Глава 14. Догадки и действительность

Эйтан Бестерли

Перед завтраком мне принесли записку от старшего целителя академии ‒ профессора Грейта. Он писал, что сегодня в десять прибудут его коллеги из императорского госпиталя, они все вместе проведут контрольную диагностику состояния пациентки Айлы Морри, и, если оно окажется приемлемым, девушку выведут из лечебного сна.

Профессор Грейт не был обязан уведомлять меня об этом, но я настоятельно попросил его это сделать. Тот, к счастью, не забыл об этой просьбе. И теперь у меня появилась возможность присутствовать при пробуждении Айлы. Вот только, когда в назначенное время я пришёл в лазарет, оказалось, что там уже присутствуют представители стражей. И среди них ‒ капитан Лиам Истер собственной персоной. Это ж как на него давят, что он явился сюда лично, да ещё и в компании двух подчинённых?

‒ Лиам, ‒ холодно кивнул я старому недругу.

‒ Бестерли, ‒ хмуро ответил он и явно был не рад моему присутствию. – Очень ожидаемая встреча. Я не сомневался, что ты тут появишься.

‒ Думаю, ты в курсе, что я с недавних пор занимаю должность заместителя ректора, ‒ проговорил равнодушным тоном. – И здоровье пострадавшей студентки для меня очень важно.

Истер ухмыльнулся, но отвечать ничего не стал. А я перевёл взгляд на его спутников. Одним оказался сержант, с которым лично мне пересекаться ещё не приходилось. А вот вторым был Эйди Слоун ‒ штатный менталист центрального столичного управления стражей. Наипротивнейший тип.

Сразу в палату к пациентке нас не пустили. Туда вошли только целители, ну а мы остались стоять в коридоре. В тишине. У меня не было никакого желания продолжать разговор с Лиамом, он тоже не изъявлял желания со мной общаться, а с его спутниками мне беседовать и вовсе не о чем. Но когда через полчаса томительного ожидания из палаты вышли довольные доктора, я сразу шагнул к двери.

‒ Не спешите, лорд Бестерли, ‒ остановил меня профессор Грейт. – Всё прошло хорошо. Девушка почти здорова, хоть и очень слаба. Сейчас ей показан полный покой. Но после обеда, думаю, вы сможете её навестить.

Он перевёл взгляд на стражей:

‒ Простите, господа, но вас я тоже пока к ней не пущу.

‒ У нас предписание провести допрос, как только ваша пациентка очнётся, ‒ возразил Лиам.

‒ Тогда считайте, что она ещё не очнулась, ‒ развёл руками целитель. – Девочке нужно отдохнуть, прийти в себя. А общение с сурового вида незнакомцами вряд ли благостно скажется на её здоровье.

Сказав это, профессор запечатал дверь в палату своей магией и направился дальше по коридору. Мы же так и остались на месте. Я надеялся, что Истер со своими подчинёнными уйдёт, но тот посмотрел на меня с вызовом, демонстративно переплёл руки перед грудью и опёрся спиной на стену. Судя по всему, для него принципиально важно побеседовать с Айлой в самое ближайшее время.

Меня ожидал целый обоз дел, через десять минут начиналась лекция, но я понимал, что просто не имею права сейчас уйти. Потому быстро написал записку тисе Тренс, составляющей и корректирующей расписание занятий, и попросил одного из практикантов передать.

‒ Бестерли, неужели при столь высокой должности, тебе нечем больше заняться, как сторожить тут студентку? – ехидно поинтересовался Лиам.

‒ Могу адресовать тот же вопрос и тебе, Истер, ‒ ответил я. – Неужели у тебя только одно нераскрытое дело, и потому ты готов торчать здесь полдня?

‒ Другие дела не требуют моего непосредственного участия, ‒ парировал он.

‒ А в этом, стало быть, ты должен вести допрос пострадавшей сам? – спросил я иронично.

‒ А в этом, ‒ он почти в точности скопировал мой тон, ‒ присутствуешь ты. Следовательно, можешь помешать следствию. К примеру, запугать пострадавшую или даже подправить ей воспоминания, чтобы выгородить свою протеже.

Я не смог сдержать удивления. Всё же столь откровенно Лиам мне раньше не хамил.

‒ Не боишься, что расценю твои слова, как личное оскорбление? – бросил я с деланным безразличием.

‒ Напишешь на меня жалобу? Пожалуйста, ‒ отмахнулся тот. – Вот только помни, что ты теперь гражданское лицо, следовательно, во всех вопросах, касающихся проведения расследований, участия принимать не можешь. И твоё вмешательство я легко расценю, как помеху следствию. Даже имею право задержать тебя на сутки.

Это было что-то новенькое. Нет, мы всегда друг друга недолюбливали, но раньше Лиам никогда не выражал своё ко мне отношение столь явно. А я впервые задумался о причинах столь странной вражды. Ведь нам же, по сути, и делить-то было нечего. Мы даже во времена моей службы пересекались крайне редко. Но я всегда чувствовал исходящую от Истера ненависть. Должны же у неё быть причины?

Ладно, с этим можно разобраться и позже.

‒ Скажи, Лиам, что для тебя важнее в этом деле: найти истинного виновника или обвинить Изабель Кайс? – спросил я в лоб и смотрел теперь ему прямо в глаза.

Пусть только попробует соврать. У него такой защиты, как у Бель, нет. Значит, я обязательно уловлю его ложь, как бы он ни желал её скрыть.

‒ Мне важно поймать преступника, ‒ ответил Истер, уверенно встречая мой взгляд. – Если тиса Кайс невиновна, то я даже готов принести ей извинения. Но моя интуиция подсказывает, что этого не случится.

‒ То есть, ты действительно веришь в виновность Изабель? – серьёзно поинтересовался я.

‒ Верю, ‒ кивнул Лиам. Раздражённо поджал губы и добавил: ‒ Тиса Кайс и раньше поступала подло, а такие люди не меняются. Следовательно, она вполне могла сбросить студентку с крыши.

‒ Что ты подразумеваешь под прошлыми подлыми поступками Изабель?

Я старался хотя бы внешне оставаться спокойным. На самом же деле после его слов мне очень хотелось схватить Лиама за грудки.

‒ Если имеешь в виду то заявление, которое она сначала написала, а потом забрала… ‒ озвучил своё предположение.

‒ Нет, Эйтан, я говорю о совершенно другом случае, ‒ перебил Лиам. ‒ Давнем.

Он крайне редко называл меня по имени. А если уж и делал это, то лишь тогда, когда разговор касался чего-то личного.

‒ Я бы хотел узнать подробности, ‒ проговорил, не отводя взгляда.

Истер безразлично пожал плечами.

‒ Это не имеет отношения к данному делу, ‒ покачал головой он.

‒ Но раз уж ты считаешь правильным делать выводы на основании какой-то старой истории, я просто обязать услышать о ней больше.

‒ У меня нет никакого желания с тобой об этом говорить, ‒ холодно сказал капитан стражей.

‒ И всё же скажи, ‒ с нажимом проговорил я.

Он хмыкнул, посмотрел на меня с откровенным презрением и всё-таки ответил.

‒ Так уж вышло, что из-за этой самый вертихвостки когда-то давно пострадала знакомая мне девушка, ‒ сказал он. ‒ Тиса Кайс, которая тогда звалась тисой Изабель Келли, поступила с ней крайне некрасиво. Поверь, совести у твоей протеже нет.

А я уловил, что обида на Бель у него засела очень глубоко. Но сейчас он точно не станет ничего больше рассказывать. И всё же стоит сделать зарубку, чтобы потом при случае расспросить его о том случае.

***

Примерно через час в палату вошла медсестра с подносом, на котором стояла тарелка с бульоном. Вскоре она вышла с опустевшей посудой, а ещё через несколько минут появился целитель Грейт. Он окинул нас хмурым взглядом, укоризненно покачал головой и скрылся за дверью. Но почти сразу вернулся и сообщил, что леди Морри готова дать показания.

Лиам попытался оставить меня в коридоре, но я заявил, что обязан присутствовать при допросе, как представитель академии. Пришлось капитану, скрипя зубами, пропустить меня в палату.

Айла лежала на узкой кровати и выглядела вполне здоровой, разве что немного бледной. Профессор Грейт остановился возле изголовья кровати, скрестил рук на груди и всем своим видом дал нам понять, что мучить пациентку не позволит.

Мне хотелось сразу проверить её на ментальные воздействия, но я решил пока проявить лояльность к стражам и демонстративно отступил в сторону. Лиам придвинул ближе стул и, присев на него, обратился к девушке.

‒ Леди Морри, ‒ начал он. – Я капитан Лиам Истер. Нам необходимо задать вам несколько вопросов о том, как произошло ваше падение с крыши. Скажите, вы спрыгнули сами?

На лице Айлы отразилось неподдельное возмущение.

‒ Конечно же, нет! – выпалила она чуть хриплым, но громким голосом. – Меня столкнули.

‒ Вы помните, кто это был? – задал новый вопрос Лиам.

‒ Да, ‒ Айла несколько раз кивнула. Потом почему-то с опаской посмотрела на меня и сказала: ‒ Это сделала профессор Изабель Кайс.

Я почувствовал, как от сердца по всему телу мгновенно пронеслась ледяная волна. Казалось, у меня даже волосы на загривке зашевелились. Ведь сейчас Айла точно говорила правду. И эта правда никак не желала укладываться в моей голове.

Капитан Истер обернулся ко мне, даже не думая скрывать торжествующую улыбку. Хотел что-то сказать оставшемуся у входа лейтенанту, возможно, приказать немедленно арестовать Бель, но почему-то передумал.

‒ Леди Морри, расскажите, как вы оказались в ту ночь на крыше?

Айла медленно кивнула, уж было открыла рот, но почему-то остановилась, а её взгляд стал растерянным. Она несколько раз моргнула, схватилась руками за край одеяла и прижала его к груди.

‒ Я… ‒ проговорила девушка. – Я не помню.

И вот эта её фраза заставила меня насторожиться.

‒ Тогда давайте по порядку. Что вы делали в тот вечер?

‒ Я куда-то шла. Кого-то искала, ‒ проговорила она, нервным жестом заправив распущенные волосы за ухо. – Это было для меня очень важно. Но… я не помню почему. В голове каша.

‒ Не удивительно, ‒ спокойно пояснил целитель Грейт. ‒ Подобное часто случается после длительного наведённого сна. Через пару дней ясность сознания должна вернуться.

‒ Зато я хорошо помню профессора Кайс, ‒ снова заговорила Айла. – Мы с ней встретились на аллее. Я… ‒ девушка опустила взгляд. – Наговорила ей гадостей. Меня мучила совесть и…

Леди Морри снова запнулась.

‒ Почему вы поругались с профессором Кайс? – поинтересовался Лиам.

‒ Я надеялась получить у неё защиту, ‒ разволновавшись, сообщила девушка. ‒ Мне казалось, она сможет мне помочь.

‒ В чём? От кого вам нужна была защита? – капитан Истер подался чуть вперёд.

Но Айла только сокрушённо покачала головой.

‒ Не помню.

Тут моя выдержка почти дала сбой. Хотелось подскочить к девчонке, схватить за плечи, поймать взгляд и влезть в сознание, чтобы получить ответы сразу на все вопросы. Увы, делать это было категорически нельзя. Для подобного вмешательства требовалось разрешение следователя, и, главное, согласие самой Айлы.

Я сильно сомневался, что Лиам даст своё позволение на ментальную проверку. Значит, придётся сначала обратиться к Дейрену, потом постараться уговорить саму леди Морри или даже её отца. Это всё займёт несколько дней, которые Бель придётся провести под арестом как главной подозреваемой в покушении на убийство.

Лишь стоило представить её в камере, и я понял, что никак не могу такое допустить.

‒ Лиам, ‒ тихо обратился к капитану, – можно тебя на пару слов?

Тот глянул на меня недовольно.

‒ Сейчас не самое подходящее время, ‒ ответил он раздражённо.

‒ Пожалуйста, это очень важно, ‒ выдавил я из себя.

После этой фразы глаза старого недруга удивлённо округлились. Ну да, я никогда никого ни о чём не просил. Не умел. Всегда либо требовал или пробовал договориться. И ни за что не стал бы обращаться с просьбой к Лиаму Истеру.

‒ Ладно, ‒ нехотя согласился он и повернулся к Айле. – Мы выйдем на пару минут. Отдохните пока.

Та, казалось, была лишь рада выпавшей передышке и не стала возражать.

Когда мы с Истером оказались в коридоре, я прикрыла за нами дверь и заставил свою гордость спрятаться подальше.

‒ Лиам, у девочки есть признаки ментального вмешательства в сознание. Причём, глубокого, ‒ начал, стараясь говорить спокойно и без лишний эмоций. – Это подтверждают странности в её поведении, которые начались пару недель назад. По заверениям её знакомых, раньше она была совсем другой. Такие перемены возможны в случае сильного морального потрясения или серьёзного ментального воздействия.

‒ Насколько я в курсе, ‒ холодно отозвался капитан. ‒ Не так давно она была под внушением твоего племянника.

‒ Да, ‒ не стал спорить. ‒ И её проверяли специалисты в управлении. Но они увидели только свежее воздействие. Поверхностное. Глубоко в её сознание никто не лез. Да и не так это просто. Не всем хватит знаний и уровня дара.

Лиам усмехнулся и оперся плечом на стену. Судя по выражению его лица, он уже уловил, что именно я от него хочу. Но пока продолжал молчать.

‒ Это не подчинение, а нечто куда более серьёзное, ‒ пришлось продолжить мне. ‒ Очень глубокая работа и, вероятнее всего, насильственного характера. Понимаю, что меня ты к сознанию девушки сейчас не подпустишь. Но мастерства твоего менталиста должно хватить, чтобы определить само наличие чужого ментального вмешательства. Хотя исправить что-то он вряд ли сможет.

В глазах Лиама отразилось сомнение. Он явно искал в моих словах подвох. Вот только его не было.

‒ Для проверки нужно согласие пострадавшей, ‒ сказал он, наконец.

‒ Так давай её спросим. Только, позволь мне. У меня куда больше опыта общения со студентами. Я найду правильные слова.

Повисла пауза. Было видно, что Истер не хочет соглашаться с моими доводами. И сейчас в нём боролись два желания: насолить старому недругу или всё-таки разобраться в этом деле. К счастью, победило второе.

‒ Ладно, Бестерли, ‒ сказал он нехотя. – Если леди Морри согласится, я поручу Эйди провести глубокую проверку её сознания.

‒ Спасибо, ‒ искренне ответил я.

‒ Не благодари меня. Дело не в твоей просьбе, хотя она и оказалась неожиданной, ‒ ответил капитан. – Просто я сам вижу нестыковки в поведении девушки. И вероятность ментального воздействия исключать нельзя.

‒ Рад, что следователь в тебе пересилил неприязнь ко мне, ‒ сказал я, протянув ему ладонь для рукопожатия.

Но Лиам только усмехнулся и, проигнорировав мой жест, направился обратно в палату.

Ну да, чего-то подобного и стоило ожидать. Наша вражда слишком давняя, чтобы о ней можно было так просто забыть.

К моему удивлению, Айла согласилась сразу. Более того, в глазах девушки появилась надежда, и когда она мельком глянула на меня, я уловил её страх, смешанный с решительностью.

Проверка заняла немало времени. Эйди Слоун знал свою работу, но уровень его дара оставлял желать лучшего. Для столь серьёзного анализа ему требовались дополнительные артефакты-усилители. У него таких при себе не было, потому их пришлось позаимствовать из хранилища академии под мою личную ответственность. Но даже с ними Эйди пришлось туго.

Сознание Айлы сопротивлялось незнакомому менталисту. Он сидел напротив девушки, касался пальцами её висков, пытался пробиться сквозь естественную защиту, вот только получалось плохо. Артефакты помогали, но и самому парню приходилось выкладываться на всю катушку. Я бы мог сделать это и проще, и быстрее, но кто ж меня допустит?

Потому мне пришлось терпеливо ждать результатов проверки, как и всем остальным. И только почти через час мучений, вымотанный и вспотевший Эйди всё-таки отпустит девушку и посмотрел на нас. Сама же Айла сразу уплыла в сон. Ей тоже требовалось восстановиться после таких манипуляций.

‒ На леди Морри на самом деле было оказано глубокое воздействие, ‒ проговорил менталист устало. – Я обнаружил несколько слоёв внушения от разного времени. Их суть распознать не удалось. Но зато у меня получилось подробно рассмотреть самое свежее, которому от трёх до семи дней.

Он посмотрел на меня с уважением и снова обратился к Лиаму.

‒ Это подмена образа. То есть, смотря на одного человека, леди Морри видела другого. А часть воспоминаний грубо затёрта.

Я не смог сдержать торжествующей улыбки, хоть и очень старался. Моя версия подтвердилась. Нет, это ещё не доказывает полную невиновность Изабель, но теперь уж точно с Айлы нужно будет снять все воздействия и уже потом проводить допрос. Потому что её нынешние показания никак не могут быть правдивыми.

‒ Эйтан, ‒ Лиам опять обратился ко мне по имени, – какого уровня менталист справится с проблемой леди Морри?

‒ От седьмого и выше, ‒ сказал я. – В управлении с таким даром у вас только Трент Серинити.

‒ Он нарасхват, ‒ недовольно буркнул капитан.

Потом тяжело вздохнул и сказал то, что я ожидал от него услышать. По сути, у капитана просто не было иного выхода.

‒ Я вынужден просить тебя снять воздействие с леди Морри, ‒ скрипнув зубами, проговорил Истер. ‒ Знаю, что ты не обязан, но дело касается студентки твоей академии.

У меня был десятый уровень дара. Наивысший. А ещё научная степень по глубинным воздействиям на сознание и способам их устранения. Лиам прекрасно это знал, ведь раньше нам довольно часто приходилось работать вместе.

‒ Конечно, ‒ ответил я с самым серьёзным видом. – Но нужно получить письменное согласие леди Морри. И, возможно, её отца.

‒ Добуду, ‒ кивнул капитан. – Когда можно будет провести процедуру?

‒ Не сегодня, ‒ покачал я головой. – Девушка слишком слаба. Лучше завтра вечером или даже послезавтра.

‒ Хорошо, ‒ ответил Лиам и добавил: ‒ Передай тисе Кайс, чтобы пока не покидала территории академии. Она всё ещё остаётся главной подозреваемой. Сейчас я её не задерживаю, но всё может измениться в любой момент.

Это был намёк. Такая тонкая игра: лояльность за лояльность. Тем самым он будто бы говорил: «Я буду помогать тебе только пока ты помогаешь мне».

‒ Спасибо и на том, ‒ ответил ему. – Обязательно передам.

На этом мы распрощались.

Уже уходя, я отметил, что у палаты остался дежурить страж. Полагаю, охрана тут была и раньше. Значит, Истер всё же опасается за благополучие пострадавшей. Возможно даже считает, что именно Изабель может решиться добить девушку?

Ну, ничего, скоро у меня появится возможность не только помочь Айле избавиться от воздействия, но и узнать, что случилось с ней на самом деле.