Глава 28

Сосредоточенная Димея вела меня по задворкам парка и молчала.

— Я не хотела нарушать ваше уединение, — первой заговорила я, искренне сожалея, что испортила романтичную встречу с принцем.

— Все потом! — она высунулась из-за колонны, огляделась по сторонам и махнула рукой, чтобы я следовала за ней.

Как две воровки, обходя людные места, мы пробирались через гроты. Потом, прячась за широкими стволами вековых великанов, крались до неприметного серого домика.

Изящная растительная резьба на каменных стенах придавала зданию воздушности, однако оно явно нежилое.

— Что это? — заглянула я в узенькое окно.

Обшаривая кусты перед входом, Димея проигнорировала вопрос, а когда нашла, что искала, обрадовалась и ринулась открывать деревянную дверь.

Войдя в пыльное, темное помещение, заставленное садовыми инструментами, лейками, вазами, лестницами, я поняла — это садовый домик, однако чувствовала себя в нем некомфортно.

— Жди здесь, пока я не вернусь, — огорошила Димея.

Ее план — сбегать за приличной одеждой и переодеть меня — простой и логичный, но стоило мне оказаться запертой в пустом доме, на меня нашли грусть и страх.

Сев в большую пустую каменную чашу, предназначенную для высадки растений, как в кресло с низкой спиной, я стала вслушиваться в тишину.

Время тянулось медленно. Уже забеспокоилась, что Димка заперла меня здесь в наказание, стала обходить дом и изучать старые деревянные рамы, чтобы в случае заточения выбраться под покровом ночи, когда на крыльце послышались шаги, затем скрипнула дверь.

— Кто здесь?! — разнеслось по дому грозно. Я подпрыгнула, и Димка, довольная своей шуткой, рассмеялась.

— Коза! — отругала ее.

Однако когда она вытащила из сумочки свежее платье и туфли, почти простила.

Из садового домика я вышла в туфельках, свежем наряде и с сумочкой, в которой спрятала старые вещи.

— Выглядишь достойно, — оценила меня Димея. — Теперь можно прогуляться по центральной аллее. Так короче, и пусть все увидят, что у тебя все прекрасно.

Мы шли по дорожкам мимо придворных и соперниц по отбору, и я отчетливо видела: на Димку поглядывают с откровенной завистью. Некоторые с ненавистью.

Димка, чтобы подразнить завистниц, ступала горделиво, даже царственно, но все же что-то с ней не так. Не спорит, не ругается, думает о чем-то своем… — я готова поклясться, что под рыжей макушкой шел активный мыслительный процесс, который запросто выплеснется в очередную рискованную аферу. Тут еще Димка, которую обычно мало интересуют чужие трудности, полюбопытствовала:

— Ну, рассказывай: что с тобой случилось?

Мило с ее стороны, но я не обольщалась. Внимание к моим бедам вызвано не благородством души, а корыстным интересом. Чую, заинтересовалась подозрительным одеколоном Ворона. Поэтому, отвечая, я намеренно умолчала про запах, заставший меня врасплох.

— Вышла на прогулку, наткнулась на советника, бросилась бежать, — поведала в двух словах.

— Неужели ты в нем не находишь ничего… интересного… как в мужчине? — как бы между прочим спросила Димея, подтверждая мою догадку.

— Нет.

— Уверена? — продолжала допытываться она. На лице ее мелькнула озабоченность, но стоило на ступеньках появиться соперницам, широко улыбнулась, демонстрируя хорошее расположение духа.

— Иначе убегала бы я, теряя туфли? — возразила я, промолчав и о помощи Снежка. Эх, если бы не он, кто знает, чем закончилась моя встреча с Вороном?

— Идем, — Димея резко сменила курс, хотя до нашей комнаты уже рукой подать.

— Куда? — я чутким местом почувствовала, движемся к неприятностям, и напряглась.

— В библиотеку. Надо кое-что узнать. Я таким интересоваться не могу, но ты, как менее заинтересованное лицо, можешь поискать…

— Нет! — резко остановилась я.

— Что нет? — остановилась и она.

— В новую авантюру я не полезу! Тебе откровенно завидуют. Стоит подать повод, раздуют пламя — и можно вылететь с отбора!

— Ты это о чем? — заблестели ее карие глазки. — Что плохого в том, что мы почитаем книги?

Вот хитрая жучка! Я-то знаю, о чем она хочет почитать, но признаться не могу — иначе мы стопроцентно займемся этим делом, поэтому схитрила:

— Все, что кажется мне подозрительным, только с разрешения Эверия!

Я надеялась, что Димея его побаивается. И пока дождется мага — раздумает, однако она коварно улыбнулась.

— Отличная идея. Он как раз должен прийти.

— Откуда ты знаешь?

— Я послала за ним. А мне, маркизетте Рыжной, — она гордо приподняла подбородок, — Эверий не откажет.

— Вот и надо дождаться его появления, — я потащила ее в другую сторону.

— Не следует терять время! — Димка тоже не сдавалась и, вцепившись в мой рукав, тянула в другую сторону. Я отчаянно упиралась, пока в коридоре не раздались громкие шаги.

После невероятной суматохи я приготовилась увидеть кого угодно. Даже саму Мелдею! Но только не Ворона третий раз за утро!

Мы с Димкой застыли на месте, а вот он, казалось, совершенно не удивлен, что мы у библиотеки.

С улыбкой удава подошел ближе.

— Маркизетта, — в этот раз обратился именно к Димее. Я была для него пустым местом. — Давно ли вас стала интересовать библиотека?

— С тех пор как я заинтересовалась некоторыми любопытными вещами, — кротко ответила Димка, осторожно принюхиваясь к Советнику. Я тоже принюхалась. И с облегчением выдохнула, не уловив ничего подозрительного.

— Не забивайте вашу прелестную головку ерундой. Я могу порекомендовать вам кое-что… Даже подарить… — он взял ее под руку, и я вынуждена была встать позади сладко мурлыкающей парочки спевшихся прохиндеев.

— Правда? — не видела Димкиного лица, но уверена: ее глаза загорелись. Однако она как истинная аристократка знала правила игры и прежде чем согласиться, уточнила: — И что же вы хотите взамен?

— Лишь прощения, — мерзавец поцеловал ей пальцы. — Ваше и вашей компаньонки.

— Вы могли скомпрометировать ее! — сердито возразила Димка.

— Даже не думал! Светлая упаси. Другое дело, что ваша компаньонка предпочитает ходить босиком. А потом бросается бежать сломя голову, будто я чудовище.

Вот так мило идут, общаются и решают мою судьбу без меня!

Вот вернемся в комнату: я Дименьке тоже все прощу…

Эбрер был галантен и краток. Договорившись, откланялся и удалился, игнорируя меня. Но я не верила ему. Вот ни капельки!

Но имелся и плюс от его появления: Димка позабыла о библиотеке и спешила в покои.

Первым делом я убедилась, что Снежок на месте. Обрадовалась и, подхватив кота, скрылась с ним в своей комнатке. Однако покой был недолгим. Вскоре хлопнула дверь, и Димея, взвизгнув:

— Да! — подозрительно притихла.

«Не к добру!» — екнуло мое сердце. Еще и Снежок напрягся, спрыгнул с колен, взволнованно закрутился у порога…

Пришлось отложить злость на потом и выглянуть.

Димея склонилась над маленькой шкатулочкой и рассматривала, переливающуюся на свету крошечную баночку.

Что она от Ворона, я не сомневалась, потому что презент появился вместе с желтыми цветами.

Хотела уже броситься отбирать опасный подарок, но по вставшей дыбом шерсти на холке Снежка, поняла: он сейчас снова будет грызть букет, поэтому первой добралась до цветов, вынесла на балкон и закрыла их там, и только потом ринулась к Димке.

Однако она прежде успела спрятать флакон в шкатулке с драгоценностями.

— Отдай! — потребовала я.

— Ну конечно, — хмыкнула она.

— Если тебя поймают на мухлеже — выгонят с отбора!

— Если ты никому не скажешь, никто и не узнает! Кроме того, откуда тебе знать, что там, а?! — прищурилась она.

— Понятия не имею, что там, но советник — человек коварный. А если по его наводке начнут обыскивать комнаты?

— Перепрячу! — отмахнулась Димея, хотя тревожная морщинка проступила на ее лбу.

— Дим, вы с Селебрином и так общаетесь! Зачем тебе рисковать? — попыталась воззвать к разуму, но куда там. Она взвилась.

— Как старые знакомые, вместе проводившие детство! А я хочу, чтобы он меня любил! Любил! — выкрикнула она. — Чтобы перестал замечать вертихвосток-фавориток, что крутятся около него! Чтобы перестал быть… повесой… — Закусила губу в отчаянии.

— И с этим человеком ты решила связать судьбу?

— Папа говорит, все мужчины такие. А Селебрин хотя бы принц!

— Я понимаю тебя, — вздохнула я и временно отступила, потому что сейчас вырвать сундучок из хватких сильных рук Димки невозможно. — Но подумай сама: неужели ты готова довериться врагу Селебрина?

— Не твое дело! Просто помалкивай!

Я шумно выдохнула.

— Вот проиграешь по глупости и будешь корить себя…

— Я проиграю, если упущу шанс!

Мы бы наверняка поругались, если бы ветреный Эверий не соизволил появиться.

— Фрей Иммарел Эверий вир Тарскийский ожидает вас, маркизета, у входа в лабиринт, — статс-фрея Нилена пришла и лично сообщила новость.

Фактически, маг находился под нашими окнами. Чтобы убедиться, что он действительно соизволил наконец-то вспомнить о нас, я вышла на балкон.

Эверий, как всегда, элегантный, красивый, стоял, опираясь на трость, и привлекал внимание прогуливавшихся дам. Даже я, как ни сердилась на него, невольно залюбовалась светлыми волосами, разметавшимися по широким плечам, его статью.

Пока разглядывала мага и боролась с противоречивыми чувствами, Снежок прошмыгнул к букету. Хорошо, что заметила кота краем глаза и успела шикнуть.

Димка, чтобы полюбоваться моим замешательством, тоже выглянула.

— Убедилась? Плохо быть простолюдинкой, влюбленной в мага! — надменно хмыкнула она, хотя знала, что причиняет мне боль.

Я с ней нянчусь, а поганка эта… Что ж, тогда пусть испытает на своей шкурке, каково терпеть гадкие колкости. Повернула голову в ее сторону и спокойно ответила:

— Увы, но и обладательнице титула наследной маркизетты не гарантируется высокий интеллект, передавшийся по наследству.

— Какой такой ин-тел-лиек-т? — заморгала растерянно Димея, гадая, чем же таким важным ее обделили?

— Поищи в библиотеке. Полезно расширять свой кругозор!

— Да я тебя сейчас!

Резко шагнув, она наступила на лапу Снежку, сидевшему у моих ног. Кот от боли завопил, зашипел зловеще. Димея от неожиданности отшатнулась, наступила на подол платья и рухнула на спину.

Грохот был звучный. И ее вроде жаль немного, но это мой шанс!

Подхватив одной рукой кота, я перепрыгнула через нее, метнулась к зеркалу, схватила шкатулку с драгоценностями и флаконом и выбежала из комнаты.

— Не смей, мерзавка! — завопила Димея. Почти сразу бросилась вдогонку, но я смогла немного оторваться.

Я бежала по коридору, прижимая к груди кота и увесистый сундучок, норовивший выскользнуть из рук, поэтому маркизетта постепенно нагоняла меня.

Повезло, что пытаясь соблюсти хоть какие-то приличия, она вынуждена была притормозить на главной лестнице, по которой поднимались придворные мужи. И все же каждый, кто нас видел — сразу понимал: между нами непреодолимые разногласия.

Но самым страшным было, когда мы проносились мимо гвардейцев. Я отчаянно молилась, чтобы сдуру она не обвинила меня в воровстве, однако даже в бешенстве Димея соображала: к сундуку внимание лучше не привлекать, — поэтому просто пыталась догнать.

Эверий заметил нас еще на повороте, нахмурился, пошел навстречу.

— Руки переломаю! — раздалось совсем близко. Но и Эверий близко. Еще чуть-чуть! И пусть рассудит нас, потому что чует сердце — помощь от Ворона выйдет боком и горькими слезами.

Поравнявшись с магом, я сходу вручила ему сундучок и задыхаясь выпалила:

— Там приворотные духи от Советника. Думаю, если такое найдут, выгонят с отбора!

— Отдайте! — Димея поняла, что ее мечта с помощью хитрости заполучить Селебрина, уплыла из-под носа, и едва сдерживала слезы. Добежав до Эверия, она попыталась нахраписто вырвать сундучок, но маг смерил ее таким уничижительным взглядом, от которого даже мне стало не по себе.

— Не быть вам принцессой, — отчеканил он, презрительно скривив губы. Димея, ошарашенная словами, застыла на месте. — Вы слабохарактерны, невоспитанны, не умеете предвидеть последствия своих поступков, кроме этого глупы и самонадеянны, как бездарнейшая посредственность!

— Что?! — переспросила она, побледнев. Прежде ее заверяли в неотразимости, обещали победу, а сейчас хлестали словами, как кнутом, наотмашь. — Нет! Вы обещали! — Завертела она головой. — Вы не смеете! Вы поклялись! Вы обязаны!

— Я разрываю контракт, — магвел вручил ей сундук, развернулся и зашагал по мощеной дороге. Не сговариваясь, я и Димея бросились за ним.

— Я дал клятву и выполнял ее: приложил все умения и силы, чтобы помочь вам добиться победы. Но вы сами не хотите себе счастья.

— Нет! Я не отпускаю вас! — Димка схватила его за руку и попыталась остановить. Однако Эверий как огромная скала.

Со стороны все смотрелось настолько ужасно, скандально, унизительно, что даже я, игнорировавшая этикет, почувствовала: мы перешли грань и вот-вот станем посмешищами.

— Ты привлекаешь внимание! — попыталась утихомирить Димею. Она не слышала меня. Тогда я шепнула: — Селебрин! Он на тебя смотрит!

— Где?! — мгновенно отпустив магвела, маркизетта завертела головой. А когда поняла, что я обманула ее, заплакала. Горько, некрасиво, с надрывом.

Круто Эверий поставил жучку на место, но я сама находилась в раздрае.

— Вы не удосужились убедиться, что приняли от врага долговую обязанность за совершенно бесполезную вещь! — прорычал он, останавливаясь за живой изгородью, скрывавшей нас от любопытных глаз.

Я впервые видела его в гневе. Да, он сдержан, не повышает голоса, не поднимает руку, но от презрительного взгляда синих глаз пробирает до дрожи. Даже я съежилась и все же, набравшись храбрости, возразила:

— Вы правы, магвел. Принимать от врага компрометирующий дар — глупость, однако я бы не сказала, что это бесполезная вещь.

Эверий перевел взгляд на меня. Приготовилась к потоку негатива, хлестких фраз, что я, тупица, не усмотрела за подопечной, но он вздохнул и сдержанно ответил:

— Никогда не связывайтесь с тем, в чем не разбираетесь. Чтобы ароматический дурман сработал, мало активатора. Нужен и «якорь». Без него все впустую.

— Якорь? — всхлипнула Димея.

— Если вы воспользуетесь этим, — Эверий кивнул на ларец, — привлечете внимание, потому что духи и вправду хороши, но… повторю: должен быть якорь!

— Объясните, пожалуйста, — взмолилась я. — Не чтобы использовать! Светлая упаси, просто… его действие пугает…

— В состав духов входит компонент, который раскрывается только после другого аромата. Сначала цепляет первый, как правило, родственный, потом раскрывается второй. Так понятно?

Тут меня и озарило.

— Цветы! — прошептала.

— Верно. Легче всего спрятать «якорь» среди цветов. Так проще скрыть запах.

— Мыр-р-рк, — дернулся Снежок, которого в волнении я сильно прижала к груди, и спрыгнул на землю.

— Хоть что-то милое за нашу встречу, — Эверий проводил кота задумчивым взглядом.

— Простите, — я опустила голову.

— Я поняла, простите, — Димка вытерла слезы и протянула ему ларец. — Он мне не нужен.

— Впредь держите себя в руках, — Эверий медлил, однако нехотя принял его. — Когда все завершится, можете лично испытать действие духов и убедиться в их бесполезности без якоря. И что рисковать отбором — неимоверная глупость.

— Порой нам не хватает ваших советов, — мягко добавила я, намекая на наши редкие встречи, но Эверия не пронять.

— Каждый выполняет свою часть работы, — он провел ладонью над замочком. Раздался щелчок. Маг сунул руку под крышечку и выудил флакон, который в его ладони превратился в белесую пыль. — А сейчас успокойтесь, вытрите слезы, если не хотите пересудов, что маркизета Рыжная разорена и отдает магу последние украшения.

Он неожиданно улыбнулся, и у меня будто камень с души упал.

— Заберите ларец, — глухо отозвалась Димея. — Пусть лучше так думают, чем пытаются узнать правду.

— Когда необходимо, вы, маркизета, умеете быть храброй. Но к вашей храбрости необходимо добавить щепотку терпения.

Димея поджала губы, но перечить не стала.

— Поищу, может, и найду щепотку терпения и щепотку этого вашего… ин-тел-ли-ект-та, — проворчала тихо.

Эверий посмотрел на меня, и почему-то мне стало неловко.

— Соберитесь, я снимаю полог тишины.

— А он есть? — удивилась я.

— Есть. Как и иллюзия. Иначе бы вокруг нас собралась толпа. Не каждый же день можно увидеть скачки фреи и леи.

Провожая Эверия, мы еще поговорили о важном.

На обратном пути Димея молчала. Я тоже, думая о том, что мы еще только на середине отбора, а я уже так устала.