Глава 26. Чистка

Когда ракеты стремительно обрушились на Минас, я поняла, что черта проведена. В этот раз Пустошь не забудет пролитой крови. Но что будет с теми, кто успел покинуть Сильву? Что будет с нами?

Небольшой медицинский пункт, у которого остановилась группа — это пригород Диалона. А сам торговый город оставалась в десяти километрах отсюда. Адам сказал, что многие горожане сумели спастись. Они укрылись в бункерах, где пережидали жаркие дни военные. А вот сам центр, где строился новый госпиталь — сравняли с землей. Там не осталось ничего, и даже красная скала наполовину осыпалась. Я прищурилась, чтобы разглядеть ее останки слева на горизонте.

— Будто кость, — прошептал лекарь. Он подошел тихо. Я стояла в стороне от всех, когда военные пополняли запасы для перевозки и готовили тех, кто пожелал остаться в Диалоне.

— Да, мертвая земля. И так близко к Витруму. Как можно было игнорировать уничтожение города торговцев и госпиталя?

— Легко, — пожал плечами парень, поравнявшись со мной, — Диалон подрывали диверсанты. А когда они взяли энергоблок, Андарион решил переложить ответственность на чужие плечи. Это дорого, но признавать поражение еще дороже.

Я устало обтерла лицо ладонями и украдкой посмотрела на брюнета. Он заметил, отвел взгляд от горизонта, одарив меня теплой улыбкой. Эбен даже коснулся моей руки, правда иначе. Без опаски. Так не делает тот, кто любит тайно.

— Почему так много людей хотят остаться в Диалоне?

Эбен посмотрел за спину и вновь на меня.

— Здесь остались только каменные стены. Никаких сканеров и картотек. Есть шанс начать новую жизнь. Мало кто верит, что Андарион простит тайную эвакуацию.

— Может тебе здесь остаться? — Усмехнулась я. Эбен закатил глаза, — Да нет, я к тому, что у тебя нет никаких обязательств. Ты можешь начать с нуля. Возьмешь пустынное имя. Может Ной? Хорошее имя!

— Не могу я начать с нуля, — Эбен покосился в сторону. Там, с двумя девушками стояла Мита. Она перевязывала запястье блондинке и периодически посматривала в нашу сторону, — Но я повязан не меньше, чем ты. Тебя преследует одна тень, меня другая. Если так подумать, у нас паршивые приемные родители, Эмбер. Твой Итан и моя Хельга. Оба хотя одного и того же.

— Тут ты прав. Хельга не успокоится. Итан тоже, — я высвободила руку и сложила обе в замок на груди, — Знаешь, похоже им придется встретиться.

— Я думаю так же, — Эбен сжал губы в полоску, подтверждая решимость бороться.

Вместо положенного часа мы простояли на стоянке целых три, рискуя быть замеченными недоброжелателями с Пустоши или военными, работавшими против своих же. В Диалон ушло пятьдесят семь человек. Еще двадцать остались в медицинском пункте, чтобы определиться как быть дальше. Вчера у них был город, свой дом и работа, а сегодня люди рискуют остаться среди тех, кто отрекся жить в системе. Тех, чьи единичные дома я видела, когда Адам увозил меня во Флюмен.

Оставалось еще больше двух сотен человек. Мало кто знал, чего хочет.

В этот раз Адам забрал меня к себе в кабину. Посадил рядом. За рулем был Иван и он без умолку рассказывал о своих поездках в прошлом. О том как приторговывал лишними товарами пустынным беженцам, как замечал необычное сияние в черном небе и как ругался с военными Витрума. Насчет последнего Иван особенно яро выказывал недовольство.

— От них ничего хорошего ждать не стоит, Адам. Черти поганые! — Плевался Иван. Он держал рукой руль, следуя прямо за грузовой машиной перед нами, а второй потянулся в карман за папироской. Но супруг его остановил.

— Воздержись, пожалуйста!

Мужчина успел причмокнуть край бумаги губами и с удивлением вытаращил глаза.

— Чего такое? Всегда было можно, а тут?

— Эмбер в положении. Ей нельзя дышать дымом.

Здоровяк хихикнул и отбросил незажженную сигарету прямо на пол.

— Быстро вы! Только ж пару — тройку недель назад были не беременны?

Адам растянул губы в ухмылке и поцеловал меня в висок. Я сидела у окна, но военный все это время обнимал меня, защищая от случайного удара головой о дверь. Несмотря на прочные ремни, машину знатно мотыляло.

— Не слушай старика, дело молодое. Я же понимаю! Ну это вам хлопот подбавит. В такой-то момент. Ее надо отправить на сохранение в главный госпиталь западных границ Андариона. Ты же из этих, с волчьей кровью. Андарион потирая ладошки примет ее. А потом и сам подъедешь.

— Совет у тебя плохой, — протянул Адам, — Андарион не получит ни меня, ни мою жену ни, тем более, ребенка.

— А я бы наведался к границам. Там наши ребята, Адам. Наши дети, жены, сыновья. Они не ведают, что тут случилось. А ты мог бы закосить под дурака, мол жена ждет ребенка, нужна защита и обеспечение безопасности.

Адам злился. Он смотрел вперед, слегка щурясь. Его скулы заходили, а мышцы напряглись. Блондин молчал, а я стала думать, что предложение Ивана может пригодиться нам.

— Так что, в Витрум?

— Да, но перед этим нам нужно будет сделать две остановки. Есть люди, которые останутся в попутных секторах. В Витрум вернутся военные и пятьдесят восемь человек гражданских, — Адан наклонился в мою сторону, — У меня будет к тебе просьба. Мне нужны твои умения.

— Все, что угодно.

— Пятьдесят восемь человек плюс еще один должны быть почищены в системе Андариона.

— Ты хочешь, чтобы они стали жителями Витрума?

— Да. Пятьдесят восемь станут жителями Витрума и одна свободной от розыска.

Я улыбнулась, прижавшись к груди Адама.

— Шестьдесят. Мне нужно помочь почистить историю одного старого друга.

Две остановки попутно стали пятью. Все больше людей пожелало остаться не в секторах. Они выбрали пусть одиночек- фермеров, устроивших самострои в Пустыне. Их дома были одноэтажными из глиняного кирпича частично дерева. Они разводили животных, способных перенести тяжелый климат пустыни и жаркие дни.

Тайком я завидовала этим людям. Да, они не получали никаких благ от системы, зато не были привязаны ни к одной враждующей стороне. Они словно тени, не существовавшие ни для кого.

Мы ехали вторые сутки. Я очень устала…

К Витруму людей осталось очень мало. Большая часть были военными. Жители Сильвы опасались огромного стеклянного города, возвышавшегося к небу. Он словно сам был зачатком нового Андариона и отдавал богатством и роскошью горожан. Сюда попадали только элитные военные, каким был Адам до последних событий.

— Вот там, — я пробудилась ото сна, когда супруг указал Ивану куда держать путь, — Поверни за тем валуном и двигайся направо. Там расположена временная станция.

— Надолго? Может заночуем? Время около двух, — устало обтер лоб Иван. Он все это время держался на таблетках с кофеином и большой партии папирос, которыми мужчина травил себя на остановках, — Я скоро сам приму форму сидения. Спину не разогнуть.

Блондин поставил руки на приборную панель, внимательно вглядываясь в темноту.

— Что там?

— Похоже Пустынные скаты. Я будто видел движение, и оно застыло.

— Они могли быть на привале, — Зевнула я, напоминая о себе, — Если видел уход к песку, то они. Мы… То есть, они часто кружили неподалеку от Витрума.

Иван покосился в мою сторону и ухмыльнулся. Конечно, он успел ухватить оговорку. Добавить к этому розыск от Олва и навык в программировании, картина сложится верная.

— И что вам, — мужчина вновь поперхнулся. Нарочно, разумеется, — Им там было делать?

Я поджала губы в улыбке. Мы переглянулись за спиной Адама, который близко наклонился к стеклу, не сводя глаз с дороги. Было темно, фары выключены, поэтому приходилось вглядываться, чтобы пресечь опасность.

— Наблюдать. Скаты это любят. Чтобы знать, как победить врага, нужно изучить его поведение.

— И чего Скатам и вовсе не взять город, раз они такие сильные?

— Они не сильные. Скорее — технологически подкованные для мимикрии. И пустынных скатов очень мало.

— И чего так?

— Дорого, — протянул Адам, обернувшись ко мне. Он не скрывал своего недовольства раскрытием моего происхождения, но все же подмигнул. Поздно играть в нравоучения, — Однажды мы получили такой костюм. Их делают вручную. Используют много уникального материала. В пустыне такое больше не производят. Многое получают, разбирая старые военные машины. Роскошь для диверсанта.

— Все верно. Да и скатом становится не каждый.

— Никогда бы не подумал, что страшно захочу быть скатом, — Иван тоже стал пристальнее вглядываться вперед, — Надеюсь я их не задену. В песке не увидишь.

Но Иван зря волновался о них. Ему следовало опасаться за себя. Когда мы повернули за валун, в колеса прилетело два удара чем-то крепким и нас занесло вправо. Я вскрикнула от неожиданности, а Адам моментально подхватил меня к себе, свободной рукой уцепившись за поручень прямо на приборной панели.

Водитель громко чертыхнулся, выровняв руль. Последовали еще удары. Грузовик за нами перевернулся.

— Мать твою! Что за?

— Скаты, — прошипел Адам, — Я попробую связаться. Там военные. Отобьются.

— Пусть врубят свет! — Закричала я.

— Что? — Адам уже держал устройство у рта и нехотя слушал меня.

— Послушай, путь те, кто едут за этим грузовиком врубят фары. Они ослепят противника. Скаты всю ночь без светового воздействия. В костюме это до боли ужасно.

— Черт, Адам, у меня колесо пробито. Держитесь!

Нас мотало. Иван сбросил скорость, все еще выравнивая огромную махину. Тем, кто в кузове, сейчас особенно плохо.

— Командующий Даттон! Всем водителям, следующим за грузовым шаттлом номер два срочно врубить дальний фары. Следовать моему приказу. Срочно подберите всех, кто был в шаттле. Машину оставить. Не задерживаться! Прием!

— Даттон, свет увидят на десятки километров вперед. Вы уверены?

Муж посмотрел на меня, и я уверенно кивнула. С нами так боролись. В прошлом. Я запомнила надолго.

— Да. Это приказ! Врубайте фары. Мы не останавливаемся. Будем у станции ф2341.

— Принято.

Свет врубили через пару секунд, и он был таким ярким, что даже мы зажмурились, пусть и отъехали на приличное расстояние. Трюк сработал на ура. Эвакуацию потерпевшего бедствие экипажа провели за пять минут. А оставленный транспорт стал нарочным подарком скатам. Адам знал, что его подъем потребует больших временных затрат, а скаты уберут его в любом случае. Они не откажутся от техники Андариона.

После инцидента фары погасили. Мы прибыли на станцию первыми, колонна должна была подойти позднее. И пока солдатам, сидевшим в кузове, поручили помочь оставшимся горожанам, Адам увел меня внутри небольшого одноэтажного здания. Станция представляла собой ряд построек. В основном гаражи и какие-то аппараты для проверки тех средств. Но внутри крохотной комнатки в крохотном доме не больше шести квадратных метров, было спрятано то, с чем справится могла только я.

Дверь внутрь открывалась обычным цифровым кодом. В помещении пахло затхлостью, пропавшей едой и дымом. Стол с монитором завален обертками от энергетического питания. Мне стало не по себе от одного вида. Я закрыла рот ладонью и вышла назад. Супруг следом. Он обнял меня за плечи, извинившись.

— Я просто… Это энергетическое питание действует как рвотное, — оправдалась я. Но парень уже ринулся сметать в мешок все, что хоть как-то напоминало о еде. А затем притащил из кабины бутылку с водой. Командующий с тревогой наблюдал за мной и это умиляло.

— Все в порядке, Адам. Все хорошо. Просто так бывает. Мне бы к лекарю…

— Черт побери. Эмбер, я ужасный отец. Давно надо было!

— Когда? Мы почти неделю живем в бешенном режиме. Не до того, но я могла бы попросить Эбена. Он может провести обследование.

— Нет, — твердо ответил блондин. Как будто все еще охранял меня от соперника, — Скоро будем в Витруме. Лучше, чтобы тебя осмотрел другой лекарь. Не подумай, я доверяю Эбену, но это не лучшая затея.

— Ты ревнуешь?

Адам заметил улыбку и чуть смутился. Это не заметит посторонний, но я успела привыкнуть к солнечному блондину. Он будто все еще мальчишка, когда становится обычным человеком, вне войны.

— Может ты проголодалась? Я могу раздобыть что-то из запасов.

Понятно. Снова ушел от темы, но и отрицать не стал. Я постаралась не выдать себя и всерьез заинтересоваться предложением.

Военный на энтузиазме раздобыл для меня орешков, а затем помог обустроится в крохотной комнате. Там и правда стало чище, а из-за открытой двери выветрилось большинство неприятных запахов. Повезло, что с техникой все в порядке несмотря на то, что ею пользовались очень давно. Я смогла зайти в базу и долго, медитативно, ковыряться в ней, выискивая коды и фамилии из списка. Он постоянно пополнялся, поскольку новоприбывших вписывали в новые листы.

Мне предстояла долгая бессонная ночь. Адам все это время был рядом. Помогал, поддерживал и заснул вместе со мной под утро прямо у кресла. Военный опустила на пол и облокотился головой о мои бедра, а я сложила руки на столе, отключившись. Проснулись мы когда стало необычно светло и люди на улице громко говорили о том, что время поджимало.

— Адам, — потрясла я супруга за плечо. Он не спал уже которые сутки и впервые сдался, — Адам, проснись. Что-то не так…

Блондин нехотя открыл глаза и вдруг резко поднялся на ноги. Сделав пару шагов за порог, он заглянул назад и встревоженно спросил, — Сколько тебе осталось?

— Часов пять, не меньше. А что такое? Почему стало светло?

— Война крадет время… Я ведь даже не считал. Прошел месяц. Близятся жаркие дни!

В прошлый раз солнце грело так, что я чувствовала страшный жар даже внутри бункера. Приходилось уходить в комнату и по многу часов оставаться там с Адамом. Но в этот раз нам негде укрыться, если не успеем почистить данные для Витрума.

Я не стала выходить, чтобы увидеть светлое небо, осталась внутри, торопливо стирая данные по каждому горожанину и военному. Старая техника медленно подгружала информацию и так же долго обновлялась.

Адам уговаривал взять перерыв, отдохнуть, но сам понимал причину моего отказа. Я до победного оставалась сидеть за неудобным креслом, пока остальных готовили к отъезду. — Становится жарко, — я услышала женский голос и обернулась. Случайно задела флягу с чаем, заботливо подготовленным супругом. Мита подняла ее, закрутив крышку потуже и присела на одну из коробок, — Не хотела тебя напугать. Адам запрещает тебя беспокоить, но я прокралась, пока он решает дело государственной важности.

— Что он делает?

— Вроде как связывается с кем-то из старых друзей в Витруме. Генри, вроде? Это имя тебе о чем-то говорит?

Я старалась не отвлекаться от монитора, однако глаза уже щипало от слез. Похоже от концентрации я забывала моргать.

— Анна и Генри наши друзья. У них двое милых малышей, — Воспоминания об этой семье остались свежи в памяти. Как будто все было вчера, — Я покинула Витрум из-за их младшего ребенка. Лекарства можно было достать только в Диалоне.

— Значит они хорошие люди, — закусила губу военная. Мы переглянулись. Девушка выглядела уставшей и обеспокоенной. Сейчас я поняла, что заглянула она не просто так.

— Мита, можешь показать мне свой код? Я проведу тебя следующей.

— Не обязательно. У тебя еще много работы.

— И тем не менее, — жестче ответила я. Из-за усталости не осталось сил играть в вежливость. Я обещала помочь и сделаю это, — Садись поближе. Пока не вернулся Адам. Мне кажется, что еще немного и он решил прекратить спасательную операцию.

Мита подсела рядом. Соорудила себе стул из пары коробок, забитых всяким мусором.

— Ты здесь безвылазно сидишь. Всю ночь и утро. Твой муж прав, нужно думать о здоровье ребенка. По крайней мере, — брюнета посмотрела на тарелку с едой. Вернее тем, что называли едой. В основном сухой поек, — Тебе бы поесть.

— Не присоединяйся к клубу Адама, — я протянула ладонь к военной и она закатала рукав, вложив в мою руку свое тонкое запястье. Глаза Миты забегали. Ей словно стало стыдно. Будто сейчас я вижу грязную правду прошлого, — Все в порядке. Я введу код и найду тебя. Мы уберем все данные о распределении и твою регистрации в армии Сильвы. Ты ведь проходила по назначению?

— Какое назначение, Эмбер? — Нервно хихикнула девушка, — Никакого назначения не было. Я беглянка. Просто в Сильве готовы принять и таких.

Я косо улыбнулась, испытывая неприятное чувство досады.

— Мне казалось ты сильнее и лучше городских, — Код введен, на экране высветилась история. Я набрала команду и цифры с буквами стали исчезать, — Разве не так?

— Я тоже так считала, пока сидела за воротами Сильвы.

— Эмбер?

Мы обе обернулись назад. В комнату вошел Адам с полотенцем в руках и сильно удивился присутствию Миты.

— Я не вовремя?

— Ты всегда вовремя! — Игриво подметила военная, отчего у меня где-то глубоко в груди слегка кольнуло. Но ее игра теперь была хотя бы понятна. Так военная казалась непоколебимой.

— Я принес мокрое полотенце. Держи, надо накинуть на голову. Будет полегче, — Адам как будто не обратил внимания на шутки Миты, даже когда так попыталась его подтолкнуть, как только супруг оказался рядом со мной.

— Спасибо! Сколько у нас времени до того, как солнце превратит пустыню в котел?

— Часов десять. К вечеру надо быть в Витруме. По пути нам не укрыться. Фермеры пользуются подвалами. Им не уместить пол сотни людей на своей территории.

— А если двинем в сторону Орто? Ты же вроде туда собирался? — Поинтересовалась Мита.

Адам наклонился надо мной, всматриваясь в монитор. На нем горел синим цветом код военной, и я вносила последние данные, необходимые для Витрума. Удалось даже блок присвоить. Я очень хотела успеть вписать в него полезного соседа. Лекаря.

— Код после распределения? — Удивился Адам.

— Мы его почти поправили. Заменить эти два символа на нулевое значение и все.

— Это для чего?

Мита сконфузилась, подалась назад и закатала обратно рукав серой куртки.

— Мой бывший муж не умер, Адам. Он был редким говнюком и Эмбер пообещала помочь.

— Неудачное распределение, — прошептала я, обернувшись к супругу, — Не всем везет выйти по любви. Пусть у Миты не будет препятствий в новой жизни. Поправить это не сложно, тем более я зачищаю старую историю.

Теперь Даттон все понял и больше не задавал вопросов. Мита же поспешила сослаться на дела, но приобняла меня в качестве благодарности. Только у порога я окликнула ее.

— Мита? Не забудь вытащить капсулу. Это можно будет сделать в Витруме.

Зеленоглазая девушка облизнула губы, пересохшие от возраставшей жары, посмотрела мне в глаза и едва заметно улыбнулась. Она вышла к пустыне свободной. Теперь она может начать все с чистого листа.

Кропотливый труд продолжился. Я покрывалась потом, постоянно пила воду и пару раз вставала, прохаживая из стороны в сторону. Чем больше людей вычищала из системы, тем больше, казалось, оставалось. Минуты превратились в часы, а часы в вечность… Вместо того, чтобы темнеть, к вечеру становилось все жарче… Военные торопливо эвакуировали людей в кузов, закрывая его от слегка показавшегося из-за горизонта, солнца. Мне же осталось вывести в базе троих. Троих, среди которых был Адам, Эбен и я.

— Эмбер, нужно уходить! Мы не успеем добраться до Витрума, если задержимся хотя бы на десять минут, — Адам держал меня за плечи, готовы поднять на руки и выбежать к грузовику.

— Немного. Хотя бы ты…

— Меня оставь. Чисти свой код и… — блондин выглянул за дверь, — Черт! Так, все! Я придумаю что-нибудь на месте!

Я прямо продолжила кодировать данные. Адам попытался снова вразумить, но мне казалось, я успеваю.

— Ладно, раз так, у меня не остается выбора!

Командующий взял меня за руку и закинул ее себе за шею, второй подхватил под коленями и поднял вверх. Я успела только ахнуть, когда яркий свет ударил в глаза. Высокий военный добрался до кабины за пару шагов. Открыл ее и забросил меня на мягкое сидение рядом с Иваном. Сам забрался следом, и водитель отпустил сцепление. Мы двинулись вперед, наращивая скорость. Последними, ведь основной караван уже уехал.

— Я не успела…

— Иди ко мне, — Адам прижал меня к своей груди. Сердце мужчины билось быстро. Он не скрывал тревоги, но пообещал, — Мы что-нибудь придумаем!