Глава 14
Побледнев не хуже брата Энгуса, я судорожно подергала за широкую полосу, обхватившую мое запястье не хуже наручников.
Даже лучше.
Наручники, говорят, можно снять, если вывихнуть большой палец. Зазор позволяет. Божественная лента же сидела на мне плотно, так что снять ее можно было, только отрезав мне руку.
Судя по взгляду, которым уставился на мою кисть жрец, ему эта светлая мысль в голову уже пришла.
— Да снимайся ты, скотина! — прошипела я сквозь зубы, судорожно дергая за намертво приставший браслет. И чудо свершилось. По его чёрному матовому боку прошла трещина, и он неохотно, как в замедленной съемке, раскрылся, освобождая мое запястье.
Я поспешно положила его на столик и отшагнула назад на всякий случай, глядя на полосу металла с подозрением.
Точно с таким же выражением на меня смотрели король, жрец и весь придворный состав.
— Вот как-то так примеряют, — слабо пробормотала я, все еще надеясь обратить все в шутку.
— Нет, так святыни еще никто не примерял, — процедил король. Покосился на стражей у стен зала, прикидывая, приказать меня арестовать или повременить. Я на всякий случай отступила еще на шаг.
Проклятый браслет снова зажегся серебром — не успела я и глазом моргнуть, как снова оказалась облеплена металлической лентой. Судорожно сглотнув, покосилась на жреца, потом на набычившегося Кестера. Надеюсь, у лорда хватит ума не поднимать шума и не влезать в конфликт с королем. В крайнем случае и правда попрошусь к жрецам — а что делать? Рука мне все же дорога.
— Чудо свершилось! — хлопнул в ладоши король, и все присутствующие вздрогнули. — Вы все видели: святыня выбрала леди Викторию своей хранительницей.
— Значит, она теперь одна из нас… — заикнулся было жрец, но король оборвал его одним движением брови.
— Значит, она зачем-то нужна Богиням, — веско, с каким-то непонятным мне подтекстом произнёс монарх. Брат Энгус моргнул и с небольшим запозданием склонился в поклоне.
Не поняла. Это я только что чего-то избежала или, наоборот, во что-то вляпалась?
— Это знаменательное событие нужно отпраздновать! — воскликнул король, поднимаясь с места. За ним, не без труда двигаясь в своем расшитом наряде, встала королева. — Проследуем же к столу!
И мы послушно проследовали за возглавившими наше шествие монархами. Кестер стиснул мою свободную от браслета руку так, что наверняка останутся синяки.
— Такое раньше случалось? — уточнила я шепотом у своего лорда, пока мы проходили через очередные узорчатые двери в роскошный банкетный зал. Накрытый белоснежной скатертью с золотой каймой, столы были составлены разомкнутым на углах прямоугольником. Сторона у дальней стены чуть возвышалась над остальными, да и два кресла в середине были выше и богаче остальных — там полагалось сидеть королевской чете.
— Ни разу, — шепнул мне в ответ лорд, чем меня совершенно не успокоил.
За обедом пытка любезностями продолжилась. Нас с Кестером усадили по правую руку от короля, причём меня прямо рядом. Сидящая слева королева косилась, но помалкивала.
Где-то между третьей и четвёртой переменой блюд, сервированных как в хороших французских ресторанах, — один укус еды, и много ухищрений для украшения — Его Величество решил продолжить вербовку:
— Дорогая леди Виктория, вы все же подумайте хорошенько, — король придвинулся вплотную, не обращая внимания на всколыхнувшиеся шепотки вокруг. Ну, ему-то чего, это мне потом репутацию отмывать. — Такие таланты, как у вас, не должны пропадать в захолустье. Представьте, какую неоценимую пользу вы могли бы принести государству и народу, если бы остались здесь и присоединились к жречеству.
Он меня даже за руку взял в порыве убеждения! Я поймала на себе убийственный взгляд королевы и осторожно высвободила руку с извиняющейся улыбкой. Мы здесь еще до завтрашнего утра — не хотелось бы проснуться с кинжалом в груди.
— Ах, я же помолвлена с лордом Дугласом, — пролепетала я, трепеща ресницами. — Это великая честь, быть принятой в общество столь мудрых и справедливых хранителей покоя Богинь, но я дала обещание и не могу его нарушить. Кроме того, мы так любим друг друга…
Я закатила глаза, подцепляя Кестера под локоть обеими руками, дабы обезопасить себя от дальнейших посягательств.
— Однако, Ваше Величество, меня несколько волнует вопрос со святыней, — я покосилась на все еще украшающую мое запястье чёрную полосу. — Может, мне стоит попробовать еще раз ее снять?
Король отрицательно покачал головой.
— В прошлом были уже подобные случаи. Некоторые святыни обладают, скажем так, некоторым своенравием и сами выбирают себе хранителей. После их смерти предметы возвращаются на своё место, так что вам совершенно не о чем переживать.
— Ясно. Благодарю, вы меня успокоили, — тихо проговорила я, разнервничавшись еще больше. Значит, все же происходило подобное, просто лорду о том неизвестно. И это многозначительное перемигивание короля и жреца… Как я еще могу послужить Богиням, если меня не приписали моментально к храму?
Срочно, срочно нужно отсюда валить! Только сначала попробую все же разжиться полезной информацией.
— Вы знаете, у меня есть одна просьба, но не знаю, насколько она уместна, — согласно канонам нерешительных леди, застенчиво пробормотала я. Король довольно улыбнулся: где одолжения — там и обязательства. Думает, я сейчас золото-брильянты попрошу? — Мне бы хотелось побывать в библиотеке Центрального Храма. Не уверена, что назвала ее правильно… Я о той, где собрано больше всего сведений о Богинях и их посланцах. Очень любопытно было бы узнать всю историю, это так захватывающе! Простите пришелице ее невежество.
И глазками наивными хлоп-хлоп.
В разговор внезапно влез жрец, сидевший за соседним столом, но, благодаря специфической расстановке, недалеко от нас.
— Дело в том, что доступ к самым важным и редким документам имеют только жрецы и проживающие на территории Храмовой территории посланцы, — вкрадчиво начал брат Энгус. Хотя, какой из него брат? Скорее дед.
— Леди Виктория вполне может посетить общедоступную часть. Кто знает, может она достаточно заинтересуется знаниями, чтобы примкнуть к вашим рядам, — перебил его король, недовольно нахмурившись.
Да, дед многовато себе позволяет, отвечая на вопрос, адресованный королю. И Его Величеству подобный расклад не нравится. Не знаю, насколько он в состоянии поставить жрецов на место, — или насупленные брови — предел его репрессий? — но подобный разлад на верхушке власти мне на руку. Если что, можно будет апеллировать к королю.
Повезло мне все же, что меня нашли не жрецы и даже не крестьяне. Попала бы сразу как кур в ощип. И никакой альтернативы. А теперь вроде как я под защитой семьи Дуглас.
Довольно шаткой, правда. Кестер у власти, пока жив и в сознании его отец.
Стоит поторопиться и укрепить его позицию, пока кто-нибудь не озаботился устранением мешающего старшего лорда. Если я правильно оценила типаж лорда Лотиана, он долго церемониться и ждать не будет. Да и жрецам теперь семья Дугласов мешает. Как бы они не объединились в совместном порыве.
Если еще не.
Как и ожидалось, ничего нового или полезного я в Храмовой библиотеке не узнала.
На следующий день, в полдень, Брат Энгус ожидал меня у входа в Центральный храм и недовольно скривился, завидев нас троих. Он что, правда думал, я появлюсь в гордом одиночестве, без свидетелей? Берите меня тепленькой?
— Пройти в библиотеку имеет право только посланница. Остальным придется подождать в храме, — процедил он, провокационно глядя на Кестера. Просто откровенно напрашивался на скандал. Ну, не будем доставлять дедуле подобного удовольствия.
— Мои спутники подождут здесь, — кивнула я, пристально глядя на своего лорда. Тот, помедлив, согласно склонил голову. Этот вариант мы с ним обсуждали. Если вдруг меня попробуют задержать силой, за Сондрой будет громкий скандал с причитаниями по госпоже, а Кестер пойдет прямо к королю.
Сильно надеюсь, подобной боевой поддержки не потребуется.
— Следуйте за мной, — с показным смирением глядя в пол, брат Энгус развернулся и размашисто зашагал куда-то вглубь помещения. Чтобы поспеть за ним, пришлось бы бежать вприпрыжку… или так же широко шагать. Платье на мне сегодня было дорожное, привычное, под ним штаны, так что вскоре я заново поравнялась с дедом, даже не запыхавшись. Он покосился недовольно, но смолчал. Как же ему поперек горла королевский указ, что он не гнушается такими мелкими пакостями? И как, наверное, сорвётся он позже на брате Каллуме, давшем подобное опрометчивое обещание.
С трудом подавив довольную ухмылку при этой мысли, я обратилась к жрецу:
— Весьма вам признательна, что вы согласились лично проводить меня к хранилищу знаний. Чтобы не отнимать ваше время, не могли бы вы показать мне те книги, где описываются башни переноса и принцип их работы? И жизнеописания других попаданцев, то есть, простите, посланников. Хотелось бы приобщится к их мудрости.
Брат Энгус чуть сбился с шага. Интересно, а он думал, я картинки тут смотреть собираюсь?
— Жизнеописание посланников — конфиденциальная информация, — ух ты, какие мы слова тут знаем! — Так что увы, до тех пор, пока вы не присоединитесь к рядам жрецов, я не имею права вам показывать подобную литературу. Башни же, к сожалению, феномен неисследованный. Они появляются и исчезают так быстро, что изучить их никто до сих пор не смог. Даже увидеть вблизи выпадает не каждому жрецу или простым людям.
— Ну, я же ее видела, — пробормотала я растерянно. — И другие посланники тоже. Даже изнутри.
Брат Энгус пожал плечами, покосившись на меня с нескрываемым ехидством.
— И многое вы можете поведать об ее устройстве и принципе работы?
— Внешний вид разве что, — тоскливо вздохнула я. И без особой надежды поинтересовалась: — А вступить в ряды жрецов я имею право как сестра или только как жена одного из братьев? Я имею в виду, какие обычно у посланниц женского пола обязанности?
— О, особо никаких, — обрадовал меня брат Энгус. — Вам совершенно не придется ни о чем беспокоиться. Всем займутся братья, вам только надлежит выбрать наиболее достойного из нас.
И он поиграл бровями, напоминавшими кустистых гусениц, намекая, кто тут рядом совершенно свободен и без спутницы.
Я вяло улыбнулась.
К счастью, продолжать беседу не потребовалось, а то и не знаю, что бы сказала. Что-то, о чем потом пожалела бы наверняка.
Перед нами распахнулись внушительные резные створки в три-четыре человеческих роста. Вообще, все в этом храме поражало размерами, заставляя меня чувствовать себя ничтожной букашкой. Подозреваю, на то и расчёт был.
Библиотека занимала, кажется, целое крыло. Потому что анфилада залов, как в зеркальном лабиринте, простиралась чуть ли не до горизонта.
Найти что-то в подобном обилии книг было просто нереально. Но я все же попыталась.
— Каталог тут хоть есть? — слабым голосом уточнила я, оценивая фронт работ.
— А что это? — кажется, в голосе жреца проскользнула издевка. Ручаюсь, даже если каталог есть, мне его никто не даст. Чисто из вредности и для профилактики излишней самостоятельности одной не в меру наглой попаданки.
— Неважно, — буркнула я, отправляясь в путешествие между стеллажами. В другое время я бы застряла здесь на пару лет — запах пыльных корешков и старой бумаги приводил меня в состояние, близкое к экстазу. Но, увы, в моем распоряжении было от силы несколько часов.
Наугад вытаскивая привлекающие внимание корешки и пролистывая пару страниц, я двигалась вдоль книжных рядов, пытаясь понять принцип сортировки и найти нужную мне тему. Затея моя с позором провалилась. Да и, ясное дело, местным совершенно невыгодно, чтобы попаданцы уходили обратно — кого доить идеями будут? Потому и не исследовали вопрос, а если и было дело, засекретили до невозможности.
— Мне жаль, что вы ничего не нашли, — догнал меня уже на пороге библиотеки спокойный, флегматичный даже голос старшего жреца. Ну конечно, жаль ему. Прекрасно знал, зараза, что все мало-мальски толковые книги спрятаны глубоко в секретных подвалах, потому и пропустил меня без особого сопротивления, — Знаете, леди Виктория, вы мне симпатичны. Поэтому на правах старшего хотел бы дать вам небольшой совет.
— Какой же? — я склонила голову набок, скептически обернувшись на брата Энгуса.
— Не высовывайтесь, — коротко и емко ответил он. — А еще лучше присоединяйтесь к нам. Место моей спутницы все еще вакантно. Поверьте, куда проще иногда плыть по течению, чем бороться с волнами.
— Это вы очень удачно сравнили, — хмыкнула я, против всех правил уставившись жрецу прямо в глаза. Хочет читать мои мысли — пусть читает. Подавится. — Только вот в чем дело: обычно выплывает именно тот, кто борется. А кто следует за течением, как отход, рано или поздно с концами смывается в океан.
Дверь за мной закрывалась туго, со скрипом и стонами, что несколько смазало торжественную картину моего отступления. Но главное, что меня выпустили, пусть и с довольно загадочным и зловещим напутствием.
Гостеприимство храмовых послушников оказалось куда щедрее личного высочайшего внимания старшего жреца. Когда я, голодная и злая от несбывшихся надежд, вывалилась из архивов в общий зал, застала там воистину идиллическую картину. Лорду поднесли закуски и напитки, устроили в одной из ниш для молитв Богиням и развлекали беседами сразу трое братьев. Сондра, в полном обалдении от такого скопления приближенных к Богиням, переводила восхищенный взгляд с одного жреца на другого.
— Что-нибудь нашла? — при виде меня Кестер вскочил на ноги, с тревогой изучая мой всклокоченный вид. Кажется, он подумал что-то не то, потому что угрожающе стиснул кулаки и принялся взглядом шарить по храму, выискивая брата Энгуса. Я подошла и успокаивающе погладила по рукаву.
— Ничего, но я особо ни на что и не рассчитывала. Так что все в порядке. Можем идти.
— Точно все в порядке? — уточнил лорд, внимательно глядя мне в лицо. Я грустно улыбнулась.
— Меня никто не обижал и не пытался задержать, если ты об этом.
Заметно расслабившийся мужчина безропотно последовал за мной. Сондра вприпрыжку семенила за нами, то и дело оглядываясь на храм и тихонько вздыхая.
Она бы, наверное, и минуты не раздумывала, позови ее один из жрецов замуж. А что, почёт и уважение, жизнь в столице, богатства, не сомневаюсь, несметные. А что одежда скучная — так она здесь только у знати повеселее, горничной не привыкать.
И почему я такая неправильная? Не хочу устроиться в тёплом углу и не отсвечивать.
Как ни странно, на выезде из столицы нас никто не задерживал.
То ли шпионы короля и храма настолько умелы, что я их не заметила, то ли действительно им все равно, что вместе со мной уплывает одна из бесценных реликвий?
Я периодически пыталась браслет снять, но без толку. Раскрываться-то он раскрывался, даже позволял положить себя на столик, но стоило мне удалиться от него больше чем на пару шагов, как он вновь оказывался на моем запястье. По крайней мере, вопрос с душем и вообще с мытьем можно было решить мирно. Закоротить неизвестную мне божественную технику не хотелось бы.
Обратная дорога заняла неприлично мало времени. Река несла нас сама, плот был куда меньше, а значит, легче и маневреннее — Хеки управлялся с ним одной левой, или чем там он управляет обычно.
На водопаде этот нехороший телекинетик решил обеспечить мне инфаркт. Перемигнувшись с лордом, он направил плот прямо к обрыву, небрежно бросив нам:
— Держитесь крепче!
Как же я верещала… Это вам не американские горки, в Америке почему-то называемые русскими. Ударная доза чистого адреналина — это когда плот сначала на мгновение замирает на самом краю, накреняется, позволяя разглядеть клубы брызг и озерцо с острыми камнями берегов где-то далеко внизу, а потом все же решается и ухает в бездну.
Желудок подкатил к горлу, все прочие органы поспешно заняли его место, спеша эвакуироваться… В петлю я вцепилась мертвой хваткой, до побелевших пальцев. Плот спланировал наподобие ковра-самолета, миновав основные скопления водной взвеси, и практически без всплеска приводнился дальше по течению.
Когда все закончилось, Хеки, посмеиваясь над моим выражением лица, выровнял наш транспорт, а предатель Кестер отжал мои руки от кожаного ремня силой.
— Ты что, правда испугалась? Извини, мы хотели пошутить. Мне казалось, ты любишь приключения, — лорд приобнял меня за плечи, но я передернулась, сбрасывая его руки.
— Я до сих пор не слишком верю в вашу эту магию. Ничего личного, Хеки, — маг кивнул, делая вид, что очень увлечён пейзажем. Хороший мальчик, понимает, когда лучше не лезть под руку. — И на фоне того, что я периодически забываю, на чем у вас все работает, падать вот так, с высоты, без поддержки и страховки…
Захлебнувшись словами и невысказанным, я всхлипнула. Кестер воспользовался паузой и прижал меня к себе, гладя по голове как маленькую.
— Прости, прости, ради Богинь! Я не подумал, правда. Все время забываю, что у тебя в мире другие технологии и культура. Больше не будет таких сюрпризов, договорились?
Все еще подрагивая от пережитого ужаса, я кивнула, опасаясь не совладать с голосом. Вцепившись в отвороты кафтана лорда, я вдыхала его земной, мускусный запах, постепенно приходя в себя. Никогда не была трусихой, но на секунду я действительно забыла и о присутствии Хеки, и о его способностях. Рефлексы и паника — все-таки страшная вещь.
Из-за перепуга я даже не сумела толком насладиться панорамой, открывавшейся с утеса. Успела только отметить, что острова, расположенные дальше, — в том числе и Медовый, самый последний — ничуть не уступают основному плато в высоте. Скорее всего, части общей плиты в своё время отвалились под постоянным воздействием воды.
Сондра, в отличие от меня, даже не пискнула. Настолько сильна была ее вера в магию вообще и в Хеки в частности. Улыбалась только радостно и по сторонам головой вертела, как ребёнок на ярмарке. Мне даже немного стыдно стало. Вроде посланница, должна быть круче и храбрее всех, а верещу как последняя трусиха.
Потом обернулась, смерила взглядом водопад и плюнула на стыд.
Вполне логичная реакция. Это местные камикадзе не совсем адекватны.
В общей сложности нас не было на острове около трёх недель. Семья Кестера успела порядком соскучиться и поволноваться. Все же он белая ворона их семейства, и — как я поняла из диалогов во дворце, да и по дороге тоже, благодаря лорду Лотиану, — уважения к нему лично немного.
Партнеров по бизнесу держит в рамках авторитет его отца, еще вполне способного сравнять их территории с землей. Ею же и присыпать сверху.
Думаю, что в следующий раз я серьезно могу улучшить условия поставок, просто явившись вместе с Кестером на переговоры. Все же авторитет посланцев Богинь в этом мире — сила.
Встречать нас высыпало все население замка. Чувство было, что мы не проводили рекрутов и вернулись, а как минимум сами побывали на войне и чудом выжили. Леди Дуглас, не скрываясь, заплакала, набросившись на сына с объятиями, да и пожилой лорд подозрительно отводил покрасневшие глаза.
— Какое облегчение! — выдохнула мать, ощупав Кестера и убедившись, что все на месте. — Все же прошло хорошо?
— Ну… нормально, — уклончиво ответил он, невольно покосившись на мою левую руку, где под рукавом ее холодил чёрный браслет. Я поспешно натянула ткань еще ниже, хотя и без того ничего видно не было.
Сондра отошла к слугам, которые обступили ее, выспрашивая подробности путешествия. Моя горничная степенно отмахивалась, обещая все детально рассказать вечером.
На ужин была запечённая в меду свинина. Нет, нужно срочно искать хоть какие-нибудь специи! Неужели на всем острове не растёт хотя бы розмарин? Такие поля вокруг. Не верю! Перец, насколько я помню, растёт где-то на юге, в тепле, потому и дорогой, как в нашем мире шафран. Ну да мне не паэлью делать, а всего лишь придать вкус мясу. Без перца тоже можно поиграть.
План для досуга постепенно вырисовывался. Главное, чтобы леди Дуглас не припахала меня снова к этикету. Хотя, логически рассуждая, зачем? С королем и старшим жрецом я уже знакома, вряд ли меня представят кому-то выше их рангом. Мои манеры их не испугали, значит, и так сойдёт.