Глава 11 · Спустя год и несколько месяцев

Я засмеялся, когда Ааре наконец удалась подсечка и Дастан рухнул на песок. Более года моих стараний, ежедневных тренировок, пинков и криков дали результаты, и эти двое теперь неплохо могли за себя постоять. За Дастана я уже как полгода не особо переживал, всё-таки он изначально был опытнее, тяжелее и сильнее своей принцессы. Нынче и Аара стала способной выстоять против соперника тяжелее себя.

– Отлично обыграла, принцесса! – с гордостью выкрикнул я, на что Аара оглянулась с таким изумлением, будто не знала, что я вообще умею хвалить.

Дастан воспользовался её замешательством и, извернувшись, вскочил на ноги, выбил меч и попытался выкрутить подруге руку, но та успела выскользнуть.

– Не думайте на этом заканчивать! – предупредил я. – Бой до победного. Я не слышал, чтобы кто-то из вас сдался.

– Мне кажется, Аара устала. Как насчёт того, чтобы ты вышел против меня? – предложил Назари, вытирая пот со лба.

Наступила осень, но в пустыне это не приносило облегчения, лишь по вечерам и ночам ветра стали прохладнее.

– Это я-то устала?! Да ты в рукопашной даже поймать меня не можешь, – возмутилась Аара.

– Я тебя и толкнуть-то нормально не могу, чтобы ненароком ничего тебе не сломать, – нагло парировал Назари, отчего Аара возмущённо засопела.

– Напомнить, кто из нас только что песок ел?!

– Смотрю, вы оба ещё полны сил, раз способны так бодро чесать языками, – прервал их я и оставил свой уличный халат на краю тренировочной площадки.

Они замолчали. Я неторопливо закатал рукава туники, взял свой меч и вышел к ним. Последние полгода я всё чаще заставлял их тренироваться со сталью. Страх ранить друг друга мотивировал полностью концентрироваться на своих движениях и освоить контроль. Не обошлось без травм, но, к счастью, Дастан сам исцелялся, а для Аары всегда была наготове его и моя кровь.

– Подбери оружие, Аара. И иди к своему охраннику.

Та с настороженностью подчинилась, и они оба напряглись. Несколько месяцев я не выходил против них. Обычно Аара и Дастан, даже будучи вдвоём, не могли меня одолеть. Раньше они были слишком самоуверенны и намеренно провоцировали меня на драки, в связи с этим я был весьма недоволен и оставлял им многочисленные нравоучительные синяки, красноречиво объясняющие, что до моего уровня им далеко. Однако парочка улучшила свои навыки, а в тот раз мне и самому хотелось размяться.

Я скучал по Каиду и нашим поединкам, когда любой спор, недомолвку или плохое настроение мы разрешали при помощи драки. Но за два года разлуки мне пришлось научиться сдерживать всё в себе и переживать тоску в одиноких тренировках с деревянным чучелом.

– Дам вам последний шанс сдаться, – поддел я. – Потому что в случае проигрыша побежите пятнадцать кругов вокруг дворца вместо обычных десяти.

Они оба застонали и поморщились при виде моей язвительной улыбки.

– В тебе есть хоть капля доброты, Аваре? – покачал головой Дастан, но занял нужную стойку, принимая условия.

– Сама судьба знала, какой Дар ему подойдёт, – согласно буркнула Аара и тоже приготовилась к бою, поудобнее перехватив меч.

Я расслабленно пожал плечами и напал без предупреждения. Мне хватило двух широких шагов, чтобы оказаться прямо между ними. Я даже не стал обнажать меч, отбил сталь Назари ножнами и со всей силы ударил противника ногой по коленям сбоку. Незамедлительно двинул рукой в другую сторону, рукоятью нанося удар Ааре по рёбрам. Когда я сделал ещё один шаг, оказываясь у них за спинами, Дастан припал на одно колено, а принцесса морщилась, держась за бок.

Они перекинулись взглядами, вызывая у меня нехорошее предчувствие. Обдумать его я не успел, Аара напала с рубящим ударом сверху, мне пришлось блокировать и сразу уходить в сторону, потому что Дастан почти достал меня остриём меча.

Они начали работать сообща.

Раньше Аара и Дастан нападали беспорядочно, чем вызывали моё недовольство и выговоры. В тот же раз действовали как команда, пытаясь отвлекать и нападать слаженно. Мои губы дёрнулись в улыбке, но я скрыл удовлетворение. Они оба использовали идентичные со мной мечи и стали увереннее в колющих атаках, зная, что я легко блокирую рубящие. Они изводили меня, заставляя уклоняться. Один раз я не успел предугадать подсечку Дастана и рухнул, но быстро откатился, избегая лезвия Аары, которое она без колебаний воткнула в песок, где мгновение назад была моя голова.

– Похоже, будущая пробежка вас расстраивает настолько, что вы готовы меня убить, лишь бы не проиграть, – мрачно усмехнулся я, стараясь восстановить дыхание, волосы липли к вспотевшему лбу и шее.

Они смотрели на меня как изголодавшиеся хищники на раненого орла. Выжидали, язвительно улыбались и огибали меня с двух сторон, загоняя в ловушку. Я приметил их очевидный замысел с иронией, размышляя, что воспитал их под стать себе.

Вытаскивая лезвие из ножен, я рванул к Дастану. Я подошёл к нему близко, нанося косой удар. Назари пригнулся, но мой левый кулак встретился с его лицом, когда парень пытался выпрямиться. Он отступил со сломанным носом и залитым кровью лицом. Мне не удалось насладиться удачным ходом, сзади напала Аара, и я едва увернулся, перехватив её руку. Пришлось сильно сдавить ей предплечье, чтобы вся рука принцессы пошла судорогами, пальцы разжались, и она выпустила меч. Я сразу взял шею Аары в захват и сжал.

Мы все тяжело дышали. Я продолжал сдавливать горло принцессы, пока она не застучала по моему локтю, признавая поражение. Я отпустил и отошёл на безопасное расстояние.

– Хвалю, вы хорошо сработались, – с притворной расслабленностью заметил я, разминая позвоночник. – Сегодня вы заставили меня вытащить лезвие из ножен, но проигрыш есть проигрыш. Отправляйтесь на пробежку и не думайте смухлевать. Я буду наслаждаться вашими страданиями вон с того балкона, – я указал мечом на нужное место на третьем этаже. – Также я подкупил некоторых стражей по периметру, которые доложат мне, если вы будете шагать, вместо того чтобы бежать.

– Подкупил или запугал? – уточнил Дастан, ощупывая лицо и проверяя, всё ли зажило.

Я ответил ему притворно невинным выражением лица, добавив в изумлении вскинутые брови. На что Аара пробубнила проклятия в мою сторону.

* * *

– Я хотел показать раньше, но тогда зал ещё не был готов.

Яран нетерпеливым взмахом руки приказал шагать быстрее, а сам толкнул тяжёлые двери. За ними скрывалась широкая лестница, уводящая вниз в темноту.

Солнце закатилось час назад. В коридорах даже с зажжёнными светильниками было сумрачно, а лестница оказалась столь широкой, что свечей с обеих сторон было недостаточно, чтобы осветить её всю. К тому же мы находились на первом этаже, а вождь предлагал спуститься куда-то ниже под землю.

– Что это за место, Яран?

– Сердце. Самое сердце Паргады, – с благоговением ответил он и бесстрашно пошёл вниз.

Лестница оказалась не особо длинной, мы спустились на один этаж и свернули в коридор. Зажжённых свечей не было, и я выругался, случайно врезавшись в стену на повороте.

– Разве не должен Первый с Даром Тьмы в темноте ощущать себя как рыба в воде? – передразнил Яран, на что я ответил очередной тихой руганью и потёр ушибленный лоб.

Смех вождя разнёсся по длинному коридору эхом. Я несколько раз моргнул, привыкая к здешнему мраку. Неожиданно стало светлее. Скудный свет стремительно набирал яркость, он лился сверху. Я запрокинул голову, разглядывая высокий стеклянный потолок, который тянулся над всем коридором. Звёздное небо расчистилось от облаков, поэтому весь доступный свет полной луны и многочисленных звёзд освещал путь. Я не знал, что сказать. Краски туманностей и ночного неба казались ярче на фоне окружающих нас, лишённых цвета серых стен. Здесь не было ни позолоты, ни серебра. Никаких украшений из разноцветного стекла или яркой плитки. Пол будто намеренно был сделан из светлого мрамора, чтобы отражать свет, а стены созданы из серого камня, покрытого резьбой. Где-то виднелись растительные мотивы с завитками и цветами, а где-то можно было рассмотреть сцены из истории. Без застилающих небо облаков света от полной луны было достаточно, чтобы видеть окружающее убранство.

Я застыл на месте, забыв, что мы куда-то шли, и рассматривал всё вокруг, впервые встретив подобную архитектуру. Яран улыбался и терпеливо ждал неподалёку.

– Я хотел показать тебе это место, когда мы завершим его ремонт. Самой сложной и, разумеется, самой важной частью был потолок. Но не только это. – Взмахом руки вождь позвал меня за собой, и я покорно двинулся следом.

Яран привёл меня в огромный зал с мраморными колоннами, которые поддерживали металлический каркас стеклянного потолка. Расстеленный ковёр упирался в возвышение со стоящим на нём мрачным троном. Простым, даже грубой работы, без украшений, вид его смягчал лишь накинутый на спинку золотой шёлк. Я подошёл ближе, чтобы разглядеть непонятный мне материал.

– Что это? – Я провёл пальцами по чёрному камню, чувствуя в некоторых местах пористую структуру.

Камень не блестел и не отражал свет, а скорее, впитывал его, оставаясь мрачным, массивным изваянием.

– Это чёрный вулканический базальт.

Я с недоумением уставился на вождя.

– После падения Звезды в вулкан этого материала на поверхности образовалось много. Когда-то этот камень был настоящим жидким огнём, который позже охладился и затвердел.

– Ты собрал трон из кусков мёртвого огня? Того самого, убившего немало людей? – Я гладил пальцами камень, расплывчато вспоминая ранние годы жизни, момент трагедии.

– Да. Этот трон – символ. Я хотел, чтобы он стал напоминанием моим будущим потомкам, что мы смогли пережить ужас случившейся катастрофы. А если нам удалось победить эту напасть, то нет ничего неподвластного им. Я умру и не смогу сказать потомкам об этом лично, но хочу оставить хоть какое-то материальное напоминание о своей вере в то, что они продолжат возрождать наш народ.

Он улыбнулся, с гордостью глядя на массивный трон. Эти слова можно было бы воспринять как тщеславие, но Яран вовсе не такой. Он лишь желал, чтобы его потомки и его народ жили счастливо, без страха. Чтобы в их сердцах осталась память о человеческой способности преодолеть невзгоды и падения.

– К тому же огнепоклонники знают, что это за камень. Пока моя дочь будет восседать на подобном троне, они будут помнить, что в крови Калануа есть крупица почитаемого ими Огня.

– Ты же не веришь в эту легенду, – отозвался я.

– Главное, чтобы они в неё верили, – в тон парировал он и окинул меня насмешливым взглядом. – Разве не так, Илос с чёрным сердцем?

Я громко фыркнул, понимая, на что он намекает. Неважно, сколько правды в легенде, – если она может сослужить хорошую службу, то не стоит её опровергать.

– Ты правильно сделал, что решил восстановить дворец, – перевёл я тему. – Схожей архитектуры я не видел, и было бы жаль терять культурное достояние.

– Рад, что мне удалось произвести впечатление на одного из Первых, – шутливо поддел меня Яран и обвёл рукой немногочисленные столы у дальней стены. – Тронный Зал почти готов, как и я. До конца года я стану королём, мы уже обсудили всё с Советом. И огромное упущение, что ты нынче избегаешь наших собраний. На них обсуждается много важного.

Мы оба перестали улыбаться, Яран устало сел на трон, а я спустился с возвышения, чтобы рассмотреть мраморные колонны.

– Я не состою в вашем Совете, и политика никогда не была моей сильной стороной, – с напускным безразличием ответил я. – Нашей целью было введение Аары в Совет. Мы добились этого. Аара теперь присутствует на каждом собрании и высказывается наравне с остальными. Моё присутствие на обсуждениях было лишь временным и более не требуется.

– Континент перестал быть единым, Илос. Твои братья поделили территорию. – Я замер, оглушённый этой новостью, но не стал поворачиваться к Ярану, чтобы не выдать своего шока.

Я знал, что братья разошлись и что у них появились конфликты. Исар не поддержал самосуд Каида, он тоже хотел вздёрнуть каждого предателя и убийцу отца, но после демонстративного суда. По его мнению, Каид поступил своевольно. Также разведчики Ярана доложили, что Шейн и Каид не были в восторге от того, с какой лёгкостью Исар бросил Астару. Они восприняли это как предательство Райяна, потому что наш отец с трепетом возводил Астару как центр и будущую столицу, а Исар с лёгкостью променял её на Сабон. Особенно Шейн не мог смириться с решением старшего брата.

Я старался узнавать как можно меньше новостей про родных, боясь, что при упоминании братьев не смогу скрываться и захочу их увидеть. Владея переносом, воплотить это стало легче лёгкого, а бороться с искушением в тысячу раз сложнее.

– Мы тоже обозначим свои границы, но обкрадывать земли твоего брата – Шейна – я не буду. Наша территория – пустыня, на ней мы и останемся, – продолжал Яран, пока я бездумно кивал в такт его словам. – Во главе каждой страны, кроме нашей, стоит один из Первых.

Я замер, ощутив намеренную паузу.

– Ты понимаешь, что это означает, Илос? – с нажимом уточнил Яран.

Статус.

Сила.

Негласный призыв людей с теми или иными Дарами соединиться под началом их Первого.

Что-то одно или всё вместе.

– Понимаю, – как можно равнодушнее ответил я, приглядываясь к золотой и стеклянной утвари на столах. Здесь уже приготовили бумагу, чернила, письменные принадлежности. Принесли важные документы, воду и вино. Зал действительно был почти готов.

– Я знаю, что мой разговор тебе не понравится, но и откладывать его я больше не могу. Теперь Совет благосклонен к Ааре и терпим к идее женщины на троне, но и о старом условии они не забывают.

Яран зашёлся в кашле. Пока вождь пытался прекратить приступ, я налил вино в золотой кубок, разрезал себе ладонь и выдавил обильное количество крови в напиток.

– Тебе становится хуже. – Я не спрашивал, но Яран всё равно кивнул в подтверждение и принял протянутый мной напиток.

– Что-то даже твой Дар Первого не в состоянии вылечить, – одними губами улыбнулся мужчина, сделав несколько глотков.

Кашель отступил, и Яран задышал свободнее. Я поморщился от этого напоминания. Думал, что моя кровь может всё, но болезнь Ярана доказала, что у любого чуда есть ограничения. Судьба словно пожелала напомнить, что, обладая Даром, я слишком много о себе возомнил. Есть то, что изменить не под силу никому.

Несмотря на регулярное лечение моей кровью, Яран сильно похудел, лицо осунулось, а в волосах и бороде появилось больше седых волос. Я знал, что он хорошо спит, но тёмные круги не исчезали, кожа приобрела нездоровый сероватый оттенок. За прошлые две недели я видел, как за завтраком у него дважды ни с того ни с сего шла носом кровь.

– На какой период моя кровь улучшает твоё состояние? – хмуро уточнил я.

– Раньше на несколько месяцев. Сейчас… может, на пару недель.

Его беспечность и тот факт, что он никак не обмолвился об этом раньше, раздражали меня, но сильнее злила моя неспособность ему помочь. Хоть и не хотелось признавать, но Яран стал мне в какой-то мере близким другом. Эти годы он пристально следил за моими братьями, но рассказывал о них лишь в критической ситуации, оберегая меня от лишних тревог.

– Не о своём самочувствии я хотел поговорить, Илос, а о Совете. Теперь им известно о моём состоянии, и они настоятельно требуют, чтобы я нашёл Ааре жениха. Она останется на троне и будет править, но наличие мужа смягчит перемену в знакомых устоях. К тому же необходим следующий наследник.

– Как ситуация с Падшими? – невольно вырвалось у меня.

Я сам не знал, зачем пытался изменить тему. Яран окинул меня хмурым взглядом, видя моё намерение, но ответил.

– За прошедший год с Падшими не было серьёзных проблем, и они неплохо справляются с теми несчастными разведчиками, что отправляют твои братья, пытаясь разузнать о наших территориях. – Вождь залпом допил вино с кровью, а я с облегчением отметил, как его дыхание полностью выровнялось. – Вы с Дастаном отлично постарались, разнося и приукрашивая вклад моей дочери в переговоры. Однако ты лучше многих знаешь, что заслуги забываются слишком быстро.

– И что ты будешь делать? Выдашь её за сына какого-нибудь богатея? Наверняка члены Совета будут предлагать своих сыновей, но таких выбирать нельзя!

Я замолк, поняв, что сказал больше, чем стоило, а резкий тон смутил даже меня самого.

– Нельзя, – с вялой улыбкой согласился Яран. – Будет слишком много влияния и давления на Аару в руках одного. Избранник и его семья должны быть вне Совета, и я хочу, чтобы этим избранником подле неё был ты.

Я ошарашенно сделал шаг назад и почти рассмеялся, только хохот застрял в глотке, лишая меня возможности выдохнуть. Яран так и сидел на троне с прямой спиной, глядя на меня сверху вниз, и в его серьёзном взгляде не было ни намёка на шутку.

– Я самый худший кандидат из всех, кого ты мог вообразить, – едва шевеля губами, ответил я.

– Ты добр, верен…

– Уже эти два слова доказывают, что ты ничего обо мне не знаешь! – грубо оборвал я.

– Илос, ты – Первый! И не будет кандидата сильнее тебя! – повысил голос вождь. – Никто не посмеет даже помыслить плохое про Аару, если рядом будешь ты, а позади тебя – легион.

– Я не желаю участвовать в политических играх, Яран, – ответил я чуть спокойнее, но всё так же твёрдо.

А ещё я не хотел лишать её надежды на любовь. Я помнил, как Аара говорила о своём возлюбленном, как хотела отдать Кольцо Пустыни тому, кого полюбит всем сердцем, но начала терять надежду, считая, что не имеет на это права.

– Прошу тебя хотя бы подумать, Илос, – перешёл к уговорам Яран.

– А своей дочери ты сказал об этой идее?

– Нет, но скажу, чтобы и она подумала.

– Оставь ей право выбора и свободу. – Несмотря на просьбу, это звучало как приказ, поэтому Яран вопросительно приподнял бровь. – Аара – настоящая дочь этих земель, а я чужак и не знаю твой народ. Я не стану забирать её свободу, но ты просишь её защитить, и это я сделаю. Я обещаю тебе, что помогу ей без брака и без короны. Как и в тот день с падальщиками, я останусь тенью за её спиной, и никто не посмеет тронуть твою дочь.

Мой голос набрал силы к концу краткой речи, которая эхом разнеслась по просторному залу. Выслушав признание, Яран не посмел просить у меня клятвы на крови, догадываясь, что я бы её не дал. Сказанное шло от всего сердца, и навязывать клятву насильно я бы не позволил. Но в то же время я сам не был уверен, не прокляну ли в будущем свою поспешность и действительно ли смогу выполнить данное обещание.

* * *

На следующий день за завтраком я, почти не отрываясь, таращился на принцессу. Слова Ярана задели меня сильнее, чем казалось.

После той ночи больше года назад, когда она первой потянула меня к себе за поцелуем, наши отношения были какое-то время неловкими. Аара смущалась, отводила взгляд, а я, любя подливать масла в огонь, касался её чаще, чем раньше. Я нагло флиртовал, но играл с ней без какого-то плана на продолжение. И продолжения так и не случилось. Аара прекратила звать меня настоящим именем и не пришла в мою спальню, поэтому постепенно всё забылось.

Однако в это утро она снова реагировала смущением на моё пристальное внимание. С ним я определённо переборщил, потому что пришёл в себя от того, что Дастан нагло бросил в меня вишней, которая, к счастью, не оставила пятна на чистой одежде.

– Дай ей хоть ложку до рта донести, – отругал меня Назари.

Я ничего не ответил, потупив глаза в тарелку. За эти годы я не переставал думать о Теяле и скучать по ней, не был уверен, что наступит день, когда я ни разу не вспомню о сестре. Я скучал по её смеху, улыбке, по её любви и даже капризам. В ту ночь я бы с лёгкостью разделил с Аарой постель, потому что плотское желание никак не влияло на мою любовь к Теяле, которая ещё три года назад согревала и ранила мне душу.

Чем больше времени проходило, тем тупее становилась моя тоска по сестре. Я по-прежнему любил её, и никто не смог бы заполнить пустоту, образовавшуюся после её смерти. И всё же меня пугало, что, глядя на Аару, иногда я чувствовал не просто желание её поцеловать, но и волнительный трепет, вторящий ускоряющемуся сердцебиению. Поэтому предложение Ярана швырнуло осознание о моей вероятной влюблённости в принцессу прямо мне в лицо. Мне хотелось забыть об этом.

– Мой отец что-то тебе сказал? – Аара схватила меня за руку около полудня на заднем дворе, где я рассматривал высыхающие кусты роз.

Они росли в тени замка, ветвились и ползли по стенам, избегая жгучих солнечных лучей, но и им не хватало воды. С этой проблемой мы так и не разобрались.

– Нет, лишь показал ваш Тронный Зал.

Я оценивающе оглядел Аару с ног до головы. В последний год ей не нужно было сражаться нигде, кроме как на наших тренировках, поэтому она стала чаще носить платья. Хоть Аара и оправдывалась, что в них прохладнее, но отводила взгляд и теребила ткань, говоря об этом.

Новое платье было раздельным. Белый топ закрывал плечи, но заканчивался чуть ниже груди, образуя широкую полоску голой кожи между его концом и лёгкой юбкой. Она в любой момент могла прикрыть открытый участок тела, запахнув бледно-алую накидку, но не делала этого. Я нетерпеливо сглотнул, в душе желая, чтобы она не подходила ко мне в подобных нарядах. Также Аара полюбила украшения на ноги. Звон мелких бубенцов на её щиколотках притягивал внимание, и я всегда оборачивался, слыша их.

Я давно ни с кем не был. Только и всего.

– Я что-то не так сделала?

Я пару раз удивлённо моргнул, подняв взгляд к её карим глазам.

– Весь завтрак ты смотрел на меня так, будто придумываешь наказание или проклинаешь в душе, – хмуро пояснила она.

– Прости, я задумался о своём. У меня такое бывает. – Я натянуто улыбнулся и положил ладонь ей на плечо.

Я хотел просто приободрить Аару, но зачем-то сдвинул руку и погладил пальцами её шею. Она не вздрогнула, а её губы приоткрылись на протяжном выдохе, я очнулся и убрал руку, стараясь, чтобы это не выглядело поспешным.

– В последнее время ты слишком много думаешь. Это настораживает. – Аара обошла меня по кругу, медленно растягивая слова под стать своему ленивому шагу. – Ты всегда был таким нахальным, наглым, немного злым и печальным. Теперь же… ты задумчив. – Она вновь остановилась передо мной, но непривычно близко, между нами оставалось меньше шага.

– Уверена, что злым я был лишь немного? – уточнил я, пряча растерянность из-за отчётливого ощущения ловушки. И вовсе не из-за вопросов Аары, от неё я легко мог сбежать. Проблема была в моих собственных чувствах, а в этом Дар перемещения не был способен помочь.

Принцесса хищно улыбнулась, словно почуяла мои эмоции, как дикий зверь кровь. Я отступил на пару шагов, выдав свою растерянность, и в глазах Аары зажглось удовлетворение. Она схватила мою руку и перенесла нас в мою комнату. Принцесса засмеялась, когда я не успел сориентироваться и зашатался. Она толкнула меня в грудь, отчего я покорно сел на собственную кровать. Она скинула свою накидку, оставшись стоять передо мной в своём красивом платье, которое так удачно подчёркивало её оттенок кожи и длинные чёрные волосы.

– Илос. – Она сладко растянула имя моё на выдохе, из-за чего зов стал похож на стон, и моё сердце покорно пропустило удар.

Я хотел встать и руками коснуться обнажённой кожи на её животе…

Я стиснул зубы, заставляя себя сидеть и удерживать маску равнодушия.

– Если ты привела меня сюда, чтобы развлечься, то уже поздно, Аара.

Слишком поздно, чтобы я смог оставить всё на уровне плотских утех. Я хорошо узнал принцессу, и она стала мне дорога. Я поднялся, намереваясь уйти подальше от кровати. Аара демонстративно отошла с моего пути, давая понять, что не держит и в целом ни на что не намекает.

– У тебя было больше года, но ты не пришла. – Я попытался выдавить наглую улыбку, но вышло криво.

– Я приходила. Вернулась на следующую ночь, – откровенно призналась она, смело глядя мне в глаза.

– Почему я не…

– Ты спал, – ласково ответила Аара. – Спал так спокойно, что я не смогла решиться тебя разбудить. Ты знаешь, что тебе часто снились кошмары?

– Нет, – бросил я после продолжительной паузы.

– А я знаю, потому что просыпалась от шёпота в тенях. Неразборчивый, безумный… вначале голоса пугали, я опасалась, как бы легион не поселился в нашем доме, но в итоге это были лишь тени. В первый год это происходило почти каждую ночь. Спокойным ты был, только когда отключался, перебрав вина, но в ту ночь ты действительно спал.

Я присел на низкий диван в середине комнаты, Аара уселась рядом и уложила ноги на мои колени. Вначале мне хотелось их сбросить, это сильно напомнило о схожей привычке Теялы, но я положил ладони на её стройные икры, как по привычке.

– Я обрадовалась, что ты стал лучше спать, и побоялась менять это своим приходом.

Я рассеянно погладил кожу на ногах Аары, не зная, что на это ответить.

– Отец рассказал тебе что-то новое о братьях, поэтому ты такой задумчивый?

– Да, – бессознательно отозвался я.

– Врёшь?

– Да.

Принцесса засмеялась приятным тёплым смехом, забралась на мои колени, а затем обхватила моё лицо ладонями и требовательно поцеловала.

Жадная и глупая дочь вождя.

Моему сердцу и телу было плевать на затухающие отголоски разума, руки сами обняли Аару за талию, я жадно втянул носом её аромат и углубил поцелуй. Даже если бы она захотела вырваться, вряд ли я смог бы ей позволить. Она пахла как ночная пустыня, но было в ней нечто свежее, что я тогда не смог разобрать.

Принцесса почти до боли сжала мои длинные волосы на затылке, когда я беспорядочно гладил её спину и бёдра, бесстыдно сдвигая ткань юбки. Аара потянула меня за волосы, заставляя запрокинуть голову. Её губы и язык скользили по моей шее, я шумно сглотнул, но принцесса держала крепко, не позволяя мне двинуться и перенять инициативу. Воздух вокруг стал вязким, за ноги я дёрнул Аару вперёд, заставив впритык сесть на мои бёдра. Она тихо застонала.

Я был готов подхватить её на руки и переместиться на постель, как меня охватила судорога, похожая на разряд, прокатившийся по всему телу. Она была такая сильная и болезненная, что меня бросило вперёд, а потом назад. Я сдавленно застонал.

– Илос, тебе больно?

Аара моментально отпустила мои волосы и обеспокоенно отодвинулась, пока я широко раскрытыми глазами глядел в потолок, уже ощущая, но ещё не понимая, что произошло.

Я думал, что ничего на этой земле не может меня так напугать, но меня трясло от смеси страха и ужасающей надежды. Всё расплывалось перед глазами, а от ускорившегося сердцебиения спазмы в груди стали до тошноты мучительными. Я подхватил принцессу за талию, снял с себя и усадил рядом.

– Илос, что случилось?

При взгляде на моё лицо Аара съежилась на диване, растерянно наблюдая за моим безумным поведением. Я же принцессу едва видел, не в состоянии ни на чём сфокусировать взгляд.

Я не видел ничего перед собой, даже не мог моргать из-за странной пелены перед глазами. Я бросился к своему оружию, лихорадочно вытаскивал всё подряд, пока не нащупал старый меч и кинжал. Руки так тряслись, когда я вцепился в свой клинок, что послышался звон лезвия о ножны внутри. Не с первого раза, но я повесил всё на пояс.

– Илос, – испуганно позвала Аара, и моя голова дёрнулась в сторону дивана.

– Я чувствую её. Она здесь, – не своим от хрипоты голосом еле выдавил я. – Моя сестра здесь.

Это всё, что я смог сказать, прежде чем исчезнуть, подгоняемый собственным страхом и мольбой Аары не уходить одному.

Моя Тея здесь.

Любая логичная мысль о невозможности этого тонула под лихорадочным сердцебиением, которое вторило мысли, что я вновь чувствовал свою сестру.