Глава 97

– Давай помогу! – вздрагиваю, когда мужские ладони перехватывают у меня ручки коляски.

Поднимаю глаза и на пару мгновений теряюсь.

– Привет! – говорит Тимур, впиваясь в меня взглядом.

Дыхание перехватывает, но я тут же беру себя в руки.

– Нина Васильевна, здравствуйте! – он отпускает коляску на пару секунд, чтобы обойти ее и поздороваться с бабушкой.

– Ох! Тимур! Здравствуй! – радуется бабушка. – А ты чего тут?

– Я к вам, Нина Васильевна, – улыбается этот плут.

– Правда? – смеется бабуля.

– А как же! Вот, помочь вам с доставкой на лечение, – Залесский улыбается так широко, что мне кажется, я попала куда-то в зазеркалье. Тимур хоть и помогал мне с лечением бабушки, что тогда, шесть лет назад, что сейчас, но все же это не обязывает его к общению с ней. А они разговаривают так, будто давние приятели.

– Такой внимательный молодой человек! Повезет же твоей невесте! – говорит она и при этом оборачивается ко мне.

– Думаете? – расплывается в еще более широкой улыбке этот индюк.

– Еще как!

– Жаль, с невестой проблема.

– А что же так? Неужели вокруг такие слепые девушки и не видят такого парня? Потом же сами локти кусать будут.

– Может, ну их, этих невест, а? – присаживается на корточки напротив бабушки Тимур. – Пойдете за меня замуж? – подмигивает.

Бабушка заливисто смеется, будто девчонка. А я, несмотря на всю странность происходящего, непроизвольно улыбаюсь вместе с ней.

– Скажешь тоже! – отмахивается она. – Будь я лет на сорок-пятьдесят помоложе, то тебе с такой невестой было бы не справиться. Хотя уверена, у тебя есть на примете кое-кто более красивый и интересный.

– Кто ж с тобой сравнится, – решаю поддержать их игру и обхожу коляску, оставляя возможность поухаживать за дамой Тимуру.

Ловлю на себе взгляд Залесского и на миг замираю.

– Родная, ты во многом меня превзошла. Правда, Тимур?

После той ночной прогулки по городу и его признания мы снова не виделись около двух недель. Тимур улетал по делам, а я успела слетать дважды в рейс в составе нового экипажа. Хотя Мирон и пытался заблокировать мой перевод, но мои личные проблемы сыграли мне на руку. И чтобы ухаживать за бабушкой, я не брала дальние перелеты.

Несколько дней после нашей прошлой встречи с Тимуром он молчал, видимо давая мне возможность переварить услышанное, а потом первым написал:

Залесский: “Моргни два раза, если тебя не взяли в заложники и с тобой все в порядке”.

После этого мы снова вернулись к нашей переписке, постепенно узнавая друг друга заново. Точнее, только теперь мы и начали знакомиться полноценно. Без бури эмоций, взрыва гормонов и неконтролируемой похоти.

Я не могу сказать, что шесть лет назад была влюблена именно в Тимура. Лишь в его образ, по большей части дорисованный моим воображением. Более того, я не знала его как человека. А тот парень, которого я узнавала теперь, начитанный, образованный, с богатым внутренним миром, удивлял меня. С ним я могла разговаривать часами, поражаясь, какой он на самом деле интересный собеседник.

Кажется, то, что его выперли из университета, после того как вскрылись их споры с друзьями и его желания спасти друзей от меркантильных сук, которыми он считал всех женщин (и в этом он признался мне сам), на самом деле сыграло ему только на пользу.

После этого сводный учился в Лондоне и там стал развивать то, что действительно приносило ему удовольствие. Ему удалось превратить хобби в дело, благодаря которому его знали все любители боев без правил.

И пусть я каждый раз с нетерпением ждала его сообщений, но встречаться с ним лицом к лицу для меня по-прежнему было тревожно.

Как бы хорошо мы ни научились выстраивать контакт через переписку, реальное общение вызывало у меня оторопь. Потому что… мне сложно видеть в нем не того мерзавца, что публично унизил меня, а одинокого парня, отгородившегося от всего мира циничностью и равнодушием.

– То, что Стефания способна затмить собой всех девушек мира, – это только ваша заслуга, – сводный говорит это, смотря мне в глаза, но при этом обращаясь к бабушке.

– Самый лучший комплимент для меня, – слышу довольный голос бабушки и вспоминаю, что на самом деле мы опаздываем на лечение.

– Теперь нам пора на процедуры, – киваю Тимуру на пандус и жду, когда он закатит бабушку внутрь.

Как только у нас забирают бабулю на лечение, мы снова остаемся с Тимуром вдвоем и не сговариваясь идем к выходу.

– Это нечестно – действовать через бабулю, – говорю я внезапно даже для самой себя. – Ты же понимаешь, что снова играешь грязно? – тут же замолкаю, понимая, что сказала лишнее.

– Кхм, – прокашливается Тимур и смотрит на меня внимательно. – Возможно. Но мне это нравится. Нравится, что у тебя на одну проблему меньше. И то, что твоя бабушка идет на поправку. И вообще, у тебя кайфовая бабуля.

– Ты с ней общался всего пару раз!

– Думаешь, этого мало, чтобы проникнуться ею? А вообще, на самом деле гораздо больше.

– Что? – удивленно распахиваю я глаза и замираю, смотря на него.

– Пока ты была в рейсе, я навещал ее, – он засовывает руки в карманы брюк. – И мы так здорово поиграли в карты.

– Ты играл в карты с бабулей? – смотрю на него в шоке. Потому что это наша с ней традиция и только я с ней играю в дурака.

Но оказывается, она за моей спиной делала это с кем-то другим?! С парнем, которого видела пару раз в жизни?!

– Более того, Стефа, – сводный делает шаг мне навстречу, – я планирую это повторить, – вот так вот, бьет словами, так что я открываю рот, не зная, как реагировать на подобную наглость. – Буду ходить играть к вам в карты с Ниной Васильевной снова и снова… – приближается ко мне так, что между нами остается всего несколько сантиметров.

– Но мы же переписывались, и ты ничего не сказал!

– Бабушка твоя попросила не дергать тебя из-за ерунды. Присматривалась ко мне, думала, наверное, достоин ли я играть с вами.

– Вот, значит, как! – не знаю, возмущаться, обижаться или рассмеяться от их сговора. – Но как я могу пригласить тебя в наш карточный клуб, если я не знаю, настолько ли ты хорош?

– А ты проверь! – бросает мне вызов.

– Что?

– Испытай меня. И можешь поставить на кон любое условие. Например, чтобы я и близко не приближался к вам двоим.

– И ты его выполнишь? – всматриваюсь в его глаза, стараясь найти там ответы.

– Если пойму, что ты действительно этого хочешь.

Мы замолкаем и полосуем взглядами лица друг друга.

– Хочешь сделать ставки?

– Да, хочу понимать, что будет на кону.

– А что, если я попрошу тебя дать мне шанс?

– Слишком много просишь, – хочу усмехнуться, но грудь сжимает, и улыбка даже не затрагивает моих губ.

– Тогда… ты придешь на мой день рождения.

– Всего лишь? – не верю, что все так просто.

– В качестве моей спутницы.

Пульс учащается, когда я прикидываю риски.

– Играем до трех побед, – говорю быстро. – И если я выиграю, то… – облизываю вмиг пересохшие губы, стараясь понять, чего именно я хочу. – Тогда…

– Что тогда?

– Пусть будет сюрприз. Готов ты играть на кота в мешке?

Тимур блуждает взглядом по моему лицу. Переводит взор с глаз на губы и обратно.

– С тобой – на что угодно, – он протягивает руку, и мы скрепляем сделку рукопожатием, договорившись встретиться для партии на нейтральной территории вечером.

И я с нетерпением жду этой встречи…