Глава 32

Кое-как натянув порванный топ на липкое тело, оказавшись в танцевальном зале, я быстро в толпу нырнула, надеясь, что успею вовремя из клуба убраться, прежде, чем выродок опомнится и в погоню броситься.

Меня морозило. Я ревела. Ревела как маленькая, никому не нужная девочка. Потому что Рудковский почти разбил мне сердце. Медленно. Мучительно. Резал по живому. Вместо ножа использовал свои грубые фразы.

Как же это больно ощущать себя не человеком, а манекеном для плотских утех. Вроде того, что мы в подвале нашли, когда через окно в клуб влезли.

Толпа подвыпивших гостей уже в край свихнулась! Мельком я пыталась отыскать среди дрыгающихся туш моих друзей, но тщетно. Дрожащими руками полезла в сумочку, нащупав мобильный с сотней пропущенных от Макса.

Быстро настрочила сообщение:

«Меня загребли, но я вырвалась. Валите. Встречаемся на нашем месте через десять минут».

Отправила и со всех ног к выходу бросилась.

Охрана пропустила меня без особых проблем.

«Тоже наверно уже накачались» — подумала, выдохнув с каплей облегчения.

А когда на улицу выскочила, полной грудью вдохнув прохладный, наполненный свежестью воздух, позади себя услышала матерный рык, доносящийся из рации одного из «секьюрити». Конечно, я узнала этот голос.

«Девка в красной мини, длинноволосая брюнетка! Видели? Не выпускать!».

И тогда я сорвалась с места, предварительно сбросив с ног дурацкие каблуки, на всех парах кинулась в сторону остановки, потому что охранник на выходе из клуба резко обернулся.

Но слава богу, было слишком поздно что-либо предпринимать.

Я уже растворилась в темноте.

Босыми ногами шлёпать по бугристому асфальту было невыносимо больно. Но всё-таки адреналин полностью подавил и страх, и боль. Я жутко запаниковала, поэтому бежала туда, куда глаза глядели. Пока… пока в кого-то не врезалась.

Не сразу поняла, что просто обежала клуб по часовой стрелке, так как заведение было огромным, снова вернувшись к чёрному входу, возле которого столпилась кучка неизвестных личностей, нечто бурно выясняющих между собой, покуривающих косячок, в которых я с разбегу врезалась. Мощной отдачей меня отбросило прямиком на пятую точку и я, прямо на глазах у этих стрёмных наркоманов, взвыла от небывалой боли, когда поняла, что удар пришёлся на избитые ремнём ягодицы.

— Эй, красотка, ушиблась? Смотри куда несёшься! — услышала хриплый голос одного из парней, которого, вероятно, протаранила и на котором красовался белый смокинг.

Вот фигня!

Кажется, я уже где-то видела этого парня.

— Ой, простите, — выдавливаю натянутую улыбку, игнорю протянутую руку и самостоятельно на ноги поднимаюсь.

Дружки блондинчика тут же замолкают, с пошлым любопытством уставившись на меня. Точнее, на мою откровенно короткую юбку, из-под которой даже в темноте, как маяк в океане, видно красные трусики.

Я быстро вскакиваю с асфальта, собираясь и дальше бежать, как вдруг… обнаруживаю на земле парочку чужих бумажников, выпавших из заначки.

— Погоди, ляля, ты что-то обронила! — блондинчик наклоняется и успевает перехватить кошелёк быстрее меня, — Какого хуя? Это ведь моё!

Отлично, Ди.

Ну просто потрясающе!

Ни один человек в мире не притягивает неприятности настолько сильно, как ты. Давно в книгу «Гиннесса» пора.

Мажор реагирует молниеносно — одной рукой хватает меня за шею, а другой бьёт по лицу. Голова запрокидывается на бок и на секунду я думаю, что ослепла от боли.

Чёрт. Липкая, солоноватая на вкус жидкость из носа сочиться прямо в рот. Я слизываю кровь с разбитого носа, парализованной куклой обмякаю в его острых клешнях. Пора бы начинать жалеть о том, что не послушала Рудковского. Впервые он нечто умное выдал. Предупреждал ведь, а я, ненормальная, не послушалась. На счёт клиентов клуба. Прибьют, даже покаяться за грехи не успею.

Блондин ещё раз хорошенько тряхнул меня за горло, выплёвывая маты, вместе с мокротой, точно в лицо, но я не слышала… Голова трещала как проклятая, а в ушах звенело противное «пииииииии».

Даже не знаю, что бы было, если бы откуда не возьмись не появилась чёрная иномарка, остановившись прямо рядом со мной. Я услышала резкий скрип тормозов, вместе с рокотом спортивного двигателя, а затем заметила ЕГО.

Кого? Кого?

Рудковского, естественно!

Он выскочил из машины злой как бык, при виде красной тряпки, и резким рывком выдернул меня из лап блондина, яро рыкнув:

— Быстро в машину!

Вообще-то, первым делом, я подумала, что он тоже жаждет присоединиться к кровавому возмездию, но монстр, на удивление, поступил совершенно иначе.

Я немного замешкалась от болевого шока, пока Оскар самолично не толкнул меня в машину. Ушлёпки, решившие меня отметелить, явно не оценили геройского поступка, угрюмо уставившись на неожиданно явившегося спасителя.

Блондинчик уже было открыл рот, но Рудковский нагло перебил:

— Какие-то проблемы?

Оскар был намного выше, сильнее и опаснее всей этой банды недоумков. В его волчьих глазах полыхало страшное пламя, а кулаки с ненавистью сжимались до хруста.

— Да, мужик. Ещё и какие! Это у тебя, похоже, проблемы, точнее у твоего клуба! Меня только что наглым образом облапошили! — придурок попытался заглянуть в машину, но Оскар, своей широкой спиной-стеной, быстро забаррикадировал весь обзор. — И сделала это вон та шалава! — ткнул в лобовое стекло пальцем.

— Прикусил бы ты язык, остряк, — Рудковский озлобленно зашипел, а его руки по привычке потянулись к спрятанному в штанах пистолету. — Сколько стащила!?

— Пару сотен. Баксов.

— На вот. Сдачи не надо! — швырнул приличную стопку зелени в грудь отморозку. — Надеюсь, больше не в обиде!

— Да окей, добазарились. Не вопрос. Дело улажено, — блондинистый хмырь аж захлебнулся от счастья, при виде феерической пачки денег. — Но всё-таки, на твоём месте, я бы усилил охрану.

Ну и придурок.

Прожрут же всё на порошок, клоуны!