Глава 45

Сайрен медленно и лениво разжал пальцы на моем запястье. Держать меня не было смысла, потому что я и так стояла перед ним, натянутая, как тетива. Я не двигалась. С яростью смотрела на него, тяжело дышала, но заставляла себя стоять.

Он не станет убивать меня вот так легко и сразу, одним росчерком. Он хочет поиграться, ублюдок, но мне это, пожалуй, даже на руку. Дает хоть какой-то шанс.

Свободная ладонь Сайрена неспешно поднялась к моему лицу. Когтистые пальцы чуть кольнули кожу у скулы, слегка царапая повели вниз, к подбородку, мимо серпа, по горлу.

Каждое его прикосновение оставляло неприятный гадкий жар на коже. Не тот, что вызывал он сам, я все таки не такая полоумная, чтобы течь от фэйри, который хочет меня сожрать в прямом смысле этого слова. А от того, что во мне раскручивала его подлая “громкость”.

— Ох, маленькая, — выдохнул он, склоняясь ко мне еще ближе, что я даже ощутила его выдох на щеке. И сам-то едва не скулит от предвкушения. — Я и забыл, какие люди чувствительные. Давно не развлекался с вашими. Последний раз меня как следует отругали, что я устроил слишком большую бойню. Но как удержаться, когда хочешь попробовать сердце каждого?

Я молчала. Сглотнула, и сразу пожалела, потому что от этого движения серп сильнее врезался в кожу.

— У тебя тут бьется пульс, — продолжил он шепотом. — Как птичка крыльями в силках бьет. Вот тут, — он чуть надавил у яремной впадины. — Раз, — проткнул кожу кончиком когтя. Я порывисто вдохнула. — И тут, два, — еще один прокол. — И еще кое где, — он на миг скосил глаза вниз, — но мы пока туда не пойдем, еще рано, да? Но я слышу. И вот это все пахнет на весь Лес. Тебя в трех километрах учуять можно.

Я подавила тошноту.

— Но можешь сказать мне спасибо, я первый до тебя добрался. И не убью тебя быстро.

Его серп скользнул по моей коже, сползая с подбородка на горло. Сайрен снова поднял руку и собрал в пальцы прядь моих волос. Поднес их к лицу и втянул запах с явным удовольствием.

“Дыши, ноги подпружинь. Жди, когда противник перенесет вес”.

Сайрен опустил взгляд на свой клинок и надавил. Его зрачки расширились, когда металл рассек мою кожу. Глубоко резать он не стал, сместил серп так, чтобы зацепить мой подбородок кончиком и заставил поднять голову.

Я подчинилась.

А что, мать его, мне оставалось? Я судорожно соображала, как я могу выбраться, но едва махну саблей в его сторону, как он воткнет свой чертов серп в меня. Будет, наверное, один-один, но более вероятно, что я только раню его. А вот он меня…

Сайрен вдохнул запах моей крови, я уже ждала, что сейчас зажмурится, ублюдок, но он не сводил с меня глаз.

И что теперь, наживую жрать будет?

Он наклонился и мучительно медленно и бесстыже провел языком по порезу. Снизу вверх, вдоль самой кромки лезвия своего серпа.

— М-м, — выдохнул он мне в кожу. — Говорю же — деликатес, — он улыбнулся, не отрываясь от моей шеи. — Ты ведь ненавидишь себя сейчас, да? За то, что в тебе не только страх.

И вот это было уже слишком.

Я не знаю, что во мне вспыхнуло первым. Отвращение, ярость, или какое-то третье, более темное чувство, потому что зелье и его фэйский усилитель “громкости” создали из моей ярости почти физический жар.

Я ткнула его коленом аккурат туда, куда позволяла мне моя человеческая нечестность. Кожу под серпом резануло, но я успела отклониться назад, чтобы все же остаться в живых.

И когда он на миг согнулся, в воздухе у его лица сверкнула невидимая до того Пион. Кроха была в бешенстве! Я даже не успела за нее испугаться и воткнуть в ублюдка слишком длинную для такой близости саблю, когда она сама вонзила в его глаз что-то острое. Ветка или здоровенная сосновая игла?

Она тут же отпрянула, снова стала невидимой, а Сайрен взвыл безумным зверем, хватаясь за глаз, который тут же залило кровью.

Я не стала ждать продолжения.