ГЛАВА 15

Когда Кира проснулась, за окном стемнело, и комнату освещал неяркий уютный свет. Она свернулась на широкой кровати в клубочек, укрытая пледом, а её холодный и недоступный профессор...

... Лежал на другом краю кровати на животе, читая книгу, и Кира беззвучно ахнула, глядя на него.

Потому что вообще-то она представляла читающего профессора совсем другим. На подоконнике, за столом в строгой мантии; наконец, сидящего на кровати в домашней одежде. Но не валяющегося на кровати после душа в одном полотенце, небрежно обмотанным вокруг бёдер.

Ей захотелось к нему прикоснуться. Не для того, чтобы сорвать с него полотенце, а просто обнять за плечи, провести по спине ладонями. Самой. Не по приказу.

Она привязывалась всё глубже. И наверняка именно это он и планировал.

— Смелее же, мисс Риаз, — рассеянно произнёс профессор, не отрываясь от пожелтевших страниц. — Сольёмся же в порыве страсти. Вот только дочитаю главу.

— Вы невыносимы, вы это знаете?

— И нерационален. Я планировал провести с вами ритуал ещё днём, но вы так измотались, что я совершенно нерасчётливо решил дать вам поспать.

Он обернулся, захлопнув книгу. Хищно потянулся, и в следующий миг Кира оказалась лежащей на спине, прижатой за локти к кровати.

— Что ж, этим вечером вы от меня не убежите.

Его рука многообещающим жестом прошлась по ложбинке между её грудей. Кира вдруг осознала, что не была одета, невольно потянулась взглядом к платью, которое должно было лежать рядом на полу — и не нашла его.

— В шкафу. Заберёте его, когда будете уходить. Если, конечно, я соизволю вам это разрешить.

— А если не соизволите?

— О, всегда есть множество вариантов. Я мог бы сбросить вам верёвку с башни, и вы долго крались бы домой по саду, ныряя в кусты при малейшем шорохе. Опыт, уверен, получился бы незабываемый.

Кира вспыхнула.

А потом заметила, что он так и не стёр ритуальный круг.

— Зачем я вам сегодня? — прошептала она, переводя взгляд на профессора, нависшего над ней.

И невольно залюбовалась им. Сильное, стройное и тренированное тело... он не пренебрегал боевыми искусствами не только в магии, она была уверена. Он был опасным и притягательным, и её искренне удивляло, что он выбрал воспользоваться услугами Лорейн, нежели последовать примеру Райли или других боевых магов и найти себе настоящую спутницу, которая стала бы ему и любимой женщиной, и истинным донором. Найти — и не истязать Киру дурацким контрактом.

Почему же он оставался один?

Профессор словно бы не заметил её терзаний.

— Я хочу услышать своё настоящее имя, — просто сказал он. — Услышать, как кто-то из моего прошлого зовёт меня, и я откликаюсь. Такая малость, правда?

Он подхватил её на руки, и опустил только в центре ритуального круга.

— Мы не будем погружаться глубоко, — с лёгкой насмешкой сказал он. — В этот раз вам не понадобится менять трусики.

Кира ахнула, наконец заметив, что после сладкого и болезненного опыта с разрядами тока, после которого её бельё, разумеется, промокло насквозь, оно снова было чистым и сухим. Он раздел её, выстирал и высушил бельё магией, и снова её одел. Кира вспыхнула до корней волос.

— Вам совершенно не обязательно было...

— Тише. Я побрею вас налысо, если решу, что мне это обязательно. Нас связывает ритуал, и вы в полной моей власти. Не забывайте об этом.

— А если забуду? — прошептала она.

— О, вы ещё охрипнете от стонов безо всяких моих напоминаний. Но не сегодня. Сегодня я готовлю вам другую судьбу.

Он обнял её, полуобнажённую и трепещущую, прижал к себе, и она почувствовала себя прижатой к скале, которая никогда не упадёт.

— Вы хотели, — вспомнила она, — доказать мне, что Райли Хили меня обманывает.

— Я уже это вам доказываю каждой нашей встречей, мисс Риаз. Вы особенная, другой такой нет на свете, и тот, кто захочет заполучить вас в доноры, пойдёт на любую ложь — а мистер Хили очень этого хочет.

«Другой такой нет на свете...» Неужели он правда так думал?

— Я осыпаю вас комплиментами, — сухо добавил он, — чтобы вы поняли: мне незачем вам врать. Вы мой донор, и вы и так понимаете, кто я и что я, и чего хочу от вас. Что ваш великолепный выбор нижнего белья, кстати, мне и доказал. Уверен, уже через неделю вы смогли бы выбирать мне завтрак.

— Вы съели бы овсянку, — внезапно сказала Кира. — Овсянку на молоке. С тостом и крепким кофе.

— Ну вот видите.

— Я знаю вас, — прошептала она. — А вы беспокоитесь обо мне.

Она почувствовала, как он качает головой, не выпуская её из рук.

— Не думаю, что я способен о ком-то беспокоиться. Вы это ещё поймёте.

Он провёл пальцем по её виску.

— Впрочем, я могу лишить вас невинности по крайней мере четырьмя способами за ночь, если вы будете настаивать. Пятью, если вы будете умолять.

— Тем более, — язвительно сказала Кира, — что вы всё равно не совсем одеты. Очень удачно, правда?

— Вытяните руки.

Его тон снова стал сухим и холодным. Ритуал начинался.

Кира послушно вытянула руки вперёд.

— Не так. Ладонями вверх. Вы совсем забыли, как чертятся защитные руны для малых ритуалов, мисс Риаз? Будь дело на моих занятиях, я бы выгнал вас навсегда.

Кира мгновенно опустила ладони.

— Тёмный Лорд рисовал на моих ладонях своей кровью, — хрипло сказала она. — Я не хочу об этом вспоминать.

— А придётся. — В голосе профессора не было ни малейшей жалости. — Вытягивайте, иначе я достану розги из кладовой. И применю их вовсе не на ваших аппетитных ягодицах, хотя они того и просят.

Кира медленно вытянула кулаки вперёд. Помедлив, разжала ладони. И вздрогнула, когда секунду спустя ладони профессора упали на них.

— Вам нечего бояться, — непривычно мягко сказал он. — Тёмный Лорд мёртв, а я рядом. И пока я защищаю вас, ничто на вас не нападёт и не обидит. Вы ведь помните взрыв, которому были свидетельницей?

Кира слабо улыбнулась и кивнула.

— Так-то лучше.

Он быстро чертил руны на её ладонях, и в прохладном прикосновении кисти ничто не напоминало ей Тёмного Лорда.

— Два года назад я столкнулся с мистером Хили в коридорах Академии, — задумчиво сказал он. — И почувствовал что-то странное. Словно на нём лежал отзвук моей собственной магии. Вы понимаете меня, мисс Риаз? Вы качаете головой, и неудивительно: я не понимаю и сам. И я, чёрт подери, не могу отпустить вас к нему, не зная, что он сделал со мной, чтобы этот отпечаток остался: ведь он может сделать то же самое с вами.

— Вы так уверены, что это сделал он? Не вы?

— Полезть на героя войны, которого охраняют Министерство и Протекторат? Я порой совершаю сумасшедшие поступки, мисс Риаз, но не настолько же.

Каллиграфическое перо в последний раз укололо её руку.

— Всё. Теперь стойте смирно.

— Что вы хотите сде...

Кира осеклась. Его пальцы расстегнули её чёрный лифчик, и обе ладони легли ей на грудь под бельём сильно и уверенно. Подушечкой большого пальца он ненароком коснулся её соска, и тело Киры тут же отозвалось на ласку.

Ей захотелось, чтобы он её раздел. Чтобы сбросил полотенце и потёрся об неё, дразня перед тем, как наконец в неё войти. Чтобы она наконец почувствовала его, обнажённого и желающего её. Чтобы она из донора стала его женщиной, принадлежащей ему по-настоящему. Чтобы она...

Дьявол, он был её наваждением. Он раздевал её, ласкал её, угрожал ей, делал с ней всё, что хотел, а она не делала ни шагу, чтобы вырваться из-под его власти. И дело было вовсе не в поводке ритуала, или в том, что он держал в руках её жизнь.

Просто ей начинало нравиться быть покорной, зная, что и он в любой момент покорится её воле. Ведь едва в её голосе прорезалось искреннее недовольство, когда она лежала, опутанная электрической сетью, он тут же остановился. И начал сладкую пытку вновь, едва почувствовал, что в ней вновь разгорелось желание.

Его ноготь скользнул по её соску, и она едва сдержала стон, напрягаясь.

— Не сейчас, — шепнул ей в ухо его голос. — Сейчас мне нужен именно ваш голод. Обратите его в неуёмное любопытство, мисс Риаз, и вы будете моей.

В следующую минуту руны вспыхнули ровным белым пламенем, Кира почувствовала толчок в спину — и шагнула в неизвестность.