Глава 33. Диверсия

Ночь. Хотя сейчас полдень. Поднимался ветер. Стало прохладно, но одежда из термостойкого материала надежно защищала. Мы с Адамом стояли на небольшом уступе прямо перед траншеей, по которой неслась река. Она омывала стену по всему периметру, замыкаясь в кольцо.

— Тут все изменилось.

— После бомбежек Пустоши в городе могли ввести новые ограничения, — оправдал Андарион Адам.

— Скорее, им нужно донести до людей, что пустыня коварна и атакует купол. Однажды я уже видела, как погасили все мониторы.

Блондин ничего не ответил. Он только крепче обнял меня, а затем запустил руку за спину и достал связку веревки.

— Надо перебраться, пока не началась метель.

Командующий выстрелил из небольшого квадратного устройства мини крюк в столб на противоположном берегу. Затем соорудил петлю дня себя и меня, в которую мы поочередно зафиксировали стопу.

— Ты готова? — хрипло спросил парень, крепко прижав меня к себе.

— Готова!

Я крепко обняла супруга за шею и уткнулась лицом ему в грудь. Он сделал шаг в сторону траншеи, шириной не менее пяти метров, мы полетели вперед и чуть вниз. Что-то щелкнуло и механизм подтянул веревку вверх. Так мы оказались на другом берегу. Адам в два шага остановил движение по инерции, и мы чуть было не упали. Под ногами проминался мягкий снег.

Военный отрезал веревку, я осмотрелась. Мы находились в промышленном районе. Это в пяти- семи километрах от клиники. Здесь располагались одноэтажные каменные постройки, располагавшиеся друг напротив друга через дорогу. Похожи один на другой. А дальше уже здания повыше и серьезнее.

— Нам куда? — Адам поравнялся со мной. Я указала в сторону.

— Направо. Видишь? Там электрические станции, вышки. Мне нужна самая высокая.

Серая линия, будто призрак, выделялась на фоне ночного неба. Из-за дымки мелкого снега не было видно наконечника, от чего вышка, казалось, растворялась в воздухе.

— Я не думал, что она настолько, чертовски, огромная!

— Однажды я уже забиралась на нее.

— Но ты упала! — Этот взгляд был мне до боли знаком. Так смотрел в свое время Эбен, а теперь Адам, — Ты помнишь почему?

— Нет. Но в этот раз этого не случится.

— Я полезу наверх с тобой.

В ответ я поджала губы, улыбнувшись. У Адама буквально не осталось вариантов мне помешать.

Осмотревшись, мы направились прямиком к ней. Старались не выходить на главную дорогу, чтобы не попасть под обзор местных рабочих. Охраны тоже не было. Казалось все просто. Мы просто пробрались в Андарион и сделаем всю работу.

Адам держал в руке устройство. Утром он уже связался с Эбеном, а теперь направлял ему закодированные сообщения. Но тот не выходил на связь и это напрягало.

— Получается?

— Нет. Но у Эбена могут быть проблемы. Если он не один, то отправлять сообщения не сможет.

— Надеюсь все обойдется.

Адам отложил устройство в карман и ничего не ответил. Мы почти преодолели границу технического района, приблизившись к вышкам.

— Ох, — я резко присела, когда в глаза неожиданно ударил слепящий свет. Даттон тоже пригнулся. Мы прижались к стене небольшой остановки у дороги.

— А вот и день, — прошептал супруг, — И метель. Ветер усиливается.

— Почему так резко?

— Видно не все в порядке в Андарионе, если они прибегают к таким резким скачкам.

Я осторожно выглянула из-за угла на дорогу.

— Похоже никого. Военные не должны быть на улицах в комендантский час.

Адам не ответил. Я обернулась к нему. Парень со всей силы сжимал веки и потирал висок.

— Что такое? — Я опустилась на колени рядом, сняла перчатку и коснулась лба, — Ты вдруг горишь?

— Внезапно стало плохо. Но терпимо. Сейчас, я встану и все будет в порядке.

— Ты уверен? Останься здесь, я все сделаю.

— Нет! — твердо отказал военный. Через силу, но он поднялся на ноги, — Это какая-то местная хворь. Я давно не был в Андарионе и не знал зим с детства. Все в порядке, Эмбер. Идем! Нам надо спешить.

Я согласилась с ним, а сама взяла за руку, как будто это поможет. Мы ускорились, оглядываясь назад и в стороны. Ветер завывал, закручивал ледяную крошку, и она впивалась в глаза мелкими иглами. Пробирались вперед мы не быстро из-за сугробов и мороза, но достаточный темп держали. Нужно успеть до того, как выпустят волков.

Адам держался. Было заметно, что ему нездоровится, он и сам подтвердил головную боль. Но я более не стала спрашивать. Теперь даже в худшем раскладе, нам не повернуть.

Как только одноэтажные каменные дома закончились, мы попали под сильнейшие порывы ветра на пустыре. Метель разыгралась. Все вокруг заволокло туманом мороза, вышка наполовину скрылась в белой неге. Вокруг только поля и металл. Людей не видно. Ни военных, ни союзников.

— Вышка! — Я сняла маску с лица. Она была мокрой от дыхания. Убрала ее в карман. Адам приставил ладонь к бровям, всматриваясь в небо.

— До нее метров триста. Но Эбена нет.

— Ничего. Если он не принесет блок, придется добыть его самим. Я подключу удаленный доступ к планшету и сделаю все внизу. Нам нужно будет добраться до вышки снова.

— Находясь в Андарионе это будет проще сделать, чем в Пустоши, — иронично усмехнулся супруг. Я поддержала его настрой. Крепче сжала ладонь и потянулась, чтобы поцеловать. Но военный не ответил на поцелуй, его взгляд исподлобья буравил какую-то цель за мной.

— Эмбер, у нас гости.

— Что?

Я обернулась. И правда. Со стороны города в нашу сторону направлялось человек десять. Все в черном и, похоже, они еще не увидели ни меня, ни Адама.

— Никогда не видела солдат во время комендантского часа.

— Их и не должно быть. Они патрулируют территорию, — Адам схватил меня за ворот и заставил присесть, чтобы слиться со снегом, — Смотри, они направляют оружие в сторону. Стволы вниз, но в любой момент вздернут. Это не обход. И если так, то группа не одна.

— Нам надо на вышку! — Я дернулась, но блондин остановил крепким хватом руки.

— Эмбер, они заметят тебя, когда полезешь наверх. Нам нужно как-то отвлечь их.

— Как?

— Я попробую. А ты иди наверх и будь осторожна. Держи со мной связь. Я уведу солдат и вернусь к вышке.

— Нет!

— Да! Выйдешь к вышке через пару минут, — он был тверд, а я схватилась за рукав супруга, не желая отпускать. Внутри все горело от тревоги за Адама. Но он непоколебим, — Если меня не будет внизу, уходи.

— Ты сказал, что будешь!

— Сказал. Но может случится иначе.

Адам отвлекся от военных, сжал ворот моей кофты и притянул к себе. Сухие губы прильнули к моим, горячие и мягкие. Я вдохнула аромат его кожи, хотела прижаться всем телом и заставить остаться, но мгновение быстро оборвалось. Военный поднялся на ноги, перебежал на другую сторону дороги и открыто направился в сторону технического поселения. Его заметили. Поднялся шум. Вся группа ринулась за командующим. Я осталась одна.

— Вставай, Эмбер, другого шанса не представится.

Блок не у меня, Адам отвлекает военных, комендантский час давно начался. Не все шло по плану, но нам ведь удалось добраться до вышки. Еще пару недель назад это было бы не решаемой задачей.

Я поднялась с сугроба и быстрым шагом, преодолевая глубокий снег, направилась к вышке. Попутно достала устройство связи, чтобы проверить не выходил ли Эбен на связь. Но там пусто. Ни одного сообщения или попытки связаться со мной.

В голове было сотни мыслей, но оставалась надежда на то, что парень пренебрегал связью ради безопасности. Использование устройств рискованно.

На случай, если Эбен все же не появится, Адам или я отправимся за блоком с данными в город. Он должен быть в Доме Мира, среди женщин, которые ничего не сделают ни мне, ни Адаму.

— Ох, — выдохнула я, оступившись и провалилась в снег почти по пояс, — Здесь яма. Значит обкопали ограждение.

Дальше я бы не прошла. Хорошо, что металлическое ограждение было на расстоянии вытянутой руки и я дотянулась до него, выбравшись из западни. А затем спокойно перебралась на другую сторону. Ботинки звонко ударили по бетону. Площадку у вышки расчищали техники каждый день. Они заходили с противоположной стороны, от маленьких станций и домиков рабочих. Поэтому путь через сугробы преодолевать не приходилось. В прошлый раз такой тщательной уборки никто не проводил. Я упала в снег. Хотя до сих пор плохо помню этот момент.

Находится здесь неприятно. Производственный пустырь был голым, поэтому создавалось ощущение, что ты под обзором. Здесь не сажали деревьев и кустов, не строили высокие дома. Район бетона, камня и железа. Андарион не слишком заботился об облагораживании территорий, на которых живут рабочие.

Я медленно выпрямилась в полный рост и осмотрелась по сторонам. Из-за метели все вокруг было белым бело. Ветер завывал, блуждая меж металлических конструкций, доносились галлюцинации в виде голосов. Но все они — звуки непогоды.

Поправив на себе рюкзак, проверив все застежки, я переступила через опоры и подошла к металлической лестнице. Она тянулась тремя рядами с крохотной площадкой после каждого блока, до самого верха. Снаружи опоясывали пруты полукругом, чтобы в случае падения не отлететь в сторону.

Вдох- выдох, вперед! Я подтягивалась руками, переступая одну за другой ступени ногами. Снег бил в лицо меньше, спасала широкая опорная труба. Ее диаметр составлял метра два. Гигантская по меркам остальных вышек в городе. А меня успокаивало то, что она не качается, как другие. Даже легкое движение хорошо ощутимо на высоте.

Перед глазами менялись металлические трубы, дыхание участилось, а мышцы на бедрах стали поднывать. Я поднималась все выше и выше, мысленно уговаривая себе не поддаваться желанию обернуться и, тем более, посмотреть вниз. Я не уверена, что смогла бы спокойно отреагировать на высоту. И пока я мало-помалу перебирала руками, казалось, поднялась совсем немного.

— Эмбер!

До моего слуха доносился мужской голос.

— Эмбер!

Он повторялся вновь и вновь. Я замерла, крепко вцепившись в ледяную ступень и зажмурила глаза. Собраться с духом и посмотреть вниз! Собраться!

Уговорив себя, я опустила взгляд, но под ногами ничего не видно. Только снежный дым. А голос будто где-то над ним.

— Что происходит?

И тут до меня доходит, что звук идет из кармана. Там застегнуто и спрятано устройство связи. Возможно, я ошибочно сделала вызов.

— Ох, черт, надо добраться до ступени!

Я прибавила ходу, отчего мышцы на ногах загорели от напряжения. А еще приходилось крепко ухватываться руками. Из-за обледенения и инея металл стал слишком скользким и ботинок то и дело соскакивал со ступеней.

Еще немного и я добралась до первой площадки шириной не более шестидесяти сантиметров на сорок. Но перила на ней были высокими, я присела и облокотилась спиной, чтобы отдышаться. Под ногами, болтающимися над пропастью, не было ничего, кроме туманной неги.

Я достала устройство связи и набрала код Эбена. Я отправила ему сообщение, которое раскодировать и понять мог только он. Мы изначально условились с ним на дальнейшее общение через первоначальный запрос. На удивление он быстро сделал запрос на аудиозвонок. Я поднесла круглое устройство к уху.

— Эмбер? Ты слышишь меня?

— Эбен, да, — от эмоций я всхлипнула, — Я так рада тебя слышать. Где ты?

— У вышки. Эмбер, ты здесь одна?

— Нет.

Лекарь чертыхнулся. Я услышала с ним и женский голос. Похоже Розмари.

— С кем ты?

— Адам в городе.

— Плохо, чтобы оба здесь, — с досадой ответил друг, — Эмбер, как высоко ты понялась? Я могу забраться следом.

— До первой ступени, — я посмотрела наверх, оценивая сколько осталось, — Да. Но ты с Розмари. Как она?

— Волки не заходят на площадку главной вышки. Тут магнитное поле, — послышалось согласие Розмари, вздох Эбена и его тревожный вопрос, — Я поднимусь к тебе. Только скажи, где сейчас Даттон?

— Уводит военных. Город патрулируют в комендантский час…

— Да, я вижу.

Эбен замолчал. Я услышала хрипы и шорох, как будто устройство поместили в сумку. Что-то внизу изменилось и очень резко. А затем удаленно послышались другие голоса.

— Я знаю правила, но я причастен к охране территории города. Показываю своей жене в полной безопасности как выглядит город в комендантский час.

Тишина.

— Да.

Вновь подавленные голоса.

— Диверсанты? Нет, мы не видели. Полагаю, что остаться на зимний пикник и осмотреть территорию нельзя? Понял. Розмари, выброси сумку с едой в производственную урну. Ее утилизируют. Мы уходим.

Эбен никогда не отвернулся бы от меня и сейчас, в опасный момент, он пошел на риск, чтобы передать мне блок с данными. Он в сумке с продуктами. Иначе и быть не может. Но спустится за ним нельзя. Придется пробовать отправлять информацию на космические станции внизу, через удаленный доступ.

— Надеюсь у меня получится его настроить, — прошептала я, подтягиваясь руками за перила, чтобы встать. Предупреждая досмотр лекаря, я отключила звонок и убрала устройство в нагрудный карман, надежно залепив его вшитой липучкой.

Теперь не оставалось ничего, кроме как постоянно карабкаться наверх. Еще два длинных пролета и я буду у цели.

Я сделала шаг к лестнице, вновь посмотрела вниз и наверх. Взялась крепко руками за металлическую лестницу и полезла наверх. Вместо холода, мое тело горело от движения, на лбу появилась испарина, я даже расстегнула молнию белой теплой кофты до груди. Руки и ноги работали в одном темпе. Очень скоро я перестала замечать, как забиваются бедренные мышцы и икры. Я смотрела перед собой и ни о чем не думала. «Вверх, вверх, и не торопись! Спокойно, Эмбер, ты хорошо справляешься. Спускаться будет сложнее и придется делать это быстрее, чтобы опередить охрану и Итана, так что наслаждайся моментом. Сейчас ничего не происходит и это хорошо!»

— И это хорошо, — повторила я вслух, преодолев вторую площадку. А вскоре замаячила и третья — финальная. К тому времени пальцы под перчатками замерли, ноги едва сгибались и мне пришлось подтягивать себя вверх, нарывая грудь от стонов. Я с такой силой сжимала зубы, что, казалось, они затрещат! Но я смогла. Уцепилась рукой за площадку, затем второй и затащила себя на нее, припав к столбу. — Вот и все, — прошептала я. Изо рта вырывался пар. Вокруг меня был только свет и экран голубого неба. Здесь нет метели, снега, здесь видны провода и соединения, которые прячутся за проектором так, чтобы жители не смогли заметить обман.

— Вот и все… Весь мир под моими ногами! Я сделала это! Я сделала это с ребенком в животе!

С губ сорвался смех, похожий на истерический. Я держала руку на незаметном животе и смотрела вверх. Там, надо мной, в пику уходил шпиль вышки. И на самом ее верху горел синий фонарик.

— Маяк Андариона. Я так часто представляла во снах, как я доберусь сюда и передам настоящую правду людям со станций. Если бы я смогла в тот раз, многие были бы живы… Флюмен, Минас, Сильва…

Собрав волю в кулак, я из последних сил поборола усталость и поднялась на ноги, хватаясь за опору. Хоть здесь и просторно, но колени пружинили от долгого подъема. Лучше держаться руками, чтобы наверняка предотвратить падение. Для начала я нашла люк. Он прятался за желтой таблицей с кодом. На ней было много предупреждений о технике безопасности. Для меня все привычно. Это как езда на мотоцикле. Если умеешь, не ошибешься.

Маленькой ручной отверткой я выкрутила винты, а затем сломала внутренний код. Крышка открылась и теперь внутренности маяка были доступны, как и управление основными системами города. Я подключила провода к планшету и начала загрузку программы, которая поможет отключить систему охлаждения. Так временно будет парализовано всякое управление с устройств главных компьютеров. Система ультразвука на мосту будет отключена и Итан с людьми сможет подойти к городу. Начнется восстание. Как скоро при этом подключатся люди со станций — не спрогнозировать. Я и Адам были готовы к любому варианту. Но так мы хотя бы попытаемся остановить истребление Пустоши.

На синем экране загорелось оранжевое окошко. Я зубами стянула с себя перчатку и нажала «принять», далее пошла установка и через пару минут открылся доступ к системе вентилирования, охлаждения, подачи воды и другим. Все, кроме открытия ворот. Но Итан гений, он справится.

— Надеюсь я не уничтожу все окончательно!

Я зажмурила глаза, выдохнула и посмотрев на экран нажала на откат системы охлаждения. В этот же момент раздался ужасный металлический треск. Принудительное отключение вызвало перезагрузку, напряжение возросло и через пару минут стих ветер.

— Готово!

Оглядевшись, я быстро перешла во второй режим, сломала код транспортной и корреспондентской линии, подключила их к своему планшету так, чтобы никто более не смог ими пользоваться, пока управление на мне. Затем спешно вложила планшет в рюкзак, закрыла наскоро крышечку люка и направилась вниз.

Туман метели рассеивался. Теперь было видно насколько высоко я забралась. От этого закружилась голова, стало дурно.

— Нет, нет… Просто не смотреть вниз. Спускаться, как спускаются детки с высокого стула. Просто ни за что не смотреть вниз!

Чтобы просто встать на лестницу, пришлось потрудится. Я крепко ухватилась за перила, нащупывая лестницу под ногами. Одна, вторая. Затем рука вниз, другая нога вниз, рука вниз… Я вслух повторяла себе считалочку. Раз, два, раз, два. Потом хватила — молодец! Надо же было забраться так высоко человеку с аэрофобией! А ведь я и не знала, что она у меня есть. Возможно, беременность вставляет мозги на место, заставляя молодую маму беречь себя и своего, еще не рожденного ребенка.

Раз, два, раз, два… А между тем внизу загудели сирены… Город знает, что произошло. Они направят сюда волков? Эбен сказал, что у вышек волки быть не могут. Значит я в безопасности.

Раз, два, раз, два… Господи, как же высоко.

Не знаю сколько времени прошло, но уставшие ноги коснулись твердой земли. К тому времени руки приняли изогнутую форму буквы «Г», и пальцы с трудом шевелились. Колени пружинили от долго спуска, а в глазах пелена. Я обтерла лицо рукавом и обернулась. Не решалась это сделать около минуты, ожидая направленные в мою сторону винтовки. Но обошлось. Здесь никого и метели больше не было. Тишина.

— Где же Адам?

Губы пересохли, я облизнула их и быстро зашагала к калитке и выходу, которым не воспользовалась на пути сюда. Мусорная коробка, стальной куб, была почти пуста, но на самом дне я увидела бумажный пакет. Он был небольшой. Сверху бережно сложены ароматные сухие лепешки. Ягоды в небольшом судочке, вода, а ниже еще несколько завернутых в бумагу предметов. Только один из них подходил по форме блоку. Я выхватила его со дна пакета, оставив в урне продукты, разорвала бумагу и бросилась обратно к вышке. Перед ней упала на колени, скинула рюкзак, наскоро расстегнула молнию. Окоченевшие пальцы согревались, и температура воздуха становилась мягче. Будто скоро подступала весна.

— Вот и ты, сейчас мы тебя подключим, — я воткнула красный провод к верху планшета, а второй в разъем блока. В этот момент где-то наверху протяжно загудела сирена, — А вот так быть не должно! Это плохо. Очень плохо!

При отключении системы охлаждения, я выключила оповещение. Но если оно сработало, значит Андарион хранил резервное питание. Этого не хватит на охладитель, но достаточно для других манипуляций.

Сердце застучало быстрее. Я почувствовала физически как уходит время и чуть не обронила планшет на бетон. Сидя на коленях, спиной к городу, я вводила код так быстро и так настойчиво, что угрожая сейчас расстрелом, меня никто не смог бы остановить. Главное — будущее Пустоши и Андариона. Иначе не останется ничего.

Код был взломан, я попала в систему передачи данных на космические станции. Входящие переполнены, не прочитаны, а исходящие лишь только о поставках провизии. Похоже мы давно перешли в режим немого исполнителя. Ответ машины, без всякой заинтересованности. Те, кто живут там, наверху, ничего не знают о войне…

— Теперь все изменится. Вы увидите все.

Побежали цифры, даты, коды, события. Загружался один файл, уходил, второй, уходил, третий… Таких сто тридцать два. Даже если уйдет часть, этого достаточно.

А сирена все звенела и звенела. Я слышала голоса, а потом рычание. Из-за домов показалась фигура. Я пригнулась, чтобы меня не заметили, но присмотревшись, поняла, что это Адам. И он бежал в мою сторону со всех ног!

Я положила планшет на бетон и подошла к ограде. Хотела крикнуть ему, но заметила двух огромных волков и женщину в черном. Они показались из-за угла, метрах в пятистах от вышки. Зверь не бросился в сторону военного, но Адам спешил. Я чувствовала удары его сапог, он бежал ровно ко мне и перепрыгнул ограду, сделав один рывок вперед. Командующий прокатился по инерции вперед, сгруппировавшись, но явно оцарапав лицо и руки. Я успела только вскрикнуть и тут же бросилась к супругу.

— Адам! Адам, что происходит?

Его глаза горели безумием. Не поднимаясь, Адам попятился назад, пока не прислонился спиной к вышке. Его дыхание рвало грудную клетку. А женщина и волки шли прямо к нам. От ее присутствия кровь в венах стыла.

— Адам, — одернула я супруга, — Вставай. Надо подняться наверх!

— Нет, Эмбер, не надо. Здесь оборотни нас не тронут. Эбен так сказал… И здесь действительно тихо. Этот шум прекратился.

— Какой шум?

— Звон. Он электронный, выбивает рассудок. Я почти сдался, но Эбен помог.

Я опустилась на колено рядом, все еще с большой опаской косясь в сторону женщины и ее зверей. Она все ближе. Адам будто бредил. На его лбу проступил липкий пот, волосы небрежно взлохмачены, кофта расстегнута, и футболка пропиталась потом.

— Тебя лихорадит. Это плохо. Я помогу…

— Нет, — супруг перехватил мою руку, и мы встретились взглядом. Голубые глаза горели от подавленной внутри агрессии. Адам даже говорил через плотно сжатые губы, — Закончи работу, Эмбер. Пока я тут, ничего не случится.

Блондин отпустил меня и сжатой в кулак рукой подтолкнул планшет. На экране горела надпись — шестьдесят процентов.

— Ты прав. Я сделаю то, зачем пришли.

Шаги приближались, но я стояла спиной к врагу. Адам повторял — «она не войдет. Не войдет. Не войдет»…

— Я тебя в живых оставила, — хриплый, скрипучий голос отвлек меня от работы. Я обернулась, не поднимаясь с бетона и пряча планшет с блоком, — Все потому, что мальчик любит тебя. Волки так никогда себя не вели.

— Кто вы?

Из-под черного капюшона как прутья метелки, торчали седые волосы. Лицо не было видно, только подбородок и кончик носа, испещренного черными точками. Женщина держалась за ограду костлявой рукой. Я обратила внимание на длину ее ногтей и грязь, скопившуюся под ними. Старуха будто призрак, сама смерть, оживающая во время комендантского часа.

— Страж, дитя, — спокойно ответила дама, — Ты правильно стоишь за оградой, там волчья пасть тебя не настигнет.

— Хорошо, — дрожащим голосом ответила я. Мне с трудом удавалось скрывать страх. Даже зубы стучали, как будто от холода, — Отойди в сторону, пусть он выйдет. Он должен исполнить свой долг.

— Какой еще долг?

— Долг, который не отдал, — женщина протянула руку и указала на Адама. А того не прекращало лихорадить. Адам встал на ноги, одной рукой держась за перила лестницы вышки, — Они тебя чуят. Не разорвут, не бойся.

— Вы говорите о рыцарях? Но Адам не волк, он военный.

— Из-за чипа, — протянул парень, — Эбен был прав, мне нельзя было возвращаться в город.

Я хотела ответить, но и я и старуха в один момент вздрогнули. Прозвучал выстрел и ноги Адама подкосились.

— Я помогу вам решить проблему, — Со стороны выше к нам вышла высокая женщина. Я сразу ее узнала и безмолвно прокляла. Не могла вслух, горло перехватило. В один миг я опустилась рядом с Адамом. Он припал на одно колено, держась рукой чуть ниже правой ключицы, — Если выйдешь за пределы ограды, командующий, выживешь. Пока сознание будет в волке, регенерация восстановит тебя. А если останешься…

— Хельга!

— Здравствуй, Эмбер. Я ждала не тебя, но, очевидно, твое появление здесь было предсказуемым. Вся в черном, Хельга выглядела почти как Старуха, но женщина не скрывала своего лица и новой, короткой прически. Губы алые, как обычно, длинный маникюр и охрана. А еще волки рычали пуще, пуская слюну от ярости.

Она не вела переговоры, не ждала обмена любезностями. Старейшина направила маленький пистолет в мою сторону, но Адам заслонил меня собой и обмяк. Я закричала. Так громко, что не слышала себя. В этот момент кто-то потащил меня назад. Планшет разбили булыжником, а знакомый голос прошептал на ухо — «Не дерись! Смирись, Эмбер».