Глава 8

Вернулась в комнату, закрыла дверь, а после ощутила, что силы меня резко покинули и, пройдя пару шагов, повалилась на постель, тоскливо разглядывая потолок. Лишь сейчас поняла, как напряжена была последние минуты, а уход с террасы можно было приравнивать к многокилометровому марафону. Этот разговор с вампиром словно высосал все мои силы. Было тошно, тоскливо, одиноко…

Захотелось банальной поддержки, голоса кого-то доброго, кто способен понять и приободрить. Того, от чьей улыбки становилось чуточку светлее на душе, а глаза были теплыми и уютными, как расплавленное солнце.

Сама не поняла, как в моих руках оказался коммуникатор, а пальцы нажали на вызов одного единственного номера.

— Лия? — со странной тревогой и недоверием произнес голос из динамика.

— Здравствуй, Дани, — улыбнулась я через силу. — Надеюсь, я тебя не отвлекаю?

— Не говори чепухи, — возмутился мужчина в непривычном облачении. А именно в строгой белоснежной рубашке. Темный и без того был неотразим, но в облачении белоснежно-белой рубашки, с неряшливо расстегнутым воротом был и вовсе восхитительным, как горячая и влажная мечта похотливых женщин. Непохотливых также касалось.

«Эталонный представитель дроу» — так охарактеризовал брата Гектор. И я была вынуждена согласиться. Но и сам вампир нисколько не уступал брату в стати и красоте. Просто… иной. Ни от одного брата невозможно отвести взгляда. Неужели это справедливо?

Но, что сейчас для меня было важнее — Дани был… уютным. Ему хотелось довериться, ему хотелось поплакаться и не бояться, что меня не поймут или не поддержат. Так хотелось ощутить его крепкие и надежные объятья и тихое обещание, что он не даст никому в обиду и все обязательно наладится. В его руках можно было забыться и подумать, что я под надежной защитой, зная, что под массивной и угрожающей оболочкой, нет создания более доброго, надежного и мягкого.

Сейчас я была готова многое отдать за одну его улыбку и неповторимый характерный жест, когда темный зарывается пятерней в отросшие волосы и взлохмачивает их.

— Лия, что-то случилось? На тебе лица нет, — пристально всмотрелся Дани в мое лицо через камеру. — Гектор, что, обидел тебя? — весь напрягся он, а глаза темного угрожающе потемнели.

— Нет, — быстро ответила я, покачав головой, но взгляд сам собой опустился на мои колени. — На самом деле мы, наконец… договорились о том, как сосуществовать оставшееся время. Никаких проблем, — выдавила я из себя улыбку, но едва ли смогла убедить внимательного темного.

— Ты уверена? — с тревогой и недоверием повторил вопрос Дани. — Лия, ты можешь рассказать мне все. Я пойму и всегда помогу.

— Я… я просто хочу, чтобы это закончилось, — смогла я сформулировать свои мысли, ощущая, как неприятно колит в груди. Дани — замечательный. Как бы я хотела ему выговориться. Но было невыносимо стыдно. Так стыдно, что выть хотелось. Как я могу ему объяснить, что моя хандра связана как раз из-за того, что мы с вампиром — «договорились»? Как я могу признаться в этом мужчине, который так добр ко мне и испытывает симпатию? Как я могу объяснить это Дани, когда сама не могу принять данную мысль?

— Понимаю. Потерпи, пожалуйста, — с улыбкой, полной сочувствия, попросил темный. — Я работаю над этим и уже совсем скоро заберу тебя. Осталось всего пара дней.

— Спасибо, — выдавила я, повторяя в мыслях, что вскоре все закончится и мы с Гектором, возможно, и вовсе никогда не увидимся.

Это ведь к лучшему?

— На самом деле, я боялся, что после моих последних слов, ты больше не пожелаешь со мной говорить, — меж тем проронил Дани.

— Да, — невольно нервно усмехнулась я. — Сообщение, что ты меня не отпустишь — было несколько шокирующим и… неуместным, учитывая мое уже имеющееся положение.

— Вероятно, я неправильно выразился. Прости, — как и всегда, смутившись, почесал он затылок, отчего его черные волосы стали торчать иглами во все стороны. От этого вида на душе стало чуть теплее. — Я имел в виду, что хочу продолжить наше с тобой знакомство. Я надеялся, что после всего пережитого, ты позволишь нам узнать друг друга лучше…

— Зачем? — напряглась я.

— Ты мне очень понравилась, Лия, — посмотрел он на меня своими честными золотистыми глазами и мое сердце дрогнуло. — Хоть я и повел себя как полный болван, бросив тебя той ночью, больше я не совершу такой ошибки.

— Дани, — тяжело и разочарованно вздохнула я. — Боюсь, ты ошибаешься.

— О чем ты? — тут же насторожился темный, что отражалось в небольшом дисплее.

— Я думала над твоими словами, — призналась я, пряча взгляд. — Из того, что я знаю, есть серьезные подозрения в их натуральности, и вся твоя симпатия сводиться лишь к тому, что я тебе — подхожу, — вздохнула я утомленно. — Не знаю, как ты собираешься уберечь меня от беременности, но уже сейчас видно, что твой интерес ко мне слишком… внезапный, чтобы быть настоящим, а не искусственным.

— Вот ты о чем, — отчего-то засмеялся дроу, что меня обидело. Я тут, вообще-то, душу открываю, переживаю, а он потешается! Весь в брата! Но я чуть не поперхнулась воздухом, когда темный поставил на что-то коммуникатор, а после отошел и стал… раздеваться. Он действительно был в рубашке и не джинсах, а в брюках! А с нового ракурса я видела и пиджак, валяющийся на спинке кресла. Да чем он там занимался, раз пришлось прибегнуть к такой разительной смене в стиле?

Хотя, о чем это я? Мне тут стриптиз демонстрируют! Музыки нет, парень не танцует и полностью сосредоточен на расстегивании пуговиц рубашки, и все же я была неискушенным зрителем, потому старательно покраснела и силилась вымолвить хоть слово из-за внезапного онемения и не подавиться слюной.

— Ты че это делаешь? — все же набралась я силы воли, чтобы вернуть контроль над своим телом. Ну, ладно, частичный контроль. Потому что, несмотря на возмущение, отвезти взгляд не могла, словно его прибили к дисплею.

— У тебя уши подрагивают, — вместо прямого ответа, довольно усмехнулся дроу, расправившись с пуговицами и вытаскивая полы рубашки из брюк. — Приму это за комплимент, — широко оскалился он, но после тут же посерьезнел, что не позволило мне его обматерить. — Смотри, — оголил он свое плечо и грудь. На золотистой, загорелой коже черным, витиеватым узором была нанесена уже знакомая мне татуировка, которая покрывала все плечо, переходила на грудь и частично шею. — Это — гарантия того, что я вполне контролирую свои желания.

— Это — татуировка, — скептически заметила я, не торопясь восторгаться, хотя рисунок был сложным, занятным, а на ровной коже и рельефных мышцах смотрелся более чем эффектно.

— Это не обычная татуировка, Лия, — не согласился Дани, вновь набрасывая на себя рубашку, но застегивать ее не стал, оставляя торс открытым. — Ты — не первая «подходящая» женщина, которая встречалась мне в жизни. Но, при этом, я более чем уверен, что у меня нет ни одного ребенка.

— Серьезно? — выпрямилась я на месте, точно сурок в момент опасности. — Разве ты не должен был сходить от них с ума, или что-то в этом роде?

— Должен, — согласился Дани. — Но, чтобы этого не произошло, я предпринял меры. Я долго изучал историю нашего рода, и узнал, что похожая магия есть у нагов, и те давно научились усмирять свои желания. Я хотел узнать как именно. Потому посвятил несколько лет тому, что жил и изучал одно малочисленное племя бедуинов в одной из пустынь. Те очень трепетно относились к культуре и наследию своего народа и абы кому тайн отрывать не хотели. Мне пришлось постараться, чтобы заслужить их доверие. И тогда они с помощью специальных чернил, в подходящий для ритуала час и день нанесли мне эту татуировку.

— И она работает? — с непонятно откуда взявшимся энтузиазмом вопросила я.

— Я встречал семь подходящих женщин, не считая тебя, но остался к ним равнодушным. Я понимал, что они смогут понести от меня, но даже в период овуляции у меня не было соблазна оставить с их помощью потомство.

— Ты с ними не спал? — обрадовалась я. И не знаю, чему больше — тому, что он на меня не набросится, или, все же, что не набрасывался на других женщин, аки похотливый павиан.

— Вообще-то, спал… — вновь почесал он затылок, смутившись. Моя радость так же слегка поутихла. — Мне было интересно, как секс с обычной женщиной будет отличаться от близости с подходящей. Не такая уж великая разница, без афродизиака рода, который блокирует татуировка. Женщины так же были защищены от моего влияния. Ну и нужно было все же проверить надежность татуировки. Всегда я останавливался вовремя до момента зачатия.

— Уверен? — мрачно уточнила я, злясь непонятно на что.

— Уверен, — кивнул он. — Для чистоты эксперимента, я выжидал положенное время, чтобы убедиться в отсутствии беременности.

— Я смотрю, любовь к экспериментам, у вас — семейное… — холодно подметила я. А дроу изменился в лице и, отчего-то побледнел.

Экспериментаторы хреновы!

— А? — замялся он, нервно усмехнувшись и начиная догадываться, что слишком разоткровенничался с женщиной, которая нравится. А после воодушевился и решил сменить тему: — Я все это к тому, чтобы ты была уверена в своей безопасности и искренности моего интереса. Лия, — позвал он, проникновенно взглянув на меня через дисплей. — Ты мне очень нравишься, — выделил он интонацией слово «очень». — Со мной такое впервые. Мне еще ни с кем не было так легко и интересно. А уж касаться тебя, целовать…

— Все, я поняла! — заливаясь краской и почти захлебываясь эмоциями, замахала я руками. — Поняла! — попыталась я перевести дух. — Спасибо, что просветил, давай пока оставим этот разговор, — приложила я руки к щекам, чтобы хоть как-то сбить жар.

— Лия, — вновь позвал Дани, но на этот раз в его голосе звучало нечто коварное, соблазнительное и наполненное обещанием. — Я уже не могу дождаться, когда увижу тебя вживую.

* * *

Удивительно, как незаметно пролетели почти четыре часа. За разговорами с Дани я и опомниться не успела, солнце практически село и наступило время ужина. С ним можно было говорить о чем угодно, а каждая история из жизни темного — была не менее красочной и интересной, чем популярные блокбастеры. Я отдыхала душой и телом, слушая его голос и от самого лицезрения дроу, жаль, только через дисплей коммуникатора.

Но, хорошего понемногу, и Дани нехотя признался, что ему пора отправляться по делам. Что за дела — уточнять не стал, пообещав, что свяжется со мной завтра. И вот, я опять осталась одна в пустой комнате на голодный желудок. Однако, мысль выйти и встретиться Гектором, даже случайно, пугала. Решив, что профилактическое голодание — полезно для здоровья и фигуры, я проигнорировала деликатный стук в дверь, как приглашение поесть.

Я точно знала, кто приходил, почти явственно ощущая его прожигающий взгляд даже сквозь препятствие. Я видела тень под дверью, которая стояла неподвижно очень долго, прежде чем раздался тот негромкий стук. Но, не дождавшись от меня реакции, тень выждала еще несколько секунд, а после удалилась так же неслышно, как и появилась.

Подобная покорность взбесила. И это — все? Постучал, даже не дождался ответа, и просто ушел? Мало ли, что со мной тут? Может, сплю, а может руки на себя наложила? Ему плевать?

С другой стороны, я же сама просила его держаться от меня подальше. Он просто выполняет мою просьбу.

Подумайте только, какой покорный! Как похитить меня и до сих пор удерживать — так решимости ему было не занимать!

Понимая, что накручиваю сама себя, тем не менее, я была готова просто взорваться от негодования и какой-то детской обиды. Зачатки разума у меня на стенках черепа еще теплились, потому я понимала, что в такой ситуации лучше всего залечь поглубже и не отсвечивать, дабы не натворить дел, за которые после будет стыдно. Характер у меня паршивый, рука тяжела, а язык в всех смыслах без костей. В таком состоянии я — а вовсе не вампиры запомнюсь в истории «Оазиса», как величайшее зло.

Нужно отвлечься…

Окинула себя взглядом, лишь сейчас осознав, что сижу в полотенце, обмотанном поверх купальника. Неплохо бы принять душ и переодеться. А там, глядишь, и завалиться спать. Не знаю, как это мне удастся на голодный желудок, да с ворохом нелицеприятных мыслей, но я буду стараться.

Что ни говори, но оснащение в моей комнате — просто царское. А новомодный душ — отдельный вид искусства, который я уже успела оценить за дни проживания здесь. Однако сегодня настроение было паршивым, потому ограничиться тропическим душем с обжигающе горячей водой — было тем, что нужно, чтобы постоять под водой и «потупить», что мне сейчас было более, чем необходимо.

Просторная кабинка тут же наполнилась густым паром, а я сунула голову под тугие струи воды и с облегчением вздохнула. Уперлась руками в кафель, чтобы не потерять ориентир и с закрытыми глазами шагнула под воду, ощущая, как быстрые струйки бегут по коже, разнося тепло от макушки до самых пяток.

За шумом воды и белесой пелены из воды и пара можно было вообразить многое. Можно было представить, что я в другом месте, при других обстоятельствах. А если поднапрячься, то и струи воды принять за горячие прикосновения.

Словно наяву я ощущала, как капли воды собираются у губ, а после стремительно бегут по горлу, груди, животу, бедрам…

И беда в том, что я не знала, чьи прикосновения хочу ощутить. В воображении руки сменялись от широких, сильных и шершавых, до мягких, изящных с ненормально длинными пальцами…

Мотнула головой, отбрасывая совершенно неуместные мысли, и подняла лицо, подставляя его под струи воды, в надежде, что она способна смыть и это наваждение. Но вместо облегчения, я ощутила, как воображение выходит из-под контроля, материализуясь наяву в виде ощущения большого тела за спиной, которое прижимается ко мне, и рук, что живыми змеями крепко обвивают мое тело, фиксирую поперек талии, а второй нежно захватывая горло.

Воображение же не может быть настолько реальным?

Тем временем ощутила, как нежный палец обвел мои губы, слегка надавливая на них, и проникая в рот, чтобы коснуться языка гладкой подушечкой.

— Гектор? — спросила я и слегка повернула голову, убеждаясь в реальности происходящего: вампир обнаружился за моей спиной, целуя мое плечо. Но после того, как я обернулась, губы сместились и вскоре захватили мой рот.

Удивительно, но ни смущения, ни страха не было. Я не знаю, что случилось в тот момент с моими мозгами, возможно, от горячей воды они просто раскисли и стекли со стенок в район можжечка, но я с готовностью и радостью ответила на поцелуй, поворачиваясь в крепких объятьях и не стыдясь собственной наготы.

Вампир же был полностью одет, даже обут и стремительно намокал, но даже не думал отстраниться, а прижимал меня к себе лишь сильнее, жадно, неумолимо…

— Прости… — услышала я сквозь льющуюся воду и удары бешенного пульса, что бился у меня в ушах. — Это выше моих сил… — отвлекаясь на более глубокие поцелуи, бормотал Гектор, зарываясь в мои волосы пятерней. — Не могу… Не могу без тебя…

— Гектор… — выдохнула я, забрасывая на шею вампира руки, для чего пришлось привстать на носочки.

Сквозь суматошные поцелуи, мои руки, словно по собственной воле двигались по телу вампира и срывали с него одежду. Та промокла и липла к коже, что бесило и вынуждало почти рычать в губы Гектора. Мужчина быстро сориентировался, самостоятельно стянув с себя неизменную белую рубашк, у и вновь прижал меня к себе, на этот раз позволяя ощутить всю гладкость и жар его кожи.

Руки с длинными изящными пальцами блуждали по моему телу, лаская, гладя и не больно сжимая, пока не добрались до бедер. Рывком меня дернули вверх, вынуждая обхватить мужчину ногами, а сам вампир сделал шаг вперед со мной на руках, прислонив меня к холодному и гладкому кафелю. Контраст между горячей водой, телом любовника и холодной стены, по идее, должен был отрезвить, но случилось противоположное, и разум окончательно покинул меня, оставив место лишь томлению и страсти.

Тело буквально горело и пощипывало от нетерпения, а уже знакомая ноющая боль внизу живота не пугала, и я лишь застонала, когда Гектор прошелся ладонью между моих ног и застонал мне в унисон.

— Мокрая. Такая мокрая для меня… — прижавшись лбом к моему, почти прохрипел вампир, а затем посмотрел горящим взглядом красных глаз, которые потемнели до неузнаваемости от возбуждения.

Так же, смотря мне в глаза, мужчина завел руку между нашими телами, и я услышала звук расстёгивающейся молнии, а следом характерное прикосновение чего-то гладкого, теплого и очень твердого к моему скользкому входу.

— Я не могу без тебя… Не хочу без тебя… — смотрел он мне в глаза так искренне и проникновенно, что я едва не захлебнулась чувствами, которые захлестнули меня и пролились двумя слезинками, что быстро замаскировались в обычные капли воды на мокром и раскрасневшемся лице. — Ты нужна мне… — шептал он у моих губ, но больше ничего не предпринимал, лишь прижимаясь к моему входу, словно ждал разрешения.

— Возьми меня… — слова сами собой сорвались с губ, и выражение радости на лице вампира с лихвой компенсировало недавнюю хандру, мои нервы и нынешнее промедление.

— Лия… — выдохнул он, плавным, но уверенным движением погружаясь в меня до упора, а после замер, крепко обнимая и утешая поцелуями, позволяя пережить резкую, но стремительно утихающую боль. — Лия… — целовал он мое лицо, губы, шею и плечи. Все, до чего мог дотянуться, пока мое лицо не расслабилось достаточно в его понимании, чтобы начать медленно, осторожно двигаться во мне, продолжая придерживать меня под ягодицы.

Первое время я лишь стискивала зубы, сдерживая стоны боли, несмотря на всю аккуратность и терпение вампира, но постепенно тело расслаблялось, боль ушла почти безвозвратно, а на смену ей пришло удовольствие, от которого поджимались пальцы на ногах.

Сдерживать стоны становилось уже просто невозможно, и вампир с упоением глотал их в поцелуях, периодически порыкивая, пока неуловимо ускорялся, доводя меня до умопомрачения. Его стоны и сбивчивое дыхание, которые он перемешивал с неразборчивым бормотаниями каких-то пошлостей, в которых главным фигурирующим лицом была я, распаляли не хуже, чем ощущения твердого члена во мне, который двигался так упоительно сладко.

Мышцы вновь напрягались, эмоции были на пределе, а внутри меня что-то сжималось, точно тугая пружина, чтобы выстрелить в особо чувственный момент, от которого мое тело забило в крупной дрожи, а сознание на мгновение куда-то улетучилось.

Когда оно слегка прояснилось, по телу распространилась нега, которую я уже однажды испытывала. Правда, не с тем, другим…

Посреди остальных эмоций и удовлетворения ощутила небольшой укол разочарования и тоски. Но вампир вынудил меня вновь забыть обо всем, привлекая к себе внимание, гортанным рычанием и сведенными в тугой узел мышцами. А еще ощущением чего-то горячего, что разливалось в моем животе вместе с пережитым экстазом, отчего чувства обострились и добавилась пикантная нотка.

Ударившись в мое лоно последний раз, Гектор замер и, тяжело дыша, обнял, переживая и собственное удовольствие.

— Лия… — выдохнул Гектор с благоговением, спрятав лицо на моей шее и с силой втягивая мой запах, словно не мог им надышаться. — Лия… — бормотал он, с упоением гладя мое обмякшее тело. — Не отдам… Ни за что не отдам…

Я утомленно улыбнулась, с трудом подняла руки, чтобы обнять его лицо ладонями, а после с наслаждением поцеловала.

* * *

Ночь мы с Гектором провели в одной постели, и я в полной мере ощутила, какого это быть мягкой и любимой игрушкой в руках очень жадного ребенка. Кажется, меня не выпускали из собственнических объятий до самого утра. Как это ни парадоксально, но вместе с умилением, я ощущала очередную глухую тоску. Как лишнее доказательство, что с Дани у меня ничего уже быть не может.

Никогда не была жадиной, прежде я и предположить не могла, что могу заполучить такого великолепного мужчину, как Гектор. Предел мечтаний, а не мужик. Но, достигнув несбыточного, совершенно эгоистично переживаю, что мне этого недостаточно.

От данных мыслей почувствовала вину перед Гектором и решила промолчать относительно нехватки кислорода в его объятьях. Пусть вампирчик порадуется добыче.

Вампир оказался ранней птахой, с чем мириться я уже не могла, категорически отказываясь поднимать голову с подушки.

— Мне нужно уладить некоторые вопросы, Лия, — наклонился он ко мне, с нежностью целуя мою сонную физиономию. — Меня не будет примерно до вечера. Если что-то потребуется, я буду в своем рабочем кабинете на административном этаже, — добавил он. Оно и понятно, дальше «Оазиса» вампир уйти не сможет. Мог бы и не уточнять.

— Долго… — капризно сморщила я нос, отчего вампир довольно усмехнулся и поцеловал крепче, словно давая обещание.

— Приложу все силы, чтобы управиться скорее. Меня самого не радует идея оставлять тебя надолго.

— Драконище, — хихикнула, протянув с шутливым укором, и подумала, что мне очень нравится его улыбающееся лицо. Прямо — очень.

Но в один момент Гектор оставил улыбку, что меня насторожило. А после мужчина залез в карман костюма, в который успел облачиться до моего нормального пробуждения. Следом Гектор положил на тумбочку кусочек пластика, от вида которого я онемела.

— Ключ? — переспросила я.

— Отныне ты не моя заложница, Лия, — с намеком на грусть произнес вампир. — После случившегося, будет слишком эгоистично и нечестно с моей стороны держать тебя, точно пленницу. Но все же я надеюсь, что, вернувшись вечером, ты будешь ждать меня, — слабо улыбнулся Гектор, наклонился, поцеловал в онемевшие губы, а после отвел взгляд и решительно поднялся, чтобы выйти из моей комнаты. — Я буду скучать, — бросил он напоследок, прежде чем закрыл за собой дверь.

У меня же сон, как рукой сняло, а все внимание было направлено на ключ-карту, оставленный Гектором.

Вот и свобода.

Однако… что с ней делать, наконец получив, я не представляла.

Просидев в постели еще с полчаса и таращась на хозяйский ключ «от всех дверей» «Оазиса», пришла к неутешительным выводам. Все эти дни я только и делала, что пыталась выбраться с этажа Гектора. Отчего-то мне казалось, что, как только это произойдет, жизнь у меня невообразимым образом наладиться. По факту… я решительно не представляла, что делать дальше. У меня нет работы, я нелегальный мигрант, который находится в стране дроу только потому, что все еще числюсь «похищенной». Ну, вот я и выйду на нижний этаж, где гарантия, что меня тут же не отправят в полицию или, что еще хуже — миграционную службу? Что мне говорить теперь: кто меня похитил, с какой целью?

Сказать правду и подставить Гектора? Отчего-то от одной только этой мысли меня подташнивало, потому данный вариант я даже не рассматривала. Тогда, как мне объяснить мое нахождение в «Оазисе»? Никак, чтобы при этом не подставить семейство Вильдэ.

Ну, и самая главная проблема: меня наверняка отправят к светлым. И я вернусь к тому, с чего и началось мое «похищение». Родительский гнев, вынужденный брак с ненавистным мужчиной и безрадостное будущее. Единственной отдушиной которой станут только мои дети… Надеюсь.

Рука сама собой легла на живот, а в груди защемило. Мысль забеременеть не пугала, как прежде, что странно. Меня пугала возможность забеременеть от конкретного индивида — Неласса Линдира. Вот тогда я стану настоящей и полноценной заложницей во всех смыслах.

Как забавно и грустно одновременно было осознавать свой настоящий страх лишь сейчас, когда все повернулось таким невообразимым образом.

Вновь замутило, но на этот раз от голода, учитывая, какие дифирамбы вздумал выдать мой желудок. Умылась, оделась, критично осмотрела себя в зеркале, на предмет перемен во внешности в новом статусе «полноценной женщины». Но таковых не заметила и пожала плечами. Не так уж важна оказалась эта девственность. Я все та же: ни лучше, ни хуже. А разговоров-то о чистоте невинности было!

Пренебрежительно усмехнувшись напоследок, отправилась на кухню, на которой меня уже ожидал завтрак, заботливо оставленный поварами, которые незримыми феями заботились о моем уюте все эти дни.

Посмотрев на всевозможные деликатесы, десерты и вкуснейшие фрукты… я совсем скисла, ощущая, как ком собирается в горле. Ни одно блюдо не радовало и не казалось мне соблазнительным, несмотря на неутихающий оркестр в районе моего желудка.

— Разбаловали тебя в этом плену, Лия, — покачала я головой и принюхалась к приготовленным блюдам, но лучше не стало. Раздражал даже запах, хотя и намека на испорченность уловить не могла. Потому спешно накрыла блюда крышками и осмотрелась. Заметила сиротливо стоящий на столешнице непрозрачный бокал, в котором увидела на донышке жидкость, так похожую на морковный сок.

Ясненько, значит, Гектор завтракал.

Усмехнулась и взяла в руки кружку, чтобы помыть ее, но уже у самой раковины отчего-то затормозила и с сомнением посмотрела на оранжевую жидкость. Сама не понимая, что творю — принюхалась, но запаха не было, словно то была всего вода, капнула на палец, растерла оранжевую каплю между подушечками и та оказалась вязкой, как жидкий кисель или, что точнее — кровь. Опомнилась лишь тогда, когда засунула испачканный в искусственной крови палец в рот.

А ничего так… Не противного. Приятненько, даже. Вкус слегка химозный, но в наше время суррогатов, чего я только не пробовала. Синтетическая кровь оказалась даже менее мерзкой, чем неизвестные и дешевые марки пакетированного сока.

Уже хотела отставить стакан, утолив свое любопытство, но вдруг поймала себя на том, что приложилась к нему и сделала первый глоток.

Совсем неплохо! Весьма. С каждым глотком кажется, что становится вкуснее. Прямо, протеиновый коктейльчик. Еще бы натуральный ароматизатор какой добавить, клубничный или тот же — морковный, было бы совсем хорошо!

Допив все без остатка, я с сожалением шмыгнула носом. Обиженно воззрившись на стакан, словно это он был виноват во всем, а затем стала осматриваться на кухне.

— Где он может держать эту кровь? — пробормотала я и направилась к холодильнику, который хорошенько обшарила и все же смогла отыскать ни на что непохожий алюминиевый пакет с чем-то жидким. Откупорила, капнула на ладонь и удовлетворилась поисками. Нашла! Целый литр синтетической крови, который так неосторожно оставил вампир.

Не знаю, чем он собирается ужинать сегодня, а вот я намереваюсь заняться личными экспериментами. Потому к искусственной крови захватила и три вида натурального сока, а еще сливки. А после час потратила на смешивание, пока экспериментальным путем не выявила наиболее удачное сочетание — кровь со сливками и пюре из ягод.

Утомившись думами и залив желудок жидкостью до отказа, я прихватила с собой ведерко мороженного и пошла к бассейну на террасе.

Уже сейчас понятно, что одной мне в любом случае не справиться. Потому бежать от Гектора и звать на помощь, чтобы оказаться в лоне родного семейства, где меня тут же выдадут замуж за светлого — не вариант. Оптимальнее всего пока ничего не предпринимать и ждать развития событий. Увы, поговорить о будущем с Гектором еще не вышло. Ночью были более важные и приятные дела, а утром я всеми силами пыталась держать глаза открытыми и не уснуть, пока вампир был рядом и собирался на трудовые подвиги. Остается только ждать встречи с Гектором и серьезно поговорить, а уже затем отталкиваться от ситуации.

С другой стороны, уже завтра возвращается Дани, который уверен, что меня надо спасать…

Точно! Коммуникатор!

Подорвалась с места и пулей бросилась в свою комнату и… отчего-то даже не удивилась, когда нигде не смогла найти заветный гаджет. Значит, Гектор отыскал и забрал. Наверняка догадался, что я не просто так его прятала, но и с Дани общалась. Но при этом мне вампир ничего не сказал…

Как это понимать?

Застонала и упала спиной на развороченную поисками постель, устало прикрыв глаза. Голова от мыслей просто раскалывалась.

С другой стороны, может, оно и к лучшему? Будь у меня возможность сейчас связаться с Дани, чтобы я ему сказала? «Не торопись, мы тут с твоим братцем неплохо время проводим. А еще лучше — задержись на денек-другой.»?

Захотелось биться головой просто оттого, что ощутила очередную волну стыда. Вроде бы и не обещала темному ничего и ничем ему не обязана, а мысль рассказать ему правду и увидеть разочарование или злость в его глазах — пугала.

В конечном итоге, я решила, что сегодня точно ничего делать не буду. Побуду наивной и несчастной слабой девушкой. Еще нужно понять, как Гектор смотрит на наше будущее. И видит ли он его вообще.

Секс с девушкой — это, конечно, хорошо. А вот давняя мечта самоутвердиться в глазах биологической родительницы и отправиться к вампирам — еще лучше.

Готова я отказаться от вожделенной свободы в новых обстоятельствах? Нет. И если вампир решит поставить мне такие рамки, которые, по моему мнению, будут ничем не отличаться от замужества с Нелассом, я не сомневаюсь в своем ответе. Как бы горько от этого ни было.

С этими невеселыми мыслями я и уснула, поддавшись усталости.

* * *

Сквозь сон ощутила нежное прикосновение к щеке и словно щенок последовала за теплыми слегка шершавыми пальцами, которые пахли солнцем и соленым ветром. Обхватила чужую кисть руками и потерлась об нее щекой, мимолетно улыбнувшись.

— Дани, — не открывая глаз, выдохнула я счастливо, все еще думая, что мне происходящее снится. Следом мое лицо уже сами обхватили широкие ладони, а губы накрыли в нежнейшем, даже, каком-то, трепетном поцелуе.

От сонливости не осталось и следа, и я пораженно распахнула глаза, в сумерках различая массивный силуэт, который заслонял собой половину комнаты. И, да, мне не приснилось, меня определенно точно целовали, но это был вовсе не Гектор.

Потому, замычала в чужой рот и с силой уперлась руками в грудь нахала и ночного целователя. Возможно — серийного, но это не точно.

И все же, страха не было. Напротив, ощущения, запах, даже вкус мужчины были такими знакомыми, ностальгическими. Наверное, поэтому я не скатилась в истерику и лишь оттолкнула мужчину. Впрочем, если бы он сам не отстранился, сдвинуть эту махину у меня бы не было и шанса.

Как только мужчина отстранился, я тут же потянулась к прикроватному светильнику, и когда тот вспыхнул, я изумленно выдала:

— Какого хрена? — хотела я спросить «Что ты себе позволяешь?», но эмоции возобладали.

Темный же, тепло улыбаясь мне, с взлохмаченной челкой, которая падала на лицо и прикрывала правый золотистый глаз, сидел на краю постели в неряшливо выпущенной наружу рубашке, но в джинсах, что меня, отчего-то, успокоило. Передо мной определенно сидел Даниэль Вильдэ. Вот только его не должно было быть здесь до завтрашнего дня. Он сам это говорил!

— Прости, — миролюбиво поднял он руки и хитро прищурился, сдувая с лица непослушный локон. — Я не хотел пугать тебя, но когда ты позвала меня во сне, просто не смог сдержаться и не поцеловать.

— Ты… — задохнулась я от волнения и смущения, а после поднялась паника. — Ты что тут делаешь? Почему так рано? Где Гектор? Ты виделся с ним?

— Полегче, — слегка растерянно отпрянул темный и осмотрел меня с большим вниманием. — На другой прием я рассчитывал, но, вероятно, сам виноват, решив сделать сюрприз…

— Сюрприз? — подняла я брови в удивлении.

— Я приложил все силы, но смог вернуться раньше на день. Думал, что ты обрадуешься этому… — пожал он плечами, окидывая меня взглядом с ног до головы. Не заметив следов пыток, тот, кажется, успокоился.

— Прости, — стало мне совестно, но нервничать я от этого меньше не стала. Все пошло не по плану! Я не должна была встречаться с Дани, прежде чем поговорю с Гектором! От моих слов и действий теперь может пострадать и вампир. Едва ли Дани понравятся последние новости. Ссорить братьев я не планировала и надеялась, что мы с вампиром сможем продумать план о том, как сообщить младшенькому новости о том, что я более не девственница, наиболее безболезненно для психики и гордости Дани. И о том, что я более не пленница, в общем-то. — Я просто еще не до конца проснулась, и не в полной мере осознаю, что ты здесь так рано, — натянуто улыбнулась я, чем еще больше смутила дроу.

— Лия, ты уверена, что все в порядке? — начал подозревать темный неладное.

— В полном! — твердо заверила я. — Так, где Гектор? Ты с ним виделся?

Дроу прошил меня пронзительным взглядом, а после спокойно произнес:

— Если ты переживаешь за то, что я его прибил, то не стоит, — успокоил меня Дани, а затем улыбнулся. — Я подозревал, что тебя вовсе не впечатлит мой рыцарский порыв силой отбить прекрасную пленницу у похитителя. Потому, прибыв в «Оазис», а я сразу поднялся к тебе, а Гектора оставил на родителей. Переживал, что если увижу его, то могу и не сдержаться.

— Правда? — обрадовалась я.

— Правда, — улыбнулся мне Дани, отчего на душе потеплело. Но в глазах его сохранилось напряжение и подозрение.

— Подожди, — мотнула я головой. — Родители? Ты здесь с вашими родителями? — подорвалась я на месте, паникуя еще сильнее. Все усложняется просто с геометрической прогрессией! — Они здесь зачем?

— Лия, все в порядке, — заверил меня Дани, не понимая моего психоза. Да, на каноничную пленницу я не походила, учитывая, как капризничаю относительно выбора спасителей и способа спасения. Будь я той самой принцессой в плену у дракона, я даже не сомневаюсь, кому из нас с драконом, рыцари бы сочувствовали и предлагали завалить гадину неблагодарную. — Действия Гектора затронули весь род Вильдэ. Это может сказаться не только на нас троих, но и на «Оазисе», что отец позволить не может. Мне пришлось ввести отца в курс дела.

— Неужели это было так необходимо? — простонав, обхватила я голову руками, едва не плача от вновь нахлынувшей тошноты. Все, у меня паническая атака! Приехали! Я так не паниковала, когда должна была к родителям вернуться. Я сохраняла спокойствие, когда меня выкрали и потребовали ребенка на заказ. А вот сейчас, перспектива встречи с родителями своего похитителя и, по иронии судьбы, дорогого мужчины, который стал моим первым — вводила просто в ужас!

Ощутила, как на моих плечах смыкаются сильные руки, а после меня осторожно пересаживают на колени и обнимают, успокаивая как маленького ребенка и пережидая волну паники. Удивительно, но это сработало и поддержка Дани действительно помогла: появились силы нормально дышать, а тошнота слегка отступила.

— Все это время я был на острове, принадлежащем родителям. После того, как отец передал свои полномочия Гектору, они с мамой отправились коротать годы подальше от континента. Пресытившись суматошным столетием в качестве главы «Оазиса», свою пенсию отец решил провести максимально далеко от цивилизации. Мама его только поддержала в этом желании, изредка выбираясь в «Оазис», чтобы навестить Гектора. На острове нет никого, кроме рабочего персонала и моих родителей. Гостей они тоже не жалуют. Сотрудники работают вахтами и сменяются каждую неделю. На остров доставляет их катер, только с его помощью можно попасть туда или выбраться с острова.

— Так поэтому там нет связи, а ты не мог приехать раньше? — пробормотала я, пригревшись на широкой груди и жмурясь от заботливых поглаживаний по спине.

— Именно. Ну, и география острова не располагает к связи. Место весьма удаленное. Связи там почти нет, — словно невзначай прошелся он пальцами по моему уху, когда заправлял за него прядь волос. Меня до мурашек пробило. — Я всегда навещаю родителей, когда возвращаюсь из путешествий. К сожалению, весть о твоем похищении застала меня именно там, где я уже ничего сделать не мог. Но в этот раз все было немного иначе.

— В каком смысле? — не поняла я и насторожилась. Слегка отстранилась, чтобы заглянуть мужчине в лицо, и тот тепло улыбнулся.

— Я решил принять обязательства по управлению «Оазиса» на себя, Лия, — грустно усмехнулся он, когда мои глаза пораженно распахнулись. — Все эти дни проводилась подготовка по передаче полномочий на мое имя. Гектор теперь будет свободен.

— Что? — вздрогнула я, не понимая, чего испугалась больше: что Дани пошел против собственных желаний или что Гектор теперь волен решать свою судьбу и в любой момент может просто уехать вслед за своей мечтой… — Зачем? — упавшим голосом задала я вопрос, смотря в золотистые глаза и надеясь понять их обладателя.

— Таковым было условие помощи отца, — еще более грустно и загадочно обронил Дани. — Да и сам понимаю, что уже не в том положении и возрасте, чтобы бегать от своих обязанностей и прикрываться своей семьей.

— О каком условии ты говоришь? — пропустила я мимо ушей последние слова дроу, тут же ощутив подвох. — Дани? — строже позвала я, заметив, как темный упрямо поджимает губы. — О какой помощи речь?

— В расторжении твоей помолвки с семьей Линдиров, — коротко произнес дроу и отвел взгляд, пока я пыталась справиться с шоком и онемением.

— Че? — переспросила я спустя некоторое время общего молчания, решив, что мне просто почудилось. — Ты хотел расторгнуть мою помолвку?

Темный кивнул.

— Юристы моего отца связались с нашим посольством в твоей стране. Те направили официальный запрос. Мы предложили твоим родителям и семейству Линдир денежную компенсацию, чтобы те расторгли помолвку и позволили тебе завершить обучение в стране дроу. За это отец поставил свое условие, на которое я согласился, — закончил Дани, отчего у меня под ложечкой премерзко засосало и вновь замутило.

Святые Ежики, кая же я гадина! Сколько же неудобств я доставила Дани? И все ради того, чтобы он в конечном итоге узнал, что я неплохо тут проводила время с его братом!

— Лия? — заволновался Дани. — Тебе нехорошо? Ты побледнела… — насторожился он. А у меня слезы на глаза набежали. Он своей заботой делает только хуже! Нельзя быть таким хорошим! Нельзя!

— А я все думала, чего ты так бесился от того, что не попала к светлым… — горько усмехнулась, сокрушенно качая головой и пряча лицо в ладонях. Мужчина лишь крепче прижал меня к себе, положив щеку на мою макушку. — Ты столько для меня сделал…

— Не так уж и много, — шутливо хмыкнул парень. — Хотелось, конечно, предстать перед тобой, как рыцарь в сияющих доспехах, чтобы ты влюбилась в меня бесповоротно, особенно после того, что наговорил тебе в нашу последнюю встречу. Но, повернулось так, как повернулось, и вмешался брат…

— Да уж, — невесело хихикнула я. — Все пошло наперекосяк, — имея в виду не только план Дани, согласилась я.

— Ну, строго говоря, доля благодарности у меня все же к Гектору имеется, — вздохнул Дани.

— Ты о чем? — насторожилась я в очередной раз. Нет, нервы у меня все же ни к лешему…

— Линдиры согласились на денежную компенсацию, — оповестил меня темный.

— Серьезно? — обрадовалась я и вскинула голову, но тут же охнула и зашипела от боли, ударившись о твердый подбородок несведущего о моей хронической неуклюжести темного.

— Ты как? — забеспокоился обо мне дроу, накрывая ладонью мои пальцы, которые ожесточенно терли пострадавший лоб.

— Нормально, — отмахнулась я. — Ты продолжай. Что там с Линдирами? Мне уже не нужно выходить замуж за Неласса? — с надеждой уточнила я.

— Не совсем, — поморщился он, отводя взгляд. — Линдиры, в целом, согласны отказаться от притязаний на тебя.

— Но? — переспросила я и тут же поняла ответ сама. — Мои родители против? — поникла я, особенно, когда темный с сожалением кивнул.

— Они требуют, чтобы ты вернулась к ним. Только после этого Тинари будут обсуждать твое будущее. Без тебя они не собираются ничего менять. А без их одобрения, расторгнуть помолвку не выйдет. Я просчитался, решив, что твоих родителей можно купить деньгами, — повинился Дани. — Я и не подозревал, к какой семье ты относишься… — покосился он на меня, отчего я смутилась лишь сильнее.

А все потому, что мои родители — одна из влиятельнейших семей в светлых землях. До Вильдэ нам, разумеется, расти и расти, но вот не вестись на денежный откуп, только если он не составляет бюджет страны, вполне можем себе позволить. Да и не были мои родители никогда тщеславными.

— Сюрпри-и-из, — протянула я, виновато скривившись. Значит, без возвращения к светлым — проблему не решишь и с родителями встретиться все же придется.

С Линдирами в целом все понятно. Те так настаивали на женитьбе своего сына на мне для объединения капитала наших семей, учитывая, что моя семья будет поуспешнее. Однако, Линдиры — довольно гордые и заносчивые. Уверена, мой побег они приняли как личную обиду, равносильную плевку в лицо, и держались за эту помолвку из-за амбиций, которые хотели реализовать с помощью свадьбы. Отыгрались бы, разумеется, после церемонии. Я — главная и единственная наследница моего отца. Но у светлых именно мужчина распоряжается активами жены. Даже наследством. Фактически, женись на мне Неласс, стал бы единоличным владельцем компании моего отца, когда тот решил бы отойти на покой.

Учитывая перспективы, это какой же откуп предложили Вильдэ, что Линдиры согласились отступить?

С подозрением покосилась на Дани, который пристально смотрел куда-то в сторону, и его лицо все больше мрачнело.

Решила проследить за его взглядом и тут же похолодела, поняв, что Дани увидел универсальный ключ, все так же лежавший на тумбочке, где я его и оставила.

Затем он очень медленно повернул голову и посмотрел на меня ну очень тяжелым взглядом, чтобы коротко спросить:

— Лия, а тебе есть, что мне рассказать?