Глава 10

Впереди стоял полномасштабный комплекс из работающих заводов, выпускающих в небо не прекрасные и безобидные белоснежные колечки, а тягучие грязноватые струйки воздуха, моментально оседающие за границами сооружений. Видимо на территории стоял еще один барьер, не позволяющий работникам тыла сдохнуть сразу.

Подул ветерок, и мы сразу ощутили непревзойденный аромат серы, тухлых продуктов, блевотины и какой-то еще гадости. Организм настолько был не подготовлен к выбросам, что просто дышать через рот получалось с трудом. Я так думаю, вторая волна пришельцев умирала уже на подходе к этим заводам.

Если бы Шио в данный момент принял свою настоящую сущность, то его расплющило долгим и болезненным путем на миллион маленьких частиц. Данная информация в Академии была засекреченной, но так как я периодически вскрывала многочисленные тайники, а Шторм вообще работал в сфере загадок, то мы осознали страх парня. Кроме того, нигде кроме планеты Земля Солнечной системы, не использовались старинные методики производства, связанные с химикатами. Поэтому для меня это выглядело более чем странно. Изготовлением каких товаров нужно было заниматься, чтобы получался такой побочный эффект в итоге? Для пущего устрашения не хватало дроволетов на колесах, передвигающихся по поверхности этой местности.

– Что это за место?! – гаркнул Шторм, вытирая кончиком хвоста выступившие слезы от рези в глазах. – Колитесь, вы меня чем-то накачали, что мне мерещится всякая ересь?

Почему-то адмирала заклинило на собственной персоне. Можно подумать, весь космос кружится вокруг него. Главное, он до сих пор не вразумил, что неприятности нас ожидали впереди.

Где-то прозвучал раскатистый короткий гудок, намекающий на окончание рабочей смены. Через проходную хлынул народ, растекаясь по надземным домам. Обитатели не обращали на нас никакого внимания, также как и на витающий запах. Пришельцы настолько выглядели замотанными, уставшими, потертыми и потерянными, что мне лично стало боязно. С каждым шагом наша троица все больше и больше погружалась в пучину страха, предчувствуя еще более страшную опасность в будущем. Хотя я мало чего по жизни боялась.

Нас недолго держали в неведении. Толкнули в плечо в очередной раз. Я вздохнула, собралась с мыслями и скользнула через входные ворота, давая себе обещанье: выкручусь, но за неделю выясню, все что необходимо и уйду отсюда.

Как же я глубоко ошибалась, думая, что все будет так просто!

Шторм.

– Я убью этого курсанта лично, – незлобно пробурчал. Нет, конечно, я был очень благодарен Шио, исчезнувшем в неизвестном направлении, что он помог мне сблизиться с Эмилией таким образом. Но честно, я хотел бы находиться сейчас с ней в любом другом месте, а не прозябать на этой адовой планете. Девушка, наконец, не подсознательно стала тянуться ко мне, чувствуя защиту.

Я долго не верил, что мы находимся в самом рассаднике преступного мира, пока лично не увидел парочку пойманных злодеев. Только вот эти преступники мало напоминали психически здоровых гуманоидов. Их потухшие взгляды, рассеянные движения навевали на то, что с них выкачивали жизненную энергию. Я такое видел лишь однажды. Те времена я не вспоминал давно. А теперь ужаснулся. Если это то, о чем я думаю, то мы очутились хуже, чем просто в жопе.

Могу сказать одно. Я не обнаружил ни щупалец, ни монстров, ни каких-либо существ, жрущих мозг или управляющих разумом. Но все факты были на лицо.

За нами закрепили одно из жилищ, в котором кроме стальных лежанок для сна больше ничего не было. Я несколько дней пребывал в прострации, так как даже не имел понятия, как можно существовать в таких условиях!

Как по часам нас поднимали через браслет, оказавшимся шокером различной мощности, удаленно настроенным на определенную частоту. Далее, мы стадным скопом направлялись на территорию завода. По первой на проходной я возмущался, поскольку мы раздевались догола, вещи обрабатывались в одном помещении, а нас обдавали каким-то туманом в другом. Меня жутко бесило, что Эмилия подвергается такой же экзекуции и сотни пустых глазниц безучастно рассматривают нас. За себя я не переживал. Мое любимое тело с ни граммом жира и хорошо сложенное, гармонично смотрелось рядом с округлыми формами девушки. Но моя нежная и скромная девочка была не готова демонстрировать свои прелести окружающим, что безумно радовало меня. Я как мог, всегда уводил ее в уголок и закрывал от остальных своей широкой спиной. Эми тоже хитрила и распускала каскад волос, кидая их наперед заманчивого тела, и как шторкой заслоняла от моего цепляющего и голодного взгляда. После недели таких процедур, я уже не реагировал на помехи в виде других существ и разворачивался к Эми лицом, стараясь через взгляд передать ей свои эмоции. На большее не был способен, так как меня нехило ударило разрядом после очередного скандала, и я потерял голос.

После обработки нас распределяли на различные работы. Сортировка мусора, еще раз сортировка мусора и еще раз сортировка мусора. Эта чертова планета оказалась настоящей помойкой! Сюда пересылали не только заключенных, но и космический ненужный хлам. И либо ты попадал в приличный цех по разборке старых космолетов, или, например, не менее плохой по распределению бумажного, пластикового, деревянного и одежного шмотья. Либо направлялся в самый отстойный органический цех, где из натурального говна делали еду.

Фу, меня до сих пор трясет после того, как я туда попал после первого бунта. Не скажу, что принес ощутимую пользу и вклад, так как при каждом сопротивлении меня долбало разрядом снова и снова. Я успокоился лишь тогда, когда от изнеможения свалился на грязный пол и валялся до конца смены в позе 'зю', не реагируя даже тогда, когда по мне и моему бедному хвосту топтались напрочь. По-моему мне его даже сломали!

Единственный плюсик был в тот момент, когда меня выкинули за территорию, и Эми нашла меня в таком печальном состоянии. Девушка принялась ворковать вокруг меня, стараясь поднять нехилую тушку. Естественно у нее ничего не получилось. Она расплакалась, стала просить прощения за то, что ненароком втянула меня сюда. Но главное было не это. Она легонько поцеловала меня в губы и сказала, что если я помогу ей себя поднять и дойти до дома, то она поцелует меня еще раз!

Наверное, у меня от ее слов реально поехала крыша. Но после ее живительного чмока, я действительно не сразу, но встал, и, пошатываясь, добрел до нашей халупы. Я чувствовал вину, что не мог защитить свою ранимую девочку. Не сомкнул глаз за ночь и как дурак дожидался утра и начала работы. Как только скинул с себя одежду и избавился от тошнотворного аромата, тут же заполучил второй обещанный ею поцелуй.

Я прикоснулся к ее мягким губам, нахально удерживая за подбородок. Ее глаза вспыхнули, когда она поняла, что это касание будет не таким, как ее. Будет неспешным. Чувственным. Оргазмическим. Я провел языком. Эмилия приоткрыла губки, распахнула глаза и тяжело задышала, словно совершила пробежку. Пользуясь случаем, я проник в ее сладкий ротик, попутно изучая стеночки ее рая. А когда я коснулся ее божественного язычка, меня нехило тряхнуло. Только когда раздался гудок, и нас развели по цехам, тогда за конвейерной лентой я понял, что не чувствую боли. И это означало лишь одно. Моя девочка вылечила меня своей энергией.

Эмилия.

– Убью заразу. Чтоб тебе икалось Шио, – какой позор, ворчу как древняя старуха. Хотя лучше уж так, чем вообще не разговаривать. Бедный Шторм.

К сожалению или к счастью, я избавилась от навязчивой мании преследования адмиралом. Если я полагала, что мужчина искал меня, чтобы поработить и подавить меня как личность, то оказалась не права. Он помогал мне, когда я смущалась при раздевании. Причем ни разу не претендовал на мое тело. Он забирал у меня опасную работу, когда надо было поднимать тяжести или разбирать кислотные двигатели и поношенные запчасти, которые могли взорваться в любой момент. У него на ладонях появились мозоли, а руки были исполосованы мелкими порезами. Но адмирал был настоящим мужчиной и не жаловался ни на боль, ни уж тем более на ситуацию, в которой мы оказались под стечением обстоятельств.

– А все это глупый Шио, – разозлилась я. Конечно, я больше злилась на себя, а не на своего товарища, который испарился из обзора через несколько минут, как нас развели по сторонам. У меня сложилось впечатление, что Шио так и бродил по заводному комплексу, исследуя цех за цехом в поисках своей сестры. Думаю, даже месяца ему точно не хватит, чтобы везде все обойти. Однако угораздило ведь нас найти неприятности с первых минут попадания на эту шархарову планету!

Я дуром дернула на себя какой-то механизм из сваленной кучи и чуть не полетела назад, если бы Шторм не подхватил меня сзади. Его руки успокаивающе и ненадолго обняли меня. Пара минут, предупредительный разряд минимального тока, и я отстранилась от него, продолжая ковыряться дальше. Ни я, ни Шторм не смогли избавиться от этой контролирующей нас игрушки.

Протекание каждого дня, также как и его итог, были непредсказуемы. Мы могли находиться на разных участках в одном помещении, или в разных цехах или вообще на разноплановых заводах. Но везде надо было выполнять работу по инструкции: разбирать, сортировать или переносить. Гуманоиды между собой не общались и вообще как будто не замечали друг друга. Скорее всего, они находились здесь так долго, и становились настолько дрессированными, что превращались в домашних питомцев или в послушную раб силу.

Кстати, тот чувак был прав насчет девушек. Большинство особей были либо женского пола, либо гермафродитами, либо те, что когда-то назывались мужчинами. Худые еле передвигающиеся скелеты на тонюсеньких ножках и ни одного матерого мужика кроме Шторма. В первую неделю как назло у меня развилась паранойя, что его заберут в этот упомянутый питомник, о назначении которого я могла только догадываться.

Так что может я и была эгоисткой и думала только о себе, но сейчас безумно радовалась, что Шторм находится рядом со мной и хотя бы бессловесно поддерживает. Его пребывание рядом все больше и больше волновало меня, заставляя тревожно биться сердечко и порождая странный всплеск желания внизу живота. И пока я нелепо впервые в жизни целовала его, чтобы заставить двигаться и не умереть под забором, он одним лишь касанием пробудил в моем мозгу и не к месту неуемную фантазию. Теперь утром при обработке наших тел я любовалась его ягодичными мышцами, перетекающими в не менее заманчивый хвост, и потаясь рассматривала грудь, плечи, рельефный живот, и все то, что находится ниже.

Эх, каюсь, я осталась довольной. Великие скульптуры Вселенной нужно лепить именно с такого великолепного тела.

В последнюю секунду, Шторм усек, что я бессовестно любуюсь им, и в его глазах зажегся ехидный огонек. Будь у него голос, он бы точно бросил шпильку в мою сторону. Я смутилась, отвернулась и как назло весь день вспоминала этот момент, периодически вгоняя себя в краску.

Не знаю, что внезапно произошло, но мои руки стали отдавать странными отливами. Я остановилась, разглядывая венообразную свистопляску по ладоням. На мое счастье прозвучал гул, означающий окончание смены, и я с облегченным вздохом сама потащила Шторма на выход, минуя выдачу пайка. На повторной обработке, выполняемой скорее больше для того, чтобы работники ничего не сперли, я с нетерпением переминалась с ноги на ногу, ожидая ее окончания.

Когда нас отпустили, я ускорилась, продолжая тянуть адмирала в нашу временную обитель. Шторм понял, что произошло что-то неладное, и не возникал с расспросами. Хотя какие вопросы с его отсутствующим голосом!

Залетев пулей в каморку два на два, я принялась разоблачаться снова под его ошарашенным взглядом. Не полностью, всего на всего осталась в спортивном белье. Но адмиралу и этого хватило, чтобы понять не так ситуацию, и раздеться вместе со мной. Однако мне было не до выяснения отношений. По моему телу гуляли всполохи ярких различных разноцветных линий.

– Шторм, ты знаешь что это? – неосознанно я перешла на ‘ты’, стирая между нами границы и становясь большим, чем курсант и преподаватель.

– Знаю, – тяжело прохрипел адмирал, как-то странно кося глазами по переливам.

– И что мне теперь делать? – я опасалась, поскольку знала, что во мне играют гены стихийника, и обычно после таких внутренних кульбитов по телу наступал невероятный пшик, грозящий массовой катастрофой. Но я понятия не имела, во что она здесь выльется, поскольку управлять землей я не могла, да и в принципе избавиться как-то по-другому от этой энергии не умела.

– Я могу помочь тебе, – спокойно просипел он. На секунду я приметила в его глазах едва промелькнувшую искорку страха. Или мне показалось.

– Давай, – обрадовалась я, – что нужно делать? – повторилась.

– Если начнем сейчас, то останавливаться нельзя, – зловеще предупредил он. – Иначе оба погибнем.

Вот это космопопец. Меня радикально запугали настолько, что я готова была на все, что угодно. Я и сама понимала, что в данный момент являюсь мини бомбой. Коснись, и всему конец.

Я кивнула головой в знак согласия и замерла, ожидая действий со стороны Шторма.

– Эми, после помни, ты сама согласилась, – Шторм немного смягчился, его глаза загорелись желанием так, что я немного испугалась того, на что согласилась. Однако я – это я. И я никогда не отступаю от принятого решения!

– Я согласна Шторм. И обещаю, что не пожалею. Если ты мне поможешь, можешь просить о чем угодно, – тихо добавила последнее предложение, но адмирал услышал меня.

– Тогда начнем.