24

Денис

Опустил взгляд на белокурую макушку, уютно прижавшуюся к моей груди, и сердце больно сжалось от понимания того, какую жестокость Крис перенесла и в каком состоянии провела почти три года. Ей пришлось стать сильной в тот момент, когда сильным должен был быть я и размазать по асфальту ту тварь, которая посмела её тронуть. Жажда мести росла во мне с каждой минутой, несмотря на то, что Крис заставила меня дать слово, что я не стану мстить. Всё-таки, она слишком хорошо меня знает, все мысли считала по одному только взгляду. Но нет, я не отступлюсь от своих намерений, найду гада — урою. Просто лучше ей об этом не знать. Поберегу её нервы.

Кристина сладко потянулась и устало зевнула, и я крепче её обнял. Я беспокоился, что она замкнётся в себе после всех откровений, попытается меня оттолкнуть, но она лишь сильнее потянулась ко мне в эмоциональном плане, чему я был несомненно рад.

— Ты себя нормально чувствуешь? — тихо спросил я, поглаживая хрупкую спину.

— Всё хорошо, — она подняла на меня взгляд и слабо улыбнулась. — Мне стало намного легче от того, что я смогла открыться тебе.

Я с наслаждением утонул в ясно-голубых глазах и ответил ей с самой нежной улыбкой, на которую был способен.

— Спасибо, что доверилась, — поцеловал худенькую ручку. — Я люблю тебя, — теперь мне хотелось напоминать ей об этом каждую секунду, а по её щеке покатилась слеза, хотя на губах играла лёгкая улыбка. Я осторожно стёр пальцем мокрую дорожку с нежной кожи. — Прошу, не плачь.

В груди потяжелело, когда я подумал, как же ей тяжело было всё это время. В чужом городе, совсем одна, потерявшая доверие к людям и закрыта ото всех.

— Я просто очень соскучилась по тебе, — она крепко прижалась алыми губами к моим, шепнув: — И я люблю тебя.

— Как ты хотела бы провести этот день, принцесса? — задал я вопрос, меняя тему на более позитивную, в первую очередь, чтобы самому отвлечься от гнетущих мыслей и не представлять, как я вышибаю дух с того, кто посмел обидеть мою девочку.

— Вот так, — отозвалась она, закинув на меня ногу, — лёжа с тобой в обнимку.

Это казалось таким правильным и привычным, что невольно я подумал: как я жил без неё столько времени? Как протянул? И понял одно: что не хочу отпускать её от себя ни на минуту. В голове созрела безумная идея, и я не раздумывая озвучил её:

— Переезжай ко мне.

Приподнявшись на локте, Крис села прямо, как натянутая струна, и я тут же ругнул себя за очередное проявление нетерпеливости. С ней стоило вести себя более сдержанно, тщательно продумывать каждый новый шаг в отношениях, чтобы не дай бог, она не восприняла мои намерения превратно.

— Мне кажется, немного рано говорить об этом. Не то, чтобы я этого не хотела, просто…

— Что тебя мучает? — спросил я и, подтянувшись, прислонился спиной к изголовью кровати. Мы должны были разговаривать начистую, чтобы между нами не образовывался новый узел непонимания.

В этот раз она не стала кривить душой, и честно призналась:

— Просто есть одна проблема, через которую я пока не готова переступить…

Смутившись, она отвела взгляд.

— Ты о сексе что ли?

Она неуверенно кивнула.

— Иди сюда, — я притянул девушку к себе, и она послушно примостилась рядом. — Я ни на чём не настаиваю, — сказал я. — Пока сама того не захочешь, и пальцем тебя не коснусь, обещаю.

— А если я совсем не захочу? — произнесла она, и когда я уже собирался ответить, сама себе в ответ фыркнула: — Нет, это всё крайности, не отвечай. Я снова себя накручиваю, — проговорила она себе под нос. — Просто мне нужно время.

— Оно у тебя есть, Крис. Столько, сколько понадобится.

Я понимал, что ошарашил ее этим внезапным предложением, поэтому не стал настаивать. Решил, что лучше дать ей свободу выбора, чтобы она не ощущала давления с моей стороны, а лишь полную поддержку.

***

В среду утром дверь в мой кабинет резко распахнулась, и в помещение нервной походкой зашагал Валик. Кинув папку мне на стол, уселся в кресло напротив.

— Этот чёртов адвокатишка меня скоро доконает, — прорычал он, потирая лоб.

— Что случилось? — оторвался я от работы.

— Подобрал я ему несколько вариантов, — он открыл папку и, перебирая документы, достал несколько листов и протянул мне. — Вот.

Принял из его рук несколько проектов и бегло взглянул на каждый.

— Все помещения находятся в центре, но это — фаворит, — указал он на один из них. — Располагается в новом бизнес-комплексе, постройку сдали только этим летом.

— И что не так?

— Эти два — недостаточно презентабельные, — указал он на остальные проекты, — а в этом офисе маленькая площадь, — он пальцами показал кавычки. — Дэн, там сто шестьдесят квадратов.

Кто сказал, что работа с людьми — это легко? Часто нужно просчитывать намного шагов вперёд, чтобы быть лучшим в своей сфере деятельности. За это я и ценил Валика, он умел найти подход практически к любому человеку, но в этот раз что-то пошло не так, и вот уже его нервы на пределе — это видно невооружённым взглядом. Он сидел напротив меня, нервно подёргивая ногой и машинально накручивал на палец чёрную ниточку, вылезшую из шва на рукаве его пуловера.

— Значит, ему нужен офис больше. Поищи ещё, Валь, у нас полно подобной недвижимости. Кому, кроме тебя, я смогу ещё поручить такого клиента, как Ермоленко?

— Это уже вторая подборка проектов, которые он забраковал, — недовольно проворчал друг. — Причём не просто забраковал, а в самой грубой форме. Интеллигент недоделанный.

Я закрыл ноутбук и вытянулся в кресле, сцепив руки за головой. Да, Ермоленко клиент сложный, но наша задача угодить каждому. Не браться же мне самому за этот заказ. Я уже отошёл от этих дел и с недавних пор занимаюсь исключительно юридической частью сделок и веду бухгалтерию. Да, бухгалтера я пока так и не нашёл, поэтому на мне двойная нагрузка: куча документации, расчёты и договора — каждый на несколько десятков станиц — и от постоянной работы с компьютером у меня к вечеру глаза сводит в кучу.

— А от меня ты чего хочешь? Чтоб я его спровадил или чтобы сделал твою работу вместо тебя?

Валик запыхтел, не находя ответа, а в дверь раздался стук. В проёме показалась секретарша Людмила с чрезвычайно обеспокоенным выражением лица.

Людмила была невысокой худощавой женщиной, тянувшей на хрупких плечах много обязанностей, как на работе, так и в личной жизни. Муж её, Антон, раньше работал у нас риелтором. Продержался недолго, как оказалось, любил иногда уходить в запои. Косяки такие случались редко, но метко, и бывало, что на встречу с клиентами приезжал с хорошо слышимым запахом перегара. Люди начали жаловаться, а тот в свою очередь срывался на сотрудниках, в числе которых уже некоторое время состояла его жена. Пришлось после нескольких выговоров Антона уволить, а вот Люда на данный момент работала в моём агентстве уже больше года, и всегда серьёзно относилась ко своим обязанностям.

— Денис Владимирович, к вам посетитель, — она по-деловому одёрнула полы серого приталенного жакета.

— Назначено? — спросил я, не припоминая, чтобы договаривался о встрече с клиентом на это время, но иногда люди заходят с улицы.

— Нет, но, думаю, это важно. Там ваш отец.

Мы виделись с отцом неделю назад, я расспрашивал его о том самом Ермоленко, внезапно всплывшем в нашей конторе в качестве друга отца. Да, действительно мужчины дружили ещё в студенческие времена, но потом общение сошло на нет. Встретились они пару месяцев назад на какой-то конференции, разговорились, и папа поведал ему, что сын, то есть я, основал собственное дело. Так Ермоленко и очутился на пороге моего офиса. По поводу его не добропорядочности отец ничего сказать не смог, так как лично в делах с ним не пересекался, но слухи ходили, что влиятельный адвокат не чист на руку. По сути слухи — это ветер, да и информация нам эта, в принципе, ни к чему. Просто человек он не самый приятный, и что-то в нём настораживает.

— Пусть заходит, конечно, — сказал я, и секретарь скрылась в приёмной, аккуратно захлопнув за собой дверь. — Валик, давай так, — обратился я к сотруднику и другу по совместительству, — поищи ему что-то неординарное, ты же можешь, и перед тем, как показать Ермоленко, поднеси мне. Я взгляну. Может, вдвоём выберем самый оптимальный вариант, а потом пригласим клиента и втроём всё обсудим.

Тяжко вздохнув, Валик встал. Выдернув раздражавшую его ниточку, скомкал её и бросил в урну с макулатурой, стоявшую у моего стола.

— Ладно, подумаю, чем его можно удивить, — поплёлся он к выходу. — О, появилась идея, — рассуждал он сам с собой.

Да, запарился паренёк. Надо бы его будет наградить дополнительными выходными после того, как распутаемся с адвокатом, а то так и разум помутиться может, а мозги Вали мне ещё ой как пригодятся.

Отец выглядел очень хорошо, и настроение у него, похоже, было отличное, особенно, если брать во внимание, что он заскочил ко мне прям с работы. Первая половина дня юридической фирмы отца обычно была самой загруженной, и, если он решил вырваться ко мне в час пик, значит, произошло что-то сверх важное.

Отец занял место на тёмно-сером диване у окна, и я присел рядом, предварительно попросив Людмилу принести две чашки чёрного кофе.

— Как дела, сынок? — явно начал он издалека.

Тёмные волосы с редкой проседью были тщательно зачёсаны назад, а лицо было начисто выбрито. Он никогда не допускал даже двухдневной щетины, поэтому каждое утро отца начиналось с того, что он брал в руки бритву. Я же такой дотошностью в этом деле не отличался, поэтому лёгкая небритость мне была присуща. Должен заметить, Кристине она нравилась, хоть и жаловалась время от времени, что я колючий.

— Смотря, какими делами ты интересуешься? Рабочими или личными? — уточнил я.

Облокотившись о спинку дивана, он сел в пол-оборота ко мне, полностью расслабившись.

— Любыми, — ответил он, и в этот момент раздался тихий стук в дверь, после чего Людмила вошла в кабинет с подносом в руках. Поставив обе чашки на кофейный столик, она тут же удалилась.

— Во всех аспектах у меня всё отлично, — я не соврал. На фирме дела шли стабильно, что есть неплохо, и ко мне вернулась любимая девушка, что было лучшим из всего происходящего. — А как у тебя? — с подозрением я осмотрел старика. Что-то мне подсказывало, что он приехал не для того, чтобы узнать последние новости из моей жизни. Скорее всего, ему самому было что поведать.

Он усмехнулся, и вокруг его глаз залегли глубокие морщинки.

— Тоже неплохо, хотя есть изменения, которыми я хотел бы с тобой поделиться, — взгляд его стал серьёзным, и я заволновался. Хотя на протяжение двух лет у нас и были не слишком близкие отношения, и мы наговорили друг другу кучу неприятных слов, он всё же оставался моим отцом. Единственным живым родителем. Который, к тому же, первым признал свою неправоту. Скажу честно, я этот поступок высоко оценил.

— Что произошло?

Сделав глоток кофе, отец поморщился от горечи напитка и не спеша поставил чашку на столик. Словно специально делал всё так медленно, чтобы извести меня. Загадочно посмотрел на меня и снова ухмыльнулся.

— Да блин, па, что ты время тянешь? Явно же что-то серьёзное, если такой трудоголик, как ты, примчался ко мне средь рабочего дня и даже без предварительного звонка.

Глубоко вдохнув, отец выдал:

— Женюсь, сынок.

С недоумённым выражением лица я замер. Новость меня ошарашила не по-детски. Я ни сном, ни духом не знал о том, что у отца появилась женщина.

— Фух, — выдохнул отец и снова нервно усмехнулся. — Не думал, что будет так трудно сказать.

— Ну, — я запнулся, — я в шоке. Эффект неожиданности сработал, а теперь по порядку, пожалуйста. На ком ты собрался жениться?

Мне оставалось надеяться только на то, что его избранницей стала не какая-то алчная девица, окрутившая состоятельного «папика».

— Её зовут Вероника. Она очень хорошая женщина.

— И сколько ей лет? — уточнил я, пока в голове роились беспорядочные мысли.

— Сорок девять. Что, — усмехнулся, — думал, я ровесницу твою в дом привёл?

Тут уже улыбнулся я, облегчённо выдохнув.

— Хорошо же ты меня знаешь.

— Не в том дело, — отмахнулся отец. — Просто на твоём месте я подумал бы так же. Ей сорок девять, — снова повторил он, — она коренная харьковчанка, хозяйка салона красоты. Сама по специальности косметолог. Есть сын, ему двадцать два, но живёт и учится он в Польше, так что познакомитесь позже. Я утолил твоё любопытство?

— Не совсем, — ответил я, задав следующий вопрос: — Сколько вы уже вместе?

— Около полугода, — он подался вперёд и сцепил руки в замок. — Сын, я бы очень хотел вас познакомить, и тогда мы вместе тебе всё объясним, но прошу тебя быть с ней вежливым, потому что она очень волнуется, что ты её не примешь.

— Пап, даже обидно как-то, — сказал я, намекая на фразу о вежливости. — Волноваться нечего, вы взрослые люди, поступайте как знаете.

— Ну, это я так, на всякий случай, — он вскинул руки, словно не имел ввиду ничего такого. — Тогда мы с Вероникой будем ждать тебя сегодня к ужину, идёт?

Мне очень хотелось, чтоб Крис была со мной в этот вечер. Да и во все остальные вечера тоже, поэтому недолго думая, я ответил:

— Идёт. Но у меня тоже есть новости для тебя. Я буду не один.

Мы покинули диван, не торопясь продвигаясь к выходу. Но тут отец остановился и удивлённо изогнул бровь.

— Не может быть, — почти восторженно произнёс отец. — И как же зовут девушку, которая смогла взять в серьёзный оборот моего разгильдяя-сына?

Ты её прекрасно знаешь, папа, — подумал я, но улыбнувшись, лишь отрицательно покачал головой. Я хотел сохранить эту информацию в тайне до самой встречи.

— Вечером и познакомитесь.

С притворным презрением отец покачал головой.

— Вот так вот значит, чертёныш? Я тебе открыл все карты, а ты не хочешь удовлетворить даже маленькой толики любопытства своего старика?

Я засмеялся от души. Не помню, когда в последний раз мы с отцом общались так легко, но могу сказать точно, мне этого не хватало.

— Я придержу интригу.

— Глаза блестят, — констатировал он факт, внимательно на меня посмотрев. — Красивая?

Перед глазами тут же появился образ девушки с волнистыми белокурыми волосами и большими глазами цвета ясного неба, так открыто и доверчиво смотрящими на меня, и тут же сердце сладко сжалось. Мне захотелось, чтобы этот рабочий день поскорее закончился, и тогда я сразу же рвану за своей девочкой.

— Самая, — ответил я.

— Ну ладно, — с улыбкой в голосе сказал отец и хлопнул меня по плечу. — Раз не собираешься колоться, поеду я домой ни с чем. С тобой хоть в разведку иди, слова не вытянешь. Воспитал же на свою голову, — хмыкнул он.

— Значит правильно воспитал, — ответил я.

— Это да, — качнул он головой. — Ждём вас в шесть.

— Договорились.