ГЛАВА 7

ГЛАВА 7

Винсент

Блять, вот и что я делал?! Я слишком торопил события. Но у меня совсем мало времени, а я так хочу эту девку, что крышу сносит и порой забываюсь.

Она первая, кого хотел трахнуть настолько сильно, что в голове вставала пелена и заглушала нормальные мысли. Наверное, это дурацкое общество на меня так влияет, и постепенно я становлюсь похожим на них. Привыкнув ко вседозволенности трудно вернуться в нормальный образ, потому что все пропускаешь через себя, стараешься думать как они… 

Вот и нахера я купил рабыню на том аукционе?! Мог ведь просто снять проститутку, чтобы выплеснуть адреналин и слить сперму. Так нет, решил забрать себе эту русскую блондинку. Хотя я отлично помнил, почему так вышло — если бы я так не поступил, ей пришлось бы куда хуже.

Брахим Келменди, который пытался перебить цену, — тот еще мудак. Я слышал, как он издевается над женщинами, одурманивает и насилует, используя любые подручные предметы, потому что у самого нормально хер не стоит. Это поведала мне одна шлюшка, когда я наводил о нем справки, как и о многих других. Так что можно сказать, я спас Марину от неприятной участи. Вот только и я ничуть не лучше. Просто привык, что женщины сами просят, а если и забавляюсь, то не с девственницами.

Но от понимания обстановки не полегчало.

Сам не помню, как налил себе еще бокал, выпил залпом и поднялся на второй этаж. К черту дела! Ничего не хочется. Я так устал от всех этих махинаций, что порой просто мечтаю прикупить яхту и отправиться в кругосветное путешествие в компании красивой телки, которая будет лишь давать и не капать на мозги.

Сбросив одежду, я ворвался в душевую как пуля, выпущенная из винтовки. Член так и стоял, зараза, мешая сосредоточиться на чем-то другом. Яйца дико болели от перестоя, казалось, что в них накачали свинец.

Я включил воду, которая хлынула потоком, стекая по напряженным мышцам, уперся одной рукой в стену, а другой взялся за основание члена, провел ладонью, сжимая твердую плоть. Еще и еще. Откинул голову назад и даже не обращал внимание на струи, хлестко бьющие меня по лицу. Перед глазами стояла Марина. И я представлял, что в этот момент врываюсь в ее узкую киску, одновременно целуя сладкие губы. Это так меня возбудило, что через несколько секунд я почувствовал, что нахожусь на грани.

Еще… Да! Вот оно, временное освобождение...

По стенке душа стекала мутноватая сперма, которую смывала вода. А я никак не мог отдышаться. Знал, что завтра все начнется с начала, ведь не смогу оставить девушку в покое. Снова буду играться как кот с мышью, мучая и ее, и себя. Знал, что это лишь на три недели. Но ничего не хотел менять.

Возможно, завтра я смогу относиться ко всему проще. Надо подумать, как подобраться к девушке и сделать так, чтобы она не шугалась от каждого моего движения. У Райена ей явно досталось. Наверное, били даже, раз у нее возникла такая реакция.

В этот момент мне захотелось придушить Удовски собственными руками. Мудак он, как и вся его банда. Но пока они нужны мне для того, чтобы выяснить последние детали схемы. Скоро я не увижу ни его, ни всех остальных.

Хотелось нажраться и уснуть, но нельзя. Ночью может позвонить Макс. Или приедет Замир с информацией. Может случиться все, что угодно.

Когда я покупал девчонку, казалось, она поможет расслабиться, сбросить чертово напряжение, а вместо этого понимал, что, наоборот, стал слабее. Ведь если в дом проникнут посторонние и, не дай бог, начнется перестрелка, в первую очередь я буду защищать Марину. Она — моя ошибка, но и назад ее не верну. И дело даже не в потраченной сотне — пятидесяти тысячах за первую ночь и процентах за три недели после.

Дело в том, что я просто запутался и сам не знаю, что мне нужно.

Марина

...Мой протяжный стон отразился от стен, эхом заполнив пространство. Я отчетливо ощущала внутри себя мужчину. При этом понимала, что так нужно. Что я просто не могу без этого контакта. Что только его я и ждала.

Марч брал меня жестко, будто не мог насытиться своей властью. Я упиралась руками в спинку кровати, удерживаясь на месте, а Винсент вдруг перехватил запястья и сжал между собой. На меня навалилось тяжелое тело, и Винс жадно припал к моим губам, терзая их, пока его плоть двигалась внутри меня. И я отвечала на поцелуй так, будто от него зависела моя жизнь. Обхватила ногами бедра партнера и приподнялась, чтобы ощутить член Марча еще глубже…

Что за фигня происходит?!

Я резко села на кровати, пытаясь перевести дыхание. На улице рассвело, и легкие лучи взошедшего солнца падали на ковер. Ощущения сна еще не оставили полностью, и я чувствовала, как напряжен мой живот, как пульсирует промежность. Между ног все было влажно, и до меня с трудом дошло: только что мне приснился эротический, мать его, сон с Винсентом в главной роли! Он что-то подсыпал в коктейль, что теперь такие мысли в голову лезут?

Стоило лишь на мгновение сомкнуть веки, как перед глазами встал вчерашний вечер. Легкая эротическая игра Винсента и его неожиданный поцелуй. То, как он властно проникал в рот языком, заставляя подчиниться.

В животе снова сладко заныло, стало тяжело дышать. 

Я подскочила с постели, стараясь отбросить дурацкие мысли. Конечно, Марч меня не изнасиловал. И это хорошо. Но он все равно подонок. Он знает, что я не могу уйти, понимает, что я — лишь его временная собственность, которой он вправе пользоваться как заблагорассудится. 

Приняв душ, я надела комплект белого белья, купленного вчера Гораном, и с радостью отметила, что после бурного вечера оно не кажется таким уж вызывающим. Уж лучше так, чем без белья вовсе. Затем облачилась в кофту и джинсы и спустилась на первый этаж.

Я знала, что Неда уже пришла наводить порядок и готовить завтрак, потому не беспокоилась, что Винс пристанет. Но на кухне никого не обнаружила. А вот в столовой как раз сидел хозяин дома собственной персоной. На столе уже томились дополнительная чашка кофе и тарелка с сэндвичами, будто Марч ждал меня.

— Доброе утро, — произнес он с таким выражением лица, словно догадывался, что снился мне сегодня. — Хорошо спала?

— Дома было бы лучше, — отрезала я, присаживаясь на стул напротив Винсента. 

Я пыталась спокойно есть, но постоянно чувствовала устремленный на себя взгляд. Это отвлекало и настораживало, казалось, сейчас снова послышится приказ «раздевайся». Может, я подсознательно его и ждала?! Я на мгновение подняла глаза и встретилась с глазами Марча, которые при утреннем освещении походили на изумруды. По телу пробежала волна наглых мурашек, напоминая о сне и о том, что вчера происходило в этой комнате.

— Чем хочешь заняться сегодня? — вдруг спросил он, отставляя в сторону чашку с недопитым кофе. 

— Чего я хочу?! — усмехнулась, прищурившись. — Лишь одного — выбраться отсюда. — Я по-прежнему говорила в лоб все, что думала. Наверное, зря так делала. Вдруг только разозлю этим мужчину?

Но нет. Он лишь улыбнулся и кивнул. 

— Хорошо. Доедай и собирайся. Через пять минут встретимся в холле. 

Я не ослышалась? Неужели отпустит? Нет, здесь явно подвох. Не может же он просто так отправить домой секс-игрушку, за которую отвалил целое состояние и даже не успел воспользоваться. Ограничился лишь поцелуями и осмотром моего тела. Конечно, это было унизительно. Но тогда почему каждый раз, когда я вспоминаю его взгляд, меня бросает в дрожь и внутри загорается маленький огонек, медленно спускающийся все ниже и ниже? 

Проглотив сэндвич с ветчиной и сыром, я выскочила в коридор, где надела на себя куртку и кроссовки. Так вот для чего они были куплены — на случай, если вдруг понадобится куда-то выбраться вместе. Вскоре послышался гул двигателя. За мной явился Горан, любезно проводив за дверь, которую я раньше не замечала. Она вела в огромных размеров гараж с окнами у потолка. Стены, выложенные из камня, были сплошь увешаны различными полками, где громоздился никому ненужный хлам. А у больших автоматических ворот стоял тот самый черный джип, на котором Марч и привез меня с аукциона.

Горан открыл мне переднюю дверь, и я плюхнулась на пассажирское сидение, скрепив руки на коленях в замок. Сам Винс даже не взглянул на меня. Лишь дождался, когда ворота поднимутся, и нажал на педаль газа. Машина тронулась, и мы выехали с другой стороны дома прямо на проезжую часть.

— И куда мы? — спросила я, заметив, что мы покинули пределы жилой зоны и едем вдоль полей, сплошь покрытых сухой пожелтевшей травой. Но впереди начинались горы.

Сегодня небо было ясным, без единого облачка, ярко светило солнце. Я даже ощущала, что оно немного грело. Здесь, в Македонии, еще чувствовалось дыхание уходящего лета. 

— В одно красивое место, — сухо ответил Винсент, прибавив газку. 

Мотор взревел, и стрелка спидометра передвинулась на несколько делений. Меня даже вжало в сиденье, и дыхание перехватило от какого-то восторга. Мы проехали приличное расстояние. Красоты горного пейзажа уже проносились мимо со стремительной скоростью. Я прикрыла глаза, чувствуя небывалый прилив сил.

Через полчаса мы наконец остановились. Я покорно дождалась, пока Винс заглушит двигатель и откроет двери, после чего вылезла из машины.

Мы находились на смотровой площадке в горах. Внезапная тишина на мгновение оглушила, и голова закружилась. Я так и стояла, пока надо мной не пронеслась огромная птица, будто бы призывая криком своих сородичей. И я оглянулась. Впереди простирался величественный вид. Строгая и беспристрастная природа словно замерла, показывая себя во всей красе. Потянуло свежестью, запах леса у подножия гор смешивался с ароматом засушенных цветов. 

Я подошла ближе к краю, устремив взор вниз, в бездну, и действительно разглядела верхушки зеленых елей, голые деревья и пни. Почудилось, что там даже кто-то промелькнул, скрываясь среди ветвей. Меж скал кочевал белесый туман, словно кутая их одеялом. Осенью солнце всходило поздно. Оно уже поднялось, но недостаточно высоко, и выглядывало из-за одинокой горы, приветствуя меня. 

Ощущая изумление и восторг, я сделала еще один глубокий вдох. Воздух казался иным — наполненным чистотой и свежестью. Это ли не запах свободы? Панацея от печалей, горестей и проблем. 

Винсент подкрался сзади неожиданно. Обнял, прижав к себе. Я вздрогнула, когда меня обхватили сильные руки. От мужчины шло тепло, согревая и укутывая. И я поняла, что успела замерзнуть: кисти покраснели, а зубы вовсю отбивали такт. Все же в горах было прохладно.

Мужчина отодвинул мои волосы и нежно поцеловал в шею, проложил влажный след от уха до плеча, оттягивая в сторону куртку. Его дыхание на коже будоражило, сбивало прочие мысли. Я непроизвольно закрыла глаза, наслаждаясь ласками. И не скоро поняла, что творю. 

Озарение пришло внезапно. Я резко развернулась. При этом руки Винса так и остались на моих плечах. Мужчина тяжело дышал и вопросительно смотрел на меня, будто бы спрашивая разрешение на продолжение. И почему-то я не оттолкнула его. Замерла на месте, словно ноги в землю вросли. Он приблизился внезапно, да так, что дыхание обожгло, склонился ко мне, и я неожиданно для себя подалась навстречу.

Поцелуй получился страстным. Винс вбирал мои губы, слегка покусывал их, сжимая нижнюю, затем верхнюю. Захват то становился сильнее, то чуть слабее, а по моему телу разливались тепло и нега. Я расслабилась и даже забросила на шею мужчины руки, зарылась пальцами в густые темные волосы, полностью позабыв, как дышать.

Винсент обхватил мою талию, прижимая к себе все сильнее. Поцелуй стал требовательным, но от этого не менее вкусным. И я таяла, словно выставленное на солнце мороженное, позабыв, кем являюсь для мужчины. 

Он оторвался внезапно, и я не сразу поняла, в чем дело. Но в тишине вдруг расслышала звук шин, рассекающих гравий дороги. Винс рванул к машине и вытащил из бардачка пистолет. Снял его с предохранителя и спрятал за спину, ожидая «гостей». Вскоре на смотровой площадке появился красный седан. За рулем находился парень лет двадцати, рядом, хихикая, сидела красотка чуть младше. Молодая парочка явно решила уединиться здесь, чтобы заняться любовью. 

Я перевела взгляд на Марча, который тут же расслабился и убрал пистолет в задний карман джинсов. А у меня внутри все сжалось. До этого я лишь догадывалась, чем промышляет мужчина, но теперь почти убедилась в том, что он — настоящий бандит, который убьет любого не моргнув глазом.

— Прогулка окончена, — вдруг скомандовал он и схватил меня за руку, чтобы усадить на пассажирское сидение. Захлопнул дверь. Испугался, наверное, что могу попросить молодых людей о помощи. Но я и так не стала бы, ведь у него был пистолет. Не хочу бессмысленных жертв. Уж лучше жертвой останусь лишь я.

Но так ли плачевно мое положение? Я вдруг задумалась об этом, когда мы вернулись на трассу. Почему-то я не корила себя за поцелуй на вершине горы — наоборот, хотелось какого-то продолжения. Вкус мягких губ Винса я точно запомню надолго. То, как он умело целовался, вводило в ступор.

Может, не так уж и плохо, что именно он станет первым? Винсент — опытный мужчина, который точно знает, чего хочет женщина. В то время как я уже ни в чем не уверена. Знаю лишь одно — я хочу его. Не знаю, так подействовал на меня ночной сон или же в голове что-то переключилось, но факт оставался фактом. 

Я внимательно разглядывала профиль Марча. Чувственные губы, чуть курносый нос с небольшой горбинкой. Легкую небритость на щеках и подбородке, иссиня-черные волосы, спадающие на лоб. Безусловно, он красивый мужчина. Возможно красивее всех, кого я встречала. Но страшило одно — я не знала, что он задумал на самом деле, покупая меня. Как и то, что же за той дверью в конце коридора. 

Оставшуюся часть дня я провела в спальне, лишь изредка выбираясь за водой. Пару раз столкнулась с Недой, но та больше не заговаривала со мной, будто бы получила выговор за вчерашнее. Наверное, Винсу не понравилось, что мы беседуем, ведь я могла сболтнуть лишнего. И так как заткнуть меня сложнее, он решил дать новое указание своей домработнице.

Ужинала я тоже в одиночестве. Конечно, чувствовала себя так спокойнее, но чего-то будто не хватало. Да и мысли все возвращались к смотровой площадке — великолепию гор и страстному поцелую, что выбил меня из колеи. Сейчас я отчетливо осознавала, что не должна позволять так легко манипулировать собой. Но ведь мы переспим в любом случае, хочу я того или нет. Так может, лучше настроиться на позитив, чем вечно бояться? 

После ужина я пару часов просидела у телевизора на первом этаже. Ближе к ночи, осознав, что утомилась, решила подняться к себе и лечь спать, раз от меня ничего не нужно. Но как только дверь закрылась, а я сделала шаг в сторону кровати, в комнату ворвался Марч. Я замерла на месте и прижала руки к груди, будто защищаясь от возможного нападения. 

Винсент медленно двинулся в мою сторону, широко улыбаясь. Глаза излучали желание. Выглядел он как-то возбужденно и взбудоражено. Чем он занимался в своей тайной комнате, что пришел ко мне в таком взбалмошном состоянии? Неужели явился, чтобы увести меня туда, приковать наручниками к кровати, а после истязать плетью или всевозможными «игрушками»?

Я отступала, пока не уперлась в кровать, а после и вовсе села на нее, глядя на мужчину снизу-вверх. Он склонился, и меня обдало парами алкоголя. Выходит, пил в одиночестве.

— Иди ко мне, — вдруг произнес он, прижимая меня к постели до тех пор, пока я не улеглась полностью. Лишь ноги все еще оставались на полу. Сам приподнялся и стащил с себя футболку.

Я ни разу не видела Винса обнаженным, поэтому изумленно уставилась на его накачанный торс. От каждого движения рук дельтовидные мышцы плеч перекатывались; меня так и манило коснуться загорелой груди, узких бедер, обтянутых брюками, провести пальцами по рельефному прессу, дотронуться до каждого кубика. Я даже не сразу обратила внимание, что правая рука местами покрыта шрамами, словно от ожогов. Хотя ниже кисти ничего не было видно. Может, именно поэтому он по привычке не снимал перчатку на аукционе? 

Не удержавшись, я дотронулась до шрамов, провела пальцами по коже, чем вызвала сильный интерес Винса. Он наблюдал за мной, опираясь ладонями по обе стороны от моей головы. Улыбался, не сводя взгляда. Я резко одернула кисть, будто бы обожглась. 

— Коснись меня еще раз, — шепотом попросил он. 

Мои губы дрогнули. Я заставила себя снова протянуть руку, положила ладонь на грудную мышцу, накрыв сосок. Грудь Винса была твердая, словно камень, и безумно горячая. Я опустилась ниже, дотронувшись кубиков пресса. И дальше, пока не уперлась в ремень.

Мужчина резко перехватил запястье, жадно пожирая меня взглядом.

— Не спеши, дорогая, — хрипло произнес он, и я снова сжалась. 

Хотелось возразить, сказать, что я и не собиралась ничего делать, как он вдруг впился в мои губы. Сначала осторожно, будто пробовал на вкус, затем страстно, углубляя поцелуй. Несмотря на то, что Винс был явно нетрезв, целовался он мастерски в любом состоянии.

В голове помутнело, в висках назойливо застучал пульс. Мелькнула мысль, что нужно отбиваться, но ее тут же затмило нарастающее желание. Чем быстрее мы переспим, тем выше вероятность, что мужчина скорее от меня отстанет. Да и мне будет проще выносить его присутствие. 

Наши языки сплелись в страстном танце, губы не отрывались друг от друга, словно мы не могли насытиться. Я упивалась возникшей между нами страстью, будто без нее было невозможно дышать. Счастье подкатывало к горлу, смешиваясь с острым чувством страха и стыда. Хотелось, чтобы ощущение длилось вечно. Казалось, что я больше ни минуты не выдержу этого состояния. 

Когда Винсент наконец-то отпустил, я боялась даже шелохнуться. Круживший в голове калейдоскоп эмоций сводил с ума. Я сама не понимала, что со мной. Новые ощущения теснились, перекатывались волнами, заставляли краснеть и наполняли негой каждую клеточку тела.

Винс поднялся, стягивая с себя штаны, а за ними и короткие шорты. Поддавшись внезапному порыву, я тоже сняла все кроме белья, хотя толика смущения во мне еще оставалась. Я не могла смотреть на его член, почему-то отвела взгляд, слегка побаиваясь. Но моя неожиданная смелость раззадорила мужчину. Он резко перевернул меня на живот, зубами расстегнул бюстгальтер и отбросил его в сторону. За ним в угол улетели и трусики. 

Я не особо знала, нужно ли проявлять инициативу самой или Винс сам все сделает. По-прежнему немного побаивалась, хотя уже почти сдалась. Первой мыслью было раздвинуть ноги, чтобы он просто вошел. Но Винсент не торопился. Он лег рядом и поцеловал, а затем положил мою ладошку на свой член и слегка сжал, показывая мне, что от меня требуется.

Я почувствовала, что мои глаза широко раскрылись. Я даже приподнялась, чтобы посмотреть на его мужской орган. Большой, увитый сеткой вздутых вен, красивый как на порно-картинке. Он здорово отличался от тех, что я видела раньше: от кривого члена насильника в туалете и аккуратного небольшого достоинства нашего подопытного мальчика. Идеальный инструмент Винса мне нравилось трогать. Я гладила его, сжимала у основания, потом медленно проводила по каменному стволу до головки и снова сжимала. Головка вздувалась под моими руками. В эти моменты мужчина задерживал дыхание и прикрывал глаза.

Ему явно нравилось, что я с ним делаю. И мне, как ни странно, тоже. Вот только я не представляла, как все во мне поместится. Но все равно хотела поскорее ощутить его в себе, отдаться мужчине, который имел надо мной незримую власть.

Пару минут мы целовались, одновременно Винс ласкал пальцами чувствительный бугорок между влажных складочек, подготавливая меня к проникновению. Я тихо постанывала ему в губы, подавалась навстречу. Живот раз за разом тянуло сладкими спазмами. Все, сейчас это случится...

Идиллию нарушил внезапно раздавшийся звонок на мобильный Марча. Заиграла какая-то тревожная мелодия, возвращая нас обоих в реальность. Он прервался, секунду помедлил, а после, чертыхнувшись, встал с кровати, оставив меня одну. Я приподнялась на локтях, наблюдая за ним. Винсент в спешке достал из кармана брюк телефон и нервно рявкнул в трубку:

— Что?! — Затем на минуту замолчал, слушая ответ. — Сейчас? Черт. Ладно. Я перезвоню через пару минут.

Кажется, у него назрели срочные дела. Я лишь молча смотрела, как мужчина схватил свои вещи и выскочил за дверь. И не могла понять — то ли рада, что наконец-то осталась одна, то ли разочарована тем, что мы так и не довели дело до конца.

Винсент

Су-ука! Как не вовремя! Замир, блять, будто чувствовал, когда не надо звонить!

Девчонка уже возбудилась и была готова к сексу, и это затмило мой разум. Я почти трахнул ее. Конечно, я и сам уже ничего не соображал, когда ее пытливые ручки изучали меня. Пока она гладила мое тело, невинные действия пробудили голодного зверя. Я едва сдерживал себя, чтобы не взять Марину быстро. Но понимал, что причиню ей боль. При этом был уверен, что еще немного — и я сделаю ее своей.

Впрочем, звонок тоже важен. Я выскочил в коридор, на ходу натягивая боксеры. Набрал номер осведомителя.

— Так в чем дело, Замир? — уже спокойнее спросил я.

В конце концов, пацан не виноват в том, что позвонил не в то время, а то, что он мне даст, может перевернуть все с ног на голову. 

— Я достал то, что вам было нужно. И даже больше. Пришлось изрядно потрудиться, но вся информация у меня. Я не могу скрывать ее долго. Надо срочно встретиться, — тараторил он так быстро, что я едва разобрал слова. 

— Хорошо. Где встретимся? — уточнил я.

— Через час на заброшенном складе возле бывшего винного завода. Я боюсь, что за мной вдогонку уже отправили людей. Поэтому там будет безопаснее. 

Оправдывается, хотя я даже не задал вопрос? Значит, мальчишке есть что скрывать. И пусть он уже многое успел мне выложить, до конца я ему не доверял. Лучше подготовиться на всякий случай, чем ехать вслепую туда, где меня могут запросто пристрелить, и никто об этом не прознает.

— Хорошо. Ты молодец. Когда все кончится, ты будешь в безопасности — обещаю, — грубо отчеканил я, завершая звонок.

Алкоголь мгновенно выветрился, разум прояснился. Обычно он не мешал делу, и я быстро приходил в себя в случае необходимости.

Одевшись, я метнулся в гараж, где находился потайной отсек с оружием. Прихватил пару кольтов М1911 сорок пятого калибра. Зарядил в оба полную обойму, а также взял патронов прозапас. В один из карманов положил гранату — на всякий случай. Затем запрыгнул в машину и рванул к месту встречи. Я был слишком сосредоточен, чтобы думать о чем-то, кроме дела. Даже девчонка на время вылетела из головы.

Я почти у цели. Эта информация раскроет карты, покажет задействованные лица, после чего можно будет прорабатывать оставшуюся часть плана. Я и так потратил дохрена времени. Нет смысла торчать в этой дыре еще год или, что хуже, больше. 

К назначенному времени я подъехал к складу. На всякий случай обошел его снаружи, проверяя, не прячется ли кто. Машин не было. Стояла тишина. Удостоверившись, что никого, кроме меня, тут нет, я вошел внутрь, на всякий случай держа правую руку неподалеку от пистолета. 

Замир уже ждал. Он переминался с ноги на ногу и смотрел в пол — видно, сильно нервничал. Затем пнул какой-то камень на грязном бетонном полу, подняв пыль. 

Мальчишка был слишком молод для того, чтобы вступать в банду, но обстоятельства его вынудили. Как он рассказывал, ему срочно требовались деньги на лечение матери и выбора не осталось. Я проверил информацию — и действительно, женщина болела. Когда парень нашел «работу», на счет больницы стали поступать денежные средства. А сейчас он и хочет, но не может выйти из игры. И я любезно согласился помочь, если и он поможет мне. Потому парень снабжал меня информацией, которой до этого времени хватало. Но обстоятельства менялись, и ставки росли. Теперь мне требовалось знать все!

— Вы пришли, — увидел он меня и двинулся вперед, но я остановил его одним движением руки.

— Стой! Покажи сначала. 

Замир порылся в карманах и достал флэшку. Я кивнул и шагнул навстречу.

— Давай сюда. Здесь точно вся информация? — спросил я.

Но парень упорно молчал. Что-то явно не давало ему покоя, и я сразу напрягся. Охватило плохое предчувствие. Моя интуиция отчетливо подсказывала — что-то происходит. И я оглянулся.

Замир видел, что я все понял, и тщетно пытался оправдаться:

— Простите меня, господин… Они поймали меня… Я не мог… 

— Что ты, блять, не мог?! — рявкнул я, уже не обращая внимание на то, что Замир пятится назад. Я тут же выхватил пистолет, снимая с предохранителя. — Стой на месте и никуда не уходи! — добавил уже тише.

Мальчишка вскинул руки и остановился. Я уловил движение в торце склада и выстрелил наугад, а сам бросился за колонну, увлекая за собой идиота Замира. Он не соображал, что делать, и этим самым мешал мне быстро ориентироваться. На секунду я замер, пытаясь понять, сколько здесь бандитов и из какого они клана. Замир работал на Герта, но могло статься так, что вмешалось руководство — главный босс, которого мне и нужно вычислить. Здесь такой змеиный клубок, что сам черт не разберет.

Мимо просвистела пуля, за ней еще одна попала в колонну с другой стороны. На бетонном полу метнулись тени, и я понял, что к нам приближаются, пытаясь окружить. Замир дрожал, мешая мне вычислить направление движения противников. Но я не хотел подставлять мальчишку под удар, несмотря на то, что он меня сдал. Я успел заметить одного из мужчин и выстрелил, попав в цель. Послышался крик, раздался звук падающего тела. Это дало мне возможность перебежать к следующей колонне, где я почти нос к носу столкнулся с мужчиной в черной бандане. Я выстрелил прямо в грудь, пока он соображал, что к чему. Переступил тело.

Испуганный Замир прятался за мою спину, пока я замер, как легавая, пытаясь расставить в голове фигуры. Я снова вернулся в свое привычное состояние вечной войны с такими ублюдками, как эти. Убивал, не жалея сил. И даже не думал о том, что они собой представляют.

Еще выстрелы, крики. Я кого-то ранил или убил — уже не понимал. Но внезапно вспомнил: в кармане граната. Как хорошо, что прихватил! Я выдернул из нее чеку и бросил в сторону выхода. Звук на миг оглушил, а помещение заволокло серым дымом. Не теряя времени даром, я потащил мальчишку к дверям склада, и мы почти достигли цели, как вдруг из-за каких-то ящиков выскочил еще один вооруженный тип и выстрелил, да только в меня не попал, а я успел пальнуть в ответ. Я не видел, куда ушла пуля, времени на раздумья не было.

— Идем, — позвал я Замира, шагнул вперед, но вдруг остановился, чтобы обернуться.

Парень лежал на полу. В голове его зияла рана, вокруг растекалась лужа крови. Он не шевелился. И меня накрыло осознанием, что он мертв. Тот боевик, которого я только что убил, вместо меня попал в моего информатора. И я ощутил запоздалое сожаление, зная об обстоятельствах, что привели Замира в банду. Но сожаление это проскочило, как молния, и тут же сменилось мыслями, как выбраться из переделки.

Перед тем, как добраться до двери, пришлось задержаться за одной из колонн и перезарядить пистолеты. Успел вовремя, ведь в меня снова начали стрелять. Дым еще не развеялся, поэтому пули летели мимо, но и я не попадал, лишь пытался отпугнуть противника, чтобы спасти свою шкуру.

Когда мне наконец удалось преодолеть рубеж, я выскочил на темную пустынную улицу и глотнул свежий воздух. До машины сотня метров. Добраться бы.

В этот момент в глаза бросилась пожарная лестница. Сверху наверняка хороший обзор. Я оглянулся и быстро полез, удерживаясь за ржавую арматуру ступеней, в одной руке продолжал сжимать пистолет, периодически оглядываясь. Успел забраться на крышу склада в последнюю секунду перед тем, как из здания выскочили оставшиеся люди и открыли по мне прицельный огонь. Но наверху хватало укрытий, и я перебегал от трубы к трубе, прятался за низким парапетом, постепенно приближаясь к оставленному неподалеку мерсу.

Конечно, от меня не отстали, но они не знали точно, где моя машина. За мной на крышу уже поднялись пару громил — я слышал за спиной их шаги. Но я изрядно уменьшил количество нападавших. Двое внизу и двое наверху — вот и все, кто остался. Они не знали, с кем связались. Я не тот неопытный мальчишка, которого убили на складе.

Перед тем, как спрыгнуть, я выстрелил одновременно из двух рук. Следующую пулю выпустил в полете, но при приземлении не рассчитал свои силы и упал, перекатившись по асфальту. Потом поднялся на ноги. Одновременно с этим последний из бандитов выстрелил, и я не успел уйти. Левое плечо полоснула острая боль, и я выронил один из пистолетов. Пальнув почти наугад в темноту, открыл двери машины и ввалился в салон. Достал из внутреннего кармана ключ, с третьего раза попав в замок зажигания. Крутанул до хруста. Мотор послушно зарычал. Я развернулся, снося кусты на газоне, и вжал педаль в пол. Колеса громко шкрябнули, мерседес рванул вперед. 

Лишь когда я отъехал от места перестрелки на пару километров, остановился и выдохнул, опустив голову на руль и крепко сжав его пальцами. Пришло запоздалое понимание, что меня вычислили. 

Знают ли, кто я? Или просто заподозрили чужого в стае? Возможно, Райен догадался? Но у него другие методы расправы, более подлые. Он бы не стал отправлять за мной боевиков. Герт? Да нахер я сдался этому подонку? Если бы он хотел, то за два года мог давно меня шлепнуть.

Я знал почти все, что творится в организованном преступном синдикате. Внутренняя грызня особо ничего не значила — они просто делили сферы влияния. Но мы с Максом Шепардом давно поняли, что все подчиняется определенным правилам. Это как пирамида. Вот только кто из тех, кого я знаю, стоит на ее вершине, и кого следует опасаться в первую очередь?..