Глава 13

Эмилия

Его слова висят в ледяном воздухе зала. Сделка. Что он может хотеть от такой как я? Мои знания? Рабского труда? Придворного шута?

Он медленно, с грацией хищника, обходит трон и останавливается прямо передо мной.

Его взгляд острый, как скальпель, готов вскрыть каждую дрожь, каждый страх.

— Власти твоего отца не хватит, чтобы отменить мое решение, — говорит он, и в его голосе нет насмешки, только холодная констатация факта. — Но твое присутствие здесь… создает дипломатическую проблему. Я не могу просто так держать под своей защитой осужденную преступницу. Мне нужен легитимный повод. Прецедент.

Он замолкает. В зале повисает тяжелое, как свинец, молчание. Я чувствую, как внутри меня нарастает не паника, а полное оцепенение. Мне страшно сделать даже вздох, не то чтобы задавать вопросы или спорить с ним.

— Я не из тех, кто не оставляет выбора. Поэтому… у меня есть к тебе два предложения. Выбирай любое.

Я не дышу. Зал вокруг будто сужается, оставляя только его глубокие, синие глаза, и мой собственный стук сердца в ушах.

— Первое. Брачный союз. Ты становишься моей женой. Это дает тебе неприкосновенный статус. Никто, ни мои подданные, ни твой отец не смогут оспорить твое право на жизнь под этой крышей. Полная защита. Кров. Все, что пожелаешь. Но ты будешь связана со мной. Публично и навсегда.

Воздух вырывается из легких тихим, сдавленным звуком. Брак. С ним. Это не ужас. Это что-то за гранью понимания.

Абсурдность ситуации достигает пика. Я смотрю на это божественное, чудовищное существо в облике человека и не могу соединить в голове слова “мой муж” и “Император Драконов”. Это звучит как самая мрачная из сказок, в которой невесту приносят в жертву.

— А… второе? — вырывается у меня хриплый шепот.

— Второе. Контракт слуги и господина. Ты будешь работать на меня. Исполнять поручения. Использовать свои знания трав и ядов в моих интересах. Ты получишь крышу над головой и защиту, но исключительно в стенах моего замка. И только пока ты полезна. Твой статус будет шатким. Ты останешься изгнанницей, просто под моим крылом. Один промах, как в случае с твоим народом, одно неповиновение и контракт будет разорван, а ты…, — он недоговаривает, но я и так все понимаю без слов. Исход один. Смерть.

Он отступает на пару шагов назад, скрещивает руки на груди. Его лицо не выражает никаких эмоций. Он смотрит на меня с бесстрастным ожиданием.

— Выбирай. В твоем случае, отказ от выбора — это тоже выбор. И он означает, что у меня нет причин оспаривать приговор твоего отца.

Ледяная логика его слов пронизывает до костей. Это не угроза. Это констатация правил игры, в которую я даже не знала, что вступила. Брак. Стать его вещью, его трофеем, его… женой. Связать свою судьбу с существом, о котором я ничего не знаю, кроме того, что оно вселяет первобытный ужас. Но это гарантия жизни. Самый прочный щит.

Остаться его подчиненной. Сохранить иллюзию независимости. Быть полезной, но оставаться на положении раба, который может быть казнен в любую секунду. Жить в постоянном страхе совершить ошибку.

И третий, не озвученный вариант… смерть. Здесь и сейчас. Или позже, в снегах, когда его защита исчезнет.

Мысль работает с неестественной, почти болезненной скоростью. Если я сдамся сейчас, то те, по чьей вине я оказалась в этом положении, никогда не понесут наказания. Я так и останусь отравительницей, которой меня считают в моем родном доме. Я не могу этого допустить. Эмилия старалась слишком долго. Она вкладывала в свое лекарство всю себя, и я не смирюсь с клеветой в ее сторону. В мою сторону.

Брак — это ядерный вариант, в котором сложно разглядеть смысл. Он взрывает все границы, выбрасывает нас в самую гущу напряжения. Это не путь от ненависти к любви. Это прыжок в бездну принудительной близости, где каждая минута будет испытанием. Но именно в этой бездне может родиться что-то настоящее. Страх, гнев, любопытство… все будет в тысячу раз острее. Но в этом кроется и нечто странное.

Зачем ему этот брак? Для чего? Что изменится, если я стану его женой? Ради спасения меня? Глупость. Такие, как он, не будут предлагать это ради моей выгоды. Тогда какой в этом смысл? Это остается для меня загадкой.

Я поднимаю глаза и встречаю его взгляд. В этих синих глубинах я не вижу ни жажды власти надо мной, ни наслаждения от моей дилеммы. Я вижу… вопрос. Он бросает мне вызов, чтобы посмотреть, что я выберу.

Кто я? Та, что цепляется за любую соломинку, или та, что способна на отчаянную, безумную ставку?

И я понимаю. На самом деле выбора нет. Оба пути ведут к тому, чтобы стать орудием. В одном случае, орудием в его политических играх, живым символом его власти. В другом, орудием в его лечебнице, от которого легко избавиться.

Но в одном из этих вариантов у орудия есть призрачный шанс на спасение. Полное и безграничное. Мое сердце колотится где-то в горле. Руки ледяные. Я сжимаю их в кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

— Я… не хочу умереть в этих снегах, — говорю я, и голос звучит тихо, но без дрожи. Я заставляю его быть твердым. Его бровь почти невидимо вздрагивает.

— И чего же ты хочешь, Эмилия?

Я делаю глубокий вдох, наполняя легкие холодным, пахнущим пеплом, воздухом его замка.

— Гарантии. Если это… брак, — слово обжигает губы, — то это союз. Не владение. У меня должно быть право голоса. Хотя бы в том, что касается моих знаний, моей работы. И… защита не только от внешних врагов. Но и здесь, внутри этих стен, — я произношу это, ожидая насмешки, гнева. Но он лишь внимательно смотрит на меня.

— Смело. И крайне глупо с твоей стороны, — он делает шаг ближе. Теперь между нами меньше метра. Я чувствую исходящий от него холод и ту странную магнитную силу. — Ты торгуешься, когда на кону стоит твоя собственная жизнь.

— Я не торгуюсь. Я пытаюсь сохранить не просто жизнь, — выдавливаю я. — А себя.

На его губах появляется что-то отдаленно напоминающее тень улыбки. Она появляется быстро, как вспышка, и тут же исчезает.

— Хорошо. Я принимаю твои условия. Брак будет формальным. Союзом. Ты получишь статус, защиту и… право совещательного голоса в вопросах своей компетенции, — он отступает на шаг, и его взгляд снова становится непроницаемым. — Но помни. Это сделка. Твоя жизнь принадлежит мне. Ты моя ответственность. Ты будешь под моей защитой. И ты моя собственность в глазах всех остальных. Сможешь ли ты вынести это?

Я смотрю на него, на этого дракона в человеческом обличье, на моего будущего “мужа”, на единственную надежду в этом кошмаре.

Страх никуда не делся. Он огромный и всепоглощающий. Но под ним зреет что-то еще. Острая, почти болезненная решимость. И дикое, безумное любопытство.

— У меня, — говорю я, глядя прямо в эти синие, всевидящие глаза, — похоже, просто нет другого выбора. Значит, вынесу.

Он долго смотрит на меня, потом медленно кивает.

— Что ж. Сделка заключена. Готовься, Эмилия. Скоро ты станешь моей женой, а взамен получишь полную и безоговорочную защиту.