Глава 20

Стоило позолотить ручку старухе Эми — работать стало легче. Она меня даже к Димее по своей инициативе стала посылать каждые два часа, но с намеком, что половину заработанного я отдаю коллективу, то есть ей.

Да, пожалуйста! Деньги не мои. Зато если повезет — вернусь домой и обрету свободу!

От мыслей о доме стало горько. Ну кто же знал, что скользкие каблуки новых босоножек и мокрый пол универа разделят мою жизнь на до и после?

Всего-то поскользнулась из-за чиха и, падая, попыталась опереться за стену. А рука прошла сквозь нее, и я провалилась в другой мир, оказавшись на старинной улице, среди людей, совершенно не удивленных внезапным переносом человека.

Ничего особенно ценного у меня с собой не оказалось. Пришлось срочно продавать бусики, что на мне были, платье, потом искать дешевый постоялый двор, работу… Я смогла, справилась, но Эверий, будь он неладен, испортил все старания! И вот теперь он прохлаждается в гостевом домике императорского парка, а я пашу как рабыня Изаура.

На черной кухне не готовили для императорской семьи, но наши кухарки и помощницы иногда помогали на светлой. Так случилось и в этот раз. Только прежде чем нас загрузить работой, собрали на заднем дворе кухни.

Чопорная дама с прилизанной прической, злым взглядом и недовольно сомкнутыми тонкими губами, спустилась по ступенькам служебного входа дворца, строго оглядела нас, требуя идеальной тишины.

— Кто это? — спросила я соседку.

— Лея Гриньева, руководит прислугой дворц…а, — запнулась Эниль, поймав на себе недовольный взгляд этой грымзы.

— Завтра начнется отбор! — заговорила лея, когда все затихли. — Магия на это время в западном крыле под запретом ради безопасности претенденток, поэтому от вашего старания и ответственности зависит многое.

Вы должны быть внимательными и аккуратными. Нельзя оставлять блюда без присмотра! Запрещено нарушать протокол! По результатам самые лучшие получат шанс попасть в штат светлой кухни. Рекомендация с оттиском императорского дворца станет для вас той самой ступенькой, которая позволит добиться успеха в будущем. — Она улыбнулась, как делают хитрецы, соблазняя на сомнительные условия за копейки под обещанием работы мечты. — Итак, я объявляю начало подготовки к отбору открытым.

«Ну-ну, — подумала я про себя. — Призывают к бдительности, а я тут безнаказанно разгуливаю как у себя дома». — Потом представила, что будет, если все-таки одна из претенденток пострадает от отравления, и чуть не поперхнулась. Несчастье запросто свалят на меня! Нет, надо заканчивать со шпионажем, иначе окажусь в темнице.

Пока претендентки завтракали, общаясь с принцем, я и другие служанки мыли горы посуды и издалека любовалась тем, чем потчевали участниц отбора.

Чтобы удивить изысканных аристократок, мало удивительного вкуса. Еще к десерту должен приложить руку талантливый кулинарный маг. Украшениями в виде порхающих над кремом сияющих бабочек любовались все, пока лакеи несли подносы по коридорам к подъемнику.

— Как думаешь, если что-нибудь останется на тарелках — нам после завтрака дадут по кусочку? — с надежной прошептала Толли, ходившая за мной по пятам.

Я хотела ответить, что обойдусь без изысканных объедков, но предпочла следовать совету Эверия — помалкивать. Поэтому поддакнула:

— Очень надеюсь на это.

***

Я с нетерпением ожидала завершения завтрака и отчета Димеи. Очень переживала и втайне надеялась на чудо, ведь утренняя прогулка прошла удачно. В мечтах уже видела, как Селебрин на завтраке выделяет Димку, как фаворитку, признается в симпатии, и с нетерпением ожидала возвращения подопечной. Но когда она вернулась в комнату, несчастная и поникшая, мое сердце ухнуло в пятки.

— Он меня не замечал! — горестно пожаловалась она и всхлипнула. — Ни разу не взглянул! Когда я спросила про его планы на охоту, проигнорировал. Зато с эвискаркой любезничал! Сю-сю-сю, Сияние Эвискарии, сю-сю-сю. Тьфу!

— Играет, коварный, — я усадила ее на диванчик.

— Ну я же не игрушка, — всхлипнула Димея, и по ее щекам потекли слезы.

Пришлось долго утешать ее, объяснять мужскую психологию охотника. Это Димее помогло развеяться, но я потратила на нее много сил и нервов. Поэтому когда она огорошила новостью, что завтра утром состоится первый этап отбора, я сама едва не заплакала от отчаяния.

— Как он будет проходить? — спросила с волнением.

— Нужно будет подтвердить чистоту, — Димея поджала губы и, заметив, что я растерянно моргаю, с улыбкой пообещала: — Проблем не будет. Я точно пройду!

Обсудив выбор наряда для завтрашнего этапа и тактику поведения, я засобиралась на кухню.

— Опять в крысиную норку? — поморщилась Димка брезгливо. — Ладно, иди, но придумай что-нибудь. А то от тебя никакой пользы.

— Тогда я не иду на кухню? — я демонстративно закрыла дверь.

— А ну живо!

***

В нежном голубом платье со строгим воротничком, небольшим кружевным жабо и рукавчиками ниже локтя Димка смотрелась мило и свежо, вот только взгляд, наполненный желанием доказать всем, что она лучшая, и упрямо поджатые губы выдавали ее истинный нрав. Нет, как ни старайся, за беззащитную не сойдет, а ведь расчет именно на это. Дименька должна поразить принца переменами, открыться, так сказать, с другой стороны, удивить, восхитить, чтобы жертва поверила и согласилась жениться на такой поганке. Но чую, это лишь бесплотные мечты.

— Не выходит из тебя скромная фрея, — подытожила. — Настырный взгляд выдает с головой твой характер.

— Не зли меня, иначе Эверию пожалуюсь! — пригрозила нервничающая перед выходом Димка.

— Я тоже, — огрызнулась я. — Так и скажу ему: фрея Димея за вас замуж хочет.

— Не хочу!

— Тем более: оскорбление магвела Эверия отказом!

— Думай об отборе! — сверкнула глазами злючка.

— И так думаю насколько это возможно, когда не спишь сутками и пашешь как проклятая! — вспыхнула я. На кухне отпустили поздно, а Димка встала рано, чтобы выглядеть утром идеально. Я почти не спала, собирая ее на первый этап отбора.

— Сегодня многие отсеются. Императрица не потерпит, чтобы невеста Селебрина до него позволяла себе вольности, — гордо вскинула подбородок Димка и, едва дождавшись, когда я закрепила на ее рыжих волосах последнюю заколку, встала. — Селебрин выберет меня! Без твоей помощи! — Уходя, громко хлопнула дверью.

Я выдохнула:

— Очень надеюсь, — и поспешила на кухню.

Выглядела я уставшей. Сказывались бессонные ночи, двойная нагрузка. Даже суровая Эми, завидев меня, хмыкнула:

— Кровушку пьет? Надолго тебя не хватит.

Я кивнула и принялась за работу, от которой уже тошнило. Но тут к Эми подбежали Рейда, Толли и другие молоденькие служанки и, прижав ладони к груди, жалобно заканючили:

— Эми, миленькая! Ну одним глазком! Пожа-алуйста!

— Чего одним-то? Лучше двумя, во все глаза, чтобы было чего рассказать, — улыбнулась старуха. Видимо, зубная боль прошла, и она подобрела.

Я даже не поверил ушам.

— А мне можно? — тоже сложила ладони, перемазанные землей, свечкой.

— Только быстро. Еда сама не приготовится.

Радостно взвизгнув, я наспех сполоснула руки и побежала догонять девчонок.

Окольными путями мы пробрались на верхние этажи дворца. Я не понимала зачем, пока не оказалась на галерке — небольшом балкончике над огромным залом. Этаж высокий, знать, собравшуюся на церемонию, видно так себе, но Дименьку в толпе участниц я отыскала сразу.

Единственная рыженькая, издалека такая скромная, тоненькая, симпатичная — она особенно привлекала вздоры на фоне разряженных конкуренток.

Церемония уже началась, девы одна за другой подходили к арке, давали клятвы, проходили, а когда арка не вспыхивала, падали в обморок или начинали кричать, что это все неправда…

Занимательное зрелище, однако интереснее посмотреть на принца. Ну, каков же наш Селебрин ненаглядный?

Я сосредоточенно вглядывалась в тронные кресла, стоявшие на постаменте.

Императрица строга и надменна. Император седоус и статен. А вот принц стройный, длинноногий и… равнодушный. Совсем не реагирует на опозорившихся претенденток. Неужели ему все равно? Почему?

— Какой он красивый! — перешептывались соседки не переставая толкаться. Кто пришел позже — те особенно бодро работали локтями, чтобы увидеть происходящее в зале. Мне, чтобы не быть оттесненной, пришлось изо всех сил вцепиться в перила.

— Симпатичный! — подытожила я и, заметив, что подходит очередь Димки, от волнения крепче вцепилась в прохладные мраморные перила, как вдруг ощутила нахальное, грубое, даже болезненное прикосновение к своей попе.

«Опять этот Конрад! — прорычала про себя. — Не понимает по хорошему идиот!» — Резко вскинула руку, развернулась и от души влепила смачную пощечину, оглушительный звук которой разнесся по всему залу.

Наступила тишина. Я даже спиной ощутила, что все внизу обернулись на звук…

Но самое ужасное — передо мной в темном, богато расшитом дорогом костюме, с оружием на поясе, стоял совсем не Конрад, а совершенно другой мужчина. Взрослый, солидный, с хищным взглядом и очень злой, потому что крылья его носа трепетали от гнева.

Ой, я попала!

Вмиг соседки исчезли, оставив меня один на один со злым незнакомцем, который едва сдерживал себя, чтобы не растерзать меня на месте.