Глава 26

Кэтрин

Пробуждение оказалось внезапным, будто меня просто взяли за плечи и основательно встряхнули. Дышать было тяжело. Казалось, на мою грудную клетку кто-то положил огромный камень. Я делала вдох за вдохом и никак не могла надышаться. Словно умудрилась непонятным образом истосковаться по воздуху.

Перед глазами всё расплывалось. Я видела подвижные пятна разных цветов, но даже представить себе не могла, что это такое. В ушах стоял монотонный гул. И лишь спустя несколько долгих секунд пришло понимание, что меня кто-то держит за руку. Почему-то я сразу поняла, что это Гервин. Как только подумала об этом, то даже смогла разобрать его силуэт, а затем ко мне вернулся слух.

– Кэт, ты слышишь меня? – взволнованно говорил принц. – Пожалуйста, если слышишь, то хотя бы моргни.

– Кэтти, – прозвучал с другой стороны голос Вериты. – Всё хорошо. Мы тебя вытащили. Тебе больше ничего не угрожает.

Угрожает?

В голове появилось какое-то смутное воспоминание. И нём я видела розово-фиолетовый дым, который заполняет собой всё пространство. И от этого становилось настолько жутко, что я от испуга сжала руку Гервина.

Снова закрыла глаза. В мыслях всё ещё царила неразбериха. Хотелось спросить, что же всё-таки произошло, но у меня пока не было на это сил.

– Я дам ей несколько зелий, – проговорила Верита. – Сейчас Кэтти нужен отдых и покой.

– Если тебе или Кэт что-то понадобится, сразу обращайся к охране, – ответил ей Гервин.

Но едва почувствовав, что он намерен высвободить руку, я попыталась удержать. Увы… не получилось. Он всё же поднялся.

– Мне кажется, – снова донёсся до меня голос Вериты, – что ты ей нужен. Сейчас особенно сильно.

Ответом было молчание. После чего послышался звук шагов, какие-то шорохи. Открылась и закрылась дверь. Но мне уже было всё равно. Душу заполнило чувство ненужности, одиночества… будто меня просто бросили. Оставили совершенно одну.

Но вдруг моего лица коснулись чуть шершавые пальцы. И я точно знала, кто это, потому что вмиг стало и приятнее, и теплее, а вся моя суть потянулась к этому прикосновению.

– Отдыхай. Набирайся сил. И ни о чём не беспокойся, – тихо сказал Гервин, погладив меня по волосам. – Я скоро вернусь.

Потом он всё-таки ушёл, но его последняя фраза будто обволокла моё сердце мягкой пеленой. И на душе стало почти спокойно.

Выгнав всех, Верита принялась поить меня жутко пахнущим и отвратительным на вкус зельем. Оно оказалось настолько гадким, что после первого глотка я с ужасом распахнула глаза. После второго ‒ нашла в себе силы попытаться отодвинуться подальше от ведьмы. После третьего – даже сумела поднять руку в намерении защищаться. Тогда Верита попросту обездвижила меня заклинанием и влила всю оставшуюся жидкость в рот.

– Что это за гадость? – выдала я, едва ведьма вернула мне возможность двигаться.

– Гадость – не гадость, а ты теперь даже говорить в состоянии, – самодовольно бросила Верита. – Очень сильное зелье. Но с побочными эффектами. После него разыгрывается просто безумный аппетит. Ну и жажда тебя тоже немного помучает. Зато завтра утром проснёшься, как новенькая.

Мне пришлось выпить ещё два зелья. Одно – для очищения крови от остатков яда. Второе – успокаивающее. Потом горничная принесла поднос с едой, и лишь стоило мне глянуть на сочный стейк, и всё тело прошибло такое сильное чувство голода, будто я не ела неделю. Но что самое удивительное, я умудрилась расправиться с этим поздним ужином всего за каких-то десять минут. Там точно было больше двух порций, но я с удовольствием съела бы ещё. Леди-проглот.

– Я больше не могу и при этом хочу добавки, – пожаловалась Верите.

Та улыбнулась и отрицательно покачала головой.

– Хватит, Кэт. Больше не нужно. Лучше ложись и отдыхай.

Она присела на край мой кровати и коснулась лба.

– Ох, и напугала ты меня, – призналась она, и в глубине её обычно спокойных глаз я едва ли не впервые в жизни увидела настоящий страх. – Когда чернокрылый сказал, что тебя отравили, я чуть с ума не сошла. А как увидела своими глазами, лежащую посреди кровати, бледную, почти неживую… – она закрыла лицо руками. – Как это вообще случилось?

Теперь, после стольких зелий и еды, моё самочувствие стало гораздо лучше. Да и туманы из сознания окончательно ушли. Я рассказала Верите всё, начиная, правда, с того момента, как осталась в покоях одна. О том, что творилось на этой самой кровати ранее, решила благоразумно умолчать. Но когда ведьма услышала, что меня пытался отравить именно Виктор, то вдруг резко поднялась на ноги.

– Ты уверена? – спросила она, сжимая руки в кулаки.

– Конечно. Это точно был он.

– Тогда я срочно должна сообщить Гервину, – Верита нервно дёрнула плечом. – Потому что иначе сама этого гада прикончу. Он же у тебя там какую-то высокую должность при короле Анхельме занимает. Так?

После этих её слов у меня по спине пробежали мурашки. Ведь и Анхельм здесь. Значит, Виктор мог действовать по его приказу. Дева-заступница! Нет… это всё слишком для меня.

– Иди, – попросила я Вериту. – Только возвращайся скорее. Мне, честно говоря, не по себе тут теперь.

– Зря, – усмехнулась ведьма. – Гервин на эти комнаты такую защиту поставил, сквозь которую ни магия, ни мышь, ни снаряд не пробьётся. Думаю, даже если дворец с землёй сравнять, ваши покои останутся целыми. Так что ты тут теперь точно в полной безопасности.

Она ушла. На самом деле, представляя масштабы этого здания, я была уверена, что Верита будет долго искать Гервина. Но она вернулась всего минуты через три. А по тому, каким бледным теперь выглядело её лицо, сразу стало понятно ‒ что-то случилось.

– Я не должна тебе этого говорить, – взволнованно выдала женщина, опершись спиной на дверь. – Но если не скажу, то он может наделать глупостей. Да таких, которые уже никогда не получится исправить.

– Что такое? Что говорить? Верита!

Я даже попыталась встать с кровати. Но на первом же шаге повалилась обратно.

– Ох, Кэт, – ведьма тут же оказалась рядом, и теперь в её глазах отражалось сомнение. – Куда я тебя такую потащу?

– А куда ты собралась меня тащить? – спросила я. – Что вообще происходит?

Некоторое время она молчала, явно пытаясь найти правильное решение. Но потом вздохнула и сказала:

– Как я поняла, на дворец напали солдаты герцога. Когда искала Гервина, одна горничная шепнула мне, что он сейчас в малой гостиной первого этажа. Там, куда привели арестованных Даворских. Твоего отца… маму и брата.

Я вздрогнула и снова попробовала подняться. А Верита даже не подумала останавливать. Наоборот. Сама помогла мне встать. Поправила на мне местами порванное платье, которое, к счастью, я ещё не успела снять. И повела к выходу.

На этот раз нас тоже попытались остановить охранники у двери покоев, но ведьма шепнула пару слов, и оба айва просто отвернулись, будто мгновенно о нас позабыв. И всё же меня Верите пришлось почти всю дорогу тащить на себе. Была б она магом, смогла бы применить левитацию. А ведьмам такое, увы, было недоступно.

У двери в ту самую гостиную тоже обнаружилась охрана. Но они нас останавливать не стали. Более того, видя нашу процессию, предложили помощь, от которой Верита благополучно отмахнулась. Вот только, едва мы переступили порог, и я застыла, поражённая открывшейся картиной.

Вдоль стен стояли стражи-айвы, в дальнем конце комнаты в кресле сидела напуганная мама, а посреди этой небольшой гостиной на коленях перед взбешённым Гервином стояли мои отец и брат.

Едва заметив меня, принц сорвался с места и почти сразу оказался рядом. Подхватил на руки и без слов понёс на выход. На Вериту он и вовсе не обратил внимания, хотя она семенила следом.

– Что там происходит? – требовательно спросила я. – Гервин, почему мой папа…

– Кэт, это допрос военного времени. Он всегда проходит вот так. На нас напали солдаты твоего отца, и это само по себе можно считать объявлением войны лично мне.

Герв говорил быстро, чётко, без каких-либо сантиментов. Он не пытался защитить меня от этой информации. Сейчас сам был на взводе.

– Он не мог такое приказать, –  я в этом даже не сомневалась.

– Мы обязательно выясним. Но для этого нужно знать факты. Пока эти самые факты говорят не в пользу твоего отца.

До покоев мы добрались очень быстро. В спальне Гервин опустил меня на кровать и уже развернулся, чтобы уйти, но я его остановила.

– Это не папа! – ещё раз попыталась убедить принца. – Он благосклонно принял тот факт, что ты меня забрал. С его стороны нападать на дворец крайне нелогично. Ты ведь мог бы поговорить с ним нормально.

– Не учи меня делать мою работу! – строгим тоном выдал Гервин и посмотрел так, что я отшатнулась.

Принц на пару мгновений зажмурился, а когда открыл глаза, его взгляд снова стал почти спокойным. Некоторое время он просто стоял у постели, но потом всё же присел на её край и взял меня за руку.

– Кэт, я понимаю, что ты хочешь защитить свою семью. Но пойми и меня, я не имею права на ошибку. Сегодня пострадали мои люди. Пятеро тяжело ранены. Кэтрин, это не шутки, это серьёзная спланированная диверсия. Тебя саму едва не убили!

После этих слов он вдруг привлёк меня к себе, обнял крепко, но бережно, и уткнулся носом мне в висок.

– Я виноват перед тобой.

– В чём? – не поняла я.

– На тебя напали в моих покоях. Там, где ты должна была находиться в полной безопасности. Я не смог тебя уберечь. Ни одному из своих солдат я бы такое не простил.

Он был напряжён и взвинчен, но при этом старался внешне оставаться собранным и уверенным. А ведь Аск, когда ему было плохо, чаще всего просто язвил. Но Гервин даже этого себе позволить не мог.

– Кэт, наш союз не подтверждён. И я даю тебе право разорвать связь. Подумай до утра.

Я была настолько обескуражена этим заявлением, что просто растерялась.

– Ты же наверняка не знал, что в стене в спальне есть потайная дверь, – ответила, обняв его за шею. – Откуда тебе было это знать?

– Значит, ты видела того, кто разбил флакон с ядом? – чуть отстранившись, поинтересовался принц.

– Видела, – кивнула я. – Это был Виктор Гариди. Он уговаривал меня уйти с ним. Сбежать от тебя. Врал, что любит и жить без меня не может. А потом спросил, спала ли я с тобой… и я сказала ему, что да. Вот после этого он и разбил тот злополучный флакон.

Гервин слушал внимательно, но отвечать не спешил, а я решила добавить:

– Если бы кто-то из моей семьи был причастен к нападению, меня бы точно не стали убивать.

– На тебя напал командующий личной гвардии Анхельма, которого он сам называет другом, – медленно, но чётко произнёс Гервин, будто старался ещё раз осмыслить собственную фразу. – Причём, сделал это только после того, как убедился, что связь ритуала установлена и подтверждена.

Я несколько раз мелко кивнула. Принц погладил меня по волосам и поднялся на ноги.

– Отдыхай, Кэтрин.

– А ты? – я не хотела его отпускать.

– А я пойду откручу голову королю соседней страны, – на полном серьёзе ответил он.

– Гервин! – выпалила в ужасе и снова обхватила его ладонь.

Он тяжело вздохнул.

– Кэт, постарайся уснуть, – бросил принц. Потом обернулся к Верите, о которой я умудрилась забыть, и сказал: – Дай ей что-нибудь для сна. И сама отправляйся спать. Тебе подготовили комнаты рядом.

С этими словами он всё же высвободил руку из моего захвата и вышел за дверь. Мы с ведьмой проводили его одинаково растерянными взглядами и переглянулись.

– Боюсь за него, Вер. Он сейчас в таком состоянии, что может глупостей натворить, – проговорила я. – И за родителей тоже боюсь.

– Бояться надо за нашу страну… и за Вергнонию тоже, – ответила она. – Так король Анхельм здесь?

– Здесь, – кивнула.

Ведьма насуплено задумалась, а потом её глаза странно округлились.

– Светловолосый, голубоглазый маг с колдовским даром? – зачем-то уточнила она. – И Гервин называет его Хельм?

– Да, – подтвердила я.

Верита сначала издала нервный смешок, а потом и вовсе закрыла рот ладонью.

– Что такое? – испугалась я.

– Да ничего, Кэт, – покачала она головой. – Просто в Вергонии мне теперь лучше не показываться. Не думаю, что Его Величество легко забудет, как его назвали мелочным колдунишкой. Так что передай Гервину, если задумает новую войну с Анхельмом, то я на его стороне.