Глава 20

Моя мама легко согласилась с решением своего партнера.

– Никто лучше Князева тебя не защитит, – сказала она, когда спустя час переговоров ее впустили в кабинет. К тому времени я успела малость прийти в себя и страшно боялась за свою жизнь.

– Он уже успел обработать тебе мозги? – кривлюсь я, отворачиваясь от матери.

– Полина. Послушай меня.

Упираюсь взглядом в окно, скрестила руки на груди, как ребенок выказываю свое недовольство.

– Полина, пожалуйста, – уже мягче добавляет мама. Вздыхаю. Поворачиваюсь к ней.

– Ну, что еще?

– Я знаю, что Алексей положил глаз на тебя, – мои брови удивленно ползут вверх. – Да. Не трудно было догадаться. Особенно, когда он стал появляться в нашей жизни так часто. Его взгляды на тебя сами обо всем говорят.

– Я боюсь его, мама, – шепчу, опустив голову. – Поэтому хотела заручиться поддержкой Ланского. Но он оказался хуже.

Мама понимающе кивает.

– Теперь все зависит от Алексея. Но я уверена, все будет хорошо. Он тебе поможет.

– Взамен? – поднимаю на нее взгляд. – Я стану его пленницей? Я отказала ему… Еще тогда на вечере в «Метрополе», но он… все не отстает, добивает меня. Я не знаю, как мне быть, – мой голос надломлен. Хочется рыдать от собственной жалости, но слез больше не осталось. Князев все забрал себе.

– Дай ему то, что он хочет.

Что?

– Я прожила достаточно, чтобы знать: такие мужчины, как Князев не знают слова «нет». Он будет кошмарить тебя до последнего, пока ты не сдашься. Но ты можешь быть хитрее, – говорит мама, лукаво улыбаясь.

– К-как?

– Сведи его сума. Сделай так, чтобы сломался он. Два раза скажешь «да», в третий «нет»!

– Я не смогу…, – качаю головой с пустым взглядом. Мне не хватит ни хитрости, ни ума, чтобы так играть с ним. – Он хочет меня, потому что я сопротивляюсь.

– Именно! Женщины сами раздвигают перед ним ноги, но ты – особенная для него. Если хочешь, чтобы он отпустил тебя, дай ему то, что он так жаждет.

Князев жаждет получить мое тело. Он сам так сказал.

Я хочу тебя. Всецело. Без остатка. Хочу, чтобы ты принадлежала мне.

– А если я не хочу поддаваться? Не хочу топтать свою гордость и унижаться перед ним? Я хочу сохранить себя. А если он сломает меня, мама, и выбросит? Как я соберу себя потом?

И тут мама всерьез призадумалась.

– Ну и что? – вдруг резко бросает она после минутного молчания. – Пусть! Если это просто страсть и желание поиграться, ты выйдешь из игры с выигрышем.

– Что ты имеешь в виду?

– Выпотроши из него все. Сделки, счета, недвижимость. Получи от него компенсацию за униженную гордость.

– Мама, я не шлюха! – стискиваю пальцы в руки.

– А я и не говорила. Ты просто не окажешься на улице с дыркой в кармане. Если он выкинет тебя, то у нас будут ресурсы заново встать на ноги. Иного выхода нет, Полина. Либо ты поддаешься ему, учитывая риски либо эта борьба продолжится, пока ему не надоест окончательно и он не выкинет очередную жестокость.

Прикрываю лицо руками, устало вздыхаю, обдумываю слова мамы в голове. Но источник моей боли заходит в кабинет, немного раздраженный, но уже собранный.

– Ты нарвалась на самого конченного отморозка, – Князев стоит перед нами, спрятав руки в карманах брюк. – К сожалению, ты не первая кого он шантажирует. Мои работники попали под его прицел, что и привело к утечке информации. Ланский ловко находит слабые стороны людей и использует их.

Я оказалась глупышкой. В попытке спасти себя забралась в клетку с хищником похуже. И если Сергея я не знаю, то Алексей кажется… зверем попривычнее?

Моего мнения про переезд во владения мужчины и не спрашивали. Мама сама обо всем договорилась, но попросила, чтобы у меня была возможность приезжать домой навещать ее и продолжить учебу, разумеется.

Через десять минут я уже сидела пристегнутая в его машине.

Мама благодарит мужчину и наклонившись ко мне шепнула:

– Держись, Полина.

Это было одновременно утешением и обвинением. Я кивнула так будто понимаю, что ей не докажешь ничего. Это она, а не я, приняла решения за меня, и теперь мне придется идти по их следам.

Я прижимаюсь спиной к теплому кожаному сиденью и слушаю гул мотора, который кажется монотоннее любого приговора. Князев ведет машину спокойно, как будто везет домой курьера, а не девушку, чья жизнь сейчас висит на ниточке. Его профиль в зеркале идеально вылепленный, без лишних эмоций. В нем нет сожаления, есть только расчет.

Пентхаус встретил знакомой атмосферой. Ни кричащей роскоши, ни зеркальных потолков. Серые стены, панорамные окна, ощущение пустоты.

И почему-то я не должна так бояться наших будущих совместных ночей, ведь я уже спала в его доме. В спальне для гостей. Но сейчас мое сердечко бьется в страхе за свою честь. Я в лапах зверя. Под тотальным контролем Князева.

– Я не буду спать с тобой, – выдыхаю, бросая сумку на пол.

Мужчина рассмеялся, снял с себя пальто и аккуратно повесил в скрытый в прихожей шкаф.

– Я не насильник.

– Тогда зачем мне быть здесь?

– Чтобы ты привыкла.

Он подходит к панорамному окну, указывает на город внизу.

– Ланский ищет тебя. Но здесь ты недосягаема.

Сжимаю кулаки.

– А потом?

– Потом решай сама.

Он уезжает в офис, оставив меня с гневом, страхом и странным чувством… будто я только что проиграла первую партию.