Глава 13

— Благодарю за сегодняшний день, ты мне очень помогла, — искренне улыбнулась я горничной и, порывшись в ворохе купленного, вручила ей небольшой свёрток. Арабелла была столь любезна, что запаковала понравившийся мне наряд тайком, не привлекая внимания горничной. Вообще, золотая женщина — если я еще когда-нибудь появлюсь в столице, одеваться буду только у нее. Белье, выданное в подарок как комплект к платьям, поражало тонкостью отделки и качеством материала.

 Эх, было бы еще кому его показать.

 Я покосилась на Кестера, терпеливо ожидавшего, пока я освобожусь, и мысленно надавала себе оплеух. Не о том думаешь, Вика, как есть не о том!

 — Что вы, леди, я ничего не сделала! — пролепетала Сондра, горящими глазами пожирая свёрток. Не слушая слабых возражений, я впихнула его ей в руки и чуть сжала тонкие запястья.

 — Ты меня очень выручила. И сегодня, и вообще. Так что никаких отказов не принимаю, носи на здоровье!

 Осчастливленная горничная выскочила за дверь, а я нехотя повернулась к скучающему на диване лорду.

 — Хорошо прогулялись? — вежливо поинтересовался он, хотя ясно было, что мысли его заняты чем угодно, только не моими успехами на почве примерки тряпок. Перед лордом на низком кофейном столике красовался деликатный чайный сервиз с крохотными, почти игрушечными чашечками, полупрозрачной фарфоровой сахарницей, полной крупных темных кусков, и двумя чайниками с разной заваркой. Он задумчиво разлил одну из них по чашкам. В гостиной густо запахло жасмином с кислыми нотками зеленого чая.

 — Прекрасно. Было до этого момента, — я деловито оправила платье, подошла поближе и выжидающе уставилась на Кестера. — Ну, рассказывай, что там стряслось. На тебе лица нет.

 — Ты права, стряслось. У меня для тебя новости, — медленно начал лорд, и у меня заломило в висках от предчувствия, что те не очень хорошие. — Даже не знаю, радоваться или наоборот. То есть, это большая честь и все такое…

 — Да не тяни уже, — закатила я глаза. — Руби.

 — Хорошо, — решился он. — Нас приглашают на обед к Его Величеству. Завтра. И отказ не принимается.

 Я нащупала позади себя соседний диван ногой и осторожно присела. Ноги подрагивали.

 — В честь чего вдруг? — пробормотала я, хотя и сама догадывалась об ответе. Как минимум скучающему Величество стало любопытно, что там за попаданка отказывается идти прямо в храм, как максимум по шкале грозящих неприятностей — подстава организована жрецами, чтобы каким-то образом меня там и оставить.

 — Мы поставляем свечи по всему Авалону, в том числе и в королевский дворец, — пояснил Кестер. — Обычно я имею дело с управляющим. Мы подписываем очередной договор на год, на этом все. Никаких особых церемоний. В этот раз меня провели к самому королю.

 Он помолчал, задумчиво помешивая чай. Напиток был светловат и зеленоват, на мой вкус, но привередничать я не стала. Не до того.

 — Чтобы ты представляла, попасть на личную аудиенцию у Его Величества не так-то просто. Очередь обычно записывается на месяцы вперед. А тут вот так, запросто, да еще по его инициативе… Речь, понятное дело, пошла о тебе.

 — Понятное дело, — хмыкнула я и отпила немного горячей жидкости. Несмотря на относительно тёплую погоду, от новостей меня пробирал озноб, и хотелось согреться хотя бы чаем.

 — Его Величество весьма взволновала новость о моей возможной женитьбе. Он был столь любезен, что выспросил меня о твоём происхождении и воспитании, а также отношении ко мне, и предложил, если ты меня чем-то из перечисленного не устраиваешь, целый список девиц на выданье. Взамен.

 Я подавилась чаем.

 Кестер терпеливо переждал приступ моего истошного, надрывного кашля. Стучать по спине даже не пытался — то ли не принято тут такое, то ли невежливо в приличном обществе.

 — То есть тебя пытались подкупить… невестой? — выдавила я, чуть придя в себя. Лорд невозмутимо кивнул.

 — Породистой, из хорошей семьи, приближенной ко двору. Некоторые были даже юны и хороши собой.

 Я поставила чашку и потёрла с новой силой разболевшиеся виски.

 — А ты? — слабо пробормотала я. — Согласился?

 Скажи он, что да, я бы даже не сильно ругалась. У него мечта всей жизни жениться на породистой магичке, которая родит ему одарённых детей. Желательно мальчиков. Как я могу сердиться на того, кто просто пытается выжить и выплыть? От него люди зависят, семья…

 Не знаю, до какой степени я бы себя еще накрутила, но Кестер нахмурился и посмотрел на меня очень странно.

 — Я похож на предателя? — сурово вопросил он. — Конечно я отказался! Ты моя невеста, я слово дал.

 — Но, может, стоило согласиться? Я понимаю, тебе нужно остров удержать. И поддержка короля была бы не лишней… — неловко пробормотала я. Только что ради меня мужчина поставил на кон своё будущее. И не только своё. Ответственность нешуточная, мне даже как-то не по себе стало.

 Кестер одним плавным движением стек с дивана на пол, к моим ногам, и ласково зажал мне рот ладонью. Я невольно притихла от неожиданности.

 — Прекрати, пожалуйста, говорить глупости. Ты же умная женщина, тебе не идет, — дождавшись от меня тишины, негромко проговорил он. — Поверь мне, даже если бы я согласился, брак бы все равно не состоялся. Не знаю уж, по каким причинам. Невеста бы заболела, сбежала, умерла, в конце концов. Всякое случается.

 — А со мной? Тоже случится? — взяв обеими руками крепкое запястье, я чуть потянула, опуская его ладонь. — Что мешает жрецам меня просто похитить? Или убить? Или тебя, например?..

 Горло перехватило. И почему я только не подумала об этом заранее, прежде чем подвергать его опасности? Это политика, детка, дело грязное и временами смертельное. Куда я лезу? Заберите меня обратно!

 — Вредить напрямую тебе или мне они не осмелятся, — уверенно ответил Кестер. — Ты им нужна, тебя они точно не тронут. А я… Не настолько и важная шишка. Вот с отцом могут попытаться что-то сделать, но, опять же, ты здесь ни при чем. Мы давно живем на разворошенном улье и ждём, когда же все рванет. А похитить и удерживать силой… вряд ли. Они знают, насколько упёртые Дугласы. Ссориться с нашей семьей королю смысла нет. Тем более, матушка тебя может отыскать и под землей — она помнит твой энергетический отпечаток.

 — Мой что? — слабо выдохнула я. Как-то многовато на сегодня откровений разом. Все в голову не укладывается.

 — Твою ауру, — пояснил Кестер. — Когда ты появилась, произошёл характерный всплеск энергии, и он оставил на тебе след. Благословение Богинь, так мы это называем. При желании мама может найти любого посланца, они все помечены примерно одинаково. Так она говорит, я-то в этом не сильно разбираюсь. Ты можешь быть спокойна: когда я обещал тебя от жрецов вытащить, я не шутил.

 Он смотрел очень серьезно, а я пыталась осознать новую, свалившуюся на меня внезапно реальность.

 Моя метеочувствительная потенциальная свекровь, оказывается, может достать меня даже из-под земли.

 Я настолько нужна жрецам, что они прибегли к шантажу.

 Да за каким я им вообще сдалась?! Толку от меня — ноль, полезных знаний, которые можно применить на практике, столько же. Что за маниакальная страсть прибирать к рукам всех попаданцев?

 На краю сознания забрезжила некая неоформленная идея…

 Я открыла было рот, чтобы поделиться ею с Кестером, и закрыла его обратно.

 Еще рано. Мысль нужно сначала со всех сторон хорошенько обдумать.

 Очень уж она провокационная.

 На торжественный обед в королевском дворце я одела то самое, синее, очень кстати купленное платье.

 Подходящие туфли нашлись в саквояже, волосы Сондра тщательно расчесала и уложила красивыми волнами, заплетя только узкий ободок вдоль лба, чтобы в лицо не лезли. В памяти всплыли строчки из прочитанного по диагонали талмуда о приличных леди: «При официальных визитах леди должно распускать волосы, дабы окружающие могли оценить их густоту и истинность цвета».

 Показать товар лицом, иными словами. Вот какая я сильная магичка. И ничего, что я только вижу считающихся спящими фейри да неизвестные подвиды потусторонних змей.

 Сондра тщательно расправила все несуществующие складки и в очередной раз посокрушалась об отсутствии у меня украшений. Небольшие брильянтовые гвоздики, которые настолько срослись с моими ушами, что я их даже не замечала, не в счет.

 Ничего, ценность моя не в навешанные побрякушках.

 Понять бы еще, в чем… А то мои догадки мне очень не нравятся.

 Руки горничной подрагивали от волнения. Еще бы, не каждый день ей доводится собирать леди для визита во дворец. На ней тоже ответственность, и немалая. Если что, по местным понятиям, быть ей виноватой.

 — Все будет хорошо, — с нажимом произнесла я, поймав ее панический взгляд в зеркале. Мой чудом казался спокойным и выдержанным, хотя внутри я истерилапо-страшному.

 Никогда не была любительницей публичности и заведения полезных знакомств в верхах. Даже когда к нам на базу однажды заехал президент поздравить с успешным выступлением, — хорошо мы тогда нос утёрли англичанам, политически вовремя — я с радостью построилась одной из последних и старательно пялилась в пространство, чтобы ни дай бог ни с кем из свиты взглядом не пересечься. Девочки потом друг другу хвастались, каких спонсоров себе завели, а мне такое банально претило. Если уж лезть вверх, то за счет зубов и когтей, а не чьей-то постели.

 Или вот, как тут, храма.

 Король даже прислал за нами личную карету с гербом. Посмотреть на то, как мы с Кестером уезжаем, собралось полквартала. Тревога моя от этих проводов только усилилась — ощущение было, что прощаются с нами насовсем.

 Мимо королевской резиденции мы дважды прошли вечера с Сондрой. Трехэтажное здание с колоннами, открытыми арочными анфиладами и декоративными башенками, напоминающее солидный особняк, было огорожено высокой каменной стеной с пиками поверху. В редкие узкие прорези в изгороди, похожие на бойницы, были видны прогуливающиеся с собаками охранники. Все как у нас на какой-нибудь вилле наркоторговца или политика.

 Карета остановилась прямо у крыльца. Ни собак, ни охранников видно не было, зато нас встречали двое почтительных лакеев в униформе и белых перчатках. Кестер меня им не доверил, сам протянул руку и помог спуститься с трёх каретных ступенек на мощеный камнем двор.

 Слуги повели нас длинными коридорами, парадными залами, картинными галереями… и этому пути, казалось, не будет конца. Компактный с виду дворец был построен настолько хитро, что блуждать в нем без провожатых можно было неделями.

 То ли меня пытались впечатлить богатством, то ли запугать мощью, но ни того, ни другого не добились. Наоборот, пока ноги отмеряли километры, голова пришла в порядок, в мыслях наступила кристальная ясность и концентрация, как перед стрельбищем. «Вижу цель, не вижу препятствий» — как называет это мой тренер.

 Нам нужно пережить сегодняшний приём и желательно выйти отсюда вдвоём и в целости. Значит, будем импровизировать и пытаться выторговать максимум.

 Пустынные коридоры наконец закончились, через широко распахнутые двери нас провели в огромный, богато украшенный зал. Гладкая алая ковровая дорожка начиналась под нашими ногами и полосой устремлялась к небольшому возвышению — на полметра, не больше. На нем стояли кресла с высокими спинками для короля и королевы. Их сыновья, как я знала из сплетен, еще слишком малы, чтобы принимать участие в торжественных церемониях. Даже если это всего лишь обед.

 Судя по тому, что стола или даже фуршетных подносов поблизости не наблюдалось, до еды еще нужно было дожить.

 — Это большая честь для нас, принимать у себя посланницу Богинь, — ласково улыбнулся мне король, а у меня засосало под ложечкой. Ой неспроста ко мне так по-доброму относятся. Точно что-то нужно. Вопрос что? Толку от меня пока что было немного.

 Все это время я изо всех сил старалась вспомнить из прежней жизни хоть что-то применимое в новом мире. Знания — сила, с этим утверждением не поспоришь. Увидев, что я полезна, со мной начнут считаться.

 Или сразу сдадут жрецам без права выхода на улицу. Такой вариант тоже существовал.

 Поэтому изобретать нужно что-то полезное и в то же время не слишком секретное или опасное, вроде пороха.

 Хотя его формулы я тоже не знала — даже если бы захотела поведать, не смогла бы.

 — Благодарю за приглашение, Ваше Величество, вы оказали мне высочайшую милость, — присела я в глубочайшем реверансе. Даже не пошатнулась. Не знаю, что бы сказала леди Дуглас, но я старалась изо всех сил.

 — Надеюсь, мы окажемся полезны друг другу, — король смотрел все так же по-доброму, но в его взгляде мне чудилось холодное любопытство, разбавленное пресыщенностью. Монаршая чета была ненамного старше меня, чуть за тридцать. Оба породистые, темноволосые, прически почти одинаковые, только корона у Ее Величества поскромнее, а платье — наоборот, побогаче. Кстати, выполнено оно было в том же стиле, что и мое, только из золотистой парчи с вышивкой жемчугом. Смотрелось роскошно, но тяжело. Хотя, ей же сидеть в нем, а не плясать.

 Позади Величеств, отступив к самой стене, занавешенной тяжелым темным бархатом, и почти сливаясь с ним в своей коричневой хламиде, стоял жрец. При виде его лица сердце подскочило, а потом затрепыхалось где-то в горле.

 Я его уже видела. Тогда, на поляне, когда фейри решили устроить мне внеплановую экскурсию в столицу. Он разговаривал с другим жрецом, помоложе, но его в зале сегодня не было. Ну, или я не заметила.

 До сих пор я воспринимала тот полет наяву как фантазию, пусть и реальную до невозможности. Даже учитывая, что я угадала имя одного из главных жрецов, которое никогда ранее не слышала, мне все равно не верилось, что это было на самом деле.

 Доказательство сейчас оглаживало свою длинную, как у Хоттабыча, бороду.

 Напомнив себе о необходимости держать голову пустой и легкой, как воздушный шарик, я смиренно опустила ее, ожидая дальнейших распоряжений.

 — В честь вашего визита я приказал достать из сокровищницы дары Богинь. Надеюсь, вы не откажетесь осмотреть их вместе со всеми нами?

 По толпе придворных пробежался шепоток. Кестер нашёл и сжал мою ладонь. Я и без него понимала, что честь мне оказана беспрецедентная, и собрала в памяти все манеры, что успела в меня вложить потенциальная свекровь.

 — С огромным удовольствием взгляну на святыни вашего народа. Благодарю за оказанное доверие, — все еще глядя в пол, проговорила я.

 — Это теперь и ваш народ тоже, леди Виктория, — с тихим смешком король дважды хлопнул в ладоши, подавая сигнал слугам, а меня пробрал холодный пот. Все, меня приписали к местным официально. Осталось выяснить, чем это мне грозит.

 Король кивнул кому-то позади нас с Кестером. Оборачиваться и смотреть кому, я не стала. Что-то я помню из курса истории о том, что к монархам нельзя поворачиваться спиной. Как к опасным хищникам.

 Через минуту мимо нас прошествовала торжественная процессия. Дары Богинь везли на небольших низких столиках, которые в нашем мире используют официанты. В принципе, логично: так уронить и испортить шансов куда меньше.

 — Увы, самую большую святыню мы лицезреть не можем, — бросив мельком взгляд на пожилого жреца, посетовал король. — Она хранится под Центральным храмом, и допускаются до нее только прошедшие посвящение.

 — Сей дар слишком огромен и полон тайн, чтобы допускать до него посторонних, — склонился в нарочито почтительном поклоне служитель Богинь.

 Монарх поморщился. Похоже, его тоже включили в список тех, кого до самой мощной святыни не допускали. Окинув глазами представленное перед ним многообразие, король поманил меня рукой.

 — Подойдите ближе, леди Виктория. Смотрите внимательно и скажите нам, что вы думаете по этому поводу.

 Придворные, не дожидаясь особого приглашения, столпились вокруг столиков, подталкивая меня и Кестера к ним практически вплотную.

 Я ухватилась за одни из столиков, опасаясь перевернуть его ненароком, и послушно уставилась на святыни.

 Не могу сказать, что впечатлилась.

 Больше всего они были похожи на металлолом. Попадались круглые диски, изогнутые трубки, посверкивали боками шары и полусферы. Каждый предмет покоился на отдельной подушке, обложенный скроенной по его индивидуальной форме мягкой прокладкой.

 Один из предметов меня, впрочем, заинтересовал.

 Плоская металлическая полоса была загнута кольцом, образуя нечто, напоминающее чуть разомкнутый браслет.

 — Могу ли я задать вопрос, Ваше Величество?

 Взгляды всех присутствующих скрестились на мне, а я пялилась в пол и приседала себе в старательном реверансе. Хотела бы сказать, что в грациозном, но увы. Уроки миссис Дуглас об меня как горохом об стену. Всплывали в памяти только в критических ситуациях. Нынешнюю же почему-то мой организм за критическую не посчитал.

 Подумаешь, человек пятьдесят придворных и король на меня уставились.

 — Возможно ли брать святыни в руки? Простите, если ничтожная попаданка оскорбила вас или ваши верования… — судорожно сглотнув, зачастила я. Король мягко, по-отечески улыбнулся и поднял руку, останавливая мое словоизвержение.

 — Вы никоим образом не оскорбили никого из нас, леди Виктория. Мы счастливы, что святыни вызвали ваш столь живой интерес. Да, разумеется, вы можете взять в руки по одному предмету за раз, и, надеюсь вас не оскорбит, если брат Энгус проследит, чтобы вы случайно что-нибудь не сломали?

 Я замотала головой, покосившись на сурового дедка. Этот мне голову за повреждение даров откусит и не поморщится.

 Осторожно изъяв из глубокого футляра браслет, я осмотрела его со всех сторон. Что-то он мне напоминал. Слишком лаконичное решение для предмета древности. Вон как залы дворца украшены, да и платье королевы само по себе произведение искусства. А тут простая полоса металла, даже непонятно, какого именно. Изнутри вроде бы золото, а вот снаружи — что-то темное. Почерневшее серебро?

     Я подошла к окну, пытаясь понять, из чего сделана вещь. Брат — или скорее дед — Энгус как приклеенный последовал за мной. Разве что в ухо не дышал — так близко подобрался. Боится, что в форточку выкину?

 Матовая чёрная поверхность впитывала слабый солнечный луч, как мне показалось, с жадностью. Поверхность браслета чуть нагрелась. За пару минут на свету вещи так не раскаляются. Если только…

 — Ваше Величество, а когда в последний раз дары выносили на улицу?

 Мой вопрос прогремел в благоговейной тишине, в которой все созерцали святыни, будто раскат грома в жаркий летний полдень.

 Жрец за моим плечом вздрогнул и отчего-то побледнел. Если бы я не стояла рядом, то и не заметила бы этих микроскопических изменений в лице. Ох, что-то вы скрываете, брат Энгус, причём от короля в том числе.

 — Дары достают из сокровищницы раз в год и проверяют, нет ли изменений в их состоянии, — отбарабанил дед явно зазубренный наизусть постулат. Голос его даже не дрогнул, да и с лицом он уже справился. Железный Энгус. — О вынесении их на свет в описании жреческих ритуалов нет ни слова.

 — И что же именно натолкнуло вас на эту идею, леди Виктория? — с живым интересом обратился ко мне король. Я бережно провела пальцем по тёплой поверхности браслета.

 — Он мне напоминает устройства из моего мира. Глупости, конечно, но… кто-нибудь примерял его раньше?

 — В каком смысле примерял? — вытаращил глаза король. Жрец спал с лица еще больше, ненавидяще прожигая меня глазами. Я сунула руку в ободок, демонстрируя, как именно меряют драгоценности.

 Чёрная поверхность полыхнула уже знакомым серебристым светом — и разъём на браслете исчез. Святыня намертво запаялась на моей руке.