Глава 28

Спокойно позавтракать нам не удалось.

Сначала пришла Верита, которая с первого взгляда поняла, что именно произошло между мной и Гервином. Но, к её чести, не сказала об этом ни слова. Она проверила моё состояние, заверила, что я в полном порядке и отправилась домой в родной лес. Гервин попросил её задержаться во дворце, но та напомнила, что дома у неё дети. Тогда мой принц предложил ей вернуться сюда вместе с ними. Ему нужна была помощь Вериты, чтобы разобраться с юным колдуном. Та немного подумала, но всё же ответила согласием.

Почти сразу после ухода ведьмы явился молодой русоволосый айв, которого Гервин представил мне, как нового наместника ‒ Райса Гристена. На вид ему было около двадцати пяти, и он куда больше был похож на воина, чем на управленца. Услышав его имя, я вспомнила девушку, которая приходила ко мне вчера. Кажется, её звали Клара, и она представилась хаити этого самого айва.

Эрн Гристен быстро отчитался перед Гервином о ходе расследования, касающегося подделки документов и хищений из бюджета. Получил разрешение на аресты некоторых представителей местной аристократии, которых я прекрасно знала. И удалился.

После его ухода мы, наконец, приступили к завтраку. Но не прошло и пяти минут, как в дверь снова постучали. На этот раз пришёл Анмар.

– Анхельм рвёт и мечет. Заявляет, что мы незаслуженно задерживаем капитана его гвардии, – сообщил младший принц после приветствия. – Требует объяснений, причём лично от тебя.

– Передай ему, пусть ждёт меня в кабинете, – ответил Гервин. – Может поприсутствовать при допросе своего дружка. Артефакт истины уже должен был зарядиться.

– Этот Гариди клянётся, что весь вчерашний вечер провёл в доме своих родителей, – сообщил Мар. – Свидетелей тому немало. Свадьба не состоялась, но гостей со своей стороны они приняли и просто устроили ужин и небольшой бал. По свидетельству присутствующих там, Виктор никуда из зала не отлучался.

Мар обратился ко мне:

– Кэтрин, ты уверена, что вчера тебя пытался отравить именно он?

– Конечно, – ответила без сомнения.

Но потом вспомнила слова и признания бывшего жениха, и в душу закрались сомнения.

– Но он… – начала, замявшись, – говорил странности. Заявлял, что любит меня, хотя несколько дней назад сам признался, что у него в Харсайде есть любимая девушка-простолюдинка. Да и вообще, вёл себя нагло и грубо. Я знаю Виктора с детства, он очень тактичный, обходительный и воспитанный.

Гервину мои слова явно не понравились. Нет, внешне он остался так же спокоен и невозмутим, но я всё равно почувствовала его недовольство.

– Этот человек точно выглядел, как Виктор. Возможно ли, что на нём была личина, иллюзия или что-то подобное? – спросила я мужчин.

– Возможно, – кивнул Анмар. – Но это всё ещё сильнее усложняет.

Завтрак мы заканчивали в напряжённой тишине. Гервин теперь казался задумчивым, а Мар откровенно настороженным. Правда, на мой аппетит это никак не повлияло. Я всё ещё никак не могла наесться. Надеюсь, скоро это пройдёт.

А когда мы уже были готовы встать из-за стола, в покои влетел айв лет тридцати в чёрной военной форме. Поклонился, извинился и вытянулся по струнке.

– Ваше Высочество, Бивара Санрина нет в камере, – сообщил взволнованно. – Вместо него там сидит лакей. Но на нём одежда бывшего наместника.

Гервин резко встал, а пальцы на его руке сжались в кулак. Он смотрел на солдата так, будто был готов убить взглядом.

– Колдун, которого я вчера поймал, в камере? – спросил принц без особой надежды.

– Да, – поспешил ответить солдат. – Мы его втроём охраняли. Потому и заметили, что в камере наместника – не наместник. Они напротив расположены.

– Лакея допросить, как и всех, кто вчера дежурил в подземельях, – ледяным тоном приказал Гервин. – Объявить Санрина в розыск. Пусть его физиономия висит на каждом столбе.

Он протянул мне ладонь и, как только мои пальцы оказались в его руке, помог подняться и повёл к выходу из гостиной наших покоев. Я чувствовала его напряжение ‒ оно ощущалось на уровне подсознания. Давило на затылок сотнями маленьких прикосновений, сдавливало грудную клетку, не позволяя дышать полной грудью. Не знаю, как, но я понимала, что это не мои чувства. Они совершенно точно принадлежали Гервину, увы, от этого легче не становилось.

Я не знала, как ему помочь, что сделать, чтобы хоть немного облегчить тот груз, который сейчас угнетал его душу. Потому, когда Мар отправился к Анхельму, а мы оказались в просторном кабинете, я не придумала ничего лучше, чем просто обнять своего принца за шею и ласково поцеловать в губы.

Его руки сразу же легли мне на талию, сжимая крепко, но бережно. На поцелуй он тоже ответил, и только теперь тяжесть груза на его душе стала чуть менее давящей.

– Я чувствую тебя. Всё, что испытываешь ты, – проговорила шёпотом ему в губы. – Так должно быть?

– Да, – так же тихо ответил он. – Я тоже тебя чувствую.

Он провёл пальцами по моей шее от затылка к ключицам.

– Эта тяжесть на душе. Она такая… – начала я, подбирая правильные слова. – Такая давящая.

– Это груз ответственности, – на его губах появилась едва заметная улыбка. – Я так с детства живу. Такова участь наследника престола. А сейчас всё ещё и идёт неправильно. Будто я совершаю ошибку за ошибкой. И сам не понимаю, в чём ошибаюсь.

Я погладила его по волосам, прижалась щекой к груди, ощутив кожей грубость ткани пиджака.

– Ты справишься, – сказала, ни капли в этом не сомневаясь. – Если я смогу хоть чем-то тебе помочь, то обязательно помогу.

Он обнял меня крепче и провёл руками по моей спине. Его губы коснулись моего виска, а тяжесть на душе стала ещё слабее.

– Ты выяснил, кто лишил тебя памяти? – спросила, чуть отстранившись.

– Нет, Кэтрин, но обязательно выясню.

Гервин нехотя отпустил меня, прошёл к креслу за массивным письменным столом и опустился в него.

– Присаживайся, – предложил он, указав на одно из кресел, расположенных напротив. – Или можешь встать рядом со мной.

А я задумалась, что, как хаити кронпринца, я точно должна иметь какое-то определённое место, положенное по этикету или традициям Айвирии.

– Гервин, – я направилась к нему, решив, что рядом с ним мне будет спокойнее, – как мне теперь вообще стоит себя вести с посторонними? Позволено ли мне держать тебя за руку на официальных мероприятиях? И могу ли я вообще на них присутствовать?

Видя мою растерянность и сомнения, он чуть улыбнулся, а его взгляд заметно потеплел. Герв сам поймал мои пальцы и, поднеся к своим губам, оставил на каждом по лёгкому поцелую.

– Положение хаити принца при дворе не регламентировано протоколами, – ответил он. – Потому достаточно следовать правилам этикета. А на официальных мероприятиях я бы хотел, чтобы ты была со мной. Вот как сейчас – просто стояла или сидела рядом. Если желаешь на них присутствовать. Заставлять, конечно, не стану.

Я опустила ладонь на его плечо, погладила и хотела провести по волосам, но вовремя себя остановила. Правда, совсем убрать руку так и не смогла – её всё равно будто магнитом притягивало к Гервину. Да и он не стремился возвращать свободу моим пальцам. Даже подумалось, что наша магия, которая раньше просто тянулась друг к другу, теперь после закрепления ритуала близостью, слилась, скрепилась и размыкаться обратно не собирается. И потому нас самих теперь всё время тянет быть как можно ближе.

Гервин поднялся, взял одно из кресел и поставил рядом со своим.

– Зачем? Это ведь будет выглядеть неправильно, – попыталась отказаться я.

– Плевать, – бросил Герв с мягкой улыбкой. – Присаживайся, Кэтрин. Это всё может затянуться, а тебе не стоит переутомляться. Мы и так утром… увлеклись нагрузками. Но я просто не смог удержаться.

Вскоре наше уединение было нарушено появлением Анхельма. Король Вергонии был зол и даже не пытался этого скрывать. Я видела, что он сходу собирался начать ругаться с Гервином, но, увидев меня, был вынужден взять себя в руки.

– Ты приказал арестовать моего друга, – сказал Его Величество, остановившись у стола. Он выглядел очень грозным и недовольным, но я чувствовала уверенность Гервнина и потому даже не думала бояться.

– Твой друг едва не убил мою хаити, – ответил принц. – Кэтрин видела именно его. Когда она отказалась уйти с ним, он разбил флакон с ядом. Пары смогли преодолеть магический барьер. И на осколках остались следы его ауры и крови.

– Он клянётся, что не делал этого! – не унимался Анхельм.

– Мы разберёмся, – ровным тоном проговорил Гервин. – Для начала допросим при тебе твоего капитана. И вот, если он на самом деле виновен…

– Если он виновен, я лично перережу ему горло, – перебил король. – Но если нет, ты отпустишь его, Гервин. А твои воины принесут его семье извинения.

Открылась дверь, и двое стражей ввели в кабинет Виктора. Они заставили его опуститься на колени, а он даже не подумал сопротивляться. Выглядел напряжённым и немного растерянным. А одежда на нём изрядно помялась.

Затем в кабинете появились Анмар и ещё один светловолосый айв лет сорока на вид. Гервин представил его всем, как следователя эрна Фелиса Неритара. Затем дал распоряжение приступать к допросу, а Мар надел на шею коленопреклонённого пленника цепочку с подвеской в виде большого красного камня грубой огранки.30f6fc

– Виктор, – Анхельм опустился в кресло и обратился к другу, – эта штука всю душу из тебя вытянет, если будешь молчать или попытаешься хоть что-то скрыть. Просто говори правду, и тогда всё пройдёт безболезненно.

– А ты, я вижу, наслышан, о работе артефакта истины, – съязвил Гервин.

– Немало моих товарищей в своё время попали в ваш плен. И им пришлось испытать действие этой дрянной штуковины на себе.

– Приступайте, эрн Неритар, – приказал старший принц Айвирии.

Следователь кивнул и, подойдя к Виктору, задал первый вопрос.

На самом деле, я боялась увидеть, как артефакт приносит боль и ломает психику. Но Виктору на самом деле было нечего скрывать. Он отвечал правду, и камень на его шее это подтверждал. По словам моего бывшего жениха, он действительно весь вчерашний вечер провёл в родительском особняке с гостями. И даже получил у отца позволение жениться на своей Милите, чему был несказанно рад. А ещё признался, что всегда относился ко мне с теплом, но только как к подруге. И переживал лишь, что теперь я оказалась наложницей Гервина.

Сейчас, видя перед собой Виктора, я всё сильнее уверялась, что вчера ко мне приходил не он. Всё же тот человек вёл себя не так. Даже его движения казались куда более плавными. А у моего бывшего жениха в каждом жесте, в каждом повороте головы было заметно, что он военный. Я поделилась этими мыслями с Гервином. Тихо, чтобы другие не слышали. Он кивнул, сам задал Виктору ещё несколько вопросов, а потом приказал отпустить.

Но даже теперь уходить из кабинета ни Анхельм, ни Виктор не спешили.

– Я хочу знать, кто пожелал так подставить нас, – сказал король Вергонии. – Ведь злоумышленники не зря выбрали личину капитана моей личной гвардии. Кэтрин вчера мы спасли чудом. Уверен, по задумке отравителя, она не должна была выжить. И ты бы Гервин, обязательно нашёл проход в стене, а там и осколки склянки. Со следами ауры и крови Виктора.

Следователь кивнул, внимательно слушая его рассуждения.

– Не знаю, как её добыли, но её же использовали и для оборотного зелья, – продолжил Анхельм. – Уверен, это было именно оно. Следовательно, это происшествие должны было пошатнуть мир между нашими странами. Добавим сюда нападение на дворец солдат герцога Даворского, и картина становится ещё более неприятной.

Гервин подался чуть вперёд и опёрся локтями на край стола.

– Значит, для оборотного зелья нужна кровь, – проговорил, глядя в глаза Анхельму. – Кстати, приказ солдатам герцога отдавал некто под личиной его начальника охраны, в то время, как сам начальник охраны, раненый лежал в погребе пустого дома в соседней деревне. Его нашли, считай, случайно. Учитывая всё это, и твои прошлые выверты, Хельм, я начинаю подозревать…

Он не стал продолжать, но так многозначительно смотрел на короля Вергонии, что сразу стало понятно, к чему ведёт.

Его Величество некоторое время молчал. Потом поднялся, взял из рук Анмара артефакт истины и, надев его на себя, повернулся к Гервину.

– Я, Анхельм Вергноский, не имею никакого отношения к происходящему здесь бедламу и покушению на твою хаити. Не преследую цели снова развязать войну между нашими странами и всецело желаю поддержать мир. – А потом сел в кресло и добавил, будто признаваясь: – Я на всю жизнь навоевался. Теперь как никто другой знаю ценность мира. Потому, Гервин, можешь рассчитывать на мою помощь в расследовании. И я сам заинтересован в том, чтобы узнать, какая тварь пыталась меня подставить.

С этими словами он снял с себя цепочку с камнем и положил артефакт перед Гервином. Тот проследил за жестом своего врага и медленно кивнул. Некоторое время принц молчал, глядя на свои руки и артефакт, а потом поднял взгляд на Анхельма и заговорил:

– Полагаю, нападение на дворец было организовано, чтобы под его прикрытием вывести из камеры бывшего наместника. Бивара Санрина. Его место занял лакей, которого, судя по всему, напоили оборотным зельем. А вот сам наместник вполне мог принять вид кого-то из работников дворца. Где он сейчас, мы не знаем, но обязательно его найдём.

– А ещё у вас в подземельях отсыпается юный колдун, который вчера прикрывал нападавших, – сказал король Вергонии. – И чует моя интуиции, именно в нём мы можем найти ключ ко всему.

– Он всё ещё спит, – ответил мой принц. – Но, когда проснётся, я обязательно с ним побеседую. Лично.

Взгляд Анхельма стал настороженным, он будто бы опасался, что этот самый колдун может не пережить такой встречи. А вот я сильно сомневалась, что мой принц причинит тому пареньку существенный вред. Да и вообще, хоть как-то навредит.

Посторонние могли думать о Гервине что угодно, да и он сам только подогревал слухи о своей жестокости. Но я точно знала, он никогда не навредит ребёнку. А пойманный колдун был именно ребёнком, пусть и довольно большим. Значит, ничего плохого ему не грозит.