Глава 25

Гервин

Они напали внезапно. Не было никаких предпосылок. Никаких тревожных знаков. Солдаты просто пришли, причём обступили дворец сразу со всех входов, включая потайные, о которых я, естественно, не знал.

Если бы не своевременная реакция стражей и паранойя Мара, который расставил охрану везде, где только можно, всё могло бы закончиться очень плохо. Ведь сейчас мирное время, война закончилась много месяцев назад, и никто просто не предполагал, что нас окружат и постараются уничтожить.

Среди нападавших было немало магов. А что самое паршивое, в их рядах точно присутствовал колдун, и это существенно осложняло нашу оборону. Он обеспечил каждого из своих очень серьёзной защитой, пробить которую магией мои воины никак не могли. Потому им приходилось защищаться от вражеских плетений, а самим пытаться достать противников только обычным оружием.

Конечно, едва узнав о колдуне, я первым делом приказал взять под стражу Анхельма. Учитывая все его прошлые выверты, это вполне могло оказаться его планом. Нет, я сам в такую версию до конца не верил, но приказ всё равно отдал.

Мар со своим отрядом зашёл нападавшим с тыла. Этот манёвр оказался удачным, и одну группу диверсантов удалось обезвредить довольно быстро. После этого основной бой развернулся во внутреннем дворе. Сразу за ним начинался сад, через который эти гады сюда и попали.

Стоя на одном из балконов второго этажа под прикрытием защиты и отражающего щита, я пытался вычислить колдуна. Всё указывало на то, что он где-то внизу, но вряд ли сражается. Уверен, он бы не стал лезть на передовую. Его задача, прикрывать остальных.

Сейчас я уже знал, как отличить колдуна от обычного мага. Но вокруг было слишком много посторонних плетений и других людей, одарённых силой. Они мешали сосредоточиться и сбивали концентрацию.

Значит, придётся подойти ближе.

С этими мыслями, я решительно спрыгнул вниз. Нет, меня никто не видел. Как бы не хотелось самому вступить в битву, но я не имел права на такие слабости. Моя роль всегда была в ином. Потому что в любой битве нужен тот, кто видит больше остальных и может своевременно отдать правильный приказ. Но сейчас я сам поставил перед собой задачу, и был твёрдо намерен её выполнить.

Проходя мимо сражающихся, как мог приглушил фон собственной силы. Сейчас мне было важно не спугнуть колдуна. Пока тот уверен в своей неуязвимости, он особенно уязвим. Я двигался бесшумно, очень внимательно смотрел по сторонам. Контролировал движение каждого листа на деревьях. И только поэтому смог заметить лёгкое колебание пространства у ствола высокого ясеня.

Теперь даже дышать старался тише. Ведь для удара мне требовалось подойти почти вплотную. Сейчас колдун направлял силу на поддержание защиты своих воинов. Он был сосредоточен именно на этом. Ему требовалось непрерывно читать заклинание ‒ я знал такой вид защиты, по-другому она не работала.

Проще всего было нанести по колдуну один точный удар. Но его никак нельзя убивать. Мне требовались от него ответы. Потому, как бы ни хотелось отпустить себя, вместо атакующего, я использовал плетение мгновенного сна. Напитал его таким количеством силы, что и армию бы свалило. Теперь осталось самое сложное, перенести магию на колдуна, в обход защиты. А для этого требовалось сбить его концентрацию. И я шибанул огненным шаром по соседнему кусту.

Пространство в месте, где по моим расчётам находился колдун, дрогнуло. Защита поплыла, и мне хватило этого мгновения, чтобы оказаться рядом и направить своё плетение адресату.

Секунда, две, три…

И колдовство рассеялось. А у дерева на земле обнаружился тот самый колдун, оказавшийся молодым светловолосым парнем, лет восемнадцати на вид. Одет просто, но по виду ‒ горожанин. Даже удивительно, что при столь юном возрасте он уже владеет такими сложными заклинаниями. Хорошо, что я его не убил.

Теперь, когда нападавших больше не прикрывала колдовская сила, исход битвы оказался предрешён. Наши уверенно теснили противников от дворца. Те начали отступать вглубь сада. Тут-то я их и встретил. Поставил полупрозрачную магическую стену, которая не позволила им уйти. А остальное сделали уже мои ребята.

***

– Солдат ‒ в подземелья, предводителей – на допрос, – отдал я приказ командиру одной из команд стражей. – Проверить весь дворец, найти каждый потайной коридор. Чтобы точно никого не осталось.

– Будет исполнено, – ответил он, краем глаза поглядывая на висящего в воздухе паренька, удерживаемого моей магией.

Я ничего пояснить не стал. А когда вошёл в холл дворца, сразу увидел Мара.

– Так, это наш колдун, – сообщил я брату. – Спать он будет до утра, а то и дольше. В камеру, под усиленную охрану. И отправь отряд в дом Даворских. Пусть задерживают герцога, его сына и супругу. И их начальника охраны тоже. Как доставят, сообщите. Хочу сам побеседовать.

– Ты приказал задержать Анхельма, – напомнил Мар.

– Точно, – кивнул я. – Сейчас наведаюсь к нему.

Естественно, короля ни в какую камеру не повели. Просто заперли в отведённых ему покоях и удвоили охрану. Это всё являлось номинальной мерой, потому что Хельм считался сильным колдуном, да и обычной магией владел неплохо. Ему бы точно не составило труда освободиться и уйти. Но он принял это вынужденное заточение. Знал же, что ничего мы ему не сделаем.

Конечно, Анхельм злился, но, что удивительно, держал себя в руках. А ещё мне показалось, что злится он не на меня и моих солдат.

Когда я вошёл к нему, он стоял у окна, выходящего на внутренний двор. Ко мне даже не повернулся.

– Как ты его поймал? – спросил король Вергонии.

Вопрос был задан не просто так. Увы, колдуны умели отлично прятаться. Распознать его, да ещё и в условиях обширной растительности было почти невозможно.

– Мне повезло, – ответил я. – Он совсем пацан. Но талантливый. На всех защиту держать умудрялся. Но с концентрацией пока беда.

– Что с ним будет? – Хельм всё-таки повернулся.

– Сначала допрос, а там посмотрим.

Я опёрся спиной на закрытую дверь.

– Отдай его мне, – сказал Анхельм.

– Ещё чего?! – бросил с усмешкой.

– Ты сам сказал, что он совсем юный. Его нужно учить.

– А потом это юное дарование снова придёт к моим солдатам, и уже не допустит тех ошибок, что совершил сегодня, – ответил я. – Хельм, даже не надейся.

– Казнишь? – спросил он, стараясь казаться равнодушным. Поздно. Я уже заметил, что жизнь колдуна ему отчего-то небезразлична.

– Пока не знаю.

Он сделал несколько шагов по комнате.

– Я не имею к этому отношения. Клянусь, – вдруг сказал король Вергонии.

– Это странно, но я тебе верю, Хельм.

– Выяснил, какую цель преследовали нападавшие? – спросил он, приняв мои слова.

– Выясняем. Пока всё это кажется глупым порывом. Вполне возможно, их отправила сюда леди Тилина Даворская. За дочерью. Ей хватило бы импульсивности. Но она неглупая женщина, а этот поступок – верх идиотизма.

Стоило подумать о Кэт, и сердце кольнуло дурным предчувствием. Настолько паршивым, что остаться на месте оказалось невозможно. Не став ничего пояснять, я резко распахнул дверь и вышел в коридор. Мои покои располагались чуть дальше, охрана была на месте, и это меня немного успокоило. Но тревожность не ушла.

– Всё в порядке? – спросил я у стражей.

– Эрни пыталась выйти, но мы не выпустили.

Я кивнул. Толкнул дверь, вошёл в гостиную.

– Кэт! – позвал я и поспешил к открытой двери спальни.

Но едва переступив порог, мигом ринулся к лежащей на полу девушке. Она была бледна, но жива. Её сердце билось, да только очень медленно, будто через силу. А дыхание и вовсе почти не ощущалось.

Моё собственное сердце на несколько мгновений испуганно замерло. А потом я схватил Кэтрин на руки и перенёс на кровать.

– Целителя! – крикнул, выскочив в коридор. – Срочно. Всех.

И поспешил вернуться к девушке. В этот момент я как никогда жалел, что лечить совсем не умею. Такая магия мне не давалась совершенно. Даже диагностическое плетение выходило кривым. Оно требовало малого потока силы и большой концентрации, а у меня всё было наоборот.

Первым на мой зов явился, как ни странно, Анхельм. При других обстоятельствах я бы выставил его вон, но сейчас даже ему был рад. Не спрашивая позволения, он сначала опустил ладонь на лоб Кетрин, нахмурился и глянул на меня.

– Отравление. Чтобы сказать подробнее, мне нужен доступ к основным энергетическим узлам.

Я кивнул, хоть мне и было неприятно от мысли, что он будет касаться Кэтти.

Хельм расстегнул пуговицы на её платье почти до самой груди и опустил руку ниже ключиц. Прикрыл глаза… а когда снова посмотрел на меня, в его глазах читалась растерянность. И это напугало меня ещё сильнее.

– Что с ней? Говори! – крикнул я, просто не в силах сдержаться.

– Яд, – сказал тот, снова глянув на бледную девушку. – Колдовской. Похож на тот, который мы в вашем дворце использовали.

– Которым ты едва не прикончил моих родителей?! – прорычал я, стиснув ладонь Кэтрин.

Хельм кивнул.

– Только иной. Более концентрированный. Боюсь, противоядие тут будет бессильно.

Эти слова на несколько мгновений лишили меня связи с реальностью. Но потом я всё же сумел взять себя руки, медленно вдохнул, выдохнул и снова посмотрел на Анхельма.

– Значит, нужно увеличить концентрацию веществ в противоядии, – сказал решительно.

– Для этого нужно время, – отрицательно мотнул головой тот. – Которого у нас нет.

Я зажмурился. Сдерживать эмоции с каждым мгновением становилось всё труднее. А от одной мысли, что Кэтрин больше не очнётся, не улыбнётся мне, не заговорит со мной… душу связывало в узлы.

– Герв, – с неожиданным сочувствием и понимаем проговорил Анхельм. – Я понимаю, что терять хаити для айва тяжело, но…

– Ни демона ты не понимаешь! – всё-таки сорвался я, глянув на него с открытой угрозой. – Выметайся отсюда! И чтобы глаза мои тебя не видели! Иначе, Хельм, твоя страна рискует остаться без короля.

Он хотел ответить, но промолчал. Отошёл чуть в сторону, но из комнаты не убрался. В этот момент распахнулась дверь, и в спальню шагнули несколько целителей и Мар. Кэтрин они осматривали по очереди. Увы, ни один не знал, как ей помочь. Противоядие всё-таки дали, даже тройную дозу, но оно не подействовало. Магия тоже не помогала. Кэтти просто не принимала чужую силу. Так же, как когда-то маленький Крайт не принял её.

И тут я понял, что нужно делать.

– Мар, лети за Веритой, – обернулся к брату. – Доставь её сюда как можно скорее. Скажи, что Кэтрин без неё не выживет.

Тот даже не подумал спорить. Прошёл к двери на большой балкон, распахнул её… и прыгнул в темноту ночи. Его чёрные крылья раскрылись почти сразу, а спустя несколько мгновений, он скрылся в небе.

Целителей я выгнал. Всё равно от них сейчас не было никакого толку. Сам опустился на край кровати, сжал пальцы девушки и поднёс их к своим губам. Сейчас, когда почти потерял её, пришло понимание, насколько она стала для меня важна. Причин этому искать не хотелось, как и копаться в себе. Я просто понял, что не могу её отпустить. Никак.

В комнате было тихо, но я кожей чувствовал чужое присутствие. И даже знал, кто именно решил проигнорировать мои слова. Такой идиот тут был только один. Тот самый, который плохо понимает приказы.

– Как эта отрава могла к ней попасть? – проговорил я тихо.

Но он услышал.

– Судя по всему, нападение на дворец было совершено с целью убить твою Кэтрин, – ответил Анхельм, сидящий в кресле у самого дальнего окна.

– Зачем? Кому она мешала?

– Сама по себе – никому. А вот как твоя хаити ‒ она очень удобная цель. Ведь её смерть точно выбьет тебя из равновесия. А магический откат от разрыва связи обязательно ударит по твоей возможности создавать плетения.

Я тоже понимал, что это случилось с ней из-за меня, а душу от таких выводов выкручивало ещё сильнее.

– Такой яд держат в стеклянных флаконах, – продолжил рассуждать Хельм. – Если его открыть, то оттуда начинает валить пар, который и является отравой. А теперь скажи мне, Гервин, как это могло здесь оказаться. В комнате нет ничего похожего на такую склянку. Значит, её унесли.

– Охрана не пропускала никого, – ответил я, теперь тоже раздумывая, как яд попал к Кэтти. – Значит, его доставили через окно.

Глянул на балкон, с которого не так давно прыгнул Мар. Неужели это сделал кто-то из наших?

– Или тут есть потайной ход, – предположил Хельм, вставая.

– Ну да, вы, люди, вообще любите эти дополнительные коридоры, подземные лазы, – бросил ядовито.

– У нас ведь нет крыльев, приходится выкручиваться, – спокойно сказал он и принялся обходить комнату, водя рукой у стен.

Делал Анхельм это медленно, обстоятельно, сосредоточенно. Некоторое время я наблюдал за ним, но потом снова повернулся к Кэтрин. Её лицо оставалось неподвижно, кожа стала ещё бледнее, а губы потускнели. Она уходила от меня, с каждым мгновением я чувствовал это всё сильнее. Яд, попавший в её лёгкие, блокировал магические каналы, а потом уничтожал жизненные силы. Он убивал её… а я был бессилен хоть как-то помочь. Моя магия всё так же тянулась к ней, но натыкалась на преграду, преодолеть которую никак не могла.

– Нашёл, – вдруг сказал Хельм.

Я обернулся и увидел, что он стоит у открытого в стене прохода. В руках короля Вергонии была пустая разбитая склянка, а на лице появилась коварная улыбка.

– А вот это уже очень интересно, – хмуро бросил я. И тут же поспешил вызвать сюда следователя Неретара и стражей.

Комната снова наполнилась айвами, но сейчас это не раздражало, а хоть немного отвлекало от ожидания. Я постоянно поглядывал в сторону балкона, надеясь разглядеть в темноте ночи силуэт летящего Мара, и всё сильнее нервничал.

На склянке остался отпечаток ауры того, кто её сюда принёс. Его зафиксировали и передали описание остальным. Сам Наретар с одним из стражей пошёл по потайному коридору. Но быстро вернулся и распорядился вызвать ещё солдат. Внутри оказалось немало ответвлений, а изучить следовало все. Заодно проверить, не затерялся ли там ещё один диверсант.

– Что у вас тут за балаган? – услышала я недовольный голос ведьмы.

Обрадовался ей, как родной.

Верита выглядела растрёпанной и раздражённо. Судя по всему, Мар на самом деле решил принести её сюда по воздуху. Даже представлять не хочу, как ему удалось её уговорить.

Едва увидев лежащую на кровати Кэт, ведьма мигом подобралась и поспешила подойти ближе. Опустила ладонь на её грудную клетку, прикрыла глаза… а потом зло глянула на меня.

– Как ты это допустил?! – выпалила она со смесью отчаяния и возмущения. – Почему?! Гервин, демонов ты принц! Я доверила её тебе, а ты?!

После такой тирады в комнате повисла полная тишина. А здесь в этот момент присутствовало немало народу. И все они знали, что со мной так говорить не имеет право никто. Я никому не прощал неуважения. А тут… какая-то никому неизвестная женщина.

Хельм издал странный смешок, но сразу же поспешил сделать вид, что это не он. Вот только этот звук привлёк внимание ведьмы.

– Вышли все! – рявкнула она. А Анхельму сказала: – А ты, весельчак, останься. В тебе есть сила, и она мне сейчас очень пригодится.

Никто предсказуемо с места не сдвинулся.

– Оставьте нас, – холодно произнёс я.

Вот теперь стражи и следователь покинули комнату, отправившись изучать тайный ход. Остались только я, Мар, Хельм и ведьма.

– Гервин, сама не вытяну. Нужна твоя кровь и силы.

– Сколько угодно, – ответил я ей.

Она окинула комнату беглым взглядом и снова посмотрела на Хельма.

– Иди сюда. От тебя мне нужна только сила.

От такой наглости он поморщился и остался на месте. Да ещё и руки на груди скрестил.

– Хельм, – произнёс я. – Или помогай, или выйди.

– Что мне за это будет? – бросил этот негодяй.

– Пусть идёт, – ответила за меня ведьма и посмотрела на него с таким презрением, какого я ещё в её взглядах ни разу не наблюдал. – Обойдусь без помощи мелочного колдунишки.

Анхельма перекосило. Но Верите было плевать. Она вернулась к Кэтти, сильнее расстегнула её платье и жестом попросила меня дать ей руку. Как и в прошлый раз, ведьма сделала разрез на моей ладони, обмакнула палец в кровь и принялась вырисовывать на Кэтрин непонятные мне знаки, сопровождая это тихими заклинаниями. Символы начали светиться красным, а от меня к Кэтрин полилась сила. Но если в случае с Крайтом мою магию сковывал ошейник, то теперь никаких препятствий не было.

Закончив, Верита перевела дух, прочитала над своими пальцами и ножом заклинание очищения и резанула теперь уже свою ладонь.

Новые символы она наносила на живот Кэтрин. Платье пришлось разорвать, чтобы не мешалось, но сейчас этот момент вообще никого не волновал. Знаки, нанесённые кровью ведьмы, светились зеленью, и чем громче она говорила заклинания, тем ярче становилось это свечение. Верита не экономила силы, отдавала Кэтти всё, и с каждым мгновение становилась всё бледнее.

Когда она вдруг пошатнулась, я протянул к ней свободную руку, но Хельм меня опередил. Молча встал рядом с ведьмой, опустил ладонь на её шею ниже затылка, и от него к ней полился настоящий поток силы. Такой мощный, что Верита вздрогнула. Её голос стал ещё громче, символы засветились ярче.

Даже у меня уже почти не осталось магии. И вдруг…

Кэтрин резко вздохнула, будто делая огромный глоток воздуха, и открыла глаза.