Глава 16

Мы двинулись через лес, стараясь не шуметь. Тени деревьев скрывали нас от посторонних глаз, но в то же время затрудняли передвижение. Впереди меня шёл Федот, чутьё которого в ночном лесу было непревзойдённым. За моей спиной неслышно ступал Гаврила, остальные растянулись цепочкой, соблюдая дистанцию в три-четыре метра.

Карпов двигался как профессионал — каждый шаг выверен, каждое движение экономно. Он явно проходил специальную подготовку по бесшумному перемещению. Мои охотники, хоть пока и уступали ему в выучке, компенсировали это обширным опытом передвижения по глухим лесам Пограничья.

Примерно через километр я заметил у нас на пути полупрозрачный мерцающий купол, видимый лишь в магическом диапазоне. Поднял руку, и отряд мгновенно замер.

— Вижу охранный периметр, — прошептал я, указывая перед собой. — Магический купол. Проход не блокирует, но сработает как сигнализация.

— Можем обойти? — тихо спросил Евсей.

Я отрицательно покачал головой:

— Нет. Накрывает весь периметр. Я займусь им.

Разбираясь в устройстве охранного заклинания, я сразу отмёл примитивное решение — разрубить магические связи. Подобная грубость немедленно запустила бы сигнал тревоги. Здесь требовалась деликатность ювелира, а не сила молота.

Я полуприкрыл веки, погружаясь в состояние глубокой концентрации. Моё магическое зрение проявило сеть лазурных энергетических нитей, окутывающих границу невидимым коконом. Медленно, будто касаясь струн редчайшего инструмента, я начал воздействовать на структуру заклинания.

Каждое движение силы требовало филигранной точности. Постепенно, с осторожностью змеелова, мне удалось убедить часть защитных нитей изменить траекторию, образовав едва заметный проход в барьере. Для постороннего наблюдателя охранный купол оставался неповреждённым и монолитным, но теперь в нём существовала лазейка, через которую мы могли проскользнуть, не потревожив сторожевые чары.

— Готово, — я указал на участок, где тусклое свечение, невидимое для моих спутников, стало почти незаметным. — Проходим за мной по одному, точно след в след.

Пригнувшись, я первым шагнул через созданный проход. За мной последовали остальные. Когда мы все миновали купол, я осторожно восстановил структуру магической защиты, чтобы наше вторжение осталось незамеченным.

Мы продолжили путь ускоренным шагом, стараясь держаться в тени деревьев. Впереди уже виднелись очертания усадьбы — трёхэтажное здание с ярко освещёнными окнами первого этажа.

Внезапно я заметил странное мерцание в траве прямо перед Гаврилой, который шёл впереди. Мои глаза, привыкшие замечать малейшие отклонения в магических потоках, уловили характерный рисунок магической ловушки.

— Стой! — я резко дёрнул парня за плечо, оттягивая назад. — Замри.

Гаврила застыл на месте, нога его зависла в воздухе в сантиметрах от скрытой в траве ловушки.

— Что там? — прошептал он, медленно отступая по моему сигналу.

— Ловушка, — ответил я, опускаясь на колено и осторожно изучая траву. — Кто-то очень не хочет незваных гостей.

В земле был зарыт небольшой кристалл Эссенции, встроенный в крохотный артефакт, излучающий едва заметную пульсацию. От него во все стороны расходились тонкие магические нити, образуя сложный узор активации.

— И много их тут? — спросил Карпов, напряжённо оглядываясь по сторонам.

Я осмотрелся, используя свою чувствительность к магическим возмущениям: — Вижу ещё четыре… нет, пять ловушек. Они расставлены по периметру, прикрывая наиболее вероятные пути подхода.

Можно было бы обезвредить их, но это потеря энергии и времени, а также лишний след, поэтому просто выбрал проход среди заготовленных капканов, и мы продолжили путь. Вскоре достигли ограды усадьбы. Передо мной развернулась панорама комплекса: главное здание, несколько хозяйственных построек, теплицы и контрольно-пропускной пункт у ворот.

— Гаврила, Федот, — я кивнул в сторону КПП, где виднелись два охранника, — обезвредить обоих тихо и без шума. Если получится, захватите языка.

Охотники кивнули и, пригнувшись, двинулись вдоль забора к воротам. Я наблюдал, как они синхронно приблизились с двух сторон к ничего не подозревающим охранникам, занятым беседой. Момент — и стражи уже лежали на земле с зажатыми ртами, а мои бойцы быстро связывали им руки.

Караул тут явно несли расслабленно, доверяясь то ли артефактной защите, а то ли репутации «Фонда». Да и не были похожи местные караульные на серьёзных противников. Кто же на посту языками чешет?

Мы с остальными бойцами быстро преодолели открытое пространство и присоединились к ним. Один из охранников пытался вырваться, но Федот надавил коленом ему на спину, пресекая сопротивление.

Моё внимание привлёк амулет на груди пленника. При нажатии и голосовой команде он передавал сигнал тревоги внутрь комплекса. Серьёзный подход для загородной «лечебницы».

— Сколько людей внутри? — спросил я, опускаясь перед охранником.

— Пош-шёл ты! — прошипел тот.

Я вздохнул и кивнул Федоту, который усилил нажим. Охранник болезненно застонал.

— Повторяю вопрос, — мой голос стал холоднее. — Сколько людей?

— Двадцать человек, — выдавил он. — Половина в главном здании, остальные патрулируют периметр и посты.

— Боярин Елецкий внутри?

— Нет, — охранник помотал головой. — Уехал полчаса назад.

Эта информация заставила меня нахмуриться. Мы разминулись с ними буквально на минуты. Возможно, он отправился в город, получив от Святослава всю нужную ему информацию.

— Что с тревогой внутри? — я кивнул в сторону здания, где несколько окон горели ярче обычного.

— Была суматоха, но детали мне не докладывали, — пробормотал охранник. — Знаю, что поймали лазутчика. Больше ничего.

— Есть другие входы кроме парадного?

Охранник замялся, но под тяжёлым взглядом Федота сдался:

— Служебный вход с восточной стороны. И спуск в подвал через хозблок. Туда отводят строптивых на… исправление.

— Спасибо за сотрудничество, — я кивнул Гавриле, который перекрыл ему дыхание. — Ты был очень полезен.

Через несколько секунд оба охранника лежали без сознания, надёжно связанные и с заклеенными ртами.

Наших лиц они не видели, и брать лишнюю кровь на руки смысла не было.

Прежде чем двигаться дальше, необходимо было зачистить территорию от патрулирующих охранников. Методично, группа за группой, мы стали устранять стражей, работая слаженно и бесшумно.

Мы с Карповым заметили патруль из двух человек, проверяющих металлическое ограждение. Ветеран кивнул мне — он брал левого, я правого. Дождавшись удобного момента, мы одновременно атаковали: Карпов сзади зажал рот охраннику и одним плавным движением оглушил его, а я провёл молниеносный удар в основание черепа, вызывая мгновенную потерю сознания у второго.

Воспоминания о рейдах в моей прошлой жизни нахлынули волной — тогда я не останавливался на оглушении, но сейчас старался по возможности не убивать. Хотя в некоторых случаях выбора не оставалось.

Во время обхода территории Гаврила обнаружил проблему:

— Воевода, у северных теплиц четверо собрались. Курят, разговаривают. Не разделяются.

Я быстро оценил ситуацию и подозвал остальных. Мы окружили группу охранников, расположившихся квадратом. Они негромко переговаривались, передавая друг другу фляжку.

— Вояки, — покачал головой Карпов.

Видно для его натуры профессионального бойца, подобное ведение караульной службы казалось кощунством. И я его понимал, хотя нам такое разгильдяйство было только на руку.

— Оглушить такую группу незаметно не получится, — прошептал я. — Берём в ножи, быстро и одновременно.

Я дождался, когда все займут позиции, и дал сигнал. Мы синхронно выдвинулись с трёх сторон, преодолев открытое пространство за считанные секунды. Я метнулся к ближайшему охраннику, зажав ему рот рукой и одновременно вогнав лезвие под рёбра. Рядом Карпов действовал столь же эффективно. С двух других сторон такая же судьба постигла оставшихся охранников.

Всё произошло в полной тишине — только сдавленные хрипы и звук падающих тел. Четверо стражей были нейтрализованы прежде, чем успели понять, что происходит.

— Оттащить тела в тень, — приказал я.

Следующие десять минут превратились в методичную охоту. Мы выслеживали и устраняли оставшихся охранников одного за другим. Карпов работал хладнокровно и профессионально, не давая жертве издать ни звука. Ценное приобретение для моей группы.

Ровно через пятнадцать минут после начала операции вся территория была зачищена. Дальше мы двинулись, держась в тени деревьев. Восточный фасад здания был неплохо освещён, но даже в нём имелись слепые пятна, что играло нам на руку. Не хотелось бы, чтобы нас увидели из здания сквозь окна. Возле небольшого хозяйственного блока, соединённого с основным зданием крытым переходом, мы заметили охранника, вышедшего покурить.

Карпов сделал знак, что берёт его на себя. Профессиональная выучка бывшего сержанта проявилась в полной мере — он практически слился с тенями, незаметно подкрался к незадачливому курильщику и одним чётким движением взял противника в болевой захват, одновременно пережимая горло. Вскоре тот потерял сознание.

— Чисто, — просигналил он нам.

Мы подтянулись к служебному входу. Тяжёлая металлическая дверь представлял бы из себя серьёзную преграду, но ленивый курильщик подпёр её деревянным бруском, чтобы спокойно смолить себе в одиночестве.

— Внутри действуем по плану, — напомнил я, проверяя оружие. — Гаврила, Федот — со мной. Евсей, Михаил, Карпов — прикрываете. Следите за коридорами и лестницами.

Медведев остался в машине для охраны транспорта и обеспечения быстрой эвакуации. Я глубоко вдохнул, сосредотачиваясь. Впереди нас ждал самый сложный этап операции — проникновение в само здание и поиск Святослава.

— Начинаем, — скомандовал я, и первым переступил порог, вступая в полумрак служебного коридора.

В прошлой жизни мои люди называли этот момент проникновения на вражескую территорию «объятиями Хель» — никогда не знаешь, удастся ли вырваться из них живым. Но, как и тогда, я ощущал только обострение чувств и предельную ясность мыслей.

Почти сразу мы оказались в полутёмном коридоре. Воздух здесь пах дезинфекцией и чем-то ещё — тяжёлым и гнетущим, как в старых больницах. Первое, что бросилось в глаза — металлические решётки, перегораживающие коридор через каждые пятнадцать-двадцать метров. Система напоминала тюремную или психиатрическую лечебницу строгого режима.

Внимательный осмотр первой же решётчатой двери открыл следующую картину: артефактные замки, которые могут быть открыты как специальным ключом, так и удалённо — с поста охраны.

Продвигаясь вдоль основного коридора, мы заметили справа от нас небольшое ответвление. Карпов осторожно выглянул и указал в глубину этого бокового прохода:

— Там, в конце, охранный пункт. Судя по всему, оттуда контролируют все решётки в этом крыле.

Я занял позицию за углом и тоже посмотрел. Действительно, метрах в тридцати виднелось помещение с прозрачной стеной из толстого стекла. Внутри виднелись двое охранников, расслабленно наблюдавших за коридором.

— Отсюда нам к ним не попасть, — задумчиво прошептал я, анализируя ситуацию. — Туда нет прямого доступа отсюда. Вход с другой стороны, за решёткой.

— Да я их и так достану, — Гаврила опустился на одно колено, снимая с плеча длинный чехол. — Расстояние около тридцати метров.

— Разреши, воевода, мозги им слегка проветрить, — Федот тоже достал снайперскую винтовку. — Сработаю ладно, не переживай.

Я с удивлением посмотрел на своих бойцов.

— А винтовки-то откуда? Я на их счёт распоряжений не давал.

— Так оно ж, боярин, вы сами говорили — готовиться ко всему, — ухмыльнулся Федот, накручивая глушитель. — Вот мы и заготовили.

— Запасливые… суслики, — покачал я головой, но внутренне порадовался их предусмотрительности. — Ладно, работайте. Только синхронно, чтобы второй не успел тревогу поднять.

Охотники заняли позиции в начале бокового коридора, используя угол как прикрытие, и прицелились. Они переглянулись, беззвучно отсчитывая. Я заметил, как оба задержали дыхание, а затем практически одновременно нажали на спусковые крючки. Приглушённые глушителями хлопки слились в один звук. Через стекло было видно, как головы охранников дёрнулись, а тела обмякли в креслах.

— Чисто, — доложил Гаврила, не отрываясь от прицела.

— Нужно забрать ключи у тех, — я указал на застеклённое помещение. — Карпов, останешься там и будешь осуществлять разблокировку и блокировку проходов.

Получив один из амулетов связи, тот понятливо кивнул.

Трофейного ключа, взятого у курящего охранника хватило, чтобы преодолеть первую решётку, а дальше Карпов скинул убитых с кресла и принялся за дело, по команде открывая нужные нам секции.

Мы двинулись вглубь комплекса, планомерно проверяя каждое помещение. В коридоре встретился молодой охранник, которого Евсей мгновенно оглушил ударом рукояти пистолета. Ещё одного, пытавшегося достать оружие, я устранил сам — быстрым броском ножа в шею.

Мы преодолели три запертых решётчатых двери, постепенно углубляясь в недра здания. За последней из них обнаружился лестничный пролёт, ведущий вниз.

— Подвал, — тихо констатировал очевидное Михаил.

Спустившись, мы оказались в ещё более мрачном коридоре с бетонными стенами и редкими лампами, заполненными светокамнями, под потолком. По обе стороны тянулись металлические двери с небольшими смотровыми окошками. Это место напоминало настоящую тюрьму — сырую и зловещую.

— Что там, воевода? — прошептал Евсей.

— Карцер, — с ощутимой злостью в голосе ответил я, заглядывая в одно из окошек. — Здесь держат тех, кто не хочет подчиняться.

Пустая комната без окон, голые стены, на полу — тонкий матрас. Дверь в соседнюю камеру была открыта, и на одной из стен виднелись засохшие бурые пятна.

— Кровь, — я прикоснулся к стене.

— Воевода… — привлёк моё внимание Михаил, указав на тяжёлую резиновую дубинка лежащую на полу.

Я почувствовал, как внутри поднимается холодная ярость. Эта так называемая «лечебница» была лишь ширмой для пыток и насилия. Здесь мучили и ломали людей, превращая их в безвольных рабов. Елецкий и его приспешники заслуживали не просто поражения — они заслуживали смерти.

— Слушайте внимательно, — мой голос стал жёстким. — Меняем правила. Никакого сочувствия к персоналу больницы. Всю охрану ликвидировать. Они знали, что здесь творится, и всё равно продолжили работать.

Бойцы молча кивнули, в их глазах я видел такую же холодную решимость. В дальнем конце коридора послышались голоса. И мы бесшумно сократили дистанцию, ожидая появления врагов.

Из-за угла вышли двое охранников, что-то оживлённо обсуждая. Они не успели даже заметить нас — Михаил и Евсей сработали одновременно навалившись на противников с ножами. Один рассёк горло, щедро заливая пол кровью. Второй с хрустом вошёл под нижнюю челюсть. Тела рухнули на бетонный пол с глухим стуком.

За углом обнаружился ещё один пост охраны. На столе стояла чашка с недопитым кофе, рядом лежал журнал с пометками.

— Здесь записи о допросах, — пробормотал я, быстро просматривая страницы. — Вот он! Камера семь, допрос ведёт Маркин.

Мы бросились к указанной камере. Уже у двери услышали приглушённые голоса и звук удара. Я жестом приказал бойцам занять позиции, а сам встал у двери, доставая нож.

— В последний раз спрашиваю, — донёсся из-за двери низкий мужской голос, — кто ещё знает о наших экспериментах?

Ответа не было слышно, лишь сдавленный стон. Затем снова удар и вскрик.

Я кивнул Федоту, который одним движением открыл дверь. Не медля ни секунды, я ворвался внутрь и шагнул к крупному мужчине в форме охраны, державшему в руке окровавленный кастет. Одним плавным движением я вогнал лезвие ему под лопатку, даже не дав обернуться. Противник дёрнулся, засипев, но я надавил на рукоять, вгоняя её ещё глубже. С грохотом он рухнул на бетонный пол.

В центре комнаты, привязанный к стулу, сидел Святослав. Его лицо представляло собой сплошное месиво синяков, один глаз полностью заплыл, губы были разбиты. Одежда пропиталась кровью и потом.

— Эх, кузен, и почему мы всегда встречаемся при таких обстоятельствах? — произнёс я, быстро разрезая верёвки на его запястьях.

— Пр-рохор? — Святослав с трудом сфокусировал взгляд. — Ты… всё-таки пришёл…

— Разумеется, — я помог ему подняться. — Думал, брошу тебя здесь?

— Прости… — он закашлялся, сплёвывая кровь. — Я рассказал им… всё, что знал. Не выдержал…

— Ерунда, — отмахнулся я. — Главное, что ты жив.

— Их эксперименты… это чудовищно, — Святослав попытался выпрямиться, морщась от боли. — Елецкий уехал, но управляющий Голубев всё ещё здесь. И документы… Все доказательства…

— Хорошо, — я кивнул, принимая решение. — Тогда не будем тратить время.

Я достал магофон и набрал номер отца.

— Нужна помощь, — сказал я, когда Игнатий ответил. — Пришли два грузовика по координатам, которые сейчас отправлю. В качестве водителей используй спасённых магов.

— Сделаю, — голос отца звучал встревоженно.

Он явно хотел задать больше вопросов, но также понимал, что сейчас не самое подходящее время. Поэтому Игнатий произнёс:

— Тимур с пятёркой бойцов выехал в сторону Сергиева Посада час назад.

— Отлично. Жду.

Я завершил звонок и повернулся к кузену, который с помощью Евсея уже стоял на ногах.

— Зачем тебе грузовики? — спросил Святослав, вытирая кровь с лица.

— Вижу, мозги у тебя работают, несмотря на побои, — усмехнулся я. — Елецкий потратил годы, собирая всё это, — я обвёл руками окружающее пространство. — Я заберу результаты его работы за одну ночь. Фонд достаточно нажился на чужих страданиях. Теперь настала пора разорить это рабовладельческое гнездо. Людей — освободить, документы — изъять, ресурсы — конфисковать. Пусть боярин вернётся к пустым стенам.