ГЛАВА 33

Он сбросил рубашку, расстегнул немногие целые пуговицы на её блузке, раздёрнул остатки ткани и опустился на неё. Его рука коснулась её грудей, и Кира подалась к нему, с восторгом ощущая кожей мускулистый живот и напряжённые бёдра, и с лёгким неверием, что она добралась наконец до его тела, приникла к месту, где шея переходила в плечо.

— Я так долго ждала, — шепнула она. — А вы?

Он поцеловал ямочку между её грудей, и в этом простом и неожиданно нежном жесте было больше, чем в любом другом ответе.

— Моя проклятая щепетильность долго мне мешала, — негромко сказал профессор. — Наверное, это старомодно — чувствовать, что ты не можешь лишить девушку невинности, не дав клятвы быть с ней вечно. Но вы так долго умоляли, что я решил, что вам виднее.

Она с облегчением улыбнулась.

— Да вы романтик.

— И если вы об этом проговоритесь, — прошептал он, вновь накрывая её грудь, — наказание будет неотвратимо.

Он не торопился её раздеть, заметила она. И не торопил её. Если она захочет, они могут лежать тут часами, смакуя вино при свечах, обмениваясь словами горячим шёпотом и медленными, острожными ласками. Как настоящие влюблённые.

Но когда она даст знак, все преграды сметёт неудержимой волной.

— К чёрту всё, — хрипло сказала она. — Поцелуйте меня.

Он тихо засмеялся, нависая над её лицом. Его губы скользнули вниз по её щеке, дошли до краешка губ. Он вот-вот поцелует её, с замиранием сердца подумала Кира. По-настоящему, и она узнает, каково это — целоваться с ним. Целовать его. Быть его женщиной.

Кира потянулась, чтобы расстегнуть его брюки. Она не могла больше ждать.

Голоса, раздавшиеся сверху, словно вырвали её из сладкого сна в холодную злую ночь.

— ... И вы хотите назначить его главой Академии? Его?! Вы помните, о ком вообще мы говорим?

— Мальчик, ты дал клятву о неразглашении, как и я. Не стоит проверять её границы.

Голос Райли. И голос ректора.

— Отвращающие руны, — заметил спокойный голос Райли. — Сильные. Я бы не заметил, если бы не искал.

— Ты был прав. Я полагал, юный Вик Хаксли полез в подземелья ради обычных развлечений адептов-первокурсников, но тут и впрямь что-то серьёзное.

Они были слишком близко, подумала Кира, чувствуя, как всё внутри леденеет. Или они набросили магический полог тишины, или она и профессор, увлечённые друг другом, их просто не услышали. А скорее всего, отвращающие чары, установленные профессором от слишком любопытных адептов, заглушили звуки с обеих сторон.

Но это было неважно. Важно было то, что голоса уже были совсем рядом. А другого выхода из каземата не было — и любая маскирующая магия, когда дело шло о лорде-ректоре и лучшем боевом маге Протектората, была бесполезна.

Короткая поисковая формула прозвучала в соседнем зале. Кира и сама произносила её, проверяя, не было ли в спальне убийцы Лорейн.

Она перевела паникующий взгляд на своего спутника, натягивающего рубашку. Его лицо было спокойно и сосредоточено.

Взмах руки — и магический круг на полу исчез. Если бы он мог так легко спрятать их самих...

Но это было невозможно.

— Выкручивайтесь, — шепнул профессор ей.

Секунда — и он взлетел, раскинув руки. И замер у потолка в углу комнаты.

Кира моргнула. Это требовало такой магии, что...

Она перевела взгляд на свою распахнутую блузку. На смятые шёлковые простыни, бутылку вина с двумя наполненными бокалами, джинсы, полностью вспоротые по бокам, и воск, капающий на пол с горящей свечи.

Ох, чёрт.

«Выкручивайтесь?» Серьёзно?

Она успела лишь сжать полы блузки на груди. И перевести взгляд на решётку, запирающую дверь.

И двух мужчин в длинных мантиях, уставившихся на полуголую Киру так, будто увидели привидение.

— Мне открыть вам дверь? — язвительно поинтересовался её голос, прежде чем она успела хоть что-то сообразить. — Или сами развернётесь и уйдёте?

Разумеется, Райли толкнул дверь первым. Тихо проклиная всё на свете, Кира набросила на ноги простыню.

Не самое лучшее место для второго романтического свидания за вечер, мрачно подумала она. И совсем не лучшая кандидатура для того, чтобы застигнуть её на горячем.

— Кира, что здесь произошло? — негромко поинтересовался лорд-ректор. — Прости, что мы всё ещё здесь, но ты не выглядишь, будто с тобой всё в порядке.

Угу. Может быть, потому, что перед ней стоят двое облеченных властью мужчин и магов, а она не вполне одета?

Она уже открыла рот, чтобы это им сказать, но её компрометирующее положение и впрямь было довольно двусмысленно, а положение профессора — просто опасно. И огрызаться было по меньшей мере неразумно.

— Да, — произнесла она, не глядя на Райли. — У меня здесь было... свидание, которое закончилось... не очень хорошо. Я передумала, и мы... поссорились.

Она плотнее надвинула простыню на разорванные джинсы.

— Но никто тебя не обидел? — резко спросил Райли. — Всё происходило по обоюдному согласию?

Губы Киры тронула невольная улыбка. То, как её, полуголую и перепуганную, бросало туда-сюда в цепях, вряд ли можно было назвать её свободным выбором.

— Признаться честно, он был не особенно-то уверен в себе, — со злорадством сказала она, не бросив даже мимолетного взгляда на потолок. — Даже не осмелился поцеловать меня ни разу. Так что я... разодрала джинсы сама. И блузку. И... можно, вы выйдете, я приведу всё в порядок и пойду домой? Мне неловко и стыдно и хочется переодеться.

Вообще-то куда больше ей хотелось, чтобы сейчас на её месте лежал полуодетый профессор в компании совершенно нагих адепток и объяснялся, с какой стати он проводит семинары среди ночи, и почему их нет в расписании. Но вряд ли её мечта когда-нибудь сбудется.

Лорд-ректор внимательно смотрел на что-то за её спиной. На лист, который оставил за собой профессор.

Потом он перевёл строгий и грустный взгляд на Киру.

— Подземелья — не лучшее место для свиданий, — мягко произнёс он. — Здесь погиб адепт-первокурсник, и мы только что нашли отвращающую магию, закрывающую этот коридор. Ты её почувствовала?

— Да, но... мы договорились встретиться здесь, — пожала плечами Кира. — Так что я просто пошла дальше.

Мужчины переглянулись.

— Недюжинная сила воли, — негромко произнёс Райли. — Пойдёмте, милорд. Не то, что я ожидал найти... но здесь нет никакого преступления. Впрочем, на всякий случай я посоветовал бы запечатать подземелье и любые вылазки сюда производить только в сопровождении адептов выпускного курса. Не стоит рисковать вторым... несчастным случаем.

Мэтр Антейн вздохнул, бросая последний взгляд на Киру. Покачал головой. И вышел вслед за Райли.

Прошла минута с тех пор, как затихли их шаги, и профессор Деннет медленно спустился с потолка. На полпути он рухнул.

Кира бросилась к нему.

— Спокойнее, мисс Риаз, я не хрустальный, — прошипел он сквозь зубы, переворачиваясь на спину. — Дьявол, ещё пара минут, и я бы...

— Я так понимаю, о продолжении незабываемой ночи не может быть и речи? — поинтересовалась Кира. Её голос дрожал от смеха.

— Я вам покажу незабываемую ночь, — мрачно сообщил профессор, поднимаясь и застёгивая рубашку. — Вы будете лежать ниц без единой нитки на теле, описывая мою уверенность, властность и прочие качества, пока я не соизволю дать вам принять позу, более подходящую для того, чтобы вы прочувствовали эти качества в действии.

Он вдруг зевнул.

— Чёртово истощение, — пробормотал он. — Мисс Риаз, вы доберётесь одна? Потому что я, кажется, вот-вот свалюсь прямо тут. Чары невнимания пополам с левитацией — слишком острый коктейль, и я давно не практиковался. Кажется, я здорово переборщил с первыми и недооценил, сколько сил отнимает последняя.

Кира ехидно улыбнулась ему с пола.

— Так боялись, что нас заметят вместе?

— Я преступник, лишённый памяти, мисс Риаз, если вы ещё не забыли, — резко сказал профессор. — И эти двое очень хорошо помнят, как меня лишили её и за что, и насколько важно, чтобы она ко мне не вернулась. Они смотрели сквозь пальцы на мои шалости с мисс Лорейн Ши, но сейчас? Думаете, они обрадуются, узнав, что я прибегнул к услугам девушки, которую когда-то избрал сам Тёмный Лорд? Которая сама сняла с себя проклятие с первой попытки? Да меня ушлют из Академии первым же поездом, и правильно сделают. Я сам поступил бы с собой точно так же.

— Они могут рассказать мне, кто вы, — дрогнувшим голосом сказала Кира. — И тогда я расскажу вам.

— Не будьте ребёнком. Они никогда не скажут вам, с кем вы связались, но сделают всё, чтобы нас разлучить, как влюблённых из детских сказок. А я как-то уже не в том возрасте, чтобы рыдать над гробом своей нежной возлюбленной. — Профессор прислонился к стене, полузакрыв глаза, и окинул взглядом полураздетую фигуру Киры, задержавшись на бёдрах. — Куда с большим удовольствием я начертил бы защитные руны на ваших ягодицах и проверил бы, не смажут ли их мои ладони, когда я буду погружаться вглубь.

Кира поперхнулась.

— Не очень-то вы истощены.

— Возможно, но изнеможение вот-вот меня настигнет. Идите спать, мисс Риаз. Скоро светает.

Поколебавшись, Кира шагнула к решётке. Её джинсы вполне держались на бёдрах, блузка, хоть и была застёгнута лишь на нижние пуговицы, кое-как прикрывала грудь, и она вполне могла дойти до своей комнаты, тем более глухой ночью.

У решётки она остановилась.

— Мне жаль, что нас... прервали, — сказала она. — Мы ведь продолжим?

Профессор покачал головой, стоя с закрытыми глазами.

— Я передумал. Я не верю в приметы, но глядя на этого юношу... Вы ведь вполне можете выйти за него замуж и прожить счастливую жизнь. Я не был бы рад лишиться ваших услуг, но чёрт подери, вы заслуживаете любви и семьи, как любая другая женщина. И вашу семью куда как укрепит тот факт, что ваш супруг первый устроится между ваших очаровательных ножек. Я не слишком откровенен?

Кира помолчала.

— Нет, — тихо сказала она. — Не слишком.

И вышла.