Глава 11

От пристани мы двинулись пешком. Размяться после долгого стояния на одном месте было даже приятно, вещи наши тащил безропотный Хеки, мне оставалось только держаться за локоть Кестера, чтобы не потеряться в суете порта, и вертеть головой по сторонам.

 В отличие от рыбацкого пирса, город оказался чистеньким и ухоженным. Строился он в разное время и разными архитекторами, но все старались придерживаться одного стиля: бежевый, похожий на ноздреватый мрамор камень, вытянутые вверх окна и декоративные арки с галереями, где только можно. Внутри многих зданий, как мне удалось подсмотреть, прятались личные внутренние дворики, где можно было скрыться от жары в тени и посидеть на свежем воздухе, не пересекаясь при этом с соседями. Крыши несильно различались по форме и все как одна были выполнены из светло-зеленой черепицы. Какая-то местная специфического цвета глина, наверное. Горожане были приветливы, на чужаков в нашем лице смотрели достаточно доброжелательно, но без подобострастия.

 В общем, для средневекового города Эмайн производил впечатление здорового и правильного. Без перегибов и яркого разделения на социальные слои. Даже ближайшие к порту постройки, по идее, принадлежавшие не самому богатому пласту населения, содержались в приличном виде. Застекленные окна, занавески с кружевом, добротная одежда на горожанах.

 Пока что столица производила благоприятное впечатление. Главное, чтобы при ближайшем знакомстве не разочаровала.

 Бараки находились не так уж далеко от порта. Мы всей толпой дошли где-то за полчаса. Близилось время обеда, у меня периодически урчало в животе, да и от следующих за нами рекрутов доносились заливистые рулады. Завтракали мы на рассвете, и не сказать, чтобы обильно. Будущим воякам кусок в горло не лез, и я их понимала. Новое место, новые порядки, еще неизвестно, что там за командиры.

 Военный городок отделялся от гражданских кварталов собственными стенами здания. Высокие, до второго этажа вообще без окон, а дальше узкие бойницы, в которые не протиснется даже голова, а у самой крыши виднелись изогнутые шипастые ленты, накрученные по всему периметру. Мой паркур тут бы не прошёл. Со всех сторон подстраховалась. Огромные ворота, в которые прошли бы пятеро в ряд, не особо толкаясь локтями, со зловещим скрипом принялись открываться при нашем появлении.

 — Это же тюрьма, — вполголоса поделилась я впечатлениями. Кестер неопределенно дернул плечом, то ли соглашаясь, то ли намекая, что тему можно обсудить и попозже. У мужчин хороший слух — не дело им портить настроение подобными намеками. Они и сами все видят, не маленькие.

 Стражи у входа вытянулись, придерживая створки ворот и крепко держа оружие. Внутри здания располагался обширный внутренний двор, даже скорее плац, с ровно уложенными плитами, какой-то непонятной мне разметкой и небольшим зелёным уголком в отдалении.

 От соседнего корпуса к нам уже спешил местный начальник, сопровождаемый небольшой свитой. Лорд Дуглас замедлил шаг, чтобы не врываться на чужую территорию без приглашения. Рекруты позади нас привычно построились, поедая глазами будущее начальство. Всем хотелось произвести благоприятное впечатление, чтобы дальнейшая служба проходила гладко. А то зацепишь взгляд командира незастегнутой пуговицей в первый же день — потом еще пять лет будут попрекать. Армия и вообще организованные структуры — дело такое, тонкое.

 — Приветствую вас, лорд Дуглас! — отчеканил седой, но все еще подтянутый военный в такой же, как у стражей на входе, униформе. Единственное отличие было в эполетах на плечах и нескольких небольших значках на мундире. Кестер уважительно склонил голову.

 — Приветствую, лорд Кальвин. Счастлив видеть вас в добром здравии. Теперь, когда я увидел, что именно вы будете начальствовать над моими людьми, вдвойне спокоен за их жизнь и благополучие.

 Лорд Кальвин едва заметно, но довольно улыбнулся. Похвала была приятна старому вояке, какой бы он суровый вид на себя ни натягивал.

 В этот судьбоносный момент мой желудок решил поучаствовать в разговоре и выдал нечто нечленораздельное, зато громкое.

 — Благодарю за оказанное доверие, лорд Дуглас, — не моргнув глазом, продолжил беседу начальник. — Надеюсь, вы не откажете нам в чести отобедать? Блюда нашей кухни не отличаются тонким вкусом, но вполне способны утолить голод непритязательного путника. Надеюсь, я не оскорбил вас своим предложением?

 — Вовсе нет, — по губам лорда Дугласа скользнула усмешка, и он покосился на меня. Я делала вид, что разглядываю очередную арочную галерею, и старательно пыталась не покраснеть еще больше. — Я буду счастлив отведать вкус еды, которой отныне будут питаться мои люди.

 Вот так мы и оказались в армейской столовой. Нас, как почётных гостей, усадили за генеральский стол, стоявший отдельно от остальных за небольшими, неплотно подогнанными ширмами. В щели между планками было видно обедающих солдат.

 К чести командира части или, как мне пояснил вполголоса Кестер, будущего адмирала флота, кормили нас тем же и из того же котла, что пошёл дальше на солдатский стол. Просто нам сервировали первым.

 Рыбный суп был густ и наварист, обильно посолен, но специй катастрофически не хватало. Ощущение, что я снова на сушке перед соревнованиями, меня не покидало. Только в те неблагословенные времена я питалась настолько пресной и невнятной едой. Вслух я ничего не высказала, тем более, что соседи по столу уминали свои порции с треском за ушами, не переставая воздавать похвалы повару.

 Учитывая, что бедняга работал с чем дали, получилось и правда неплохо.

 После обеда нас провели по военному городку с небольшой экскурсией. Показали места для отдыха, тренировок с оружием и без и даже небольшую библиотеку. Тяга к знаниям поощрялась и помогала в дальнейшем продвигаться по карьерной лестнице.

 В цокольном этаже нашёлся даже небольшой бассейн.

 — Вода подогревается искусственно, как в ванных, — любезно пояснил лорд Кальвин. — Мы в обязательном порядке учим рекрутов держаться на воде. Конечно, в ледяном океане они долго не протянут, но штатному магу обычно нужно порядка пяти минут, чтобы собрать всех в пределах досягаемости. Так что шансы выжить повышаются, если матрос хотя бы не пойдет сразу ко дну.

 Идея была замечательная, у меня даже руки сразу зачесались. И все остальное тоже. Захотелось посмотреть на один такой урок. Что-то мне кажется, не умеющие плавать в принципе авалонцы могут практиковать от силы собачий стиль. Ух, я бы их научила классическому кролю. Но кто же меня пустит на армейскую территорию.

 Прямо представляю возможный диалог. «Да, леди, как и любой попаданец, вы можете приносить пользу обществу. Но только в случае, если будете жить при храме».

 Хотелось бы мне ошибаться. И при случае, пожалуй, догадки свои проверю. Все же шансы у человека, умеющего нормально плавать, а не просто «держаться на воде», увеличиваются в разы. И если меня все же допустят до рекрутов, пользу местному обществу я принесу. Пусть и не глобальную, как в случае с канализацией и лифтом.

 Спальни занимали второй и третий этажи. Как объяснил лорд Кальвин, рекрутов в ближайшее время протестируют, выяснят их способности и распределят по соответствующим подразделениям. Все поступающие группы специально перемешивали, чтобы коалиции образовывались по минимуму. Общаться в свободное время знакомым никто не запрещает, но служить придется бок о бок с теми, кого назначат, и лучше притереться к разнообразным личностям заранее, чем уже на корабле учиться взаимодействовать с неприятными или незнакомыми людьми.

 Торжественного прощания не получилось. Да Кестер и не собирался заострять внимание на том, что уходит. С виду в казармах было все очень даже неплохо, причин не доверять старому знакомому у него не было. И все равно, что-то царапало исподтишка душу, не давая оставить доверившихся ему людей с легким сердцем.

 — Я присмотрю за мелюзгой, — усмехнулся один из самых взрослых рекрутов, покосившись на обживающихся бывших селян. — Вы там держитесь, владыка. Пять лет пролетят, и не заметите.

 — Благодарю за службу, Рис, — Кестер похлопал мужчину по плечу.

 Стоило лорду вместе со мной переступить порог казарм, как и без того кривая улыбка сползла с него, как плохо держащаяся маска.

 — Меня не оставляет чувство, что я предаю этих людей, оставляя их здесь, — пробормотал он едва слышно. Если бы я не висела все еще на его локте, вряд ли бы уловила.

 — Думаешь, войны не миновать? — встревоженно прошептала я. Кестер вздрогнул, будто забыл, что я вообще рядом, и притормозил.

 — Они умелые воины, Даг их неплохо натаскал за прошедшую неделю по балансу и разным морским специфическим уловкам. Нет, в случае сражения я за них спокоен.

 Лорд обернулся на длинное низкое здание, двери которого со скрипом смыкались за нашими спинами, будто отрезая от тех, что остались по ту сторону.

 — Думаешь, вам соврали об истинных причинах призыва? — выдохнула я едва слышно. Подобные мысли вообще вслух высказывать противопоказано. Что уж там, их и думать-то нужно тихо и заперевшись на семь замков.

 — Не знаю, Вики, — покачал головой Кестер. — Правда не знаю.

 Гостиница оказалась настолько пафосной, что, едва переступив порог, я сразу остро прочувствовала и запылённое дорожное платье, которое не менялось уже третий день, и воняющие свежей рыбой сапожки, и спутанные волосы, которые еще утром Сондра укладывала замысловатыми петлями.

 Золотисто-бежевая гамма, сверкающие чистотой полы, легкий лимонно-травянистый аромат моющих средств, идеально сидящая униформа на всех работниках — владелец отеля явно знал свое дело.

 Немного нервно задрав подбородок и выпрямив спину, я сделала вид, что роскошь для меня — дело привычное, и, ухватив Кестера под локоть, последовала за ним к стойке администрации. Да-да, здесь и такое обнаружилось. Я все больше укреплялась в убежденности, что владелец сего заведения — попаданец. Или по крайней мере тот, кто делал его проект, точно из моего мира. Настолько подробно передать антураж лучших отелей современности, адаптировав его под местную специфику, мог только видевший их собственными глазами. Никакие подробные рассказы тут не помогут.

 — Лорд Дуглас, леди, — поприветствовал нас почтительным поклоном швейцар, — позвольте забрать ваши вещи.

 Кестер небрежно дернул подбородком в сторону Хеки, который тащил наши немногочисленные пожитки телекинезом. После двух плотов это для него было отдыхом.

 Швейцар подозвал коллег, они быстро освободили нашего мага от груза и споро уволокли его куда-то в глубину здания. Сондра поспешила за ними: убедиться, что они отнесут вещи куда нужно, и разобрать их по полкам.

 Она была единственной служанкой, которую мы взяли с собой. Хеки — высококвалифицированный наемный работник, он не будет помогать Кестеру завязывать галстук. Когда еще на острове я уточнила, почему такая несправедливость, лорд Дуглас пожал плечами.

 — Я могу одеться сам, а вот тебе может понадобиться помощь. Кроме того, погладить мне рубашку может и твоя горничная, а вот мой лакей вряд ли соорудит тебе приличную прическу.

 Со смешком я была вынуждена признать его правоту. Томас — отличный мужик, преданный хозяину и ревностно следящий за тем, чтобы на хламидах и кафтанах не было заломов, а сапоги были отполированы до зеркального блеска. Но представить его заплетающим мне сотню косичек по местной моде мне сложновато. Мужские прически тоже состояли из кос, но куда меньшего количества. Двух тонких плетений на висках обычно более чем достаточно.

 Некоторые франты, впрочем, не отставали от дам, другие, вроде Хеки, не заморачивались вообще и ограничивались намотанным на хвост у основания шеи шнурком.

 В любом случае логику я оценила и от услуг горничной отказываться не стала. Не по статусу леди в чемоданах копаться. Слухов о прижимистости Дугласов только еще не хватало. А в том, что за нами в столице будут весьма пристально наблюдать, я не сомневалась.

 Помимо сбора человеческой дани с провинций, это один из способов глянуть на их управителей. Наверняка нас еще от порта отслеживают и докладывают местной службе безопасности куда, с каким лицом и в какой одежде ходили.

 Даже интересно было бы почитать собственное досье.

 Отведённый нам люкс вписался бы во все нормы пятизвездочных отелей. В ванне легко можно было бы поплавать, на кровати — поиграть в футбол, а длинный балкон, объединявший наши две спальни и общую гостиную, проходил над утесом. Далеко внизу ритмично плескался океан, умиротворяя и навевая сон. Острый запах соли ворвался в спальню, стоило открыть окно, ветерок раздул занавески и зашелестел писчей бумагой на небольшом столе.

 После ванны, расслабленная и разнеженная, я переоделась в чистое платье и наконец-то почувствовала себя цивилизованным человеком.

 — Если я вам понадоблюсь, потяните за этот шнурок, — наставляла Сондра, заплетая мне волосы свободной французской косой.

 Ей было не по себе в незнакомом месте, но она старательно храбрилась и делала вид, что бывалая, битая жизнью путешественница просвещает наивную леди в моем лице. Я кивала с серьезным видом. Те платья, что мне упаковали, вполне можно было как одеть, так и снять самостоятельно. Все остальное я привыкла делать сама, хоть и успела в этом мире порядком избаловаться.

 Возможно, завтра все же стоит пройтись по столичным лавкам. Оценить ассортимент и прикупить пару платьев полегче. Летом пригодятся даже на севере.

 Несмотря на мою убежденность, что я здесь временно, — которая слабела, впрочем, с каждым проведённым в новом мире днем, — хотелось побаловать себя обновками не с чужого плеча. В конце концов, я тоже женщина, пусть и не совсем правильная по критериям Домостроя.

 — Ох и нравы же в этой столице, — на прощание покачала головой Сондра, скептически поджав губы. — Нет чтобы комнату горничной к вашей присоединили. Случись что, пока я прибегу… Вы уж, если что, не стесняйтесь — кричите.

 Напутствовав меня таким образом, она удалилась, а я еще довольно долго пыталась сообразить, что такое должно со мной случиться. И только когда Кестер вышел из своей спальни, вымывшийся после дороги и переодетый в чистое, до меня дошло: у нас смежный номер!

 В отличие от меня, лорд довольно быстро сообразил, отчего у меня удивленное выражение лица, а глаза перебегают с одной двери на другую.

 — Это лучший номер отеля. Другие свободные классом пониже. К тому же, мне будет спокойнее, если ты будешь неподалёку, — спокойно объяснил он безо всяких вопросов с моей стороны. Я только плечами пожала. До сих пор замашек маньяка-насильника я за ним не замечала, а если что на Кестера найдёт — так канделябры на каждом столике. Оставаться мне одной в рассаднике жрецов точно не стоит.

 — Я взял на себя смелость заказать нам ужин в номер, — лорд, похоже, чувствовал себя немного неловко. Нет, он не мялся и не мямлил, но слишком выставленный вперед подбородок и засунутые за пояс большие пальцы говорили о его душевном дискомфорте.

 — Полностью одобряю, — кивнула я. — Не знаю только, не сильно ли я в таком случае разоделась?

 — Если тебе удобно, то все нормально, — пожал плечами Кестер. — Нам не помешает заново привыкнуть к цивилизации.

 — Это точно, — хмыкнула я. За прошедшую неделю я окончательно перестала следить за местной модой, а без сапог и штанов под юбкой теперь чувствовала себя практически голой. Нужно и правда чуть освоиться в нормальной одежде, чтобы завтра во время прогулки по городу не слишком задирать, например, подол при ходьбе. То, что уместно в походе, неприемлемо на улицах.

 В дверь деликатно постучали. После разрешения лорда два лакея вкатили в номер столик и принялись споро накрывать ужин. Пусть я и плотно пообедала в казарме, при виде разнообразных яств слюна выделилась сама собой.

 Может, хоть тут обойдутся без мёда?

 То, чем мы питались в приречных тавернах, сдабривалось в основном солью. Странно вообще, что, кроме перца, других трав в еду практически не употребляют. Хотя перец как раз не трава. Может, в этом и дело?

 — Кес, давно хочу тебя спросить, — начала я издалека, попробовав первый кусочек восхитительной запеченной на огне белой рыбы и убедившись, что она приправлена только солью. — Почему вы почти не употребляете специй? Мёд не в счет.

 Лорд вздохнул.

 — Не напоминай. Я уже столько раз просил кухарку не класть мед во все, что выходит из сковородок и кастрюль, но она неумолима. Полезно, говорит, и вкусно.

 — Но когда у нас гостил брат Каллум, я точно чувствовала в еде перец! — воскликнула я. — Значит, он-то есть!

 — Есть. И стоит как годовой запас зерна, — поморщился Кестер. — Нам его подарил один гость, целый мешочек. Горсть где-то. Отец ему жизнь спас, тот и отплатил как мог. Уже года три храним, кухарка употребляет только после разрешения моей матери. У нее в комнате, кстати, и хранится. Вместе с украшениями.

 Я фыркнула и только потом поняла, что он не шутил. Да, если чёрные зернышки стоят столько, сколько он обрисовал, это же небольшое состояние. Уж точно не дешевле кольца с брильянтом.

 — Ладно, перец дорогой. Вычеркиваем. Но что-то другое же можно добавить? Петрушку, майоран, орегано, мало ли что еще в мясе хорошо звучит?

 С каждым произнесенным названием лицо Кестера вытягивалось все больше.

 — Это, наверное, травы из твоего мира? — вежливо уточнил он. — Не уверен, что они здесь растут. По крайней мере, я никогда не слышал подобных названий.

 Действительно. Я приуныла. Кто сказал, что все травы обоих миров идентичны? Может, здесь и правда ничего полезного не растёт. Только по возвращении обязательно нужно будет ещё раз проехаться по лугам и полям Медового острова. Мелисса, например, всегда притягивала пчел. Пока та цвела, мама намертво закрывала окна, чтобы не завести в доме улей. Если внимательно приглядеться к тамошнему разнотравью, думаю, узнаю травку-другую. Уже будет повеселее обедать.

 Приободрившись таким образом, я отщипнула румяный бок сдобной булки. Здесь явно не нуждались в зерне — хлеба положили чуть ли не больше, чем еды.

 — Мы надолго в столице? — снова завела я разговор. Если мы уезжаем завтра, нет смысла покупать обновки. В нашем медвежье-медовом углу они мне не пригодятся, а запасные штаны и на месте сошьют.

 — На пару дней, наверное. А что? — Кестер благоговейно откусывал от куска белого хлеба, даже ничем его не намазав. Вот она, разница в питании. Здесь, наверное, мед — экзотика и дорогое удовольствие, а на севере, где мало полей, хлеб — настоящий деликатес.

 — Думала пройтись по магазинам, купить что-то полегче. Здесь куда жарче, чем на острове, да и потом пригодится. Если, конечно, можно… — неуверенно закончила я. Своих денег у меня не было, я полностью зависела от прихоти лорда, но осознала это, пожалуй, только сейчас. До сих пор Кестер ни звуком, ни взглядом не упрекнул меня за то, что я пользовалась его гостеприимством. Впрочем, я и не злоупотребляла, но вот покупать обновки за его счет? После того, как я озвучила эту мысль, она мне как-то резко разонравилась.

 — Извини, но ходить по магазинам, боюсь, тебе придётся с Сондрой, — обезоруживающе улыбнулся Кестер. — У меня назначено несколько встреч со знакомыми насчёт поставок мёда и свеч. Ты не против, если я быстро решу все дела и присоединюсь к тебе за обедом? Самое позднее — за ужином.

 — Но ты точно не против? — на всякий случай уточнила я. — Мне придется гулять за твой счет, учти.

 Лорд помрачнел.

 — Ты считаешь, что я не в состоянии обеспечить свою невесту необходимым минимумом? Неужели ты собираешься скупить весь ассортимент Эмайна?

 — Нет конечно! — я в панике замотала головой. Куда оно мне? — Одно-два платья и все!

 — Туфли не забудь, — хмыкнул Кестер, видя, что я больше не сопротивляюсь. — В столице очень хорошие обувные лавки. Товар везут со всего континента, так что есть возможность выбрать что-то по вкусу.

 — Спасибо за совет, — искренне улыбнулась я. Повезло мне все же с женихом: не жмот и в потребностях женских разбирается.

 По спальням мы разошлись уже за полночь. Привыкли как-то за время путешествия сидеть рядом, обсуждая прошедший день и делясь впечатлениями, да даже молчание в компании Кестера становилось уютным и умиротворяющим.

 На всякий случай я задвижку закрыла. Пакостей со стороны жениха я не опасалась, но двери спальни выходили в гостиную, а в отель, даже самый охраняемый, могут попасть любые личности. Дополнительная преграда на их пути лишней не будет. Успею, если что, за стул схватиться и замахнуться пошире.

 Свечи в золоченых канделябрах не выбивались из антуража люксового номера. Даже как-то добавляли романтичности. Пожалуй, к такому балдахину с кисточками и ворсистому ковру электрические лампочки и не подошли бы.

 Я зажгла несколько мелких свеч в подстаканниках, хмыкнула, заметив знакомое клеймо в восковом основании. Свечной завод Дугласов. Интересно, где он расположен, мы туда еще не заезжали. Надо бы напроситься на экскурсию, когда вернёмся на Медовый остров.

 Я в свечах разбираюсь как свинья в апельсинах, просто любопытно глянуть на настоящий завод.

 Погрузившись в книгу о фауне Авалона, я не сразу поняла, что вокруг как-то посветлело. Бросила беглый взгляд на свечи — горят как раньше.

 Серебристое свечение исходило из угла спальни, около окна. Сначала я приняла полосу за отражение Луны. Но когда она начала извиваться, до меня с опозданием дошло, что тут что-то другое.

 Змей я уважала. Даже в какой-то степени ими восхищалась. Но делать это предпочитала в зоопарке, через толстое стекло. Желательно бронебойное.

 Молочно-белая, светящаяся прозрачным фарфором лента подняла голову, раздула капюшон и приоткрыла пасть. Внутри, вопреки ожиданию, оказались не клыки или раздвоенный язык.

 Изо рта призрачного змея на меня смотрела сама тьма.

 Меня будто засасывало в ее глубины, отрезая ото всего мира, убирая звук и свет.

 Остались только я и первозданная беззвездная ночь.

 Я поплыла сознанием, почти как с фейри. Только если с ними я шла добровольно, то повиноваться какой-то там змее не собиралась категорически.

 Уперевшись всем, чем могла, я представила самое логичное в этой ситуации. Нас со змеей разделила прозрачная стена.

 Белёсый змей злобно зашипел. С беззвучным лязгом вокруг него сомкнулись стенки невидимого террариума и куда бы он ни сунулся, везде натыкался на стекло. Прихлопнув его сверху еще и воображаемой крышкой, я втянула воздух, только сейчас осознав, что не дышу, и с облегчением заорала как ненормальная.

 В пылу мысленного сражения было как-то не до того. Все силы уходили на то, чтобы сопротивляться и не сдаваться.

 Несмотря на то, что нас разделяла гостиная и две двери, Кестер меня услышал.

 Лорд вбежал в мою спальню, даже не заметив защелки на двери. Снес ее плечом вместе с частью косяка, даже меч при этом не уронив.

 Силён мужик.

 Только вот не уверена, что против этой белой твари поможет настоящий меч.

 Кто бы из старого мира слышал, как я заговорила. Никогда в жизни не верила ни во что потустороннее, ржала как лошадь над ужастиками и поттериадами, и тут — на тебе: призрачный змей посреди комнаты.

 Кестер замер на пороге, оценивая обстановку. Взъерошенную меня с вытаращенными глазами, в одной ночнушке, белого полупрозрачного змея у окна.

 С реакцией у лорда было не очень, потому что до противника он дошёл через полминуты, не раньше. Рубашка моя тонкая и с кружевами. И доходила до колена, в лучшем случае, а в данный момент вообще уползла в неприличные дали.

 Зато уж разглядев ночного гостя, Кестер решительно шагнул между мной и им, преграждая тому путь к наступлению.

 — Что это? — уточнил он у меня.

 — Змей. Вроде бы, — неуверенно ответила я. — Вообще-то я сама хотела у тебя это спросить. В справочнике по фауне я такого еще не видела. Оно здесь часто появляется?

 — Впервые вижу, — пробормотал лорд, разглядывая неизвестный вид.

 Призрак нападать не спешил. То ли не мог преодолеть стекло, то ли изучал нас. Он свернулся кольцами, распушил капюшон и задумчиво покачивался, уставившись на Кестера. Или на меня за ним?

 Пасть змей закрыл и больше не пытался поглотить мое сознание.

 Выход в астрал не самая приятная штука, а с фейри оно хотя бы на добровольце проверено, что вернут потом обратно. С этим пресмыкающимся такой гарантии не было.

 Трогать придуманный мною террариум я боялась. Даже дышать в его сторону старалась через раз. Вдруг что нарушу в тонком сплетении магии — которой я, оказывается, все же владею, — и он исчезнет? А змей, свободный и голодный, останется.

 Мы замерли втроём в неловких позах и уставились друг на друга. Кестер, кажется, вообще не моргал.

 Внезапно террариум вместе с обитателем замерцал, то исчезая, то вновь проявляясь, как некачественная лампочка.

 — Иди-и-и… — провыл змей напоследок и растворился тысячью мерцающих искр.

 Может, мне и показалось. Может, просто повыл? Нечленораздельно?

 Иначе — куда идти-то?