Глава 19

Эмилия

Стражник, по всей видимости, ждал меня у двери. Я выхожу и сразу натыкаюсь на его застывшее и безликое лицо. Он стоит в тени, как часть интерьера.

— Следуйте за мной, — кивает он, увидев меня.

Мы идем не вниз, не к лазарету, а вверх, по новой для меня лестнице, высеченной прямо в скале. Воздух здесь кажется еще холоднее. Здесь пахнет только камнем и холодным ветром, доносящимся из узких бойниц. Сквозь эти редкие прорези я вижу не внутренний двор, а чернильную тьму ночи и острые силуэты далеких горных вершин, купающихся в лунном свете.

Мы поднимаемся довольно высоко. Третий этаж? Четвертый? С такими высоченными потолками это может быть и второй, но у меня складывается ощущение, что мы где-то под самой крышей замка, ближе к небу, чем к земле.

Наконец, мы останавливаемся у неприметной, но массивной двери из темного дерева, украшенной лишь простым, но искусным орнаментом в виде переплетающихся ветвей. Стражник достает связку ключей. Они звенят от удара друг о друга, разрывая эту тяжелую тишину.

— Ваши покои, — бурчит он, вставляя ключ в замок и проворачивая его в замочной скважине. Замок поддается. — Прошу, — он толкает дверь и отступает в сторону, позволяя мне войти внутрь.

Я переступаю порог и забываю, как дышать.

Это не комната в моем привычном понимании. Это… настоящие покои.

— О боже! — вырывается у меня слишком неожиданно. Мой громкий голос отражается от стен густым, громким эхом.

Стражник откашливается, привлекая к себе внимание.

— Простите, — тише говорю я, принимаясь осматривать свою комнату.

Просторный зал с высоким сводчатым потолком. Стены, обшитые темным деревом, смягчающим каменный холод, и украшенные ткаными гобеленами с изображениями звездных карт и незнакомых созвездий. У дальней стены стоит огромный камин из темного мрамора, в котором уже потрескивали ровные, горящие поленья, наполняя комнату живым теплом и светом. Напротив расположилась широкая, низкая кровать, застеленная не грубым сукном, а мягкими тканями глубокого синего и серебристого цветов, с горой пуховых подушек.

Но мой взгляд цепляется не за это. Меня привлекает нечто более неброское.

В углу стоит настоящий письменный стол из темного дерева, заваленный не свитками, а книгами в кожаных переплетах. И полки… очень много полок от пола и до самого потолка. И это не случайная коллекция. Я мельком замечаю корешки:

“Травник северных широт”, “Анатомия и физиология драконидов. Том II”, “Основы алхимической дистилляции”. Это настоящая библиотека. И Эмилия знает, что это за книги. Я буквально кожей ощущаю ее восторг от увиденного.

И как последний, ошеломляющий штрих — дверь в боковой стене. Приоткрыв ее, я замечаю небольшую, но ослепительно чистую комнату с огромной каменной купелью, встроенной в пол. В ней уже стоит вода, и, судя по легкому пару, она еще теплая. Рядом на полках лежат куски мыла, пахнущего хвоей, и мягкие полотенца. У меня теперь есть собственная ванная.

— Император велел, чтобы вы хорошенько отдохнули, — поясняет стражник, замечая, что я замешкалась у купели с теплой водой.

— Благодарю.

Я разворачиваюсь на месте, пытаясь впитать все это. Восторг и невероятная, щемящая радость подкатывают к горлу. После каменного лазарета, после страха и унижения — это как попасть в рай.

Меня отправили на погибель, а я оказалась в месте, которое можно назвать роскошью. Ирония судьбы настолько горькая и сладкая одновременно, что я начинаю смеяться тихим, сбивчивым смешком.

Стражник, стоявший все это время в дверях, делает шаг вперед. Его эмоции невозможно прочитать, но судя по его позе, он выглядит напряженным.

— Это ваши покои. Вы можете оставлять их в любое время, — произносит он формально, но в его ровном голосе звучит странная, едкая нота. Не грубость, а… неодобрение. Горечь. Будто сама мысль, что я здесь, оскорбляет его.

Я киваю, стараясь быть вежливой, и заглушая свой восторг.

— Большое спасибо. Передайте Императору… мою благодарность.

Он лишь сжимает губы, едва заметно кивает и выходит, прикрывая за собой дверь. Щелчок замка звучит на удивление тихо, не как заключение, а как точка.

Я остаюсь одна. В тишине, нарушаемой лишь треском огня. Делаю несколько шагов, возвращаясь в свои покои, опускаюсь на край огромной кровати. Пружинный матрас мягко принимает мой вес. Я откидываюсь на спину и раскидываю руки в стороны, утопая в невероятной мягкости. Потолок над головой кажется несоизмеримо высоким, темным. В тени от камина играют отблески.

И мысли… тихие, удивленные, восторженные, проникают в разум сами собой.

А может не так уж и плохо оставаться в теле Эмилии?

Здесь огромные, роскошные покои, тепло, книги, ванна. А в моем мире осталась тесная однушка, ипотека, крохотная кровать-чердак и вечный запах доширака из соседней квартиры.

А тут… по счетам платить не надо. О еде можно не думать. Мне, как лекарю и невесте, полагается вполне сносное питание. Правда, сосед — дракон. Но разве это может омрачить мою жизнь? Надеюсь, что нет. Хотя иногда мне кажется, что он смотрит на меня слишком уж тяжелым взглядом, проникающим куда-то глубоко мне под кожу.

Но пока что в этом драконе человечности и уважения больше, чем в отце Эмилии. Он увидел результат моей работы. Он оценил риск. Он предоставил мне не клетку, а покои. Со своими правилами, своей ценой, но это мои покои, и я могу делать здесь абсолютно все.

Я закрываю глаза, вдыхая запах дерева, книг и чистого, теплого воздуха. Впервые с того момента, как я открыла глаза, в этом теле, на каменном полу тронного зала, я чувствую нечто отдаленно напоминающее безопасность.

Завтра снова будет лазарет, будут неодобрительные взгляды, будет его непроницаемое присутствие. Но сейчас… сейчас можно принять теплую ванну, смыть с себя всю грязь пережитого, лечь на просторную кровать. И быть благодарной за эту нелепую, выстраданную роскошь.