Глава 25

Я попыталась улизнуть с чумазым котом в ванную, чтобы показать уже чистым, но Димка встала на пути.

— Что это? — брезгливо морщась, она ткнула пальцем на шевелящийся комок в моих руках.

— Кот! — я откинула край кружевной пелерины и показала симпатичную синеглазую мордочку.

— Только его не хватало. Выкинь, — указала на балкон, предлагая бедолагу выбросить из окна!

— Нет!

— Тогда я выставлю тебя! Между прочим, пока тебя не было, ко мне по очереди явились пять служанок. Слезно умоляли взять на службу.

Это могло произойти — я не сомневалась, но если Димея думает, что я боюсь потерять место компаньонки, ошибается.

Когда она, уверенная, что служанка не посмеет перечить, отвлеклась, я ловко просочилась между ней и зеркалом, затем между окном и софой.

— Они с тобой плохо знакомы! — бросила на ходу и, попав в ванну, захлопнула перед носом Дименьки дверь.

— Пусти! — загрохотала она. — Немедленно! — Задергала золотую ручку.

— Хочешь быть поцарапанной! На красоте лица царапины скажутся негативно!

— Пусть мраки сожрут твоего блохоноса! Я хочу знать: чего Эверий сказал?

— Ничего! Он был занят!

— Да?! — в Димкиной голове резко щелкнул переключатель. Судя по голосу, она успокоилась, даже обрадовалась: — Замечательно! Случись что-то из рук вон выходящее, он бы уже сам прибежал. А если занят, значит, все идет хорошо! — Перестала ломиться в ванную и отошла от двери.

— Если бы, — вздохнула я и принялась приводить кота в порядок.

Оказалось, у него белоснежная, пушистая шерстка, огромные глаза и море терпения.

Я его намывала, а он сидел и не возмущался. Даже не пискнул.

— Какой ты умница! — похвалила питомца, обтирая полотенцем.

После всех процедур я решила показать красавца еще раз.

Маркизетта, сидевшая за секретером, встретила нас недовольным взглядом.

— Дим, смотри, какой он хорошенький, чистенький, — сунула ей под нос кота.

— Он даже породистый, — подытожила она, покосившись на питомца. — Это меня пугает.

— Я не крала его! Если появится хозяйка — сразу отдам! Честно!

Димка отвернулась. А кот, улучив момент, спрыгнул на пол и юркнул под кровать.

— Плевать на хозяйку. Меня больше волнует твоя способность притягивать неприятности.

— Теперь-то что? — ожидая очередного удара судьбы, я села на постель и приготовилась услышать что угодно. Но вместо слов Димея ткнула пальцем на столик с цветами.

Присмотрелась — и правда, до моего ухода стоял другой букет. Новый более душистый, стильный: составлен из крупных желтых цветов, мелких белых, зеленых перистых веточек.

Подошла к нему и заметила записочку, прикрепленную к листьям. Посмотрела на Димку — она кивнула, мол, читай уже.

Пробежалась глазами. После чего закусила губу и перечитала еще несколько раз надпись: «Прекрасной незнакомке с огненным темпераментом. Эбрер».

— У тебя новый поклонник? — повернулась к Димее. Не понимаю, чем она недовольна? Хорошо же: Селебрин немного поревнует.

— Это принесли лее Ольхе, — нервничая, Дименька начала притопывать ногой по паркету. Дурной знак.

— Может, в букете опасная ловушка? — предположила я, вспомнив перекошенное злобой лицо советника после пощечины. Цветы он мог подарить разве что ядовитые.

— Нет, — покачала головой Димка. — Что-то тут другое. — Встала, сдула прядку с лица и подбоченилась. — Да кто ты такая, Мрак побери?!

— Я же не спрашиваю, как вы с фреем Мильеном гордеца Эверия подмяли? — парировала я, уклоняясь с ее курса. Устала за день — сил моих нет. И препираться неохота.

— А если я расскажу, расскажешь о себе? — перешла к торгу Димка, подметив мой интерес.

Мне-то скрывать почти нечего, а вот история, как такого мага, как Эверий, заставили ходить по струнке, может пригодиться в будущем.

— По рукам! — согласилась я. — Но ты первая.

— Ладно, — Димка, увидев, что я из нычки достала коту печенье, ее любимое, попыталась отобрать, но нарвавшись на кулак под носом, согласилась на половину, после чего, грызя подсушенные песочные фигурки, начала рассказ: — Во время Шестилетней войны на поле боя нашли одного мага, взяли в плен. Мой дед помог ему уцелеть, вернуться домой, но взамен потребовал услугу. И вот в нужный момент мы обратились за помощью. И маг, точнее его наследник, обещал сделать все и даже больше, чтобы помочь нам и закрыть долг чести.

Хм… Это очень похоже на правду. Вспомнив эмоции Эверия, которые он испытывал, когда мы приехали в поместье, я окончательно убедилась, что по доброй воле маг бы ни за что не связался с семейством Рыжных.

— Нуфды офобой нет, но на отборе помофь не помефает, — прошамкала с набитым ртом Димка, еще закинула ногу на ногу, чтобы продемонстрировать уверенность в своих силах, и подавилась.

Спасая хвастунишку, я от души постучала кулаком по ее хребту. Кажется, общение с маркизеттой не проходит для меня даром.

— А ничего, что Эверий иностранный маг?

— Магх-вел! — гордо поправила Димка, еще откашливаясь. — Невероятно сильный маг. А что иностранец — так я готова поклясться на святыне, что все делала только во благо Элирии.

— И себе?

— Я и Элирия — неразрывны! Мы единое целое!

Боковым зрением я пыталась отыскать, куда улизнул кот. Но он, умненький, знал, что не надо лишний раз попадаться маркизетте на глаза, и где-то притаился.

— Ну, теперь твоя очередь. Рассказывай, — потребовала Димка.

Я уже готова была кратко поведать, что Эверий выбрал меня, потому что за спасение жизни я поклялась ему верностью, как руку обжег холодок, намекая: помалкивай. Поняла, но рассказывать что-то надо, поэтому вздохнула и отчеканила:

— Я в него влюблена, и он знает, что я его не подведу!

— Кхм, — покашляла Димея, теперь уже не из-за печенья. — Сильно влюблена?

— По уши! — соврала я и ощутила, как они запылали. От стыда. — Вот разве ты не готова на все ради Селебрина?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Хватит! Лучше займись делом — пришей пуговицу! Или я… ой… — она ткнула пальцем за мою спину. Я обернулась и увидела, как бедный голодный кот, чавкая, поедал самые красивые цветы из букета Эбрера.

— Пусть, не жалко веник, — махнула я рукой и попеняла Димке. — Объедать голодного животного — грех! В наказание ты можешь в платья не влезть.

Она пренебрежительно фыркнула, уже собиралась затеять очередную перепалку, но мелодичная трель и письмо, проскользнувшее сквозь дверь, отвлекли ее.

Вскочив с софы, Димка ринулась за конвертом. Схватив, совсем не эстетично разорвала, прочитала послание.

— Новый этап? — догадалась я.

Она подняла грозовые глаза.

— Завтра проверяют компаньонок всех претенденток. Чую, из-за тебя. Что ты наплела Селебрину? — двинулась на меня.

Я попятилась, в уме прикидывая, как лучше совершить захват и провести бросок через бедро, как вдруг кот, поужинавший цветами, захрипел и… свесив мордочку со стола, обновил аккуратное покрывало на Димкиной постели, срыгивая пожеванные желтые лепестки, которые еще недавно сладко пахли.

— Если он испоганит мои платья, я тебя убью! Или нет, сейчас поквитаюсь, чтобы завтра не опозориться!

— Убирать сама будешь!

Увы, вечер продолжался, а мои нервы уже на исходе.

***

День был таким сложным! Я устала, глаза слипались, а Димея продолжала поучать: как мне вести себя на испытании, как кланяться, смотреть, что кому отвечать. Заодно потчевала рассказами о завтраке с принцем, с каким достоинством она держалась, и требовала от меня не позорить ее. Потом часа два подробно смаковала, как соперницы, не прошедшие первый отбор, рыдали. И под конец вовсе пригрозила:

— Если провалишь испытание — я тебе шею сверну!

— Боюсь, не успеешь — Эверий первым доберется. Если занят не будет, — я так хотела спать, что даже угроза меня совершенно не впечатлила. Вот ни капельки. — Уже светает, может, помолчишь немного? — Зевнула я.

Димея не поверила, выглянула на балкон и с искренним удивлением воскликнула:

— Ой, и правда! А я еще не ложилась!

— Угу, спасибо, что вспомнила, — пробурчала я и растянулась на софе в платье.

— Эй! А помочь мне переодеться? — капризно потребовала она. — А макияж смыть?

— Сама справишься, — я удобнее улеглась и закрыла глаза.

Недовольная маркизетта ушла в ванную и из вредности громко хлопнула дверью. Мне все равно, а вот кот проснулся и выполз из-под кровати.

Выглядел бедолага плохо.

— Иди ко мне, малыш, — позвала. Он подошел, забрался на диван, и я положила его себе на грудь. Кот свернулся калачиком и притих.

Ощущать тепло живого существа, его мерное дыхание после суматошного дня, а потом и умиротворяющее посапывание — так успокоительно. Я мигом заснула.

Когда очнулась, на удивление ощущала себя достаточно бодрой. Первым делом испугалась, что проспала. Вскочила, но стрелка на циферблате настольных часов показывала лишь семь утра.

«Странно…» — подумала я и погладила кота, которого чуть не уронила.

Димея еще дрыхла. Раз в ночной сорочке, значит, смогла с себя стянуть платье, а вот макияж смыла плохо, и теперь я взирала на сонную, похрапывающую панду.

И все бы хорошо, если бы не мутный взгляд вялого Снежка.

— Дурашка, зачем ты цветы ел? — потрогала теплый розовый нос. Вздохнула и понесла кота в ванную, чтобы напоить.

Он жадно лакал воду, от бекона отказался, но предпочел забраться в темный прохладный угол.

— Ладно, сиди тут, — ласково потрепала его по макушке, пока набиралась горячая вода.

Прежде чем будить «панду», я надела изумрудное платье, подаренное императрицей, собрала чистые волосы на затылке в строгий пучок.

Смотрелось все идеально, и если бы не повод, ради которого приходится прихорашиваться, я бы порадовалась своему отражению в зеркале.

Когда разбудила Димку, она оглядела меня, не нашла к чему придраться, поэтому с ходу потребовала:

— Давай, поднимай меня и собирай. С тобой пойду. Вдруг ты еще кому-нибудь пощечину отвесишь, — зевнула она. — За тобой глаз да глаз нужен.

Не выспавшаяся Димка ворчала, придиралась по мелочам. Особенно не понравилось ей, когда она зашла в ванную, а Снежок демонстративно ушел в комнату перед ее носом.

— Ах он! — занесла она босую ногу, чтобы придать ему ускорение, но я успела первой напугать злючку:

— Не смей, а то он тебе отомстит! В туфли или на платье!

— Выставлю и тебя, и его!

— Но не сегодня, — промурлыкала я и принялась за сложнейшее дело: предстояло из китайской медведицы с отекшими глазами сделать красотку, способную очаровать Селебрина. Но подозреваю, что первый прием — самый необходимый в данном случае — это кляп в ее не закрывающемся ротике.

***

Увы, пришло время спешить в голубой зал.

Будь моя воля, я убежала бы на кухню и с радостью драила полы, выгребала золу, мыла посуду… — да что угодно, только бы не попадаться на глаза Мелдее. Или вернулась в «Перекресток», где, оказывается, было не так уж плохо.

Отчаянные мысли роились в голове, пока Димка, хорошо разбиравшаяся в планировке дворца, тащила меня до нужного места.

Я даже не успела еще окончательно накрутить себя, как мы вошли в зал, в котором толпились собравшиеся участницы отбора.

Стоило нам появиться, нарядные претендентки с не уступающими им в нарядах компаньонками, зашушукались, начали пересмеиваться, коситься на нас.

— Фи, какое уродливое платье у дворняжки! — выплюнула спесивая брюнетка с большими злыми глазами, что стояла с подружками у колонны. Внешность у нее кукольная, а характер скандальный, высокомерный.

Дименька молчать не собиралась, сразу огрызалась:

— Рилея, ты осуждаешь вкус императрицы? — выше задрала свой конопатый носик и заговорщицки добавила: — Видела бы ты, что прислали мне! — Соврала и, подхватив меня за локоть, гордо прошествовала мимо соперниц, застывших на месте с открытыми ртами и выпученными от зависти глазами.

— Ты зачем ее дразнишь? — зашипела я на Димку.

— А пусть не оскорбляют меня! Называя тебя дворняжкой, они наносят мне оскорбление за оскорблением! И вообще, не твое дело, что я говорю. Помалкивай и готовься к конкурсу. Если не пройдешь… — Крепче сжала руку.

От волнения я дрожала, и Димка подвела меня к диванчику, что стоял в отдалении от двери, у которой толпились и переругивались соперницы. Нарядные, яркие, красивые, милые и самые обычные… — такие разные и одновременно похожие друг на друга суетливостью и волнением.

В прошлый раз с галерки атмосфера отбора не чувствовалась, мелкие детали не замечались, зато сейчас все как на ладони, и я разглядывала их с любопытством.

Вспомнив о галерке, подняла голову и увидела, что девочки с кухни и другие служанки стоят. Даже Эми с ними! Еще помахали мне!

От радости, что зла на меня не держат, едва не помахала в ответ. Димка успела дернуть за рукав и шикнуть:

— Только посмей! На нас и так все смотрят!

— А тебе не плевать на них?

— Лучше на них всех плюнуть с венчальной императорской башни… — она мечтательно представила свой триумф и даже улыбнулась. Я не стала ей мешать грезить.

Девушек много. Даже учитывая, что половина из них компаньонки, все равно много.

Рассматривая сверкающие на свету украшения, яркие оттенки нарядов, сложнейшие прически, я подмечала каждую мелочь и заодно пыталась отыскать главных соперниц — принцесс. По моему мнению, они должны быть особенными: пусть не красавицами, но царственными, идеально выдержанными, только никого отдаленно похожими на них не заметила, поэтому попросила Димку указать хоть на одну.

— Нет их здесь. Мелдея не рискнули вызвать, опасаясь политического скандала. А, значит, дело только в тебе! И все это, — обвела взглядом зал, — предлог. Так что, что ни говори, но Эверий выбрал тебя не просто так.

— Ерунда, — соврала я, пытаясь скрыть подступающую панику.

— Э, нет! — она заглянула мне в глаза. — Если я права, тебя пригласят последней. Чтобы было меньше свидетелей.

— Глупости!

— Посмотрим!