Глава 15. Бесконечно длинный день

Я умудрилась уже устать — истощиться и морально, и физически, — а день только разгорался. Солнце заняло верхнюю точку на небосводе, словно выбрало самую удобную позицию для наблюдения, и катиться в закат в ближайшие часы не собиралось.

Невыносимо хотелось скорее покончить с экскурсией и отправиться в Пункт Связи, на вечеринку имени совершеннолетней меня. Достаточно было закрыть глаза, чтобы в красках представить, что сейчас происходит в красном доме посреди полей. Джулс запекает кролика (Ромул настоял! Его тяга к ушастым в любом виде, включая сырой, была неискоренима). Дженни развешивает магические фонари и стабилизирует живые цветы.

Мелисса несет с чердака фамильный сервиз Абрамсов, который достают только в торжественных случаях. Сегодня — именно такой. Брендан тащит стол из столовой в гостиную — это я попросила, и он с насмешливой ухмылкой согласился. Бравый воин не держал на меня зла — во всяком случае, внешне, — и неловкость почти исчезла.

Гостиная была просторнее, а гостей предполагалось много. Обещала прилететь тетя Аманда, и Лиз с Яном, и Мари… Еще я собиралась позвать Дорохова с Присциллой, но первого так и не смогла найти в Академии. А сбегать к зазнайке, просиживавшей все свободные часы на озере, пока не решилась. Мы ведь не подруги… Мы — союзницы.

Последний час я ощущала себя мамой-уткой, ведущей весь выводок парадными коридорами. Стайка из двадцати пигалиц послушно следовала за мной по пятам. Облаченные в форменные серые юбки и синие блейзеры, девочки отличались только цветом ленточек в волосах. Даже выражение лиц было одинаковым: восторженно-настороженным.

Первое время крестный, Ксения Игоревна, старик Эйвери и мадам Буше сопровождали делегацию и делали вид, что слушают мой рассказ. Затем в хвосте нашего стада произошло движение — часть парижанок пискнула хором и отпрянула от кого-то, напоминавшего мрачную тучу. Девочки испуганно прижались ко мне, тараща глаза на высокого страшного мужчину, черным смерчем разбившего ровный строй и отделившего Артура от прочей компании.

Я кисло улыбнулась пигалицам и шепотом представила «самого сильного мага столетия», отчего на их бледненьких личиках отразился неподдельный ужас. И я решила, что о легендах, с ним связанных, стоит умолчать.

Вмиг посерьезневший крестный умчался с Карповым наверх, мадам Буше завела беседу с Карамзиной, а Эйвери, озабоченно покряхтев, пошел ко входу в Академию. Краем глаза я уловила, как он, бубня себе под нос, накидывает заклятья на дверь… Защитные? Средь бела дня? Так ведь ученики, в выходной отправившиеся в Деревню, останутся отрезанными от нас!

Убедив себя в том, что главный страж знает, что делает, я повела своих подопечных в библиотеку. Устроим госпоже Разиной культурный шок! Девочки, оставшиеся без строгой надзирательницы, тут же расслабились и развеселились. Начали смело задавать вопросы, трещать, хихикать над историческими фактами и двусмысленными картинами… Словом, всем своим видом давали понять, что мне до мадам Буше еще ой как далеко. И слава богу.

Снова шикнув на двух вечно отстающих и громче всех хихикающих девиц, я провела толпу к книжным стеллажам. Кристина с Рашель, корпевшие над учебником по бытовой практической магии, синхронно закатили глаза. Я украдкой показала соседкам язык, оправила помятое платье и начала рассказывать об Авроре.

— Графиня Воронцова, основавшая Санкт-Петербургскую Академию магии и прозванная Мудрой, была такой же обычной девушкой, как мы с вами… — я недобро покосилась на все ту же шушукавшуюся в конце строя парочку. Обе рыженькие, наглые и смешливые, с одинаковыми зелеными бантами… Кажется, близняшки. Нет, ну что за неуважение?!

— Как мы? — пискнула самая низкорослая крошка с двумя аккуратными черными косичками.

— Абсолютно! Она родилась дочерью графа и воспитывалась на дому… Сами понимаете, учителя делали акцент на танцевальных, рукодельных и прочих бытовых талантах. Никто не пытался сделать из Авроры, чьей-то будущей супруги, боевого мага или целителя. Ей полагалось блистать на балах и рожать детей, а не… Ай! — я вскрикнула, запнулась и уставилась на свое запястье.

Кожа под браслетом Дорохова запылала. Ее словно жгло отрытым огнем! Как же больно!

Я попыталась снять украшение и посмотреть, что случилось: по ощущениям, там меня должны были ждать волдыри. Но браслет не расстегнулся. Только сиял себе нагло синими камнями ярче обычного. И жег… Жег дурным предчувствием. Предостережением. Ощущением стремительно надвигающейся беды.

Не отдавая себе отчета, я, превозмогая боль, сгребла пигалиц в кучу и велела ждать меня здесь, за стеллажом.

— Ани, что стряслось? — одновременно спросили подскочившие на мой вопль Рашель и Крис.

— Тут… Ждите… — я махнула на крошек-парижанок и побежала к выходу из библиотеки. Чуть не сбила с ног Сюзанну, несущую стопку книг. Выскочила в фойе, влетела в прозрачное холодное марево… Кипевшая на запястье кожа зашипела. — Родж… Пусти…

Призрак делал страшные глаза и оттеснял меня обратно силовым полем. Хлопок… Еще один… Длинный трескучий дождь из золотых искр… Серебристый луч «Иклерии», всполох «Смертельного жала»… В фойе кто-то дрался. Молча, сосредоточенно.

Я ухватила глазом белую косу Эйвери, взметнувшуюся вверх, чей-то синий плащ… Какую-то черную муть, выпрыгнувшую из кольца смутно знакомой темнокожей женщины… Вниз по мраморной лестнице, на помощь стражу, уже бежали другие преподаватели. Я слышала знакомый гул демонических шагов, шарканье Ромула, невесомую поступь крестного.

— Это за тобой, Анна, — зыркнул глазами Вортингтон и резво отпихнул меня в библиотеку. И откуда в бестелесном дурне столько силы? — Хочешь возразить или все-таки спрячешься?

— Там… Там… — я ошарашенно смотрела на библиотекаршу, не зная, как объяснить происходящее в фойе. Сумасшествие? Кошмар? Бойня?

— Нападение на Академию, — позади меня материализовался Роджер и неодобрительно покосился на притихших пигалиц. — Этих нам еще не хватало…

— Сверхщиты учили? — деловито прикрикнула Разина, вылезая из-за стола и вынимая жезл. Она смотрела на моих соседок и Сюзанну. — Сияющий, Физический, Ашский, Высший Барьерный… Хоть какой-то?

— Сияющий можем, в тройке, — первой очнулась мисс Бэггинфорт. Крис покосилась на Рашель и неуверенно кивнула.

— В подземелья, быстро. Ты ведешь, Дэлориан, — ткнула она в меня пальцем. — Вы трое — замыкаете. Щит не опускать, двери не открывать, гостям не отвечать. Сначала бить, потом разбираться.

— А вы? — простонала Кристина и просительно уточнила: — Вы ведь с нами?

— Мы с господином Вортингтоном останемся в коридоре, согласно протоколу о первой и второй защитной линии. Быстро, — она помахала на меня рукой. — Вниз… В подземелья…

Этот путь был мне хорошо знаком. Сколько раз я спускалась к подвалам — к озеру, к икринке. Позади остались ежесекундно озарявшееся вспышками фойе, больничное отделение и библиотека. На смену светлому коридору пришли темные своды, ароматы сырости и леса… Я тянула за руку крошку с черными косичками, за нее держалась другая, за ту — третья… Стройным молчаливым хороводом мы продвигались по узкой лестнице, ведущей в подземные комнаты.

Наш хвост, завершавшийся сияющим сверхщитом, поднятым Рашель, Кристиной и Сюзанной, я не видела. Но в девочках я не сомневалась. Чем не боевая тройка, о которой на занятиях говорил Карпов? Почти уверена, что в этот раз щит был без розовых звездочек. Всем было не до шуток.

— Мне страшно, — пискнула моя дрожащая подопечная и для достоверности громко шмыгнула носом. За ней заскулила другая, за той всхлипнула третья… Только массовой истерики нам не хватало!

Я развернулась, убрала жезл в карман платья и присела перед ними на корточки, создав небольшой затор. Пригладила волосы у низкорослой малышки, поправила красную ленточку на одной из ее косичек.

— Я знаю, что тут темно и страшно. Но сейчас подземелье — самое безопасное место. Нас тут не найдут, — максимально спокойно проговорила я. — Не бойтесь. В Академии много сильных волшебников, они нас защитят.

Глазки у девочек испуганно расширились, словно я не успокоила их, а наоборот, в подробностях рассказала о содержимом второго подвала. А потом… Мои волосы на затылке всколыхнулись, и я почувствовала чье-то присутствие.

— Я бы на твоем месте не был так уверен, цыпа, — голосом Николая Раскова шепнула темнота и хрипло рассмеялась.

Я вскочила так резко, что закружилась голова. Обернулась. Нырнула в омерзительные синие глаза, фирменные для всей породы Расковых.

Раз здесь Николай, значит, и Джина где-то неподалеку… А возможно, что и Пит. И Киван… Господи. Вот сейчас мне стало страшно по-настоящему. Тоже захотелось всхлипнуть, но вовремя напомнила себе, что я — самая взрослая пигалица в этом перепуганном стаде.

— Как глупо — прятать палочку в карман, маленькая беззащитная дестиночка, — скользко ухмыльнулся Расков, и внутри взыграл гнев. Кулак сам взлетел вверх и, без лишних размышлений, приземлился в лощеную физиономию. Которая успела сменить выражение с надменного на удивленное, и лишь потом скривиться от резкой боли.

— Не такая уж и беззащитная, — хмыкнула я.

Из-за моей спины в синеглазого предателя посыпались заклятья. Сразу много и самых разных — это Рашель, Сюзи и Крис протолкнулись вперед и теперь извергали на парня свой гнев. Опутанный какой-то серебристой паутинкой, Николай сплюнул белую пену, осел и прикрыл глаза. Мне его жалко не было, и стадо пигалиц оказалось со мной солидарно.

Нестройной толпой мы добежали до хозяйственной комнаты, где я однажды застукала Присс с икринкой. Тазик с термопледом до сих пор валялись тут. Затолкав парижанок внутрь, я принялась пересчитывать «поголовье», но упорно сбивалась. Сердце колотилось в ушах, мокрое платье прилипало к вздымающейся груди.

— Рашель, посчитай ты. У меня все время получается восемнадцать, — сбивчиво попросила подругу.

— А должно быть? — деловито поинтересовалась мисс Рид, пряча панику глубоко внутри. К такому никто из нас не был готов.

— Двадцать.

— Тут восемнадцать, Ани, — выдала Кристина, успевшая досчитать первой.

— Нет близняшек Коули, Тинны и Ринны, — тоненько выдала самая высокая девчушка в аккуратных очках. — С ними вечно какие-то проблемы.

Я привалилась к стене и закатила глаза. Похоже, две рыжие негодницы так заболтались, что остались в библиотеке. В непосредственной близости от проходящей в фойе магической бойни.

— Я вернусь за сестрами Коули, — сипло сообщила коллегам по несчастью. — Заодно брошу в Раскова парочку парализующих.

— Давай вдвоем, — предложила Рашель, но я отмахнулась.

Мне коллективные щиты удавались хуже всех, а для защиты парижских учениц нужна была боевая тройка. Значит, мне и идти. Одной. Спорить никто не стал, и я торопливо побежала обратно — к лестничному пролету и валявшемуся без сознания Раскову, раскинувшему руки так, словно он пытался объять весь мир.

Была еще одна причина, по которой я не хотела брать Рашель с собой. Джелла. Я узнала темнокожую пантеру, выпившую сознание бедной Элайзы, второй мисс Рид.

Страшно было представить, что случится, если они столкнутся. Поймет ли Рашель по моему описанию, что это та самая волшебница? Бросится ли в драку? Не решит ли Джелла манипулировать девушкой, используя остатки сознания Элайзы внутри себя? Словом, интуиция кричала, что этим двоим нельзя встречаться. Ни при каких обстоятельствах.

По пути наверх завернула к озеру, приоткрыла дверь, заглянула внутрь и тихонько позвала Присс. Никто не откликнулся. На меня смотрела чистая водная гладь. Без диковинных обитателей. Отлично! Если сюда ворвутся арканы, есть шанс, что они никого не обнаружат. Я поплотнее закрыла дверь и побежала в библиотеку.

Чем ближе я подходила к заветному коридору больничного крыла, тем чаще билось сердце. Кто побеждает? Не ранен ли Карпов? А крестный?

Из фойе доносилась мужская ругань и женские вскрики. Судя по вспышкам на том конце, битва продолжалась. Но я не могла разглядеть ни одного силуэта за дымом, искрами и кружащейся копотью. Хотелось припустить вперед и убедиться, что с Андреем все в порядке. Но я снова и снова повторяла, что самый сильный маг столетия не даст себя ранить. Он же Демон! Порой казалось, что самый настоящий…

Сглотнув подкатившие к горлу слезы, я прикрыла глаза, потерла медальон, резко выдохнула, распахнула веки и… Обомлела, столкнувшись взглядом с полными ненависти серыми глазами. Следом за ними из дыма вынырнула медно-рыжая голова, гордо державшаяся на высоком статном теле Кивана Кавендиша. Он довольно ухмылялся, радуясь, что первым нашел меня.

— Сколько же от тебя проблем, дестинка… — изумленно пробормотал молодой лорд и покачал головой. — У тебя талант ускользать из моих рук. Но в этот раз я нацеплю на тебя такие кандалы, которые не снимет даже Высшая магия.

Я оторопела. Сколько раз колотила грушу, вспоминая эту холеную рожу! Сколько ударов нанесла в корпус и лицо! А теперь стояла и не могла сдвинуться с места. Словно меня парализовало незнакомой магией, имя которой страх. Вся уязвимость мира была мне сейчас подругой.

— У меня к тебе очень длинный счет, девчонка. Ты будешь возмещать ущерб снова… И снова… снова… За каждую неудачу, что меня постигла по твоей вине, — Киван сплюнул на мраморный пол и усмехнулся. Позади него что-то взрывалось, хлопало, свистело… Но нас будто заволокло акустическим заслоном. — Дядя Лукас с меня чуть шкуру не спустил за оставленные в доме рукописи. Но я отыграюсь по полной… Каждая часть твоего тела станет моей. Каждый миллиметр кожи. Они возьмут немного крови, я же выжму все остальное. По капельке. Ты умолять будешь тебя прикончить, стерва.

Псих! Маньяк!

— Ты даже не представляешь, как давно я за тобой наблюдаю, предвкушая этот момент. Ты и я, без свидетелей, — Кавендиш кивнул на зеркало в золотой раме, висевшее рядом с портретом Авроры.

— Ты следил за мной? — догадалась, вспомнив гадкие ощущения в ванной.

— Сегодня утром ты была особенно хороша. Такая распаренная… Такая растерянная… Дурной сон? Так хотелось протянуть руку и погладить твою раскрасневшуюся щечку. Еле сдержался, — требуя к себе сочувствия, горестно вздохнул психопат. — Это нарушило бы наш план. Правда, предыдущий был уже испорчен… и снова твоими стараниями. Кто тебя просил разбивать все приличных размеров зеркала в своем окружении?! — он рявкнул, впиваясь в меня острым, как тысяча игл, взглядом. — Не знала, что это дурная примета?!

Я оторопело хлопала глазами, дивясь: можно ли быть психом настолько? Руки по-прежнему меня не слушались — они вяло сжимали игрушечный жезл и никак не хотели спасать свою хозяйку.

— А теперь пришлось переться сюда. И неизвестно еще, сколько доблестных арканов ляжет за каплю твой дурацкой крови! — ворчливо бросил медноголовый маньяк и скривился. — То же мне, сокровище… Чтобы за нее шкурой рисковать. Дядя сам не пошел, отправил нас!

Значит, Лукаса здесь нет. Уже хорошо. Расков тоже выведен из строя… Кивана отвлекаю я (будем считать, что я занята именно этим, а не просто стою в ступоре и помираю от страха). Сколько еще?

— А что был за первый план? — поведя плечиком и стряхивая оцепенение, спросила у Кавендиша.

— Зеркала, глупенькая, — фыркнул парень и горделиво задрал подбородок. Он лениво вертел в руках жезл, не ожидая от меня отпора. И правильно — все полезные заклятья в его присутствии вылетали из головы. — Думаешь, в них можно только прическу поправлять? Но как на зло, в нужный день все крупные, через которые можно пройти самому или кого-то протащить, оказались разбиты!

— Ты собирался похитить меня через… вот это? — искренне изумилась я, тыкая пальчиком в антикварный предмет интерьера и впервые про такое слыша.

— Я потомственный заклинатель зеркал, — Киван шутливо поклонился. — Дар достаточно силен, чтобы я мог управлять коридорами зазеркальных миров. Я очень ценный член Братства.

— А уж какой скромный, — невольно хмыкнула в ответ, глядя в надменную сдобную рожу.

— А ты все такая же строптивая? Прекрасно, — алчно ухмыльнулся парень, и по позвонкам пробежал озноб. — Пока все заняты войной, мы с тобой можем заняться чем-то более приятным… Все равно в ближайший час нас никто не хватится.

Пустой коридор, наполненный едким дымом. Киван, ухмыляющийся хищно, предвкушающе. И я, перепуганная до чертиков и забывшая все заклятья разом. Так себе набор.

И только величавый портрет Авроры нам свидетель… Ни Разиной, ни Роджера поблизости не было. Видимо, «вторая защитная линия» проходила где-то дальше… Или давно смешалась с первой, в какофонии хлопков и фейерверке боевых заклинаний.

В больничном отделении, на дверь которого многообещающе кивнул Кавендиш, тоже было пусто. Мне не нужно было туда заглядывать, чтобы это узнать. Мари еще вчера предупредила, что у нее утром дела в Эстер-Хазе, а потом она собиралась наведаться в Пункт Связи и помочь Джулии. Мое долгожданное магическое совершеннолетие никого не оставило равнодушным. Но уже сейчас я понимала, что праздник накрылся медным тазом. Даже, я бы сказала, медноволосым…

— Сама зайдешь или мне тебя тащить? — вежливо поинтересовался юный лорд, встав у распахнутой двери.

Он что, правда ожидал послушания? Или, напротив, провоцировал меня сопротивляться усерднее? Ему ведь нравится ломать непокорных кукол…

Можно было попробовать проскочить мимо него, но… Бегала я тут уже на каблуках. Приятных воспоминаний скользкий мраморный пол мне не оставил. Я крепче сжала игрушечный жезл и сбросила туфли. Если и убегать, то босиком.

— Палочка тебе не понадобится, — слащаво ухмыльнулся Киван, поглядывая на мои неловкие приготовления к бою.

Один на один мне против него не выстоять. Дело не только в шоке, сковавшем мышцы. Этот лощеный сноб давно закончил обучение… В то время как я его только начала.

— Ладно, будем по-плохому…

Грозно сверкнув серыми глазами, Киван приблизился, схватил меня за рукав мятого платья и дернул на себя. Я испуганно вскрикнула, ударившись лбом о его подбородок, и он тут же с шипением отскочил. Холеная рожа покрылась зеленой сыпью. Кавендиш процедил порцию отборных ругательств и насупленно посмотрел за мое плечо.

— Не трогай ее, ублюдок! — знакомый голос донесся из-за спины. Присс! Она все-таки была на озере!

— Ммм… Моя невеста, если мне не изменяет память? — Киван быстро пришел в себя, ощерился и встал в боевую позу.

— Несостоявшаяся, слава всем богам, — Присс выскочила вперед, загородив меня собой, и, без лишних слов, пошла в наступление.

Дьяволица лихо метала в Кавендиша проклятья, вынуждая того отклоняться, уворачиваться и защищаться. Я не рискнула встревать в ее битву — боялась, что только помешаю.

— Ты как? — коротко бросила она, не оборачиваясь. И в Кивана полетела очередная фиолетовая клякса, которая, попав прямо в высокомерную физиономию, обожгла ее до красных пятен.

— В п-порядке…

— Так и знала, что ты во что-то снова вляпалась, — фыркнула зазнайка и погнала Кавендина дальше по коридору, как разъяренная охотница — дикого зверя.

Грациозно прыгая по полу и ловко уворачиваясь от ответных выпадов, Присцилла осыпала парня самыми отборными проклятьями. Киван то краснел, то бледнел, то покрывался волдырями… А то вдруг лишился в секунду половины своих медных волос, которыми так гордился. Парень рассвирепел, ощупав полысевшую голову, а я удивленно ахнула — она и так умеет? Больше никогда-никогда не буду перечить зазнайке…

Мы приближались к фойе. Звуки взрывов стали громче, дымовая завеса — плотнее, а вспышки, вылетавшие из-за угла, ослепляли.

— Присс, стой! — предостерегающе рявкнула я, понимая, что девица в азарте сражения вот-вот вылетит в гущу основной битвы. И может попасть под чье-то срикошетившее смертельное заклятье. — Хватит… Его там встретят!

— Нет, Ани. Такие крысы бьют со спины! — шикнула на меня Присцилла, запальчиво разражаясь очередным сложносочиненным проклятьем и выбивая жезл у Кивана из рук. — Кто знает, чья спина ему встретится первой…

Она была права — если мы способны помочь преподавателям и обезвредить хоть одного, то нужно это сделать. Но браслет снова жег запястье, а грудь сдавливало неприятным предчувствием. Хотелось схватить Присс за руку и заставить отступить.

Рассмеявшись над безоружным Киваном, палочка которого отлетела далеко назад, к самому зеркалу, девушка обернулась. Довольная собой, раскрасневшаяся, со сверкающими азартом зелеными глазищами в пол-лица. Очень красивая. Как славно, что потомственная малефика не досталась этому сдобному ублюдку.

— Рано радуешься, Прис-с-с-цил-ла… — прошипел парень, и мы обе резко на него посмотрели. Вокруг рук рыжего маньяка клубились черные тени. Опасно так клубились, не предвещая ничего хорошего. — Эта нам нужна. А ты — нет.

Хищная улыбка на секунду озарила потемневшее лицо, но тут же схлынула вместе с кровью… Побледнев, Киван с видимым усилием вскинул ладони вверх, подбрасывая невесомые черные сгустки. Я среагировала, но поздно. От моей хлипкой «Иклерии», прилетевшей точно в наморщенный белый лоб, парень чуть пошатнулся. Но тени уже заклубились вокруг Присс, оттаскивая ее назад, к зеркалу… барахтающуюся, орущую, скребущую по полу каблуками и совершенно не понимающую, что происходит.

Пара секунд — и все было кончено. Стало оглушающе тихо. Тени исчезли. Исчезла и Присс.

— Немедленно верни ее! — закричала я, тыкая в лицо парню своей палочкой и ошеломленно указывая пальцем на зеркало, в котором на моих глазах скрылись тени со своей вопящей ношей. С Присциллой. С этой породистой, временами крайне надменной зазнайкой… С моей союзницей.

— Не хочу, — парень равнодушно пожал плечами. — А даже если бы захотел, вряд ли бы смог… Сил не хватит. Все-таки у меня не полноценный дар, а лишь его отголоски…

— Заткни свой мерзкий рот и достань мою подругу обратно! — я шмякнула его новой «Иклерией», оставившей голубое пятно на залысине у рыжего виска. — Если ты ее туда засунул, то сможешь и высунуть…

Присс была еще там. В зеркале. Я видела! Она медленно, но все-таки дышала. Ее лицо сохраняло ужас последних пережитых мгновений. Волосы зазнайки парили в невесомости, будто девушку заточили в запаянный наглухо аквариум. Вот глаза неспешно моргнули и уставились перед собой… Прямо на меня.

— Она не видит тебя. Пока. Она все еще думает, что летит в окружении теней, — задумчиво пробормотал Киван. — Время в коридорах зазеркальных миров растянуто до предела. Тебя нынешнюю она увидит… Ммм… Через пару дней? Можешь помахать ручкой, на будущее.

— Достань… Ее… — я шмыгнула носом, проведя пальцем по глянцевой поверхности. — П-пожалуйста…7d423c

— Я могу переводить людей зеркальными коридорами. Могу запирать там навечно, в изнаночном подпространстве какого-нибудь мира. Доставать, когда дверь уже закрыта, никогда не пробовал, — Кавендиш пожал плечами, разглядывая застывшую Присс, словно диковинную муху в янтаре. — Считай, что твоя подружка умерла. Вряд ли это считается жизнью.

— Ну уж нет, я не буду считать Присциллу погибшей. Потому что она, тролль тебя раздери, дышит и моргает! Если ты не можешь достать, скажи, кто сможет! — вскинулась я на парня, схватила за лацканы и фамильярно тряхнула. — Твой дядя… Лукас… У него такой же дар? Он достаточно сильный?

Я уже прикидывала, как сейчас ворвусь в гущу сражения, найду Карпова и объясню, что Лукас нам нужен живой. А потом вспомнила, что старый лев на вечеринку не явился… А значит, шансов встретиться у меня с ним мало. Только если добровольно пойти с Киваном и предложить обмен… Глупая, очень глупая затея.

— Нет. У моего дяди другой дар, он не имеет контроля над коридорами изнанок, — лишил меня единственной надежды Киван. — Я последний повелитель зеркал. И я не смогу вытащить ее. Жалко…

— Чего? — ошалела я.

Психопату знакома жалость. Мой мир окончательно пошатнулся.

— Сильный маг, чистая кровь, полезный дар. Расточительство… — удрученно вздохнул Киван и отвернулся. — Но она сама меня спровоцировала. Так на чем мы остановились, дестиночка? Ты, кажется, собиралась скрасить досуг усталому аркану?

— Вы не будете возражать, лорд Кавендиш, если вместо мисс Дэлориан я скрашу ваш досуг? — прозвучало спокойное откуда-то из-за спины Кивана, но мне показалось, что грянул гром. Бледное лицо ублюдка приобрело серый трупный оттенок — он тоже узнал голос Карпова и теперь судорожно искал глазами оброненный жезл. — Поверьте, я тоже очень интересный собеседник…

Из дымовой завесы вынырнул темный силуэт. Мрачный и истинно демонический. В черных глазах клубилась тьма, волосы стояли дыбом, скулы очертились так резко, что можно было порезаться… Такой страшный и хмурый, что я сентиментально всхлипнула. Родной. Любимый. Живой.

— Поднимайте, не стесняйтесь, лорд…

Киван метнулся в сторону, нагнулся и схватил свой жезл. Выпрямился, обернулся. Натянул на лицо маску невозмутимости и церемонно поклонился.

— Князь Карповский.

Андрей коротко кивнул и прочертил глазами на мне две невидимые линии — от босых ног до перепуганных глаз. Бросил взгляд в зеркало, увидел в нем Присс… болезненно скривился и с плохо скрываемой неприязнью уставился на парня.

— Доставайте девушку обратно.

— Не смогу. Не обучен, — гордо фыркнул мерзавец. Киван делал вид, что не боится. Но это был просто фарс — пальцы парня нервно подрагивали на жезле.

— Уверены? Тогда нам от вас нет проку, лорд Кавендиш, — с угрожающими нотками произнес Карпов, и мне стало жутко.

— Убьете? — в голосе надменного первокровки слышалась подступающая истерика.

— Давно планировал это сделать, — честно признался Демон и даже пожал плечом.

— Не посмеете! — Киван задрал подбородок. — Вы ведь аркан в прошлом… И знаете цену чистой королевской крови. В наше время каждый маг, имеющий отголоски дара, на вес золота.

— Без вас, лорд Кавендиш, мы как-нибудь обойдемся, — сдержанно уверил того Карпов и перевел взгляд на меня. — Ани, почему ты здесь? Неужели не додумалась спрятаться?

— Ани? — скривился лорд-смертник, и мне срочно захотелось проверить на нем хук справа. Сравнить, так сказать, ощущения от Пандоры-87 и оригинала. Я его, бледного и трясущегося, больше не боялась.

— Мы и прятались! — возмущенно заявила я. Совсем Андрей меня за дурочку принимает? Я прекрасно знаю, что не воин. И мое место — в темном шкафу. Или, в крайнем случае, в подвале. — Две девочки из «Эншантели» пропали. Они оторвались от группы в библиотеке, и я пошла искать.

— Понял, — уголком губ улыбнулся Демон, заметив мое праведное возмущение. — Иди в библиотеку, ищи своих пигалиц и веди в укрытие. Я потом тебя найду.

— Обещаешь?

— Разумеется.

— А Присс…?

— С мисс Пруэтт будем разбираться после, — неуверенно пробормотал Карпов, уходя от ответа.

— А этот… рыжий? — я с легким сочувствием посмотрела на лорда-психопата. А потом вспомнила про Присциллу, заточенную в зеркале в золоченой раме, и резко перестала его жалеть.

— Тебе не стоит на это смотреть, — Андрей загородил мне обзор и коротко скомандовал: — Уходи.