Глава 7. Завтрак с родней и планы на будущее

Утро началось с пустой постели. Ну, допустим, не совсем пустой — я в ней все же была, а вот Маккой…

Может быть, кто другой этому обстоятельству расстроился бы, но я коварно переползла на его половину кровати передней частью меня. Во-первых, там хорошо пахло Ивом, во-вторых, нечего бродить невесть где!

Нижнюю часть себя я предусмотрительно оставила на своей половине постели, чтобы Маккой, вернувшись, уж точно понял, что бродить неизвестно где по утрам не только нечего, но и чревато. Минут пять я с наслаждением досыпала — «неистово, не шевелясь», а потом вспомнила о важном деле, которое вчера сорвал Маккой.

Я повертелась в койке, пытаясь сообразить, с какой бы ее стороны мог быть мой телефон, нашла искомое и набрала заветный номер.

Время общения с братом!

— Доброго утра, сестренка, — появился в трубке его голос. — Слушаю тебя.

— Дорогой брат! — сразу обозначила я, что доброго утра ему сегодня ждать не стоит, и перешла к претензиям.

На повестке стоял вопрос: с какой стати руководитель (и фактический глава) рода Феррерс размещает своих людей на моей территории в ультимативном порядке, без согласования со мной, или, как минимум, формального предупреждения.

— На твоей территории? — позволил себе легкое удивление Ричи. — Помнится, пятерка магов, которую я к тебе отправил, тебя не нашла.

— Ты запихнул своих людей к нам в квартиру!

— К вам? — удивление брата стало чуть «тяжелее», — Бедный парень, у него хоть что-нибудь только его осталось? Ладно, сам вляпался, сам пусть и выпутывается!

— Очень смешно! — раздраженно согласилась я. — Но вернемся к сути! На кой ты приставил к нам своих оловянных солдатиков, если уж серьезной опасности нет, а от несерьезной меня как-нибудь Маккой и без кордебалета на подтанцовках защитит? Рич! Ты что, утаиваешь от меня информацию?

— Ну что ты-что ты, я же знаю, что в твоей вселенной существует только два смертных греха: попытка у тебя что-то отнять и что-то от тебя утаить! — выдал он и пробормотал, будто бы мимо трубки: — Жалко парня! Ой, жалко…

Вот это, положим, было уже несправедливо! Вот это уже зря было сказано, потому что давало мне право ответного выпада, а значит поле для маневра. И только минут через пять увлеченного словесного фехтования я спохватилась, что годы политического опыта кое-чему братца научили, и вернулась к первоначальной теме разговора:

— Ричи, не заговаривай мне зубы! Что означает твой финт с усиленной охраной?

— Мэнди, оглянись. Ты видишь где-то неподалеку полную боевую звезду? Нет? Так о каком усилии идет речь?

— Речь идет не об усилии! Речь о том маге. Который всю ночь стоял у нас с Ивом над душой!

— Во-первых не над душой, а в соседней комнате, это две большие разницы. Во-вторых, не разочаровывай меня, сестренка! Неужто существование полога молчания осталось для тебя тайной? И, в-третьих, как это ты его вместе с остальными не выставила?

— Я вообще никого не выставляла! — отмела я гнусные инсинуации. — Охрана так охрана, я что, не понимаю, что у них приказ? А чего эти двое покинули вверенный объект, ты не у меня спрашивай, по постам они без меня распределялись, — небрежно закончила я.

Молчание трубке стало озадаченным: эффектная фраза определенно удалась на славу.

— Знаешь, я ожидал, что ты свалишься мне на голову с требованиями объяснить, прекратить и «они меня все равно только замедляют». Прямо среди ночи.

— Среди ночи, Ричард, — надменно уронила я, — мне и без тебя есть чем заняться! Но и этот вопрос тоже требует прояснения. С чего такая спешка, Рич? Даже не думай, что тебе удастся что-то скрыть. Это вопросы, напрямую касающиеся меня. Не темни.

В трубке вздохнули с такой скорбью, словно я не информацию у него получить пыталась, во вполне разумных, кстати, границах, а требовала перекинуть на меня все феррерсовские денежные потоки.

— Знаешь, сестренка, тут в двух словах не объяснишь. Давай лучше встретимся за завтраком, и я всё нормально расскажу. Да и вообще… Мэнди, мы же еще не виделись толком после твоего вос… возвращения!

И оговорка Ричи случайная ли, намеренная ли, неожиданно больно кольнула.

«Воскрешение». Он хотел сказать — с твоего воскрешения.

Они ведь меня почти похоронили.

— Хорошо, Ричи, мы скорее всего будем.

— Отлично! Ильза будет рада! Тогда за завтраком и поговорим, — обрадовался брат возможности бросить трубку.

— Пока, — согласилась я и вылезла из постели.

Пора было одеваться, искать Маккоя и выяснять, идем мы на завтрак к моим родственникам, или не идем.

Мой вопрос, как ни странно, никаких особых эмоций у Ива не вызвал — охранник, бдительно несший службу в углу, и то больше заинтересовался. А Маккой кивнул, спросил, к которому часу нас ждут, и уточнил, сколько времени мне надо чтобы собраться.

И тут я вспомнила!

Я вспомнила, что на мне несвежий костюм, почищенный, разумеется, магией, но это же не панацея! Что все мои вещи побывали под заклинанием консервации, а значит, привести их в пристойный вид будет на порядок сложнее, что…

— О, Предки… — вздохнула я, осознавая, что времени-то у меня впритык!

В два счета раскрыв портал, я переместилась к себе, тут же — обратно, к Иву, от души поцеловала его, и уже окончательно переместилась в свою квартиру, свернув за собой портал.

— К этому надо привыкнуть, — задумчиво выдал Ив, оказавшись вместе со мной в коридоре братского дома.

При полном параде я вывалилась к нему обратно через рекордные пятнадцать минут, уточнила: «Ты готов?» — и, получив кивок, схватила за руку, чтобы уже через мгновение шагнуть на знакомую узорную плитку. Обычно я перемещалась на лестничные площадки, но нас ждали и вообще, брат Ричи мне или не брат!

— Вряд ли получится, — оптимистично уведомила его я. — Мама с папой до сих пор иногда шарахаются!

Маккой усмехнулся еле ощутимо, в глазах скакнули бесята, в углах губ мелькнула и пропала улыбка…

Я замерла.

Мама дорогая, зачем мы сюда вообще явились? Домой! Заниматься сексом!

Ив покачал головой, взял меня за руку и повел.

Я послушно пошла следом, с легким страданием в душе: настолько красивых мужиков надо запрещать законом!

— Куда? — коротко уточнил у меня пока еще не запрещенный никем и ничем Ив Маккой.

Ричи сказал — семейный завтрак, значит, скорее всего, накроют на лоджии, значит, крайняя дверь слева… И я указала на оную Иву.

При нашем приближении дверь открылась сама. И следующая. И следующая — тоже.

— Да-а-а, — протянул Ив.

Вряд ли его впечатлили самооткрывающиеся двери, скорее уж — размер скромного Ричардового пентхауса.

— А что поделаешь — статус! — довольно отозвалась я. — Ричи уже лет пять фактически глава рода.

Ив заинтересованно глянул на меня, ожидая пояснений, и я охотно продолжила:

— Формально лорд Феррерс, конечно, папа. Но после рождения двойняшек он передал бразды правления семейными делами Ричарду, заявив, что они с мамой хотят пожить для себя. Рич пытался что-то там вякнуть, но папа сказал, что они с Ильзой двадцать лет жили для себя, и задавил бунт в зародыше. Так что, сейчас мы будем завтракать с теми, кто принимает реальные решения в семье.

Именно в этот момент перед нами распахнулись четвертые — и последние — двери на нашем пути.

Получилось в меру эффектно и пафосно.

Возможно, о таких вещах мужчину, который сделал тебе предложение, следует предупреждать заранее, но, с другой стороны, и так ясно, что наследник рода имеет большое влияние. Просто у Ричи оно чуть больше, чем у просто наследника…

Маккой смерил меня взглядом «ты неисправима» и повел нас к виднеющемуся столу. Напряженным или неуверенным он не выглядел. Он выглядел непрошибаемым. Как танк.

Мамочки… Кажется, я выпустила джина из бутылки!

То ли испугаться, то ли раскаяться…

Пожалуй, я лучше продолжу гордиться собой. И им.

Ричи и Ильза поднялись нам навстречу.

Ритуал представления, невозмутимое «Мы уже знакомы» со стороны Ива, и абсолютно одинаковые ухмылки, которыми обменялись мужчины. Легкий поцелуй в щеку от Ильзы, и такие родные объятия брата.

«Огонь к огню», и когда я прижимаюсь щекой к щеке старшего брата, я на краткий миг снова — кроха, маленькая девочка, мятущийся подросток… Острое чувство близости, родства сжимающее сердце и отпускающее так же быстро, как накатило.

И взгляд Ричи, в котором отразились и схлынули все мои чувства. От сердца к сердцу.

Ильза пригласила к столу, подали завтрак, и некоторое время все чинно наслаждались едой и видом на город, ради которого завтрак и накрывался на лоджии.

— Итак, Аманда вчера интересовалась, с чем связана спешка с допросами и ради чего усиленная охрана, — произнес братец, когда приличия были соблюдены. — Ивлин, ты, возможно не в курсе… Надеюсь, ты не против, если я продолжу на «ты»?.. — Маккой кивнул, и Ричи вернулся к повестке дня. — Так вот, не знаю, делилась ли с тобой Аманда, но когда вы пропали, у нас тут было… Светопреставление Вас хотели признать погибшими, но родители ухватились за соломинку, мелкую формальность, и не позволили. Дело в том, что сразу после происшествия были произведены все стандартные в таких ситуациях процедуры, в том числе сделан запрос на крови, который дает четкий ответ, жив носитель крови или нет. И он, несмотря на только два возможных варианта ответа, выдал нечто странное, пограничное показание. Различные эксперты на все голоса пытались убедить, что это влияние междумирья, и что шансов нет. Объясняли, что из-за особенностей этого портала при схожих обстоятельствах около двадцати лет назад уже погибли стажер и его сопровождающий, и что были маги, погибшие до того, как особенность выявили — и всегда это сопровождалось подобным откликом на заклинания крови. Но никто из пропавших не вернулся.

Ричи задумался, помолчал, крутя в пальцах бокал. И продолжил:

— Возможно, мама и папа поверили бы специалистам, но, навешенные лично на Аманду заклинания тоже выдавали несусветную чушь.

Брат поставил бокал на стол, и пояснил для Ива:

— Из-за деятельности отца мы привыкли к усиленным мерам безопасности, да и к тому же природный портальный маг сам по себе ценный актив, требующий защиты. И поскольку стандартные меры тут не годятся, только снизят маневренность, то специально под нужды Мэнди были разработаны индивидуальные меры. В случае опасности под усиленную защиту сразу же берутся несколько укрепленных мест: моя квартира, ее квартира, еще несколько адресов — и между ними она может перемещаться, не ввергая службу безопасности в панику. Следящих заклинаний на ней не меньше, чем защитных, а в случае угрозы разворачиваются кое-какие спящие разработки, так что у охраны всегда есть возможность установить ее точное местонахождение. В случае гибели объекта эти мачки должны были бы оборваться. Но они держались. Дрожали, рябили, не показывали точных данных, но держались. И родители вцепились в них, как в последнюю надежду. Прости, Мэнди, но они тоже поверили в твою ошибку. А вот в то, что ты мертва, верить отказались. Развили бурную деятельность, начали исследования, пригласили специалистов со всей страны… Возможно, именно это в итоге спасло вам жизнь, но речь не о том…

Ричи помолчал немного, сложил пополам, а потом расправил и разгладил салфетку и посмотрел мне в глаза.

— Аманда, со стороны их неистовая надежда смотрелась жутко. Как зарождающееся безумие. Я не хочу, чтобы они еще раз проходили через это, и не хочу сам пережить снова нечто подобное. Так что, какой бы призрачной ни была вероятность мести со стороны Арвенгейла, охрана остается. Это не обсуждается.

Я смотрела на Ричи, и думала, какой же он… жук!

И ведь как проникновенно всё это выдает! С каким честным лицом давит на сострадание к родителям, на чувство вины перед ними!

Интересно, Ив ему поверил? Вот если бы я знала Ричи чуть хуже — точно поверила бы.

Поэтому я с каменным лицом покивала:

— Хорошо. Очень хорошо! А теперь — правду! — и добавила с нажимом, глядя на родственного мерзавца в упор: — Или мы уходим!

— Мэнди!

— Ричи!

— А я предупреждала! — с нескрываемым удовольствием вклинилась в диалог Ильза и откинулась на спинку стула.

Мы с Ричи пронзили ее одинаково недовольными взглядами: нашла время! У нас тут противостояние нарастает, а она!

— Хорошо, — сдался Ричард. — С учетом того, что на весь мир было громко объявлено, что мисс Феррерс природный портальщик, есть предположение, что полковник действительно может попытаться добраться до тебя, но не из мести. Ему нужно выбраться из страны, Аманда. Ты — идеальное средство передвижения.

Так. Так. Эту мысль следовало обдумать.

— Интересно, и как, по-вашему, полковник планирует заставить портального мага подчиняться? — задумчиво поинтересовался Ив.

Ильза, до сих пор мало участвовавшая в разговоре, бросила на него сочувственный взгляд, а Рич слегка смутился.

— Собственно, именно поэтому служба безопасности приставила и к тебе охрану. Если взять в заложники близкого человека, то, при грамотной организации процесса, можно избежать неприятных сюрпризов со стороны любого мага, природный он там или не природный. Так что, усилена охрана всего окружения Аманды.

Ив задумчиво кивнул. Судя по всему, новости его не особо удили. Мой мужчина вертел в пальцах вилку и выглядел сосредоточенным, но не встревоженным. Все так же, пребывая в задумчивости, он обсудил с Ричи правила безопасности жизнедеятельности для нас двоих вместе и по отдельности. А потом вдруг усмехнулся:

— Да, хотел бы поблагодарить ваших родителей за квартиру.

От этих слов даже я вынырнула из обдумывания очень привлекательной мысли, и он пояснил нам всем троим:

— Если бы они не отстаивали упрямо формулировку «пропали без вести», сейчас мне, вполне возможно, пришлось бы отвоевывать квартиру у бывшей жены… Не говоря уже о том, что без поддержки с этой стороны мы, не факт, что сумели бы вернуться.

Ричи ощутимо потеплел:

— Наши родители возвели понятие «упрямство» в абсолют!

— Да, — иронично отозвался Ив, — После того, как одна барышня отшагала марш-бросок на стертых ногах, что-то подобное можно было бы предположить!

— Можно подумать, пожалуйся я, и что-то бы изменилось! — взвилась я, не вынеся не справедливого укола.

— Представь себе, изменилось бы, — усмехнулся Ив. — У майора был приказ отвадить тебя от реальной стажировки, а не довести дело до обвинений в дедовщине.

— Да-да-да, — вмешался Ричи, — Этот случай родители тоже раскопали! Не удивляйся, сестренка, но его тоже развернули против тебя: выставили как неумение признавать свою слабость и адекватно оценивать силы. Мол, ничего удивительного, что когда дело дошло до первого прыжка через портал, она не пожелала признать, что чего-то не помнит или не поняла… Вот так-то, — легкая утешающая насмешка в голосе брата меня не утешила.

Я насупилась. Сам-то Ричи стажировался с боевыми магами, и его никто не пытался выставить надутым недалеким засранцем!

Всколыхнувшаяся обида утвердила меня в мысли, что пришедшая мне идея была правильной.

— Ричи! Я хочу участвовать в поимке полковника Арвенгейла наживкой!

Никто не закашлялся и не возопил в изумлении и ужасе, только Ильза сделала страдальческое лицо, и обратилась к мужу уныло:

— Ну вот, теперь ты тоже можешь сказать: «А я предупреждал!»

Нет, я и раньше догадывалась, что родственники знают меня как облупленную, но зачем же так это демонстрировать?! Здесь же Ив! Что он подумает!

Что он подумает о моем желании стать живцом, я старалась не думать. Всё равно он не может мне запретить! Не имеет права!

Я свободная девушка, и могу поступать так, как считаю правильным!

…а потом как-нибудь помиримся, если уж после «жениха» помирились…

Устраивать мне головомойку при брате и его жене Ив не стал. Молчал всё то время, пока Ричи, не пожелав ограничивать себя излишними политесами, приводил довод за доводом.

Ив молчал, и в его молчании мне слышалось и разочарование, и обида, и много неприятных слов, которые мне будут сказаны потом, наедине. Я буквально слышала их, эти обидные еще не сказанные слова, они впивались мне под кожу, а доставалось за это Ричи.

Объективные аргументы закончились, и мы плавно катились к доводам кто, когда и что не так сделал, как облажался и чем подвел себя и других. Оба вскочили с мест — ссориться сидя не так удобно, как стоя. Ильза присутствовала гласом разума, периодически пытаясь достучаться то до одного, то до другого. Ив молча нагнетал обстановку.

— А почему мы сконцентрировались именно на Аманде?

Вопрос стал для нас неожиданностью. Мы посмотрели на Маккоя.

Действительно, а почему? Нет, я привыкла считать себя уникальной и незаменимой, но полковнику-то так думать с чего?

— Потому что полковник объявлен в международный розыск, — поморщился как от зубной боли Ричи. Вокзалы, аэропорты — его везде примут с распростертыми объятиями. Остаются портальные маги, но обычные портальщики не способны пересекать государственные границы просто так. Это уникумы вроде нашей Мэнди могут игнорировать подобные ограничения и плевать на дальность прыжка, а всем остальным необходимо иметь визы, разрешения, приглашения и еще черта в ступе, иначе есть риск переместиться по частям, нарезанным на стейки. Чары. Иначе контрабанда текла бы рекой, а нелегалы и преступники скакали бы туда-сюда как кузнечики. В принципе, ты прав, Арвенгейлу подошел бы любой природный портальщик. Но их на весь мир сейчас известно восемь человек, остальные, если такие и есть — а я уверен, что есть! — глубоко законспирированы. В нашей стране таких двое, но только к личному делу Аманды у него был доступ, а с ним возможность изучить привычки и прочее. К тому же, из этих двоих только она ему здорово насолила.

— Именно, — согласился Ив. — И именно поэтому я, на месте полковника, не стал бы с ней связываться, подозревая, что меня здесь ждут.

— Охрана второго мага тоже усилена, — отозвалась Ильза. — А он глубоко в возрасте и не склонен к авантюрам. Попробуй, доберись до человека, который не лезет на рожон и слушает службу безопасности!

Шпильку я проигнорировала.

К тому же это не правда. Я всегда слушаю службу безопасности. Когда она слушает меня.

Ссора пошла на второй виток.

— Ты не будешь изображать наживку! Я тебе запрещаю!

— Интересно, на каком бы основании?! Я, кажется, уже не первый год совершеннолетняя!

— Как твой брат, Предки тебя побери!

— Тогда я могу обратиться напрямую к полиции!

— Им я тоже запрещу привлекать тебя к поимке!

— Потрясающе! А им-то на каком основании? Или полиции Рейталии ты тоже старший брат?

И неизвестно, до чего дело дошло бы (Ильза уже не справлялась с ролью голубя мира), когда Ив посмотрел на часы и объявил:

— Брейк, ребята.

От изумления мы с Ричи действительно сделали «брейк» и посмотрели на Маккоя. Ричи — потому что не привык, чтобы с ним кто-то так разговаривал, я — потому что тоже не привыкла, чтобы кто-то так разговаривал с Ричи. Ильза замерла и только восторженно светила глазами: она-то именно так и мечтала с нами разговаривать, но воспитание, но присутствие Ива…

— За вами, конечно, увлекательно наблюдать, но к нам через сорок минут должен прийти мастер менять окно. Так что давайте закругляться — в следующий раз доскандалите.

Я молча отвернулась от брата (всё, что я о нем сейчас думала, прекрасно сообщила моя презрительно выпрямленная спина), взяла Ива под руку и собралась отбыть не прощаясь, как как Ричи отмер:

— Ив, подожди!

Меня он показательно игнорировал, но ясное дело, что делать «подожди» пришлось мне.

— Зачем тебе бронированное стекло?

— А ты откуда знаешь?! — пришла очередь Ива изумляться, и он отлично справился с задачей.

— Я влез в твой заказ, — без малейшего смущения признался мистер Феррерс, наследник славного рода, гордость и опора семьи.

Пройдоха без стыда и совести.

— Собирался внести кое-какие изменения в целях повышения безопасности, но увидел, что и так… Кхм… безопасно, — под конец фразы Ричи все же сделал вид, будто смущен, но это так. Дань приличиям.

Ив усмехнулся:

— Ну и мне для того же. Для безопасности. Да и нет никакого желания вставлять его каждый раз, когда Поганка психанет.

Вот теперь Ричи смутился по-настоящему:

— Как же она так, а?! Ведь я же на совесть всё ставил, там был качественный, отличный «антивандал»!

Чувство глубокого морального удовлетворения заполнило меня до основания.

— Ты сам показал ей, что делать с твоими чарами, Феррерс. Она отлично учится.

— И как же ты с ней справляешься? — живо заинтересовался брат, и меня кольнуло смутное подозрение, что сволочной родич сейчас не про птицу.

— На правах любимой мамочки говорю «нельзя», — ухмыльнулся Маккой, и Ричи сник.

Ему такой способ в отношении из любой из нас однозначно не подходил.

Минутка злорадства в нашем эфире!

Покрепче прижав маккоевский локоть, я переместилась, и только тогда выпустила его руку и аккуратно отступила.