Глава 14

ГЛАВА 14

Цветущие деревья опутали сад пьянящим ароматом. Ветер срывал цветные лепестки, разнося их по равнинным степям. А солнце высоко в небе приятно согревало землю.

Звонкий смех девушки на качелях и улыбка наблюдающего за ней мужчины. Ловкий прыжок и вот она уже в объятиях любимого. Он обнимает крепко, но бережно. И столько счастья в простом моменте. Столько нежности и любви.

В стороне лежит огромный белый дракон, наблюдающий за влюбленными приоткрытым глазом. Движение хвоста и мужчина, не удержавшись на ногах, повалился на траву.

— Ревнуешь? — в голосе насмешливые нотки.

Дракон фыркнул, отвернулся.

— Видишь, любовь моя, я ему совсем не нравлюсь, — с наигранной скорбью возвестил мужчина.

— Он очень застенчив. Считай, что так он проявляет свою любовь, — скрывая улыбку, серьезным голосом отвечает девушка.

Мужчина хмыкнул, привлек к себе темноволосую красавицу, нежно погладил по щеке. На тыльной стороне его ладони была черная татуировка. Символ, что стал слугой Проклятых богов.

— Тэймааш, вас ожидают в Палате заседания, — старческий голос нарушил идиллию волшебного и спокойного места.

Не желая того, он словно стал трещиной в этой прекрасной картине, начавшей постепенно разрушаться.

Напряжение и тревога отражались в каждом движении поднявшегося на ноги тэймааша. И вызваны эти чувства были двумя непрошеными гостями. Драконами, что прожигали алчными и жадными взглядами хрупкую девушку чью руку он сжимал…

— Арэя?! — громкий окрик и стук в дверь.

Я резко разлепила веки, растерянно моргнула и вцепилась в края ванной, сообразив, что еще чуть-чуть и могла соскользнуть под воду.

— Арэя, утопление не решит твоих проблем! — слышу встревоженный голос Тири и в то же время нотки насмешки.

— Боишься, что стану призраком и буду докучать? — бросила язвительно я.

— Призрак в соседках — это не так страшно, поверь. А вот озлобленный дракон императорской крови уже жутко. Пока ты в лазарете дрыхла в академии то и дело срабатывали охранные системы.

Я удивленно вскинула бровь, но через дверь Тири этого не увидела и продолжила бурчать:

— Лазарет, причем ты, видно, запамятовала, что он у нас один, адепты обходили так, словно там страж Бездны поселился!

Это она про Элая?

Я коснулась тонкого ободка черного золота на пальце, припоминая слова Нилмэйна. Колечко вроде как должно защитить от меня окружающих. Вероятно, на контроль Элая оно не распространяется.

— Не хочешь рассказать, почему Эларонис Митиан обживал рабочее место целителей и никого к тебе не подпускал? Любопытно узнать и о том пергаменте, который мне пришлось отбивать у адепта Велинтайна. А это уже вторая стычка с драконом и снова императорской крови! У тебя на этих двоих компромат, что ли, имеется?

Скорее у них на меня.

- Арэя!

— Да-да. Драконы, пергамент, компромат. Хочешь, чтобы я тебе обо всем прямо из ванны через дверь вещала?

Вместо ответа, Тири не скрывая недовольства, поинтересовалась:

— А что в нашей комнате делает ведьмак?

— А тебя только его присутствие смущает? — искренне изумилась я.

— Пока ты с Митианом лазарет обживала, эта троица нашу комнату, — я прямо представила, как Тири указывает большим пальцем себе за спину на эту самую троицу. — Их появление уже не ново.

Выбравшись из ванной, я укуталась в пушистое полотенце. Подсушила волосы, оделась и вошла в комнату, где тут же уловила вкуснейшие запахи накрытого блюдами стола. Живот молниеносно заурчал, напоминая нерадивой хозяйки о голодовке, которую я ему не по собственной воле устроила.

— Чего застыла? Проходи присаживайся милая, голодная небось, — добродушно посетовал домовой.

И за столом не хватало только меня, ибо сборище заговорщиков уже разместились. Эйн в том числе. Причем все так же связанный по рукам и ногам, разве что без кляпа. Как раз в эту самую секунду Эльт отправлял ему в рот ложку, кажется, похлебки.

— Вилиас, ты же понимаешь, что это ненормально? — рявкнул Эйн, быстро прожевав насильно втолкнутую ему еду.

— Молча жуй, я кому говорю! — цыкнул на него леший.

— Уже забыл, что это я помог спасти твою обожаемую освободительницу?! — возмутился ведьмак.

Крик души Эйна остался без внимания, а леший шепотом:

— Это он нашу бдительность пытался притупить.

— Это у тебя мозг притупляется, стоит только подумать о ведьме! — возопила моя несостоявшаяся тень. — И ты же в курсе, что я тебя слышу?

— Кому сказано, молча жуй! — очередная насильно втолкнутая ложка похлебки.

— Да не я это был! — очередной вой Эйна после жевания. — Ради какого проклятия мне в комнату к ученице Уэльской лезть? Псих я, что ли?

Тири задумчиво покивала вроде как поддерживая Эйна. Я же молча уселась за стол, так же молча щелкнула пальцами и веревки на запястьях и ногах ведьмака развязались, упав на пол.

— Он говорит правду, — объяснила я лешему стоило тому неодобрительно нахмуриться.

— Правду! — натужно повторил Эйн с утроенным раздражением.

— Учитывая, что Эйн был связан, вы, дедушка Белотур, не знаете кто пытался в нашу комнату пробраться?

Представитель маленького народца пожал плечами.

— Моя защита работает иначе от той шо маги использують. И сеть я раскинул токмо у самой комнате.

— А как именно она работает? — уточнила Тири.

Светлые глаза эльфийки загорелись живейшим любопытством.

— Ну, токмо, если войдет сюда тот, кто зла желает Арэи это зло приключится с ним. Все замыслы потерпят неудачи.

— О-о-о, как интересно, — задумчиво протянула Тирия. — С Эйном ничего не случилось… разве что кроме Тарша. Очевидно, он не желает вреда Ари.

— Очевидно! — буркнул ведьмак, взял медовую плюшку и с видом глубокой оскорбленности стал ожесточенно расправляться с лакомством.

Из несостоявшихся взломщиков на ум приходит Анами. Да и Диэса не исключение.

— Недоброжелателей у тебя так-то не мало в академии, — невзначай подметила эльфийка.

Я вопросительно вскинула бровь, откровенно не соглашаясь с соседкой.

— А что ты так удивляешь? Это же и так понятно, — развела руками Тири. — Все почитательницы Эларониса Митиана желают тебе поскорее свалиться с лестницы, с исходом свернутой шеи или вывалиться в окно все с тем же исходом. Почитательницы Дэйвара Велинтайна после того как он тебя яко принцессу внес в академию и направился в лазарет свечи в комнатах жгли… за упокой. А почитательницы куратора Митиана… в общем, так совсем худо. И Анами даже усердствовать не нужно, распространяя грязные и нелепые слухи.

Бездна! Не стоит забывать, насколько женская ревность катастрофична. Да только я их внимания не искала. И, между прочим, родись вокруг нас романтика она бы живенько скончалась в страшной агонии на фоне всего бедствия, связывающего меня и ту троицу!

А теперь пойди попробуй объяснить, что связывает нас злой рок, приправленный черным юморов богов, а не деление фавориточки!

— И ты того же мнения? — я осторожно взглянула на Тири и поняла. Нет.

— Может я и знаю тебя всего ничего, но могу с уверенностью сказать, что это явно не про тебя. Но увы, на твоем месте хотела бы оказаться каждая.

Да, пожалуйста! Посмотрела бы я тогда на этих благоговейных почитательниц, улепетывающих со сверкающими каблуками! Зато к Тири я прониклась куда большей симпатией чем прежде.

От неприятных мыслей отвлек умостившийся у меня на плече дракоша. Я обернулась, заглянула в удивительно ярко-голубые глаза и в голове вспышкой пронеслись равнинные степи, ветер играющий лепестками цветов, теплые солнечные лучи, окрасившие золотом сад. Влюбленная пара, нежные прикосновения, ласковые улыбки и… тьма волной отошедшая от двух могущественных драконов, что заволокла счастливую картину.

Моргнула, вопросительно уставилась на духа, а он лишь потерся мордочкой о мою щеку.

— Ты бачь як полюбылася великому твоя душа! — продолжил восхищаться домой данным казусом.

Но это потому что я неспособна обращаться, но в моей власти повелевать драконами. Потому что у меня душа древнего. По крайней мере, теперь понятна причина поведения духа. Но причина донимающих меня видений остается загадкой.

— Зачем же ты показываешься мне прошлое? — еле слышно прошептала я.

Вопрос остался без ответа, но некоторые чрезмерно ушастые меня услышали.

— Ты о каких воспоминаниях сейчас говоришь? — Эйн нахмурился.

Собравшиеся обратили на меня выжидательные взгляды.

— Дракоши, — указала я собственно на этого самого дракошу устроившегося у меня на голове.

Он практически не ощущался, но хвостик с пламенем на конце, который телепался перед моим лицом словно маятник в часах, немного нервировал.

Домовой после недолгого раздумья, в котором размеренно поглаживал кустистую бородку, поделился мыслями:

— Духи императорских родов удостаивають их чести мельком заглянуть в прошлое. Но шоб ведьме, о таком я не слыхал.

— Ходячая проблема, — пробурчал Эйн.

Слова ведьмака я проигнорировала и обратилась к Белотуру с одним-единственным вопросом:

— Зачем?

— Тут уж мне не ведомо. Но коль великий посланец богов дал узреть случившееся, значь неспроста. Ты не отмахивайся Арэя, смотри, чувствуй и як истину найдешь и суть поймешь. Нити вашей судьбы уже крепко сплелись. Почай не разорвать.

Звучит… как-то совсем не радужно.

— Но о снах своих… — начал домовой и странным образом завис, а потом как заорет: — Ох, Любава! Ох, негодница! Ремня на нее не хватае!

И просто взял да растворился в воздухе! 1439f7c

— Э-э-э, — растерянно выдала Тири, разочарованная исчезновением объекта своих несостоявшихся изучений.

— Мда-а-а, — протянула я.

— От очередного ухажера пошел избавляться, — просветил нас Эйн, дожевывая сырник, присыпанный зеленью.

— Защитник, — гордо добавил Эльт и уставился в мою сторону.

— У меня нет ухажеров, — правильно истолковала я намек лешего.

Тири хмыкнула, Эйн продолжил хмуриться, а Эльт многозначительно выдал:

— Нема достойных!

Теперь почему-то смотрел на Эйна, а тот сосредоточенно жевал и делал вид, что не замечает предостерегающих гляделок Тарша.