Глава 49

– Выбор? – удивилась я. – Какой? Между кем и кем? Или между чем и чем?

Мэтр Лерофан и его ученик переглянулись. Затем Линар сказал:

– Я обещал тебе кое-что, – начал он, многозначительно посмотрев на меня. – Пришло время выполнить обещание.

– Да, помню, – улыбнулась я. Перевела взгляд на мэтра Лерофана и сказала: – Вы говорили, что Линар должен считать мою ауру. А потом, вроде бы, речь шла о том, чтобы помочь мне вернуться в мой мир.

Лицо хранителя мудрости слегка вытянулось, он задумался, а потом улыбнулся.

– Должен сказать, что с тех пор обстоятельства несколько изменились, – сказал он.

Жажду услышать подробности. Вслух я этого, конечно, не сказала, а просто приняла смиренный и выжидающий вид.

– Среди адаров есть несколько легенд, которые объясняют наше происхождение, – мэтр присел на диван напротив, внимательно на меня глядя. – Одну из них я хочу рассказать тебе.

Надеюсь, мэтр успеет дать сколько-нибудь внятную информацию до того, как вернется Эрик. Не рассчитывала я что-то на сеанс сказкотерапии. С другой стороны, может быть, разговор с родителями затянется достаточно надолго, и я все-таки получу ответы на свои вопросы.

– Адары не любят и не принимают именно эту теорию своего происхождения, – подхватил Линар нить рассказа. – А все потому, что в ней говорится о том, что они никакая не высшая раса, а всего лишь продукт эксперимента более развитой цивилизации.

Ага. Например, мяурринов. Я еле сдержалась, чтобы не ляпнуть ничего и не улыбнуться при воспоминании о том, с каким пренебрежением дух моего котика высказывался о местных представителях стихий.

Кстати, что-то дух давно не давал о себе знать. Надо попробовать позвать его, как будет возможность.

– Нужно сказать, что это всего лишь одна из теорий, – вмешался мэтр Лерофан. – Причем, не доказанная.

– Мэтр, вы обещали, – сказал Линар. – Если мы сейчас продолжим спор, Александра так ничего и не поймет.

Да я уже ничего не понимаю. Можно попонятнее?

– Если не утомлять тебя подробностями, – вздохнул хранитель мудрости, – то суть этой легенды в том, что адар – это промежуточное звено в развитии между человеком и богом. И перейти на следующую ступень мы можем только в том случае, если постигнем величайшее чудо вселенной – любовь.

– А так как адары не верят в любовь, то с этим у них проблемы, как ты понимаешь, – сказал Линар, ухмыльнувшись.

– Это как-то связано с праздником одиноких сердец и всем тем, что говорится о вторых половинках? – спросила я.

Вот не давали мне покоя слова Эрика о предназначенных парах и то, что он, похоже, всерьез в это верит.

– Это еще один аспект легенды, – поджал губы мэтр Лерофан. – Якобы, на празднике судьба может послать того, кто подходит тебе идеально, то есть вторую половинку. И тогда все вопросы будут решены сами собой, и адар обретет и счастье в любви, и силу, и способность путешествовать между мирами.

– А можно на этом месте поподробнее? – до этого я лишь машинально кивала, заставляя себя запоминать. А тут… – Что значит, путешествовать между мирами? Мне было сказано, что адары, особенно высшие, не могут покидать этот мир, потому что привязаны к нему. Вроде, кто-то что-то говорил о катаклизме вселенского масштаба, что случится, стоит одному из представителей стихий уйти в другой мир, – я подозрительно уставилась на Линара. Вроде, он говорил об этом.

Да и Эрик прямо сказал, что после обряда с ним я могу забыть о каких бы то ни было путешествиях в иные миры.

– Это так, Саша, – невозмутимо сказал ученик мэтра Лерофана. – Давай, я тебе просто расскажу, как есть? Без этого, похоже, не обойтись.

– Давай, – разрешила я.

– Сразу скажу, я не согласен с мнением моего ученика по этому вопросу, – сказал мэтр Лерофан.

Как интересно. Линар, ученик, имеет свое мнение по одному из важнейших местных, как я поняла, теологических вопросов, а мэтр, вместо того, чтобы приказать ему не высказываться, просто молчит. Вместе с тем Лерофан адар, а Линар человек. Я ничего не упустила?

– Давным-давно те, кто стали адарами, были выбраны из людей и наделены силой и мудростью, которую они использовали для того, чтобы стать бессмертными. Но они были помещены в закрытый мир без возможности покидать его. Но им было сказано, что как только они познают все грани своей силы и научатся делиться ею с людьми, они обретут высшее могущество и получат истинную свободу. А до этого момента любой адар, что осмелится ступить в портал, потеряет свое превосходство над людьми.

– Эм, – я попыталась осмыслить слова Линара. – Но причем здесь любовь? Да ладно еще любовь, бог с ней. Но вся эта чушь с половинками каким боком соотносится с этой легендой? Объясни, пожалуйста, – я попыталась хоть немного смягчить вырвавшиеся последние слова. Вдруг Линар верит в предназначенные пары? А я тут прошлась скепсисом по его романтичным намерениям к Виолее…

– Любопытно, – поинтересовался хранитель мудрости, лукаво улыбнувшись. – Хочешь сказать, что не веришь в любовь?

– Это не так, – возразила я. – Очень даже верю. Точнее, не так. Я точно знаю, что любовь есть. Но здоровый союз, в котором любовь рождается – это свободный выбор двух людей, а не зависимость, где один вынуждает другого быть с ним, не давая возможности самому принять решение. Отношения зависимости к истинной любви отношения не имеют, простите за тавтологию. Там есть привязанность, болезненная тяга, стремление убежать от одиночества, но любви нет.

– Хорошо сказала, – ухмыльнулся Линар. – Но вот только что ты будешь теперь делать, Александра?

– Хм. В начале разговора прозвучало, что я должна сделать выбор.

– Да, – сказал Линар. – И, похоже, этот момент настал. Я даже сочувствую Эрику. Из всех девушек этого мира ему досталась именно ты. Нелегко ему придется.

– Насколько я поняла, у него была возможность выбрать любую. Чем он с успехом и занимается, а потом надоевших просто определяет в гарем.

– Да. Только вот все дело в том, ни одна девушка этого мира не смогла дать ему то, что ты.

– И что же это?

– Возможность стать богом.

– Ну, я рада за него, конечно, – сказал я. – Но все-таки. О каком моем выборе идет речь?

Надоело, что все постоянно увиливают от вопросов. Сначала Эрик, теперь эти… мудрые. Кстати, вот еще вопрос. В легенде сказано, что «адары были выбраны из людей и наделены силой». Кем выбраны? Кто наделил силой тех, кто впоследствии стали называть себя адарами?

Но этот вопрос я задам позже. Вначале пусть ответят про выбор!

– Сейчас, когда Эрик и Ровин пришли сюда, они кое о чем просили меня, – сказал мэтр Лерофан. – Причем просил Ровин, и очень настойчиво. Александра, знаешь, в чем была его просьба?

– Нет, – я понимала, что очень хочу взять мэтра за грудки и потрясти, чтобы выбить ответ, а не слушать очередную историю про «давным-давно, в далекой галактике…».

– Брат твоего айяра пытался убедить меня в том, что я должен внушить тебе любовь к Эрикторну.

– И что вы ему ответили? – спросила я.

– Разумеется, я объяснил ему, что это невозможно, – улыбнулся мэтр.

– Рада, что вы это понимаете, – вырвалось у меня. – Любовь нельзя внушить.

– Ты ошибаешься, – сказал мэтр. – Сделать так, чтобы ты, например, стала видеть в Эрикторне единственное счастье и радость своей жизни, мне вполне по силам.

Мне огромных усилий стоило промолчать, и не сказать мэтру все, что я думаю о его словах. Допускаю, что в этом мире могут быть магия или технически-химические приемы, позволяющие свести человека с ума и повернуть ему мозги так, чтобы он стал верить в то, что черное – это белое, а солнце – небесный идол, которому нужно приносить жертвы. Черт, да такие методики и в моем мире есть, и я даже некоторые знаю.

Но я скорее умру, чем позволю с собой сделать что-то подобное.

Стоп. Мэтр Лерофан, который сейчас так внимательно на меня смотрит, вряд ли стал говорить о том, что собирается сделать, если бы действительно планировал нечто подобное. Скорее всего, у него какой-то другой план.

– Тогда почему вы сказали Ровину, что невозможно внушить мне любовь к Эрику? – спросила я.

– Потому что ты и так любишь своего айяра, – сообщил хранитель мудрости.

Да ну?! Он серьезно?!

– Именно поэтому я дам тебе выбор, – продолжил мэтр, не дожидаясь моего ответа. – Энтаралинар выяснил, где находится твой мир и как туда попасть. Ты можешь остаться здесь, с Эрикторном, и стать больше, чем просто человеком. А можешь и вернуться.