Глава 28. Отъезд

Утром меня разбудил закат. Затемнение постепенно снимали, ведь солнце уже скрылось за горизонтом, все еще освещая пустыню оранжево-лиловыми лучами. Они касались волнистых барханов и дюн. Блестели на крышах строений Витрума, а также одиночных домиков неподалеку. Из-за перемены давления, поднялся ветер. Он закручивал песок в воронку и сбрасывал у ворот военного города. Я сидела на полу, опираясь ладонями в стекло. Адам мирно посапывал на кровати. Было около пяти утра. Наши гости разошлись поздно. Я проспала не больше трех часов. Первые три не могла уснуть, все думала о том, как будет дальше. Мне хотелось перенестись в то недолгое время, которое я провела в гарнизоне на западных границах. Тогда я не понимала, что это будут лучшие дни в моей жизни.

Я опустила ладонь к животу и думала о будущем ребенке. Как странно не иметь собственного дома, но знать, что скоро ты будешь всем для крохотного человека? И тогда я обернулась к спящему супругу. Сейчас блондин выглядел трогательным чутким юношей. Красивым, словно статуя, не лишенным увечий войны. На его бледном лице кривыми линиями красовались белые шрамы. По телу следы от пуль и ранений. Он весь покрыт мелкими рубцами, точно щит. Как будто этот человек пытался закрыть собой целый мир. Он заслуживает счастья и заботы. Заслуживает мирной жизни.

— Эмбер, — пробубнил Адам. Он сонно открыл глаза и вяло улыбнулся, — Не сиди на полу, ты можешь простудиться.

— Здесь жарко, Адам, — улыбнулась я в ответ. Поднялась на ноги и наклонилась, чтобы поцеловать мужа, — Не беспокойся и поспи. Я хочу посмотреть как заходит солнце.

— Смотри, — утопая во сне, пробубнил парень, натягивая простыню повыше, — Только не замерзни. Я прос…

— Ну конечно, — я закусила губу и укрыла его второй простыней, — Я помню: не замерзни, поешь, поспи… Все под контролем, командующий.

Я дала ему выспаться. Никто не знал каким будет новый день. Оставалось надеяться, что легким.

Адам был в душе, когда в дверь постучались. Сердце замерло, ведь встреч мы не намечали. Супруг вскользь упомянул, что возможно отправится на совет Витрума, но совет уж точно не мог переместиться в медицинскую палату.

Стало легче, когда на экране я увидела Розмари. Я тут же открыла дверь и почувствовала не бережный удар в грудь. Рыжеволосая подруга упала в объятия, позабыв о безопасности.

— Я не могу поверить, что ты жива! Мне сказал это этом Эбен.

— Розмари, — прошептала я, крепко обнимая подругу. Я гладила ее волосы и чувствовала этот приятный аромат, точно из детства. Девушка пахла корицей и цветами. Кажется, аромат ландыша. Я никогда не видела его вживую, но его аромат очень ценили юные девушки.

— Я не помешала? Мама не должна узнать, где я, — она обернулась назад и схватилась за ручку двери, — Закрой же! Скорее!

Закрыла она сама. На звук прекратила идти вода. Через минуту выглянул Адам. Не одетый. Он был обернут полотенцем ниже талии, волосы мокрые, взъерошенные и влажная спортивное тело военного заставило Розмари открыть рот. Она не смутилась. Смутился, скорее, мой муж. Он держал ручку двери, собираясь вернуться назад. Однако воспитание не позволяло удалиться без слов.

Голубые глаза сверкнули растерянностью, губы командующего тронула улыбка.

— Адам, это Розмари.

— Мы знакомы, — с глупой улыбкой ответила девушка, — А у тебя красивый муж!

— Извините, я думал, случилась беда. Мы не ждали гостей.

Кто-то должен был спасти ситуацию и этим «кто-то» была я. Просто подошла к Адаму, бегло чмокнула его в губы и развернула в душевую с просьбой не шокировать моих подруг. Момент был милым. Грозный высокий боец смеялся и смущался одновременно. И когда он исчез, Розмари очнулась. Она прошла к кровати вслед за мной и присела на нее, придерживаясь за невидимый глазу живот.

— Потягивает, но Эбен сказал, что все в порядке, — оправдалась подруга, заметив, как я смотрю, — Я потому и увиделась с ним. А не из-за того, что моя мать наделала.

— Ты вовсю называешь ее мамой, — улыбнулась я, скривившись, — Я рада, что вы поладили.

— Зная кто она, я не смогла называть ее Старшей. Она мама и ты была права, по-своему, но она заботилась обо мне. Заботится и сейчас…

— На этот раз ты в курсе ее планов?

— Да. Но мама бы предпочла, чтобы я не говорила с тобой. Говорит ты не приносишь ничего, кроме проблем.

— В чем-то она права. Это ведь действительно так. У Деметры были свои планы, в том числе и на тебя. Пришла я и вот ты где…

Она сдержанно улыбнулась и взяла меня за руки. Розмари выглядела уставшей. Она сильно похудела, утратив остатки милой детской пухлости.

— Вообще я к тебе за этим и пришла. За проблемами.

— Что?

— Я не хочу возвращаться в Андарион. Хотела раньше, но все изменилось. Мне нельзя в город под куполом.

Я открыла рот от удивления.

— Но… Ты хотела туда вернуться?

— Пол во Флюмене. Я хочу найти его и спрятаться в Пустоши, — у нее глаза слезами наполнились, но внешне Розмари отчаянно пыталась казаться собранной и уверенной, — И я хотела бы увидеть папу. Ты говорила он гений? Представляешь, Деметра и словом о нем не обмолвилась. Делает вид, что не слышит, стоит только упомянуть о нем…

По телу пробежали мурашки. Я почувствовала, как ком поступал к горлу, перекрывая дыхание. И вопрос прозвучал прежде, чем я подумала о чувствах девушки.

— Разве ты не знаешь, что стало с Приграничьем?

— Ты о том, что повстанцы разрушили Диалон и подорвали Сильву? Конечно. Мы с Деметрой уезжали из Флюмена, когда там становилось очень жарко. Пол не смог вырваться. Он военный, сама понимаешь. Мы договорились встретится на границах. Эмбер у меня и мысли не было уезжать дальше западного кордона.

В этот момент в комнату вошел Адам. Он поднял ладонь, поздоровавшись второй раз и по сдержанной улыбке и поджатым уголкам губ, я поняла — он слышал разговор.

Даттон обошел Розмари, направляясь к стеклянному шкафу с лекарствами, но сделал это нарочно, чтобы девушка не видела его лица. Он отрицательно замотал головой, останавливая меня. Да я и сама понимала, что нельзя говорить подруге о падении Флюмена.

— И как он найдет тебя здесь, когда должен искать на кордоне?

Розмари заинтересованно подняла брови. Она сама задумалась. Похоже плана побега у нее нет.

— Лучшим решением будет отправится в Андарион. А Эбен поддержит тебя и будет надежной опорой. Он никогда не обидит девушку.

— Я понимаю. Но ты сама знаешь, что такое город. Я боюсь правил Андариона. Вдруг ни я ни Эбен не выберемся? — Девушка усмехнулась, — А я как в воду глядела, помнишь? Мы сидели на втором этаже Дома Мира и я сказала — не повезет той, которая станет ему женой. Ведь Эбен всегда будет любить тебя.

Сказав это Розмари поднесла руку к губам и обернулась посмотреть на Адама. Тот присел на тумбочку, сложив руки на груди. Он приветливо улыбался, понимающе подмигнув юной болтушке.

— Все в порядке, — выдохнула я, — Мы с Эбеном друзья. Любви нет. По крайней мере ко мне.

— Но и я его не люблю. И если не выберусь на кордон, придется свыкнуться.

Она замолчала. Но ненадолго. Ее живые мысли плыли по течению. И не в то русло, куда надо бы.

— А отец? Что если ты отведешь меня к нему и тогда я найду способ связаться с Полом?

— Это не лучшая идея, — подключился Адам, — Если свяжешься с Итаном Брайсом, станешь причастной к диверсантам. Эмбер права, тебе лучше отправится с матерью и лекарем в город. Вдобавок, ты ждешь ребенка и ему потребуется должное наблюдение в клинике.

Розмари поникла. Она пришла за другим. Точно не убедится в том, что Деметра права. Девушка устало выдохнула.

— Значит нужно смириться?

Я положила руку на ее плечо в знак поддержки. Рыжая шмыгнула носом, отсела к краю и поднялась на ноги.

— Я рада, что вы смогли выбраться. Что же, надеюсь еще встретимся.

Я догнала ее уже у двери. Обняла, получив в ответ вялое объятие.

— Прости. Знаю ты ждала другого.

— Ждала, — призналась подруга, — Но теперь все больше понимаю Деметру. Адам прав, я забыла о ребенке. Его судьба, а я надеюсь, что это он, важнее моей.

Мы попрощались. Не так, как мне хотелось бы, но я пообещала, что подоспею к отправлению отряда в Андарион.

После ее ухода осталось странное чувство. Неприятное, гадкое. Как будто только что я утратила связь с первым человеком, которого я узнала после падения со стены и амнезии.

Солнце зашло за горизонт к пяти часам вечера. Адам оставлял меня на пару часов, а когда вернулся, попросил быть готовой к выходу. Анна не успела вернуть мне вещи с западных границ, поэтому в рюкзак с собой я взяла только самое необходимое, выданное в Витруме. За пару месяцев я свыклась с постоянными скитаниями.

На выходе я вдруг почувствовала, как потеют ладошки. Всячески отгоняя от себя мысли о предстоящем отъезде, я не справилась с волнением. Страх никуда не ушел, пусть Адам и пытался меня поддержать.

— Так, здесь оставим открытой дверь, — прошептал блондин, выходя из бокса. Он машинально стянул с моего плеча рюкзак и взял за руку, — Нам на первый этаж и к базе.

— А как же остальные? Я хотела бы увидеть Эбена и Розмари перед тем, как мы уедем.

— Мы пока не уезжаем, — подмигнул супруг и посмотрел впереди себя, — Будем надеяться, что все пройдет без сюрпризов.

Спускаясь по лестнице за мужем, я с тоской посмотрела наверх. Благодаря тому, что спуск находился с внутренней стороны, я видела кубический проем до самого потолка и там, на тринадцатом этаже, стояла женщина с двумя малышами. Она перегнулась через перила, наблюдая за нами.

Анна прощалась молча. По-другому нельзя.

На первом этаже было тихо. По огромному залу эхом разлетались звуки шагов. Наши люди собирались молча. Часть уже стояли у выхода. Они здоровались взглядом. Напряжение читалось в сведенных бровях и сжатых губах. Адам пожал руку каждому из солдат. По осанке супруга, его выправке, стати и свободному движению руки считывалось спокойствие. — Командующий Даттон, — громко представился блондин на контроле у дверей, — Мы входим в чисто отбывающих. Сбор на контрольном пункте базы.

— Принято, командующий. Проходите. Вам потребуется отметка в данных по скану?

— Пока нет. Я пока не получил назначения, — Адам забрал у мужчины в военной форме Андариона серебристую флешку-пропуск и обернулся ко мне, — Идем, Эмбер.

А я уже было начала переживать о сканировании кода. За все время в Витруме я не смогла почистить сведения о себе. Меня бы с легкостью поймали на этом.

Несмотря на то, что солнце ушло, отголоски жарких дней еще чувствовались. Духота стояла в воздухе, хоть по ногам и прошелся холодок. Небо не такое чистое. Будто в легкой дымке. От этого и огни станций сияли иначе. Я осмотрелась по сторонам. Детскую площадку, пострадавшую от ракетного удара, восстановили. Все выглядело так, словно этого никогда не было. Свежая краска, качели, лавочки, цветы под купольной защитой от солнца. Иллюзия счастливой жизни. Витрум будто ребенок Андариона. У него есть хорошие перспективы стать вторым городом под куполом.

Адам набрал воздуха в легкие и посмотрел на небо. Он не проронил ни слова на пути к базе, а там нас уже ждали. У длинного одноэтажного здания серого цвета стояло несколько высоких пассажирских грузовиков. Но два кузова были груженными коробками и только в третьем сидели люди. Несколько человек, все гражданские. Рядом с машиной стояла Деметра. Женщина была одета в синее платье. Непривычно светлые волосы уложены на левую сторону, на руках белые перчатки. Она говорила с мужчиной в форме. Рядом, опираясь на высокое колесо, стояла Розмари. Она держала в руках сорванный с клумбы цветок. Казалось, рыжеволосая девушка не замечала ничего, погрузившись в свою тоску.

— Даттон, а вот и ты! — Громко проревел высокий мужчина. Он старше Адама лет на двадцать. Увидел нас уже на подходе к зданию и попытался остановить. Супруг хоть и пожал ему руку, но я по глазам заметила, что эта встреча ему не в радость.

— Приветствую, Марк. Не ожидал встретить тебя здесь.

Мужчина прищурился и его глаза стали еще меньше. Он улыбался, но приторно и показательно, как это делают, когда пытаются опустить оппонента.

— Ты и вдруг не знал⁈ Интересно. Я прибыл сюда согласно назначению, когда ты отбыл из Диалона. И ты точно знал, что моя дивизия здесь.

Адам поджал губы, кивнув.

— Действительно, припоминаю. Но в Приграничье было жарко. Слышал многих туда направили внепланово и без уведомления. Так что ориентироваться по данным назначений не приходится. В любом случае, рад повидаться. Надеюсь, с твоими ребятами все в порядке.

Проявив максимальную сдержанность, Адам повел меня вперед. Но Марку не понравился ответ молодого военного. Он бросил ему в спину то, о чем тут вслух не говорил никто.

— Слышал Роуганс не давал приказа бросать город? Но ты и твои люди здесь. Интересно.

Адам остановился. В глазах небесного цвета сверкнул гнев. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы справиться с ним и обернуться.

— Если есть подозрения на мой счет, советую подготовить рапорт. Поступай согласно предписаниям.

— Пожалуй, — протянул Марк, смакуя победу, — Я так и сделаю.

Первая угроза. Адам стойко ее выстоял. В это время из Витрума к точке отправления пришел Эбен. Он был не один, в сопровождении Миты. На ее плече красовался рюкзак, и она не выглядела опечаленной, когда поздоровалась с нами.

Эбен же кроме приветствия ничего не сказал. Он извинился и пошел в сторону Деметры. Та не сводила с нас глаз попутно изображая приветливость в окружении военных. Наверняка опасалась, что я помешаю ее плану.

— Я оставлю тебя ненадолго, — Адам поцеловал меня в висок и поставил рюкзак на пол, — Никуда не уходи.

— Я буду здесь. Не тревожься.

Командующий вошел в здание. Я же осторожно посмотрела в сторону, где был Марк и его люди. Военных рядом с ним стало больше. Это настораживало.

— Адам не сказал куда направитесь?

Мита пылала румянцем. Я попыталась улыбнуться. Вышло так себе.

— Ах да, глупый вопрос. Никто ничерта не знает. Вот и Эбен не говорит. Попросил только вещи собрать, как будто я сама бы не догадалась.

— Попросил собрать вещи? — Я не скрыла удивления, — Когда? Вы были вместе?

— Вчера он остался у меня, — похвасталась брюнетка. Сегодня она была одета в гражданское. Роба, как у многих жителей Витрума. Наверняка намеренно, — Это ничего?

— Ох, — вздрогнула я, будто от удара током, — Нет, конечно, нет. Я просто… Я рада за вас!

— Да, я тоже витаю в облаках, но Эбен закрыт. За сегодня он от силы выдавил из себя пару слов. Зато вот, — девушка обнажила запястье. Кода больше не было, на месте капсулы наклеен пластырь.

— Хорошие новости!

— От нее давно пора было избавится. А я все никак.

Мита прищурилась, наблюдая за Деметрой.

— Чего хочет эта женщина? Она не из местных. Слишком заносчива для Пустоши.

— Она не из Пустоши, — процедила я, обернувшись, чтобы посмотреть на Старшую, — Ее зовут Деметра и она из Андариона.

— Берет Эбена за руку. Какого черта?

Она ничего не знает. Зеленые глаза Миты распахнулись от ревности и растерянности. Я успела схватить девушку за руку, прежде чем она сделала шаг в сторону Старшей.

— Не надо. Держи себя в руках. Он все объяснит.

— Я хотела поздороваться!

— Не надо, — умоляюще настояла я и та сдалась.

— Пожалуй ты права.

Мита привыкла жить среди военных и решать вопросы напором. С Дметрой подобная тактика провальна. Между тем людей становилось все больше. К нам пришли не только наши солдаты, но и военные Витрума, принимавшие участие в перевозке продовольствия. Так сказал Адам. Никто не организовывал отправку людей. Вывоз гражданских дело рук Деметры. Именно она выбила себе место путем сложных переговоров через множество инстанций. Женщина недолго держалась в стороне. Когда Старшая закончила говорить с Эбеном, она решилась подойти к нам.

— Доброго вечера! Не помешаю?

За ней подоспела Розмари, оставаясь позади. Девушка помахала мне без особого энтузиазма. Ее сильно расстроил утренний разговор.

— Доброго вечера, Деметра! — Поприветствовал Адам, — Все готово к отправке. Вы берегите себя в пути, проявляйте осторожность. Обстановка в Пустоши очень напряженная.

— Благодарю, но не стоит беспокоится. С нами отправляется достаточно военных, чтобы обеспечить безопасность, — Старшая мило улыбнулась, но я ей не поверила. Меня всю трясло от присутствия женщины. Как и Миту. Но Деметра будто нарочно обращала внимание на себя, — Полагаю, что Хельге будет интересно узнать о скором пополнении в семье Даттон. Возможно, она даже сможет предоставить для Эмбер хорошие условия.

— Очень сомневаюсь, что Хельге будет приятно слышать мое имя. Учитывая ваш отъезд из-под купола без дозволения, связь со мной только усугубит положение.

Я опасалась слухов о беременности. Деметра знала, ведь это болезненная точка, на которую можно надавать. Адам чувствовал напряжение и положил руку мне на плечо, чтобы поддержать. Сам же следил за общей ситуацией. Угрозы Старшей сейчас последнее, чего можно опасаться. Мы знали, что колонна отправится в Андарион, но что будет с остальными? С нами?

— Скоро выезжаем! — Раздался голос издалека, — Сбор в течение десяти минут. Не опаздывать! — Вот и все, — усмехнулась Старшая, — Я так долго ждала, а когда стало интересно — приходится заканчивать разговор. Ничего не поделать. Я хочу сказать тебе, Эмбер, однажды произнесенную мной фразу. После событий в Пустоши я еще раз убедилась, что была права.

— Деметра, нам пора! — Пролепетала Розмари, — Уже пора! Но Старшая не могла просто так уйти. Ей нужна была победа. Я молчала и потому женщина продолжила.

— Мы очень похожи. Настолько, что ненависть зародилась при первой же встрече. И чтобы ты знала — от того, что я тебя ненавидела — не смогла отказать Эбену в помощи. А теперь — прощай. Удачи тебе, где бы ты не оказалась!

Я ничего не ответила Деметре. Одно неосторожное слово и она отвесит еще оскорблений. Лучше руководствоваться ее же правилами — молчать. Но как только Старшая зашагала в сторону машин, Розмари кинулась мне на шею. Она так крепко обняла меня, что дыхания не хватало.

— Прощай, Эмбер!

— Мы еще увидимся, — прошептала я, поглаживая волосы подруги, — Не опускай рук, хорошо?

Она отстранилась, вытерла слезы рукавом и кивнула.

— Да. Я справлюсь! Если встретишь Пола…

— Конечно! — спешно ответила я, — Я расскажу ему, как найти тебя.

— Спасибо. Мне пора.

С уходом Розмари время таяло. Старшая и ее дочь передали сумки солдату. Он поднял их наверх. Но сами женщины пока не грузились в машину. Они ждали и тот, кого они ждали, вышел из серого здания. Эбен был с рюкзаком и выглядел встревоженным. Ровно как в тот день, когда он уехал в Диалон с границ Андариона.

Парень сразу направился к нам. Адам взял меня за руку и чуть отвел назад. Мита осталась впереди. Она смотрела на Эбена, открыв рот. А когда тот замедлил шаг прямо передо девушкой, военная замотала головой.

— Что за новости, Эбен? Почему ты с рюкзаком? За нами приехали? И почему так смотришь?

— Мита, я хотел сказать вчера…

— Сказать что?

Брюнет печально улыбнулся, взял девушку за плечи, но та выставила руки вперед, уперевшись ему в грудь.

— Ты едешь в город, так ведь?

— Еду.

— Понятно, — процедила Мита, — Тогда прощай. Хорошего пути и… Рада была познакомится.

Мы здесь лишние. Хотелось встряхнуть военную, попросить услышать Эбена. Но это больше не в моей власти. Это не моя история. Адам посмотрел на меня и получил ответ. Мы отошли в сторону. И это помогло.

— Зачем ты так? — Прошептал лекарь. Он не отпустил девушку, несмотря на ее протесты, — Я вынужден ехать. На то есть причины.

— Мне казалось, что может что-то получится. Но я ошиблась. В который раз…

— Ты не ошиблась.

— Так останься! Зачем тебе ехать в город проклятых интеллигентов.

— Потому что я один из них. И потому что должен.

Эбен не объяснял. Он боролся с собой, совершал усилие, чтобы выстоять перед сильной внешне, но хрупкой внутри военной. А она сдерживалась, чтобы не послать все к черту. Вулкан бушевал внутри каждого их них.

— А мне ты ничего не должен, — с болью ухмыльнулась Мита. Ее губы дрогнули, — Мог бы сказать вчера.

— Я пытался.

«Всем срочно собраться у машин. Отбываем через минуту!» Тут Мита рассмеялась. Смех как плач с болью и отчаянием. Она все-таки смогла отойти от Эбена.

— Тебе пора, иначе опоздаешь. Прощай, Эбен. Была рада…

Лекарь закусил нижнюю губу, уставившись куда-то под ноги. Он посмотрел в нашу сторону. Карие глаза горели огнем. Знакомым мне огнем, ведь когда-то я видела его по отношению ко мне. Мита зашагала в сторону Витрума. Она оставила свою сумку, вместе с надеждой стать счастливой. Эбен развернулся к машине. Он прошел совсем чуть-чуть прежде, чем психанул.

— Черт побери… — парень в несколько шагов настиг Миту, схватил за руку и развернул к себе, — Какая же ты дурочка!

— Что?

— Ничего, — рыкнул он, забирая ее всю в крепкие объятия. Эбен не дал ей подумать, оттолкнуть или поддаться ему. Он прильнул к губам брюнетки поцелуем. Настойчивым, пылким, голодным. С плеча слетел рюкзак, куртка смялась от крепкого охвата, в котором Мита потеряла остатки сопротивления. Она схватила его за ворот, прижимаясь хрупким телом к груди волка. И он не остановился даже когда поочередно заревел мотор каждого грузовика.

«Эбен! Эбен, поторапливайся!» — Доносилось из машины. Но он медлил. Губами, нежностью и страстью в коротком моменте недобранного счастья, парень убеждал военную в своем выборе. А когда неохотно оторвался от нее, улыбка не сходила с лица.

— Что мне делать? — Едва дыша, прошептала Мита.

— Постарайся выжить. Я найду тебя, — он вновь прильнул к ее губам, — Прощай!

Машины тронулись. Эбен успел только рюкзак подхватить на бегу, попутно крикнув нам — «Прощайте». Грузовик он догнал пулей. Двое солдат протянули лекарю руки и подхватили его наверх.

— Теперь мы, — проговорила я вслух, наблюдая за столбом пыли от колес, — Сомневаюсь, что получится так романтично.

Адам не сводил глаз с грузовиков, пока те отдалялись от Витрума. Он ничего не сказал о прощании Эбена и Миты, хоть и наблюдал за этим с трепетом.

Наступило ненавистное время ожидания. Но без Деметры, Розмари, суеты с погрузкой и романтическим расставанием пары влюбленных обнажилась червоточина. Не просто так командующий был сконцентрировал на деталях. Это я забыла о нашей уязвимости. Он нет. И дело не только в Марке. Мужчина не случайный неприятель. Большинство солдат косилось в нашу сторону. На просьбы предоставить распоряжение о дальнейшей судьбе каждого, Адам получал установку — ждать. Ждать тут. Витрум больше не впускал случайных гостей Жарких дней, но и выпустить не был готов.

— Присяду тут, — пробубнил один из военных с Сильвы. Адам кивнул. Тот опустился рядом и тихо продолжил, — Тут же не все. Где остальные?

— Гражданским без привязки к военным одобрили поселение в Витруме.

— Тогда Мита чего тут?

Молодой солдат хоть и говорил спокойно, но заметно нервничал. Адам с неохотой заводил разговор. Остальные тоже не порывались общаться. Все, кто добрались до Витрума, принимали решение самостоятельно и нисколько не полагались на защиту от Даттона.

— Она была в форме. Причислена к военнообязанным.

— Ясно. Попали мы.

Блондин промолчал, но посмотрел на паренька так, что тот выправился.

— Виноват.

— Не забывайте, что вы не в увольнительном. Соблюдайте дисциплину.

Это послужило примером для своих. Но вот солдат Витрума за последний час стало еще больше. Напряжение нарастало. Марк со своими людьми ухмылялся. Он вновь подходил к Адаму и пытался заговорить, упоминая Олава. С его слов тот направил не самую лучшую характеристику по работе Даттона в центр. Но такое случалось и раньше, поэтому зацепиться недруг не смог. Из-за окружения силами Андариона, мы чувствовали себя пленниками. Унизительно, особенно учитывая, что официального обвинения никто не получал. Только требование — ждать.

И когда стало совсем невыносимо, откуда ни возьмись тишину нарушил громкий голос знакомого. Со стороны базы к нам направился никто иной, как Иван. На его голове была каска, а в руках бронежилет.

— Доброго вечера! Кто тут Даттон плюс одна? А вот вы где! Ну так что, я подогнал машину. За воротами, правда, не пускают сюда с номерами Сильвы, — он так громко засмеялся, добавив, — Теперь.

— Ты кто такой? — Взревел Марк. На что Иван выставил вперед бронежилет, ткнув военного в грудь.

— Так, в сторону, здоровяк. Ты что, главный? Нет? Так и иди своей дорогой. У меня приказ от Роуганса, главнокомандующего Сильвой, вывезти парней из Витрума.

Я заподозрила неладное. Поднялась с рюкзака следом за Адамом.

— Иван, приветствую, — супруг пожал ему руку. Он встал между Иваном и Марком, отделяя водителя от потенциальной опасности, — Роуганс дал поручение?

— Да, Роуганс. Вывести ребят, приехавших их Сильвы. Идет перегруппировка сил на востоке.

— Бред! — Марк указал пальцем в сторону Витрума, — Сейчас подоспеет начальство, и ты отчитаешься перед ними, Иван.

— Начальство у всех разное. Кто вам сказал, что эти парни теперь под вами?

— Не спроста их придержали здесь на плацу!

Адам обернулся к Марку и сжал кулаки. У него нет оружия, но есть сила. И противник делал все, чтобы вывести командующего на эмоции.

— Ты не полномочен, как выразился, придерживать ни меня, ни других военных Сильвы.

— Вольно, командующий, — смерзил тот, — Железным тоном хочешь перегрызть мне глотку? А ты докажи, что на деле из себя что-то представляешь? Без напыщенной гордости.

— Хочешь потягаться силой, пожалуйста. За воротами Витрума, как пацан в песочнице. Но не здесь. Военная база не место для разборок.

— Даешь слабину.

— Забываешься с кем говоришь, — напомнил Адам.

— Да? — Выдохнул с издевкой Марк. Его солдаты подходили ближе, но и воины Сильвы поднялись за своего, — Гладко у тебя выходит стелить о своей значимости. Весь такой бравый, смелый солдат.

— Уходим, парни! Ни к чему ваши петушиные бои! — По отцовски наставлял Иван. Водитель переступал с ноги на ноги, справляясь с тревогой. Несмотря на затянувшуюся перепалку, я засобиралась. Подняла рюкзак и заметила, что устройство связи разрывалось от сообщений. Я не слышала из-за виброрежима. Вытащить его из сумки при всех нельзя, опасно. Поэтому я открыла его прямо внутри.

«Сейчас. У ворот Витрума. После сканирования любого из кодов отойти назад. Детонация»

— Что за черт? — Прошептала я. Код отправителя не известен, но сообщение поступило на устройство, переданное Итаном.

Впереди разговоры перешли в открытые угрозы. К конфронтации двух мужчин присоединилось еще несколько солдат с обоих сторон. Я бегло окинула взглядом территорию — проход к основной дороге открыт. Нужно идти, пока те, кто решали нашу судьбу, не спустились вниз с приговором.

Следующее сообщение:

«Не медли, Амбер. Решайтесь. Вы с ними или с нами?»

И еще одно:

«У тебя пол часа. Не забывай о детонации»

К горлу подступил ком. Пора решаться. Кто бы то ни был, ему удалось уговорить Ивана играть по его правилам. Я застегнула рюкзак и подошла к Мите. Та все это время стояла отрешенная от внешних событий.

— Идем! Нам пора.

— Да куда? С Иваном? Не верю я ему.

— Останешься тут, будет хуже.

Наверное, я сказала так твердо, что больше она не переспрашивала. Было еще трое женщин с нами. И когда все трое встали подле меня, я сыграла в знакомую игру.

— Адам, скоро? Я плохо себя чувствую. Пора ехать.

— Да, сейчас.

Они чуть было за ворот друг друга не оттаскали. Вернее — Марк. Он активно тормозил всех. Но его осторожность не поддерживали только на плацу. За его пределами полно военных и все они вооружены.

— Иван, мы можем отправляться? Голова кружится.

— Да, я пытаюсь оттащить. Время на исходе и скоро ночь. Но нам ведь приказ Роуганса ни о чем не говорит. Да, Марк? Все ждут кого-то, кто скажет «да» или «нет».

— Я жду решение главнокомандующего Гройса. Он должен вернутся вот-вот, а пришлые обязаны ждать. Без распоряжения никто не уйдет.

— Знаешь, Марк, главнокомандующий Витрумом руководит вами, но не мной, — сквозь зубы ответил Адам, — Я ведь уже говорил, ты можешь подать рапорт. А до тех пор мои данные и данные армии Сильвы чисты в системе Андарион. Так что уйди с дороги.

Но тот не ушел. Более того, когда Адам и его солдаты последовали за Иваном, Марк направил в сторону белого волка оружие.

— Получишь пулю в лоб, Даттон. За дезертирство!

— Стой, так нельзя, — попытался остановить его один из парней. Но мужчина пошел на нас. Я взвизгнула, когда увидела его слишком близко, а затем был удар. Четко выброшенный Адамом кулак разбил нос Марку. Кровь брызнула на белую форму, полились проклятия, а огнестрельный пистолет отлетел в сторону.

Не фиксируя внимание на произошедшем, мы поторопились уйти. Скорым шагом за Иваном, по узким улицам базы, мимо вооруженных солдат. Так открыто бежать мне еще не доводилось.

Лица военных сменялись темно-коричневыми тентами и навесами. Где-то шли построения, на других площадках присутствовали только постовые. Мы прошли первые ворота. Солдаты выпустили нас под байки Ивана о том, что машины вот-вот уедут. Под напором старого вояки и командующего Даттона им в и голову не пришло, что мы совершали побег. Правда знала об этом только я.

— Тут не шибко проверяют, — нарушил молчание Иван. Он ступал быстро, но с одышкой. Постоянно озирался по сторонам, будто вот-вот по нам прилетел бы град огненных выстрелов, — А вот у дальних ворот проверят. Да вот некому.

— О чем ты?

— Да о том, что какой-то ненормальный сказал, что либо вас тут массово расстреляют, либо вы дезертируете живыми.

Иван облизал пересохшие губы. На лбу проступил пот. Часть солдат остановились, вытаращив глаза. Водителя слышали все.

Адам оскалился, вглядываясь в ворота. Сканер и выход были близко. За спиной включили сирену.

— Нас ждут повстанцы?

— Да черт их знает, — проревел Иван, озираясь назад, — Но нам пора ускорится. Пока по нам не стали палить.

— А охрана? Почему у ворот пусто?

— Потому что ворота расчистили, — ответила я, — Это сделали изнутри. Похоже у Андариона больше врагов, чем им кажется.

— Отряд, стройся! — Адам поднял руку, привлекая к себе внимание, — Слушать мою команду, как старшего по званию.

Военные перестали оглядываться. Они встали ровно друг за другом. Чуть меньше тридцати человек.

— Назад дороги нет. Витрум поднял тревогу. Останетесь — погибнете. Мы не дезертиры и не враги. Придется бороться за правду. Сейчас мы все уходим. Без оружия мы не сможем дать отпор. Возражения есть?

Молчание.

— Тогда вперед. Живо, живо!

Адам схватил меня за руку, Мита за нами. Все перешли в бег. Но чем ближе был скан, тем острее я испытывала фатальность момента. Вот и конец. Я вернулась к тому, с чего начинала — стала врагом системы.

— Стойте!

— Что такое, Эмбер?

Я выбежала вперед и выставила руки.

— К скану подойду только я. Остальным отойти в сторону. Система с детонатором.

Еще бы Адам остался в стороне. Он нахмурился и прошел вперед со мной. В этот момент по песку рядом простучало несколько пуль. Пыль поднялась в воздух.

— Поспешите, — умоляюще вскинул руки Иван, — Они пока пугают, но скоро откроют на поражение.

— Почему они пешие? — Недоумевая спросила Мита.

— Транспорт на время жарких дней попрятали. Иначе настигли бы нас куда раньше.

Тем временем командующий подошел к скану, заправил рукав и поднес код к блоку. Голубая линия пробежалась по номеру, но вместо одобрения, панель загорелась красным цветом.

— Странно.

Он поднес руку к скану второй раз. Благо я была в двух шагах от супруга и успела схватить его за руку.

— Повторно не надо! Отходим!

Парень понял и среагировал точно. Он обхватил меня за плечо, направляя к людям. Все пригнулись, а я упала вперед, Адам сверху. Военный закрыл меня собой от удара и жара. Взрыв оглушительно пронесся по округе, осветив ночной мрак красным пламенем бунта.