Глава 32

Мы потерялись на виноградниках под Петербургом.

– В следующий раз проверяй прогноз погоды, – проворчал Князев, когда первые тяжелые капли дождя пробили крышу нашей арендованной машины.

Я нервно сжимаю документы в руках, стараясь не смотреть на его профиль, очерченный вспышками молний. Деловая поездка на частные виноградники партнера Князева должна была занять пару часов – подписать контракт, осмотреть угодья, уехать. Но теперь, когда ливень превратил дорогу в грязевое месиво, а навигатор упорно показывает «потерян сигнал», все пошло наперекосяк.

– Слева должен быть поворот, – высовываюсь в окно, и тут же хлесткая струя хлынула мне за воротник.

Машина резко дергается, колеса забуксовали.

– Великолепно. – Князев выключает двигатель и оглядывает мою промокшую блузку. – Надеюсь, твои аналитические способности не размоет водой.

Я хотела огрызнуться, но не успела, его дверь распахнулась с громким скрежетом, и он исчез в серой пелене дождя.

Через минуту моя дверь резко распахнулась.

– Вылезай. Пешком пойдем.

– Ты с ума сошел?! – в изумлении указываю на свои лаковые лодочки с тонким каблуком. – В этом?

Мужские губы дрогнули.

– Выбор одежды – твоя ошибка.

И что мне оставалось, кроме того, как согласиться? Не могу же я одна провести ночь в холодной машине под таким ливнем?

Через десять шагов мой каблук намертво застрял в грязи. Прикусываю подрагивающую от надвигающегося плача губу. Вот черт дернул меня надеть каблуки, когда я их ненавижу! Просто хотела выглядеть презентабельно в глазах партнера.

– Алексей...

Он замирает в грунте, вижу, как напрягается широкая спина, словно он уже понял, что случилось. Князев оборачивается, и я впервые вижу, как в его глазах мелькает нечто, кроме холодного расчета.

Я не успела понять что, он резко наклоняется, хватает меня за талию и берет на руки. Каблук выдернулся из грязи с громким хлюпаньем.

– Алексей...

– Молчи, – строго выдает он, смотря в мои глаза.

Я чувствовала его руку на своей спине, крепкую и горячую даже сквозь промокшую ткань. И мы идем так еще минут двадцать, пока не натыкаемся на заброшенный сарай.

Я переживала, что Алексей устанет и не сможет нести меня так долго. Признаться, мне даже было неловко, но очень… безопасно. Я позволила себе на пару мгновений прижаться к его теплой груди и забыть о нашей беде.

Мужчина открывает дверь пинком, придерживая меня на руках. Внутри пахнет сеном и старым деревом. Князев сбрасывает дорогущий пиджак на пол, указывает на него взглядом.

– Садись.

Я не двигаюсь с места.

– Ты забыл – я не собака, чтобы...

– Полина.

Внезапно он шагает ко мне, и в следующий момент мои ноги отрываются от пола. Я очутилась на ящиках, а его руки по бокам от моих бедер.

– Ты промокла, – его голос низкий, как гром за горизонтом. – Я не могу позволить тебе простудиться.

Я замираю. Его пальцы потянулись к моим волосам, сняли заколку. Мокрая длина покрыла мою спину, а несколько прядей упали на лицо, которые Алексей нежно заправил за ухо.

– Контракт можем подписать завтра, – говорит он, прочистив горло.

– А... что сейчас?

Уголок его рта дергается.

– Согреваю актив.

Лукавая усмешка и вот его горячие губы уже на моих. Целуют. Неистово. Страстно.

Прихожу в себя, резко отталкиваю Князева, но моя спина ударяется о стену сарая.

– Ты переходишь границы! – мой голос дрожит.

Он ловит мое запястье, прижимает ладонь над головой и от этого властного движения у меня замирает дыхание. В его глазах не раздражение, а живой, почти хищный интерес.

– Границы? Мы в чистом поле, Полина. Здесь их нет.

Мужские пальцы скользят по моей мокрой коже, сжимая сильнее.

– Ты боишься? Или просто не можешь признать, как я тебя свожу с ума?

Вот же… Он что видит меня насквозь или просто пытается подловить?

Сглотнув тугой ком, снимаю вторую мокрую туфлю и швыряю в него.

– Раз уж ты взял на себя роль спасителя, доведи до конца.

Он ловит туфлю, медленно опускается на колени передо мной… берет мою ступню в руки.

– Какой же ты… раздражающий экземпляр, – Алексей вытирает грязь на моей ноге своим платком, но пальцы скользят выше, под юбку.

Я пока в небольшом шоке от того, что этот мужчина – владелец крупнейшего холдинга в Москве, опустился на колени передо мной. Той, кто никак не покорится его власти.

Он… Он хоть сам понимает что делает? Куда завели наши игры?

Шаловливые пальцы просачиваются к бедру, и я в защите пинаю его плечо, но он не отпускает – только смотрит вверх с вызовом.

– Алексей, – хрипло выдыхаю я, когда он, слегка подняв мою ногу, целует коленку.

Господи. Он правда сводит меня сума. Ливень барабанит по крыше сарая, словно пытаясь пробить тонкие доски. Где-то вдалеке грохочет гром, но я слышу только собственное сердцебиение – гулкое, предательски частое.

Князев стоит передо мной, его мокрая рубашка прилипла к груди, очерчивая каждый мускул. Капли воды стекают с его подбородка, падая на мои колени.

Внезапно фары пробивают тьму. Дверь сарая распахивается и на пороге с зонтом и холодной усмешкой появляется высокий мужчина в длинном коричневом пальто.

– Нашел вас. Как трогательно, – заявляет незнакомец, заходя в сарай, чуть согнувшись из-за роста.

Князев мгновенно заслоняет меня своим телом, но тот человек уже все видел.

– Алексей, ты…

– Закрой рот и подай ей зонт, – рычит на него Князев и тут я понимаю, что мужчины знакомы.

Выхватываю зонт под чутким разглядыванием и выбегаю из сарая.

Ливень уменьшился до редких капель, цепляющихся за стекла, когда Князев грузил в багажник наши испачканные грязью вещи.

Прежде чем сесть на кожаные сидения, я сжимаю мокрый подол юбки, чувствуя, как капли дождя стекают по голым ногам. Внезапно перед глазами возникает его рука с платком.

– Вытрись.

Не предложение. Приказ.

Мне хотелось огрызнуться, но я встретила его взгляд – усталый, с тенью чего-то, что не было гневом. Неожиданное откровение: он тоже вымотан. Взяла платок, ощущая, как мои пальцы дрожат от холода.

Салон пахнет мокрой кожей и чужим парфюмом, перемешавшимся с земляной сыростью. Мы с Алексеем сели сзади, тот мужчина – наш водитель. Двигатель заурчал, но никто не произнес ни слова. Тишина тяжелеет с каждой минутой, пока...

Его пальцы снова не коснулись моего колена.

Легкие, едва ощутимые круги сквозь порванные колготки. Я замерла. Это не было сексуально – скорее... вопросительно. Как будто он проверяет границы нового перемирия.

– Не бойся. Я не укушу. По крайней мере, не сейчас, – шепчет он так, чтобы слышала только я.

Я должна оттолкнуть его руку. Вместо этого мои собственные пальцы вцепились в кожаное сиденье, когда его прикосновение стало чуть увереннее.

За окном мелькают забрызганные грязью виноградники. Где-то там остался мой каблук, следы нашей борьбы.

Алексей поворачивается ко мне лицом. Его глаза темнее, чем грозовое небо за окном.

– Если скажешь, что это ошибка, я выброшу тебя из машины прямо здесь, – шутит он вполголоса, а затем добавляет еще ниже. – Соверши еще одну. Попроси меня продолжить.

Дождь застучал по крыше с новой силой, будто сама Вселенная ждет моего ответа.

Легкое покачивание внедорожника и равномерный шум двигателя сливаются в гипнотическую колыбельную. Незаметно для себя я наклоняюсь вбок пока висок не касается плеча Князева.