась. Помнишь кафе и фанты?

– Да ладно?! – воскликнула Ника. – Мы же там дурачились и ели десерты. Никаких парней и… Тот звонок! Не верю! Неужели с того времени? И вы скрывали? Но как?

Я покосилась на Рокси, та глянула в ответ на Нику, из которой вопросы сыпались, не переставая.

– Мы общались с того самого звонка. Не более, – я пожала плечами, – а встречаться начали недавно. Этой осенью.

Да, встречались мы совсем мало, но признаваться подругам, а тем более рассказывать в подробностях, как именно начались наши отношения, я хотела меньше всего на свете.

– Все равно не верю, – протянула Ника. – Ты и он… Ох, кажется, я совсем потеряла нюх.

Я вымученно улыбнулась.

– Эмм, слушай, я тогда наговорила лишнего, – вдруг заявила Ника, шагнув ко мне. Взяла за ладони, подняла руки и прижала мои кулаки к себе. – Прости меня. Порой болтаю лишнего. Я же не знала. Ну вот, чувствую себя теперь дерьмово.

Ника повесила голову, а Рокси, стоящая за ее плечом, ошарашенно смотрела на нас.

Нет, значит, Ника не знала о Натане того, что совсем недавно мне поведала Рокси. Это меняло дело, но все равно я была слишком задета обвинениями, что не могла так просто забыть. И тем более я не могла ей поверить. Натан просто бы такого не допустил.

– Все нормально. Не переживай, – пробормотала в ответ, опуская руки. Теплые ладони Ники жгли мою кожу. – Мы не хотим афишировать нашу личную жизнь и стараемся просто наслаждаться каждым моментом, проведенным вместе.

Ника закивала, подбадривая меня. Рокси мрачнела на глазах, но так и не посмела ничего сказать. Пусть все останется на ее совести. Я не буду злиться, по крайней мере, постараюсь держать весь негатив в стороне от себя.

– Тогда поздравляю вас. И это надо отметить!

– Ник…

– Надо. Как только решитесь, обращайтесь. Я организую вам такую вечеринку! Ух, повеселимся же.

Я выдохнула. Что же, Нике шла беременность. Она стала добрее, а ее веселость будто приумножалась с каждым днем.

– А куда Натан ушел? Надо бы его поздравить и предупредить, чтобы тебя не обижал. А то я ему! – Ника подняла кулак и потрясла им в воздухе.

Усмехнувшись, покачала головой, надеясь, что могу промолчать и не отвечать на вопрос подруги. Потому что я без понятия, куда он ушел и почему бросил меня здесь. Холодок пробежался по коже, оставляя за собой скользкий след. Растереть бы себя руками, чтобы прогнать неприятное предчувствие.

– Поужинаем как-нибудь? Все вместе. Или домашнюю вечеринку устроим? Кстати, можно к нам скататься. У нас новая зимняя беседка. Все условия, так что не замерзнем. Шашлычки там, рыба. Уф, кушать хочу, не могу терпеть. Почему нет закусок? Одно лишь шампанское рекой льется.

Ника продолжала негодовать, болтать без умолку, а я сверлила взглядом все время молчавшую Рокси. Словно ее и не было с нами, но в то же время она держалась близко, чтобы не пропустить ни слова. Наши взгляды пересеклись. Я едва кивнула, Рокси повторила. Мы не улыбались друг другу, и каждый оставался в своих мыслях.

– Кстати, как тебе выставка? Я вчера весь вечер штудировала сайты, изучала Фарбера. А он хорош. Но вот это, – Ника протянула, кивая на первый же снимок около нас, – просто загляденье. Чудесно, восхитительно! Я поражена, что можно вот так снимать. А девушка… Она такая красивая. Как нимфа или эльфийка. Великолепная работа!

Я обернулась, чтобы рассмотреть фотографию. Ника была права, и я не могла не согласиться. Но меня все еще не отпускало волнение, нахлынувшее в тот самый миг, когда сменилось освещение, и мы стали зрителями на эксклюзивной выставке именитого фотографа, который тоже каким-то чудом испарился из общего зала. А ведь совсем недавно я слышала его голос.

Осторожно оглядевшись, стала искать Натана. Но его нигде не было. Не было и Йохана. Наверное, они решили поговорить? Черт, как же я ненавижу такое состояние – стоишь, крутишь головой по сторонам и ничего не понимаешь.

– Ого, кого я вижу!

Голос Ники вновь привлек мое внимание. Она дернула за рукав и кивнула на проходящую по залу высокую стройную блондинку. Та шла, покачивая округлыми бедрами, улыбалась алыми пухлыми губами и любезничала со всеми мужчинами, которых встречала на пути.

– Кто это? – в монолог Ники вклинилась Рокси, поглядывая на блондинку.

– Бывшая Кира.

Рокси криво хохотнула.

– Какая по счету? У них номерки есть или бирки?

Вероника скривилась в ответ и, нагнувшись к нам, пробормотала:

– Он с ней дольше всех встречался. Какая по счету без понятия, но точно знаю, что она в свое время положила глаз на Марка и была подругой Леры.

А вот тут мы вместе изумленно выдохнули.

– Ничего себе, – проговорила Рокси. – Как тесен мир.

– Не то слово, – отмахнулась Ника. – Они с Лерой учились в одной школе, потом приехали вместе поступать. Дружили, пока не появился Марк. Кажется, из-за него они поссорились. Причем тогда эта выдра встречалась с Киром. Вот такие дела.

– Братец твой тоже хорош, – пожала плечами Рокси, оборачиваясь к нам. – Та еще заноза в заднице.

– И не говори! Я уже устала с ним. Все устали. А он никак притормозить не может.

Ника погрустнела, и мне стало жаль ее. Мы все давно не дети, многие уже женаты и обзавелись собственными детьми, домами, бизнесом. И лишь Кирилл отказывался принимать свой возраст и положение в обществе и оставался балагуром и бабником. Пожалуй, Ника была права – он неисправим. Я переживала за него не меньше, потому что все мы друзья, несмотря на то, что бывали у нас и размолвки, и недопонимание. Но Кир действительно мог навредить себе, если не остановится.

– Чем он сейчас занимается?

– Тем же самым: прожигает свою жизнь, гуляет, веселится и не заботится о завтрашнем дне.

– Ник, не переживай.

Она кивнула и положила ладони на плоский живот. Пока еще плоский. Мы обе понимали – нервы ни к чему хорошему не приведут, и ей стоит в первую очередь позаботиться о себе. О своем будущем и о малыше, столь желанном и уже любимом.

– Ладно, хватит болтать. Давайте выставкой займемся, – развеселилась Ника и направилась по залу, сообщая, что планирует отыскать наши вторые половинки.

Я улыбнулась и последовала за ней, больше не обращая внимания на опасения. Хоть кто-то одобрил мои новые отношения, хотя…

Неужели я нуждалась в одобрении? Нет, не нуждалась. Я могу отвечать за свой выбор сама, и никто больше не встанет на моем пути. Даже столь резкие заявления Рокси, которая следовала за нами.

***

– Черт! Натан! Ты что творишь?!

Глухой удар, предшествующий словам, сорвавшимся с губ Фарбера, завершился острой болью в руке. Герман отпрянул, скрутился пополам, тяжело задышал, прижимая к животу, куда пришёлся удар, ладони.

Натан стоял на прежнем месте и почти не дышал. Гнев, который он так долго держал под контролем, прорывался через мысленные преграды и грозился превратиться в ужасающую мощь, способную уничтожить Фарбера по-настоящему.

– Да что с тобой?

Сквозь стон и бесполезные попытки захватить ртом как можно больше воздуха, Герман поднял голову и взглянул на человека, который еще минутой ранее был совершенно безопасен. Никакой агрессии, лишь несколько вопросов, на которые Фарбер по привычке ответил надменно, но честно. За честность он и поплатился.

– За что?

– Лиза, – проговорил Натан стальным голосом, сжимая ноющий кулак. Еще один удар. Ему требовалось ударить Германа еще раз, а может быть и забить его до смерти.

– Лиза? Что эта дура наговорила тебе?

Алая пелена затянула глаза Натана. Он сделал шаг, занес кулак, но чьи-то мощные руки сковали его и потянули обратно.

Фарбер удивленно уставился на развернувшуюся перед ним потасовку. Натан по инерции попытался высвободиться, но когда понял, что чужие руки его держали слишком крепко, ударил локтем. За спиной послышалась ругань и шипение.

Знакомый голос донесся до затуманенного разума Натана, возвращая его в реальность. Он часто заморгал, расслабился, но немного, и лишь тогда его отпустили.

– Натан, черт побери, – тяжело дыша, проворчал Йохан, точно так же как Фарбер, прижимая руку к животу. – Что у вас  происходит?

Он обернулся, мазнул взглядом по ворчащему брату, который влез не в свое дело и сразу же поплатился за это, а после обратил внимание на Фарбера. Тот пыхтел и злился, выпрямляясь и одергивая одежду.

– Да! Какого черта? – воодушевился Герман, почуяв, что Натан все же объяснится и больше не полезет в драку.

Натан чувствовал, как чесались кулаки съездить по этой самодовольной роже. Разбить бы ему нос, вдавить бы… Натан тряхнул головой.

– Ты знаешь, – проговорил он, отгоняя прочь кровожадные мысли. – С сегодняшнего дня мы более не нуждаемся в твоих услугах. Агентство расторгает контракт.

– Что?! – Фарбер зашипел. Его лощеное лицо покрылось пятнами, а глаза нехорошо заблестели.

Натан отвернулся. Смотреть на того, кто посмел обидеть Лизу, он больше не мог, потому что иначе даже Йохан не удержит его. Никто не сможет сдержать гнев, который переполнял Натана.

– Идем, – рыкнул он на старшего брата, который совершенно не понимал свидетелем чего он только что стал.

Йохан выпрямился. Удар был не таким уж и болезненным, но неприятное ощущение все еще сковывало кожу и внутренности под ней. Он глянул на Натана, после на разразившегося обвинениями и карами фотографа, на выставку которого его пригласили, и последовал за братом, намереваясь разобраться в причине столь странного поведения. Натан не распускал руки. Никогда. Его сила была в словах, всегда подкрепленных действием.

– Да остановись же ты! – Йохан дернул брата за руку.

Натан замер. Он все еще тяжело дышал, а злость туманила рассудок.

– Что у вас произошло? Ну же, отвечай. Натан?

Тот покачал головой, сбросил руку брата и отправился в зал, зная, что никто не заметит его состояния. Маски вновь были наброшены, а оболочка, столь тщательно скрывающая истинные чувства, могла треснуть только рядом с одним человеком. Эмму он отыскал практически сразу. Она стояла в компании своих подруг: Ника щебетала без умолку, Рокси недобро поглядывала по сторонам, а когда заметила приближающегося Натана и вовсе помрачнела.

– Идем, – проговорил он, дотронувшись до запястья Эммы.

Она резко обернулась, словно не слышала его приближения.

– О, – прошептала Эмма, явно напуганная тем, как он крепко держал ее руку. – Что-то случилось? – почти неслышно произнесла.

Натан немного ослабил хватку, но руку Эммы не отпускал.

Она перевела взгляд на его пальцы, сглотнула так, что он увидел движение ее горла и, подняв голову, кивнула. Она понимала.

Понимала его лучше, чем кто-либо на свете.

Его вторая половинка. Та самая часть, в которой он так нуждался. Особенно сейчас.