ЭПИЛОГ 2 часть

— Спасительница! Благодетельница! Любимка моя ведьмовская! — кинулся ко мне в руки заметно похудевший Бука.

Вцепившись коготками в рукав платья, мышь намертво обвил мое предплечье. Точно кто его сейчас силой будет отдирать.

— Неужто так соскучился? — поведение фамильяра изумляло.

— Безумно! — громогласно подтвердил он, а на ушко же еле слышно шепнул: — Твоей бездарной копии было совершенно на меня наплевать!

Я притворно округлила глаза:

— Да ты что!

— Мой рацион оскудел! Меня посадили на диету! Ты можешь представить?!

Ага! Вот где собака зарыта! Император озаботился ожирением фамильяра. Толковое и крайне неблагодарное дело.

— Кощунство чистой воды, — кивнула не на шутку встревоженному Буке, едва сдерживаясь от улыбки.

О пользе скудного рациона для здоровья говорить не стала. Не поймет. Как-нибудь потом возьму этого обжору в оборот.

— Я сразу догадался о подмене! — продолжал жаловаться фамильяр. — Как хорошо, что ты вернулась!

Генрих был в главном зале у камина. Пока я приветствовала Буку, Уроса и встречающих слуг, Лукас уже вел с ним неспешную беседу. Муж в политике и экономике разбирался гораздо лучше меня.

— Ваше величество, — приблизившись к мужчинам, я склонилась в приветственном книксене, как и положено по нормам придворного этикета.

— Полно тебе, Ниэла, хватит этого официоза, — отмахнулся император. — Он тебе не идет.

И на этот раз его улыбка была вполне искренней, а во взгляде я не заметила и капли прошлого так бесившего меня превосходства.

Сказать, что приятельское отношение императора повергло меня в настоящий шок — на самом деле ничего не сказать. Бука предпочел ретироваться на кухню. Ароматы готовящейся еды ему были намного интереснее разговоров.

— Но-о…

У меня складывалось ощущение, что в этом теле уже скрывался совершенно другой мужчина, несравнимый с тем, до обмена. Впрочем, и я не осталась прежней.

— Да и если учесть, как мы сблизились, благодаря богине, — усмехнулся Генрих. — Пора бы откинуть ненужные правила этикета.

— Если вы так желаете…

— Ты.

— Что?

— Если ты так желаешь.

— Я? — искренне ужаснулась. На какую наглость император вновь меня толкает? Ему новую казнь выдумать, как моргнуть.

Не то чтобы я беззащитная овечка, но новых неприятностей хотелось бы избежать.

— Ниэла-Ниэла, — покачал головой он. — Ты — неподражаема. Мы всего-то перейдем на «ты» в общении.

Лукас хмыкнул и приобнял меня за плечи, придвинув к себе. На миг в его глазах мелькнуло драконье золото. Поня-ятно… Территорию метит. Вот ревнивец! Сдалась я императору, когда у него целый гарем наложниц-красавиц и с полсотни фавориток при дворе! Тьфу!

То есть бывший гарем… Я же всех распустить успела… Ой!

— Все понял, друг, — засмеялся Генрих. — Не перегибаю с комплиментами.

Они обменялись понимающими взглядами и только я осталась в неведении. Такая себе ведомая драконом ведьма, что уже начинала злиться.

— Ну и как тебе было в шкуре императора, Ниэла? — вернул свое внимание мне Генрих.

— Невыносимо тяжко, — не стала кривить душой. — Как ты выдерживаешь такую нагрузку?

— Расслабляюсь правильно.

— Про гарем и любвеобильных фавориток я не скоро забуду, — призналась я, чем вызвала искренний смех мужчин. О своем решении, что лишило Генриха на все готовых любовниц, благоразумно умолчала. — А как тебе было в роли ведьмы?

— Незабываемый опыт, — почесал макушку мужчина. — Теперь, хочется надеяться, я чуть лучше понимаю женщин.

— И не надейся, — вернул его с небес на землю Лукас. — Умом женщин не понять, нужно прислушиваться к сердцу.

Император округлил глаза:

— Если бы не знал, что передо мной лучший воин королевства, принял бы тебя за заезжего поэта-романтика.

— Любовь, — пожал плечами муж. — Когда-нибудь ты поймешь.

Генрих ничего не ответил, лишь отвел взгляд в сторону. Через зал на кухню как раз прошмыгнула Белла, с которой я успела лишь парой слов перекинуться. Император взглядом задумчиво проследил за девушкой.

— Прости меня, — вдруг повернулся ко мне он.

— Что?

Опешила я, опешил Лукас и, кажется, даже само время остановило свой бег.

— Я был неправ, Ниэла, — мне не послышалось, Генрих действительно извинялся! — Прости меня за это. И ты, Лукас, тоже. Я не имел права вмешиваться в твою личную жизнь, друг.

Любимый лишь губы поджал, ничего не ответив. Видимо, еще не готов был говорить на эту тему.

— И я прошу прощения, Рих, — вернула императору.

— Будь уверена, я исправлю все моменты, где заблуждался. И буду рад, если ты мне в этом поможешь.

Я кивнула, но окончательный ответ пока давать не спешила.

Немногим позже, когда мы остались с Генрихом один на один, я рассказала ему о пророчестве, решениях, которые были приняты, предателях, драконе… О гареме и беременной фаворитке умолчала, слишком опасалась его бурной реакции.

Что удивительно, оборотень меня не покусал. И даже не накричал!

В свою очередь, он мне рассказал обо всем, что с ним произошло, откровениях Ниэлины и наказании для альманских ведьм. Ковен мне жаль не было. Если богиня решила, что они должны извлечь свой урок, то кто я такая, чтобы перечить?

Мы еще недолго поговорили, потом вместе отзавтракали, я сняла с мужчины проклятье невезения, а после император отбыл в свою резиденцию порталом. Не стоит кривить душой, с его уходом я не сдержала облегченный вздох.

Приятельские отношения приятельскими, но пусть его императорское величество пребывает у себя в пенатах, подальше от ведьмы взбалмошного нрава. Авось, тихая семейная жизнь быстрее наступит. Хотя… если принять во внимание мой характер, страстную натуру мужа и неутомимый близкий круг — спокойной жизни нам не стоит ждать до конца дней.

Генрих предложил мне государственную службу, я обещала подумать.

С Мадириссой поговорить в тот вечер у нас не получилось. Ведьма не ночевала в особняке. Хваленая женская интуиция подсказывала мне, что менталистка могла осесть у одного харизматичного колдуна… Скорей бы он сломил ее ведьмовское сопротивление, державшееся до сих пор на чистом упрямстве обиженной женщины. Оттягивая момент воссоединения, Мадирисса лишь продлевала агонию обоих, воровала у себя же счастливые дни с любимым. Но… мне ли ее судить?! Ведьма всегда знает, что делает. Заварит кашу и самостоятельно расхлебывает, нахваливая вкус. Вот пусть и разбирается сама.

С Беллой мы посекретничали за вечерним чаепитием. Она изменилась, стала еще более задумчивой, чем раньше.

Девушка рассказала мне о приключениях императора-меня. Я же поведала о своих злоключениях в резиденции. И пусть мы завершили разговор на приятной ноте, но я успела заметить, что пантера стала не в пример печальнее. Точно что-то терзало ее душу. Расспрашивать не решилась, хоть любопытство и проснулось. Знала, лишнее из этой девушки и под пытками не вытащишь, пока она сама не захочет пооткровенничать.

Жизнь потекла своим чередом.

Мы с Лукасом готовились к долгожданному отпуску. Стражам он действительно стал уделять меньше внимания, что не принесло вред его работе, но прибавило бонусов в семейных реалиях. Дракон был обласкан довольной ведьмой. Мной, то бишь, да. А что? Я умею быть благодарной! И хитрой. И соблазнительной…

Все былые обиды забылись, как страшный сон. Это божественное испытание только укрепило наши отношения. Теперь я отчетливо понимала, что буду слышать зов собственного сердца, даже если Лукас вдруг превратится в хорсара, ведь тянуло меня не к советнику, а к мужу под его личиной!

Да и парная связь оказалась просто приятным дополнением к нашей любви, теперь мы научились действительно слышать друг друга, а не только себя. Сейчас я была уверена, если впереди нас еще будут ждать испытания, то мы обязательно их преодолеем. Вместе.

Бука отъедался. Бедняжка дневал и ночевал на кухне. Компанию ему часто составлял неутомимый Урос и вечно недовольная поведением мыша Рьяна.

Мадирисса в особняк пока так и не вернулась. Я бы обязательно забила тревогу, если бы не Лаенван, что предупредил: ведьма у него. На перевоспитании. Как только перестанет упрямиться чувствам, так и получит свободу передвижений. Видать, у колдуна нервы сдали, раз он решился ее «похитить». Пока же противостояние между ними продолжалось.

Богиня действительно позволила Ниэлине вернуться из-за грани и временно руководить ковеном. Только не уточнила, что бабушка разделит наказание и будет жить без магии, слуг, мужчин, как и остальные альманские ведьмы.

Защитный купол над вверенными мне территориями сохранялся, я знала, что смогу его пересечь, но не спешила с визитом. Пусть ведьмы хорошенько проникнутся новой жизнью, пока их верховная отдохнет душой и телом в отпуске.

Аррина я отблагодарила своеобразно, за такую же своеобразную помощь Лукасу. Наградила его единственную меткой в виде остроконечной звезды на правом плече.

— И что мне от этого, ведьма? — недовольно буркнул эльф.

Неблагодарный ушастый гад!

— А то, что по метке ты сможешь понять: твоя единственная перед тобой или нет! Правда, метка видна будет лишь в полнолуние…

— Предлагаешь мне каждую даму раздевать под луной и разглядывать руки? — нахмурился Аррин.

— Об этом я как-то не подумала…

— Хорошо, что ты вообще подумала — это несказанно радует.

— Цыц! Я ему тут помогаю в поисках, а он, как всегда, недоволен! — скрестила руки на груди, обидевшись. — Могу забрать свой подарок так же, как дала.

— Нет уж, — пошел на попятную страж. — Оставь.

— Ну прямо благодарствую за разрешение вам помочь, господин Феникс.

Аррин криво ухмыльнулся, но в дальнейшую словесную баталию вступать не стал. Наверняка, уже продумывал, как бы провернуть появление метки себе на пользу и поскорее отыскать единственную. Без женской ласки у эльфа невыносимо испортился характер. Не будь я столь тверда и упряма в своих убеждениях, давно бы сняла с него проклятие поиска. Во благо окружающим. Но я — кремень! Так что пусть ищет.

Через седьмицу-другую мне стало интересно, как там справляется с последствиями моего правления настоящий император. И, конечно же, я не стала отказывать себе в удовольствии заглянуть в магическое зеркальце, чтобы тайно подсмотреть, чем же там мой почти друг занят.

Ведь сам оборотень знать о себе не давал, и это меня беспокоило, честно говоря. Ему после меня осталось очень много забот: разбирательство с правителем демонов и эльфов, договоренность с Рихтором, беременная Маоли…

Генриха я застала в кабинете. Выглядел император не ахти. Понурый, серьезный с явными признаками усталости на лице. Был поздний вечер, а мужчина все еще разбирал кипу бумаг, да проводил совещание.

Из него я и узнала, что Генрих встретился с Рихтором, и теперь все маги империи искали безопасные пути, как провести крылатый народ к нам, не разрушив стену. Все же оценил выгоды от этого союза!

Все заговорщики были наказаны и публично казнены. Народ эльфов и демонов в срочном порядке готовился к выбору достойнейшего из достойных на роль правителей.

— Многие маги недовольны введением нового закона, — подал голос первый советник. — Ваше величество, может, вы бы не спешили с такими кардинальными переменами?

Я жадно подалась вперед, едва не стукнувшись лбом об зеркало.40393c

— Новый закон о запрете рабства в седьмом королевстве принят и обсуждению не подлежит. Недовольные и нарушители моего приказа понесут должное наказание.

Вот это я понимаю, сказал, как отрубил! Ну-у Генрих! Ну молодец!

Внутренне возликовала. Добилась-таки своего! Конечно, рабство так просто не искоренить, нужно будет хорошенько постараться, чтобы все жители седьмого королевства получили равную свободу и права, но… Первый-то важный шаг уже сделан! Не зря богиня поменяла нас местами! Ох и хитрая Луноликая. Настоящая женщина!

Они еще обсудили несколько вопросов и разошлись, оставив Генриха в полутемном кабинете один на один с кипой документов. Правда, одиночество императора долго не продлилось. Я не успела заскучать, как в дверь постучали, и после разрешения венценосной особы в кабинет зашла девушка.

Новая любовница?

— Ваше величество? — привлекательная брюнетка подошла к столу. — Звали?

Узкий новомодный покрой платья только подчеркивал ее аппетитные формы. Фигура незнакомки была женственной, как раз такой, что призвана будоражить мужские умы, заставлять их нырнуть в мир фантазий и жаждать плотских удовольствий. Правда, строгий покрой немного сбивал меня с толку, но… чем леший не шутит?! Куртизанки тоже умеют выглядеть как мистрес. А мистрес, вспомнив Флорентию, мда… не будем о дурном.

— Прости, что вызвал так поздно, но это не терпит отлагательств. Надеюсь, я не оторвал тебя от каких-то важных дел, — император мельком мазнул по лицу девушки взглядом, по его реакции я поняла, что последняя фраза была сказана чисто для соблюдения хоть каких-то формальностей. На самом деле Генриха не волнует, нарушил он планы девушки или нет.

Наглый и самоуверенный, как всегда.

— Не беспокойтесь, ваше величество, — спокойно заверила его она. — Мои дела точно не могут быть важнее, чем ваши.

Генрих усмехнулся. Такой ответ ему явно пришелся по душе.

А незнакомка знает толк в разговорах с мужчинами…

— Я готова исполнить ваше желание. Чего бы вам хотелось?

Точно очередная любовница, тут же решила я, закатывая глаза к потолку. Ох, Генрих, легкомысленные связи когда-то тебя погубят!

— Айли, мне нужен отпуск, — сухо потребовал император. — Срочно.

Удивление исчезло с лица брюнетки так же мгновенно, как и появилось. Теперь в глади магического зеркала передо мной предстала собранная женщина, явный профессионал своего дела, чем бы она ни занималась. В то, что брюнетка одна из любовниц Генриха мне уже верилось с трудом.

— Сделаем в лучшем виде.

— Не сомневаюсь.

Генрих открыл дубовую шкатулку, вытащил сигару и закурил, пуская по воздуху тугие кольца дыма.

— Чего именно желает ваше величество? — из миниатюрной сумочки девушка достала блокнот и ручку, готовясь записывать.

— Слухи полнятся, что только вы, Айли, простите подзабыл ваше полное имя, можете устроить настоящий отпуск даже заядлому трудоголику, — он не подавил тяжелый вздох. — Мне как раз такой и нужен.

Бедняжка! Вот до чего доводят споры с лунной ведьмой!

— Айли из дома Мелт’тар, — девушка блеснула лучезарной самоуверенной улыбкой. За ее спиной поднялись и выпрямились блестящие полупрозрачные крылья, — и будьте уверены, я устрою вам незабываемый отпуск.

Фея?!

Я даже икнула от изумления и нервно разорвала магическую связь, перестав подглядывать. Вот это поворот! Давненько я не встречала фей. Говорят, это тот еще народец: магически талантливый, жадный до золота и жутко мстительный.

Ох, всеблагая богиня! Только бы император не выбрал Бардаш для отдыха! Иначе наш повторный медовый месяц с Лукасом грозит превратиться в настоящий ад!