Глава 45

Эмилия

Я смотрю на него и не могу ответить сразу.

Его вопрос висит в воздухе между нами, прозрачный и хрупкий, как мыльный пузырь. “Обещаешь?”

В его глазах не власть, не требование, не та холодная сталь, которой он пугает советников и врагов. В них уязвимость. Надежда. Страх. Самый настоящий человеческий страх получить отказ.

И я вспоминаю.

Вспоминаю тот первый день в горах, когда я впервые, смотрела на огромного, чёрного, дышащего паром дракона, и думала, что это конец. А он не убил. Он дал мне кров, защиту.

Вспоминаю его холодность в замке, когда он вёл меня по коридорам, не глядя, не касаясь. Думала — безразличие. А это была защита. От себя самого. От того, что чувствовал с самого начала.

Вспоминаю его гнев, когда я рвалась спасать тех, кто меня предал. Его крик: “Я боюсь тебя потерять!” — который сорвался с губ против воли и открыл мне правду.

Вспоминаю его молчаливую поддержку. Травы, которые появлялись на моём столе без вопросов. Книги из запретной библиотеки. Его руку на своей, когда я плакала над умирающими. Его спину, заслонявшую меня от всего мира.

Вспоминаю его поцелуй-битву у стены, когда мы оба потеряли контроль. И ночи после. Нежные, страстные, полные такого света, какого я не знала никогда.

Вспоминаю чудо исцеления, которое стало возможным только потому, что он был рядом. Верил. Помогал. Не мешал.

Вспоминаю тайну, что открылась мне о маме, о нём, о той нити, что связывала нас задолго до нашей встречи. Он ждал меня. Все эти годы. Хранил обещание, данное той, кого я почти не помнила.

И я понимаю.

Дом — это не место. Не замок, не город, не страна. Дом — это состояние. Это когда рядом есть тот, ради кого хочется просыпаться по утрам. Тот, чьё тепло чувствуешь даже сквозь каменные стены. Тот, с кем тишина не тяготит, а молчание — не пустота.

Я смотрю в его глаза. В эти синие бездны, в которых сейчас плещется вся его древняя душа, обнажённая до самого дна.

— Да, — говорю я.

Одно слово. А в нём целая вечность.

Он замирает. Боится поверить.

— Ты… ты правда…

— Правда, — я беру его лицо в ладони. — Я обещаю, что останусь с тобой. Не из долга. Не из страха. Не потому, что должна. А потому что хочу. Потому что люблю. Потому что ты — мой дом, Уильям.

Он закрывает глаза. Всего на секунду, но его лицо искажается такой болью и таким счастьем одновременно, что у меня сердце разрывается на части. А потом он прижимает меня к себе так сильно, что, кажется, хочет вдавить в свою грудь.

— Спасибо, — шепчет он куда-то в мои волосы. — Спасибо, Эмилия.

— За что?

— За то, что выбрала. За то, что есть. За то, что не побоялась.

Я обнимаю его в ответ, чувствуя, как слёзы текут по моим щекам. Самые счастливые слёзы в моей жизни.

— Это ты меня выбрал, — шепчу я. — Ты первый. Ты пришёл за мной. Ты спас. Ты поверил.

— Я просто… не мог иначе.

— Я знаю.

Мы стоим обнявшись в тишине наших покоев, залитых мягким светом камина. За окнами воет ветер, где-то внизу гулко хлопают двери. Замок живёт своей жизнью. А здесь только мы. Только этот момент. Только наша вечность.

— Знаешь, — тихо говорю я, когда мы наконец отстраняемся друг от друга, — а ведь я могла сбежать тогда, в горах.

— Могла, — соглашается он.

— И никогда не узнать тебя.

— Я бы нашёл тебя. Всё равно.

Я улыбаюсь.

— Правда?

— Правда. Ты моя истинная. Дракон всегда находит свою пару. Даже если для этого нужно перевернуть мир.

Я провожу пальцем по его щеке, по линии скулы, по губам. Он перехватывает мою руку, целует ладонь.

— Я люблю тебя, Уильям.

— А я люблю тебя, Эмилия. Больше жизни. Больше вечности. Больше всего.

Его губы находят мои, и в этом поцелуе все несказанные слова. Все обещания. Вся любовь, которую можно вместить в одно мгновение.

Когда мы отрываемся друг от друга, чтобы вдохнуть, я смотрю на него и улыбаюсь.

— Значит, мы поженимся? По-настоящему? Не из-за сделки?

— Если ты хочешь.

— Я хочу. Но не как императрица. Не как та, кто должна. А как я. Как Эмилия, которая любит своего дракона.

Он усмехается той своей редкой тёплой усмешкой, от которой у меня внутри всё тает.

— Странно звучит. Эмилия, которая любит своего дракона.

Мы смеёмся. Просто смеёмся, как двое влюблённых, у которых вся жизнь впереди.

А потом он подхватывает меня на руки и несёт к кровати. Потому что слова сказаны. Потому что выбор сделан. Потому что впереди ночь. И вечность. И всё, что мы захотим в неё вместить.